Chapter 28. What does "Love" mean?
Примечание: на фотографии изображён зимний закат в Пусане.
POV Han Lien
Последний день тренировочного лагеря в Пусане. Если честно, я думала, что будет гораздо веселее, однако, мысли затянули меня в пучину отчаяния ещё четыре дня назад, когда я узнала о том, что дату свадьбы уже определили. Разве это честно? Разве так можно поступать со своей родной дочерью? Звонки со стороны матери продолжали поступать на мой мобильный на протяжении трёх месяцев, но я не могла поднять трубку. Стыдно или ещё чего. Я не знаю.
Я просто лежала на кровати, раскинув ноги и руки в разные стороны, и желала провалиться сквозь землю. В воздухе витал приятный аромат парфюма моей соседки, который отдавал легкой кислинкой и радовал мои рецепторы. Бессонница, к несчастью, покинула меня совсем не вовремя. Я не могла выбросить из головы мягкие черты лица Ли Феликса и сон с его участием, который снился мне три ночи подряд и каждый раз обрывался на одном и том же месте. Зачем мне испытывать чувства к тому, кого я должна ненавидеть? Он мне не нравился. Однозначно. Но по непонятным причинам меня с невообразимой силой тянуло к нему. Хотелось вновь прикоснуться к его слегка искусанным от нервов губам и вновь испытать все те чувства. Глупо. Глупо настолько, что хотелось взвыть.
— Ты идёшь в гостиную, чтобы отпраздновать последний вечер, Лиен? — из размышлений меня вывел бархатный голос Ким Дженни, которая уже минут десять крутилась перед зеркалом, выбирая наряд.
— Думаю, да. — кинув кроткий взгляд на знакомую, ответила я. Но ведь действительно – почему бы и нет? Это хороший шанс хоть раз отвлечься и ни о чем не думать.
— Жалко, конечно, что Новый Год мы не будем праздновать здесь. Было бы весело. — тяжело вздохнула брюнетка, на что я лишь удовлетворительно качнула головой.
Внезапно в заднем кармане джинс завибрировал телефон. Пришлось попотеть, чтобы достать его, ведь двигаться было невыносимо лень. Однако, повернув экран к себе, я была поражена. Глаза увеличились в несколько раз, становясь похожими на два шарика.
— Ты идёшь? — уже почти покинув комнату, поинтересовалась Ким.
— Ты иди. Я приду через пару минут. — даже не удостоившись озарить своим взглядом девушку, быстро пробормотала я и вскочила с кровати. Темноволосая же лишь пожала плечами и скрылась в дверном проеме.
Сердце бешено стучало, и складывалось впечатление, что даже в ушах стоял звон. Трясущимися руками я подняла трубку.
— Феликс?
— Привет, Цветочек. — послышался знакомый, слегка охрипший, мужской голос. В тот момент, признаюсь, сердце ушло в пятки. — Как у тебя там дела?
Почему это все происходит именно со мной? Почему он продолжает это делать? Каждый раз я будто с головой окуналась в бездну, падая все глубже и глубже.
Он заставил цветы расти в моих легких, и хотя они красивы, я не могу дышать.
— Все хорошо, конечно, — я солгала, — но почему ты так внезапно позвонил мне? Что-то произошло? — держать голос ровно и не выдавать волнение у меня плохо получалось, но, кажется, Лис без задней мысли повелся на мой маленький обман.
— У меня появилось непреодолимое желание сделать это. — светловолосый на миг притих после сказанного, и воцарила томная, душащая тишина, которая всегда меня губила. — Я вообще хотел обсудить ту ситуацию, которая произошла в караоке. — внезапные слова Феликса вынудили меня поперхнуться собственной слюной и чуть не распластаться на полу. Это последнее, что я ожидала от него услышать. Я уже ни о чем не могла думать, да и не хотелось.
Так иронично, что все странные события, связанные со мной и Феликсом, происходят именно в караоке. Каждый из моментов заставляет мое сердце стучать быстрее, и начинает казаться, что, даже находясь в другом городе, он его услышит.
— Ты в последнее время и так мне покоя не даёшь, Феликс, а теперь ещё и хочешь обсуждать подобного рода вещи по телефону? — я зарылась пальцами в свои тёмные волосы, зачесывая их лёгким движением назад, и прикрыла веки, что уже сами под натиском происходящего намеревались закрыться.
— В смысле? — послышался логичный на тот момент вопрос блондина, ведь это был первый раз за время отъезда, когда он позвонил. Поняв, что я только что выпалила, меня пробило на холодный пот. Я почти неслышно пискнула и поспешила перевести тему разговора:
— В любом случае, неважно, — как можно увереннее произнесла я, — поговорим, когда я вернусь в Сеул, хорошо?
— Ладно, но ты странно себя ведёшь. Точно все хорошо? — в голосе парня послышались нотки волнения.
А как может быть все хорошо, если Ли Феликс загоняет меня в очередной раз в угол, как кот проделывает это с мышью?
— Тебе не идёт быть милым. — лишь выдала я и, показав язык экрану смартфона, сбросила вызов.
Левый глаз вот-вот и готов был начать дергаться и я, скрестив руки на груди, бухнулась назад на кровать в сопровождении тяжелого вздоха. Брови сводились к переносице в изогнутом от гнева виде, а губы поджались. Зачем он так поступает? Зачем? В своей голове, как в темной пыльной подсобке, я пыталась найти ответ, но на ум так ничего и не пришло. Лишь большой мерзкий таракан в виде воспоминаний о поцелуе прыгнул на меня из темного угла. Лучше бы я думала об учебе или же о волейболе, но этот Лис заполонил все пространство, не оставив место для других вещей. Маленькие кулачки сжимались и ногти впивались в кожу, будто бы отрезвляя мой разум и вынуждая вернуться на Землю.
В тот самый миг часы пробили пол восьмого вечера. Моя кровать стояла прямо у большого окна, за которым уже виднелось уходящее за горизонт солнце. Оно озаряло это место последние мгновения, поэтому я решила открыть окошко и наполовину высунуться из него. Хотелось почувствовать те самые последние минуты света. На личике заиграли солнечные зайчики, оставляя за собой тёплые приятные ощущения. Лучи ласкали кожу, разливаясь пестро-рыжей краской по ней. Сейчас я была как никогда свободна. Все мысли отпали и я наконец наслаждалась моментом. Прикрыв веки, я сделала глубокий вдох, а уголки губ слегка приподнялись. Свежий воздух прошёлся ураганом по моему телу, заставляя табун мурашек пробежать по оголенным рукам, ведь я была в одной лишь майке и шортах.
Казалось, я находилась в таком положении минут пятнадцать, но я услышала звонкий смех, который был мне незнаком. Чуть наклонив голову, я увидела двух персон, что бегали по улице и во всю дурачились. Это были Даниель с Лисой. Светлые волосы девушки красиво переливались на солнце, словно золотой водопад. Она широко улыбалась: так искренне и счастливо. От этой мысли я сама расплылась в тёплой, сдержанной улыбке, что превратило мои глаза в две небольшие щёлочки.
Спустя некоторое время девушка скрылась в стенах дома, оставляя парня, что выглядел как счастливый дурак, одного.
— Эй, Даниель, ты выглядишь как идиот с этой улыбкой на пол лица! — громко выкрикнула я, хихикнув. Заметив меня, черноволосый вскрикнул от испуга и тут же нахмурился.
— Йа! И долго ты там стоишь?! — Юн скрестил руки на груди, уставившись в мое окно на втором этаже. Он был явно недоволен, что я прервала такую идиллию.
— Достаточно, чтобы понять, что ты влюблённая редька! — последние слова я протянула, будто бы пробуя на вкус. Уже зная, что будет, я залезла обратно в комнату и закрыла окно. В шоколадных глазах загорался недобрый огонёк.
Он уже поднимался.
— Ты хочешь, чтобы она услышала тебя?! — мое предположение подтвердил ворвавшийся в мои покои взъерошенный темноволосый парень, у которого вот-вот и дым из ушей повалит.
— Да ладно тебе, — я похлопала ладошкой по кровати, намекая, чтобы Даниель сел со мной, — Так она тебе нравится?
— Возможно. — насупился.
— Боже, ты как ребёнок. — тяжелая туша уселась рядом со мной и с возмущением произнесла:
— Так а что ты мне прикажешь делать?
— Ты настолько неуверен в себе? Очнись, сегодня отличный шанс признаться!
— Ты сваха, что ли? Не буду я этого делать, — Юн все стоял на своём, не желая даже слушать меня. Я и подумать не могла, что творится внутри него. Может быть, его сердце также колотится при виде Манобан, как мое при Феликсе? Да нет, бред какой-то.
Что вообще значит любовь? Приятно ли любить кого-то и быть любимым? Наверное, этого я никогда не узнаю, ведь моя судьба — замужество с человеком, которого я не люблю, и который точно не полюбит меня. От осознания этого в горле встаёт ком.
— Даниель, что значит любовь? — внезапный вопрос слетает с моих уст. Даже я немного остолбенела от того, что сказала это вслух.
— Любовь – очень абстрактное понятие. — серьезно восприняв мой вопрос, начал спортсмен, — Любовь для каждого разная. Бывает, ты порхаешь, как и бабочки в твоём животе, а бывает, ты хочешь разбиться о скалы, как сделали это с твоим сердцем. Это прекрасно и больно одновременно. — с задумчивым видом на одном дыхании проговорил Юн, смотря куда-то вдаль.
— Понятно.
Очередной порыв тишины настиг эту комнату, однако, сейчас она не была удушающей или неловкой. Она давала возможность окунуться в бесконечный поток мыслей и все хорошенько обдумать.
— Ладно, — но мне нельзя было снова барахтаться в этом бескрайнем океане, поэтому я резко встала на ноги, чем сильно ошарашила друга, — помоги решить, в чем мне пойти.
Я взяла его за руку и подвела к просторному шкафу, в котором висело небольшое количество вещей.
— Надень что-то лёгкое, потому что внизу разожгли камин.
The end of POV Han Lien
***
POV Daniel
Мы сидели в гостиной уже около часа. Как только мы пришли, отправились на поиски чего-то крепкого и, как ни странно, наши поиски увенчались успехом! Признаться честно, никто из нас не знал, можно ли пить найденный алкоголь, но этот факт нам не помешал. Мы опустошили несколько бутылок, что не хило так дало каждому в голову. Не пила лишь Манобан, потому что спиртовое послевкусие вызывало у неё отвращение.
Уже будучи в опьяненном состоянии, я спустился вниз по спинке дивана и принял почти лежачее положение. Я исподтишка наблюдал за ней. Такая таинственная, особая красота, которую я раньше не видывал. Она окутала меня своими сетями и не желала отпускать. Яркий взгляд ее шоколадных глаз мог сравниться с самым прекрасным закатом. Нет, вру. Её глазки были прекрасней тысячи закатов. Да, так слащаво и банально-классически я описывал её в своей голове. Соприкосновение наших созерцаний заставляло моё сердце делать сальто и мёртвые петли, и я не знал, как этому сопротивляться.
Такая особенная, необычная, неизвестная. Неизвестное манит. Как сунуть пальцы в розетку или дотронуться до разогретого утюга. Исход одинаков, и стоило бы посоветоваться со взрослыми. От непослушания шрамы остаются, ожоги и разбитые сердца.
Я готов был любоваться ей вечно. С её улыбки будто бы стекал мёд, который манил меня, как пчелу, хотя сладкое я не люблю.
В тот самый миг я вспомнил слова Лиен. А может и правда сегодня мой последний шанс?
— Лиса, — с губ срывается неловкое обращение к подруге, — давай выйдем поговорить. — вновь улыбнувшись мне, она кивает и мы встаём из-за стола. Как истинный джентельмен, я помог надеть ей куртку и мы вышли на холодную улицу. Свежий ветер ударил мне в лицо и, кажется, я начал трезветь.
Какой же я глупец. Я ведь даже не знаю, что ей сказать. В голове я пытаюсь собрать пазл, вытатуировать нужные слова, но алкоголь в моем организме, взбунтовавшись, не даёт мне этого сделать. Как вообще нужно признаваться человеку в своих чувствах? Просто сказать все, как есть? От нервов я начал ломать пальцы и слегка покусывать губы. Благо, Манобан не заметила этого, ведь шла чуть спереди.
Мы остановись только тогда, когда дошли до пляжа. Море было спокойно, и лишь изредка волны бились о берег. Лиса, сунув замёрзшие руки в карманы пуховика, выжидающе смотрела на меня. Она ждала первого шага, ведь и подумать не могла, зачем я её позвал.
Или она догадалась?
Я перебирал всевозможные варианты того, как можно ей сказать о своих чувствах, но на ум приходили лишь самые дурацкие.
— Лиса, — я подошёл ближе и взял девушку за руки, заглянув в её большие бездонные глаза, что были наполнены интересом и страхом одновременно, — ты мне нравишься.
Примечание: нравится ли вам повествование от лица персонажей или все же лучше от автора?