Чернобог

Все с детства знают, как опасен лес. Место, несущее неизвестность и страх на местных жителей. Вот уже не первое столетие ходят слухи, что там живет сам Чернобог, искушающий людей. Темное божество, которое никто никогда не видел, но всегда чувствовал холодное дыхание и злую силу. То ли сущность, то ли зверь, забирающий души жителей в кромешную Навь.

Обычно поклоняются добрым богам, приносят подношения и устраивают обряды, чтобы их услышали и благословили. Здесь молитвы направлены на спасение и обращены лишь к одному, а ритуалы — жертвоприношения, отводящие нечисть от людских жизней. Создавалось ощущение, что под Чернобогом ходили все: он был негласным управителем и создателем этого места, и никто не смел спорить со сложившимся укладом. Лишь бы люди так часто не пропадали, лишь бы где-нибудь не согрешить, чтобы твою душу не забрали в темную рощу.

Никто не мог сказать, как часто пропадали люди и за какие непослушания. Исчезнуть мог ребенок, взрослый и старик; предугадать чью-то смерть было невозможно. Поэтому лишний раз испытывать судьбу никто не хотел и в лес не совался.

Одновременно это было проклятьем — где-то там, среди раскидистых деревьев, можно было попрощаться со всем живым, — и благословением: лес был плодовитым и использовался местными для сбора ягод и лечебных трав. Словно Чернобог заманивал в свои лакуны, приглашал посмотреть владения и остаться там навсегда.

Феликс верил в эти легенды до определенного возраста. Детей в их деревне действительно пугали историями о загадочных пропажах и страшных смертях, и это были не те сказки, которые хочешь услышать перед сном. Маленьким он всматривался в темную рощу, стоял на границе света деревни и тьмы там, где деревья возносились до самого неба, и искал глазами злодея, про которого все говорили.

Уже во взрослом возрасте стало понятно, что это всего лишь байки и фантазии жителей. Ну какой Чернобог? Какие злые духи? Люди пропадают, потому что не умеют ориентироваться на местности, забывают дорогу и в панике бегут в самые дебри, а там свою работу делают дикие звери, коих здесь водилось немало.

Феликсу не было страшно. Он знал, как правильно построить маршрут и не сбиться с пути, а паниковать он попросту не умел. Из любой ситуации всегда можно было найти выход.

Родители ругали его за непослушание, когда тот приближался к злосчастному месту и наблюдал за поглощающей тьмой. Сколько таких мальчишек и девчонок ушли в рощу и не вернулись? Скольким родителям пришлось оплакивать ни в чем не повинные души?

— Да потому что они глупые! — кричал тогда маленький Феликс на очередные замечания.

Дети были любопытными, оттого и губили себя. Естественно, пятилетка не сможет найти выход, когда все, что ее интересует, — это красивые цветы, необычные звуки и, возможно, пробегающие милые белочки. А Феликс не такой. Он уже взрослый, он уже может ходить в этот чертов лес и помогать родителям в быту.

Травы, которые нужны всем местным, растут только там. Они необходимы для лечебных целей, для самодельных лекарств от всех болезней, да и такие вкусные ягоды не вырастишь у себя. Мать-природа позаботилась об этом.

И однажды, чтобы доказать родителям самостоятельность, показать, что он взрослый, осознанный человек, которому уже не нужна опека и поучения, Феликс отправляется в лес для сбора трав. Никому ничего не сказав, естественно, иначе бы пришлось выслушивать очередные крики.

Он знал, как ориентироваться в незнакомых местах по природным указателям: как растет мох, где находится солнце, о чем говорят окружающие звуки. Оставлять зарубки ножом на деревьях он тоже не забывал, так что волноваться было не о чем.

Лес был совершенно обычным. Феликс в детстве читал много книг, разглядывал много картинок, и этот ничем не отличался от тех, что он уже видел. Дышалось тут свободно, воздух был чистым и вкусным. Хотелось каждую секунду делать глубокие вдохи — невозможно было надышаться.

Феликс остановился и прислушался. До слуха доносились стрекотания, где-то щебетали птицы, слышалось шуршание. Под ногами хрустели сухие ветки, ветер вплетался в зеленые листья, раскачивая деревья, а прямо над головой солнце обнимало острые верхушки.

Это место было живым. Оно дышало, пульсировало и разговаривало. Тут было приятно находиться — не хотелось сбежать, закрыть уши и заплакать. Какое же это место Чернобога? О каком мертвецком дыхании все говорят?

Феликс не спешил покидать это чарующее место. Ему нравилось, как здесь пахло, как ощущалось время, которое словно замедлялось от красоты, как природа с ним разговаривала. Он шел, трогая кору деревьев, присаживался, чтобы разглядеть каждый цветок.

И когда он нашел нужные травы и принялся аккуратно срывать их, чтобы ничего не повредить, он услышал пение. Точно пение — не щебет и не звук животного, а человеческий красивый голос, который разносился, кажется, по всей чаще.

Феликс вскинул голову в поисках незнакомца: ему не послышалось — это были человеческие звуки. Но никого он не нашел. Даже чужим присутствием и не пахло. Тут был только он. Но голос же настоящий?

Он стал оглядываться, всматриваться вдаль, но источника звука так и не нашел. А этот голос... Он был очень красивым, словно песнь соловья — ласкающий, нежный тембр, зовущий к себе.

Феликс стоял завороженный. Ему нравилась эта песня: она обволакивала и лилась сквозь пальцы. Легкий мотив, переходящий в свист, а затем в шепот — слишком сокровенный и загадочный, как будто хотели рассказать секрет.

Возможно, Феликс спутал его с природным звуком, образующимся при помощи ветра. Нередко такое могло происходить в лесу — он читал об этом, поэтому списывать на что-то необычное не стал. Всему есть свое объяснение. Но этот момент был слишком чарующим, чтобы просто так его забыть.

Оказывается, у природы был голос — настоящий. И только что с Феликсом разговаривали.

После этого случая захотелось вернуться, послушать еще раз до конца. Возможно, ответить и дать знак, что Феликс тоже слышит. И почему все так боятся этого места? Почему никто не видит этой красоты, не слышит ее и не хочет понимать?

Неужели природа так пугает людей, что они сходят с ума и создают страшные легенды, не имеющие ничего общего с реальностью?

Как бы Феликс ни пытался донести, что зла не существует, что придуманные байки на него не действуют, родители все равно устраивали истерики и грозились больше никогда не выпускать сына на улицу. Но Феликс знал: взрослые просто отказываются смотреть правде в глаза и признавать, что столетним слухам пора перестать верить и начать жить настоящим.

Темные ритуалы и молитвы только запугивали местных жителей, сеяли неразумное зерно в головы, и люди сами по себе сходили с ума. Лес мог бы стать спасением для каждого, если бы человек научился видеть прекрасное.

Феликс не хотел становиться тем самым сумасшедшим, кто боится природы. Он частенько наведывался в чащу, успокаивался, свободно дышал. Там было хорошо — там не было безумия, которое царило в деревне и, как зараза, распространялось на каждого.

В лесу не было тьмы, пожирающей каждого жителя. Феликс ходил сюда уже без причины. Не нужно было собирать травы или ягоды — он просто наслаждался.

И однажды, прислонившись к дереву и осев прямо на мокрую от росы траву, он услышал за спиной треск. Резкие звуки были привычными для этого места, поэтому парень даже не среагировал. Но когда треск повторился и стал напоминать шаги, Феликс распахнул глаза.

За все это время он ни разу не видел здесь человека. Но сейчас перед ним стоял незнакомец, и Феликс ничего не мог сказать от удивления.

— Испугался? — спросил такой же молодой парень и присел на корточки, чтобы не смотреть свысока.

На нем был то ли плащ, то ли мантия. Лицо скрывалось за широким капюшоном, и незнакомец, чтобы выглядеть чуть дружелюбнее, снял его. Темные длинные волосы, собранные в хвост, приоткрывали часть шеи, и Феликс отметил на коже рисунки из темной краски, похожие на руны, значения которых не знал.

Тыльная сторона ладоней была также усеяна узорами, тянущимися до самых кончиков пальцев и окрашивающими ногти.

Феликс смотрел завороженно, но все же ответил, не поднимая взгляда:

— Нет.

— И не страшно одному ходить? — незнакомец с интересом склонил голову набок, разглядывая смельчака. — Я часто тебя тут вижу.

— Я вас ни разу не видел, — спокойно ответил Феликс и взглядом впился в темные глаза напротив.

— А ты меня и не увидишь, если я этого не захочу, — тот расхохотался, словно его слова действительно были забавными.

— А вы не боитесь тут ходить? Украсть могут, — Феликс не придал значения словам незнакомца и задал свой вопрос, отчего снова услышал смех.

— Меня не украдут, а тебя — возможно.

Феликс нахмурился. Наткнулся на деревенского сумасшедшего, черт побери, который и здесь будет читать ему нотации.

— Вам не надоело верить в эту чепуху?

— В какую? — совершенно искренне спросил парень, и глаза, кажется, заблестели.

— В то, что Чернобог забирает души.

Тот улыбнулся.

— А ты не веришь?

— Нет. Люди верят собственным фантазиям, а не реальности. Мы живем не в сказках, но почему-то все отказываются это понимать, — совершенно спокойно пояснил Феликс, но хмуриться не перестал.

Ему все еще казалось, что перед ним один из местных жителей, которого просто не посчастливилось увидеть в этом тихом месте. Переубеждать никого он не собирался, развязывать спор — тем более дело гиблое. Если ему начнут повторять все ту же легенду, он просто встанет и уйдет. Момент уже и так был испорчен.

— А если я тебе покажу? — вдруг спросил незнакомец и склонил голову еще сильнее. Жест вышел пугающим.

— Кого?

— Чернобога.

Феликс тяжело вздохнул. Нет, все-таки придется уходить.

Но договорить ему не дали. Незнакомец протянул руку и коснулся щеки. Кожа его была холодной-холодной — Феликса пробрало, тело вздрогнуло. В лесу было прохладно, но не настолько. Сам Феликс был теплым, хоть и сидел на сырой земле.

— Ты такой славный, Феликс. Давно у меня не было таких прислужников, — раздался шепот.

Незнакомец приблизился слишком близко, так что пришлось прижаться к стволу дерева. Спина тут же почувствовала все неровности коры.

— Таких смельчаков я еще не видел. Таких у меня еще не было.

— Чернобог... — произнес одними губами Феликс, и улыбка напротив стала еще безумнее.

Руны на шее и пальцах задвигались, словно черная кровь забурлила в венах. Феликс почувствовал, как холод пробирается под кожу, обжигает каждую клеточку, словно в него вливают раскаленный металл.

Его помечали. Присваивали душу.

Отныне Навь — твой дом.

Феликс почувствовал на губах мертвое дыхание.

Чернобог забрал его.