Твой выбор

«Вставай! Вставай и выбирайся отсюда!» – кричит мне внутренний голос, но я продолжаю бездействовать. 

Мне приходится приложить немалые усилия даже для того, чтобы просто сделать вдох. Кислорода с каждой секундой становится все меньше, зато усиливается запах гари. Я отчетливо слышу треск пламени и яростные взрывы, от которых сотрясается земля.

«Неужели в клубе начался пожар?» – проносится в моей голове, пока я пытаюсь заставить себя подняться. Однако даже в полуобморочном состоянии понимаю: все намного страшнее, чем я думаю.

До последнего оттягиваю момент, когда мне придется открыть глаза. Слишком хорошо знаю, что увижу перед собой ни обеспокоенное лицо Бритни, освещенное прожекторами ночного клуба, ни уютную обстановку своей гостиной и даже ни белоснежные стены больничной палаты. Я в очередной раз столкнусь с чем-то ужасным, необъяснимым и смертельно опасным. С тем, что безжалостно уничтожает мою психику в минуты, когда я нахожусь между сном и бодрствованием. С тем, что преследует меня в реальном мире, снова и снова напоминая об одном: я не в силах изменить свою жизнь и жизни тех, кто мне дорог. 

Я не готова снова увидеть чью-то смерть. А именно это и произойдет, как только я решусь взглянуть на место, в котором нахожусь сейчас. Однако выбора у меня нет. Честно говоря, даже не помню, когда он был последний раз.

Приподнявшись на локтях, я наконец решаюсь посмотреть в глаза своему страху и почти сразу начинаю жалеть об этом.

Я была готова увидеть перед собой дым, огонь и разрушенные конструкции, но не адский котел посреди спящего города.

Мне хватает нескольких секунд, чтобы узнать это место, однако не хватит и целой жизни, чтобы осознать: автозаправочной станции, на которой мы с моим приятелем, Стивом, так часто проводили время, больше нет.

Несмотря на то, что у меня никогда не было своей машины, я часто заглядывала на «Милтон Стейт» после пар. Стив работал здесь оператором уже три года. Достаточно долго для человека, которого обычно увольняли в первую неделю.

Стоило мне появиться на заправке, как Стив сразу же откладывал все свои дела. Вместо приветствия парень выдавал какую-нибудь шутку, а потом угощал меня сэндвичами и кофе. Время в компании Стива пролетало незаметно. Мы могли разговаривать часами, пока на заправку не заезжала Бритни, чтобы забрать меня в тур по магазинам одежды, или пока начальник Стива, решивший просмотреть записи с камер видеонаблюдения, не начинал названивать парню и отчитывать его за то, что тот бездельничает в рабочее время.

Последние несколько месяцев я не появлялась на заправке, но часто вспоминала о тех беззаботных часах, которые проводила здесь раньше. За чашкой кофе я рассказывала Стиву о своих университетских буднях, слушала забавные истории из его жизни и хотя бы на время отвлекалась от проблем. Здесь я могла ненадолго почувствовать себя счастливой. 

И вот сейчас беспощадное пламя стремительно уничтожает не только заправочную станцию, но и мои воспоминания, связанные с ней. Симфония смерти и разрушения, охватившая все вокруг, заставляет мое сердце то замирать, то отбивать бешеный ритм. 

«Что здесь произошло?» – вопрос, на который я не в силах найти ответ, болью пульсирует в висках, а надежды на то, что мне удастся найти объяснение случившемуся, сгорают дотла вместе со всем, что когда-то было мне дорого.

Я поворачиваю голову, отчаянно стремясь найти источник возгорания, но вместо этого вижу то, к чему совершенно не была готова.

Нет… пожалуйста, нет…

Рядом с одной из топливораздаточных колонок неподвижно лежит человек. Тот самый, который всегда поддерживал меня, прощал и не позволил утонуть в океане тоски и вины после смерти брата. 

– Стив! – горло саднит от крика, а легкие, кажется, сейчас сварятся от запредельной температуры.

Поднимаюсь на ноги, но устоять на них не могу. Сделав два шага, падаю на раскаленный асфальт, скуля от боли и отчаяния. Меня душит кашель, а от едкого запаха бензина и плавящихся металлов к горлу подкатывает тошнота. Я снова и снова выкрикиваю имя человека, ставшего очередной пешкой в этой смертельной игре, но ответом мне служит лишь треск пламени и зловещее завывание ветра.

Я должна добраться до Стива. Должна как-то помочь ему. Его еще можно спасти. Рассматривать другие варианты просто невыносимо.

Надежда на то, что Стив жив, не позволяет мне опустить руки. Стиснув зубы, встаю на колени и, задержав дыхание, медленно двигаюсь вперед.

В нескольких ярдах от меня взрывается баллон с горючим веществом. Содержимое разливается по асфальту, и огненный шлейф с пугающей быстротой поглощает топливо. Не проходит и нескольких секунд, как пламя перекидывается на бензоколонку, возле которой лежит мой друг. Электронное табло искрит, пока огонь безжалостно пожирает яркий металлический корпус, а я вдруг отчетливо осознаю: очередной взрыв не оставит Стиву ни единого шанса на спасение.

– Стив! – кричу я и, наконец добравшись до друга, касаюсь его руки. – Стив, вставай!

Под воздействием температуры одно из стекол операторной лопается, осыпая меня градом мелких осколков. В последний момент я успеваю опустить голову и закрыть лицо руками, защищая себя от кусочков раскаленного стекла. 

В очередной раз выкрикиваю имя приятеля, понимая, что нам нужно выбираться отсюда, пока не стало слишком поздно. 

Парень лежит на боку и никак не реагирует на мои действия. Я хватаю Стива за плечи и переворачиваю на спину. 

– Стив… – шепчу я, касаясь кончиками пальцев его обожженного лица. – Пожалуйста, очнись. Ну же…

Где-то в глубине души я продолжаю надеяться, что он услышит меня, откроет глаза и, по обыкновению, улыбнется. Он делал это всегда. Встречал препятствия, которые то и дело возникали на его пути, с улыбкой на лице и точно так же преодолевал их.

– Умоляю, очнись, – по моим щекам катятся слезы, и я больше не пытаюсь их сдерживать. Отчаянно трясу друга за плечи и, убедившись в том, что мои попытки ни к чему не приведут, со всей силы ударяю кулаком по асфальту. 

Меня душит злость. На судьбу за то, что отняла у меня Стива. На людей, которые прямо или косвенно виноваты в пожаре. На себя за то, что нахожусь здесь и ничем не могу помочь.

Раздаются еще несколько хлопков, бензоколонки взрываются одна за другой, а дым заполняет территорию настолько стремительно, что я едва различаю предметы возле себя.

– Прости меня, Стив, – выдавливаю я, размазывая по щекам слезы и пепел. – Прости, что не спасла тебя…

Одна из стен заправочного комплекса падает в паре ярдов от нас, поднимая сноп искр в окрашенное багряными оттенками небо.

Я хватаюсь за шею, заходясь в приступе удушающего кашля. От нехватки воздуха темнеет в глазах, а из всех чувств остается только сонливость, с которой я не в силах бороться.

Ложусь на спину и закрываю глаза, не желая наблюдать за господством смертельной стихии. Уверена, увиденное не раз будет преследовать меня в кошмарах: взрывающиеся бензоколонки, не знающий пощады огонь, поднимающиеся вверх столбы дыма и маска смерти, застывшая на лице моего лучшего друга.

Я тянусь к его руке и переплетаю наши пальцы. Даже в такой момент мне важно знать, что Стив рядом. Как и всегда, когда мне было больно, страшно или грустно. Он был со мной в самые трудные минуты моей жизни, и сейчас я жалею лишь о том, что не успела сказать ему «спасибо».

Языки пламени касаются моей кожи, заставляя меня издавать нечеловеческие звуки. Я дергаюсь, извиваюсь и из последних сил сжимаю пальцы Стива. Нестерпимая боль разливается по телу, заставляя меня биться в агонии. 

Так вот что чувствовал Спенсер, когда пламя охватило его машину, не оставляя брату даже малейшего шанса на спасение. Наверное, то же самое испытывал и Райан, когда неконтролируемая стихия превратила его дом в смертельную ловушку. А Стив? Я лишь надеюсь, что он потерял сознание раньше, чем огонь добрался до него.

Я бы предпочла то же самое. Надышаться угарным газом или умереть от болевого шока. В такой ситуации оба варианта кажутся спасением, но увы, даже сейчас у меня нет выбора.

– Эвелин! Отпусти! – чей-то голос звучит рядом со мной, но я не могу понять, кому он принадлежит.

Здесь только я и мой мертвый приятель. Быть может, начались галлюцинации? С минуты на минуту я умру, и все закончится.

– Эвелин, мне больно!

Мне тоже…

– Эвелин, вставай!

Я вздрагиваю, ощутив что-то холодное на своем лице. Ледяная вода попадает в нос и рот, и я начинаю кашлять. Резко поднимаю голову, едва не вскрикнув от давящей боли в затылке, и заставляю себя открыть глаза.

Вместо разрушений и огня я различаю слабое мерцание прожекторов и обеспокоенные лица людей, столпившихся вокруг меня.

– Отпусти! – сдавленно стонет какой-то парень, и я наконец узнаю в нем Шона. 

Только сейчас осознаю, что все это время сжимала его руку. Причем с такой силой, что тот едва не шипел от боли.

Я ослабляю хватку, и парень делает несколько шагов назад, тихо ругаясь при малейшей попытке пошевелить пальцами.

– Ты напугала нас до чертиков! – выпаливает Бритни и, опустившись на колени рядом со мной, крепко обнимает меня.

Прикосновения девушки не вызывают боли, и я мысленно поражаюсь тому, как такое возможно. Поднимаю руку, осматривая свою кожу. На ней нет ни единого ожога или шрама. Никаких напоминаний о том, что я вернулась из ада.

В клубе царит несвойственная для подобных заведений тишина. Толпа уже успела расступиться, но многие люди по-прежнему то и дело поглядывают в нашу сторону и что-то обсуждают друг с другом. Бритни и ее спутники задают мне вопросы, но я не могу разобрать ни слова.

Еще минуту назад я сгорала заживо на автозаправке, а сейчас вдруг оказалась в прохладном помещении в окружении людей, которые даже не ведают, через что мне пришлось пройти.

– Ты как? – спрашивает Бритни, наконец выпуская меня из своих объятий и заправляя прядь мокрых волос мне за ухо. 

Капли воды падают на пол, а я опускаю взгляд на свое платье. В районе груди красуется большое пятно от воды, и я начинаю всерьез жалеть, что не взяла с собой сменную одежду. С моим умением попадать в неприятности надо повсюду таскать с собой чемодан, набитый предметами первой необходимости.

– Прости, – пожимает плечами Майкл, когда я перевожу взгляд на пустой стакан в его руке. – Других способов разбудить тебя я не придумал.

Разбудить? Нет, это точно был не сон. Слишком уж реалистичный и… слишком похожий на то, с чем я уже сталкивалась дважды. Это очередное предупреждение. Я весь день не могла отделаться от мысли о том, что произойдет нечто ужасное, и раз за разом размышляла над тем, кто станет следующим в этой цепочке смертей. Оказывается, нужно было лишь время, чтобы получить ответы на все свои вопросы.

Майкл подходит ближе и протягивает мне руку.

– Стив, – шепчу я, когда новый знакомый Бритни помогает мне подняться.

– Нет, я – Майкл, – отвечает тот, очевидно, решив, что последнее слово было адресовано ему.

– Что, черт возьми, это вообще было?! – озадаченно спрашивает Шон, все еще растирая свои пальцы. 

– Эвелин, может, лучше вызвать «скорую»? – предлагает Майкл и уже тянется за своим телефоном, но я останавливаю его.

– Не надо.

– Уверена? Мне кажется, лучше не рисковать, – не унимается парень.

Не знаю, действительно ли его беспокоит мое состояние или Майкл всего лишь переживает за репутацию клуба, которая может серьезно пошатнуться, если с кем-то из посетителей что-нибудь случится. Как бы там ни было, я не собираюсь ему уступать. Провести эту ночь в больнице, а наутро узнать, что Стив погиб в результате пожара, который я не смогла предотвратить, – последнее, что я могу сейчас допустить.

– Она ведь даже набухаться как следует не успела, – негодует Шон, переводя взгляд то на меня, то на Бритни, то на Майкла. – Чего ее так развезло-то?

– Это был сонный паралич, – объясняет моя подруга. – Такое периодически случается. У Эвелин нарколепсия, поэтому подобные приступы – не редкость.

– Надеюсь, это не заразно? – с нотками нарастающей паники интересуется Шон, на что Бритни лишь закатывает глаза.

– Стив, – повторяю я, словно одержимая. Скольжу взглядом по присутствующим, но не вижу среди них никого даже отдаленно напоминающего своего приятеля.

– Эвелин, ты чего? – Бритни заглядывает в мои глаза, явно не понимая, что на меня нашло. В ее взгляде читается плохо скрываемое беспокойство. Должно быть, выгляжу я не лучшим образом, иначе девушка уже спустя полминуты забыла бы о случившемся и предложила не зацикливаться на мелочах.

– Бритни, где Стив? – я продолжаю задавать один и тот же вопрос, все еще не до конца осознавая происходящее.

– Его не было с нами, – отвечает она, а я тем временем направляюсь к дивану, на котором оставила свою сумочку. 

Мой взгляд останавливается на светящихся настенных часах в форме сердца. Сейчас половина второго. Если смена Стива сегодня – через шесть часов он окажется на заправке. 

Я мысленно стараюсь убедить себя в том, что время еще есть и я обязательно успею что-нибудь предпринять. Однако после увиденного мыслить позитивно не получается, и я невольно допускаю мысль, что ничем не смогу помочь Стиву.

Руки дрожат, когда я пытаюсь расстегнуть клатч. Бритни помогает мне справиться с замком, и я без лишних колебаний вытряхиваю содержимое на диван.

– Где мой телефон? – выпаливаю я, в очередной раз обращая на себя внимание посетителей.

– Он у меня, – напоминает Бритни, поправляя изящное жемчужное ожерелье на своей шее.

Проклятье. Я и забыла, что отдала гаджет ей. Не по своей, конечно, воле, но это уже неважно.

– Верни его мне, – прошу я, принимаясь запихивать в сумочку ключи, помаду, несколько центов и яркие листовки, которые нам едва ли не каждый день раздают на улицах.

– Не хочешь для начала объяснить, что происходит? – скрестив руки на груди, заявляет Бритни.

– Ты что, оглохла?! Верни мне чертов телефон! – я вздрагиваю от собственного голоса, а Бритни замирает на месте, глядя на меня так, словно я только что отвесила ей пощечину.

– Что за шум, а драки нет? – посмеивается подоспевший к нам Шон и небрежно закидывает руку на мое плечо.

– А нужна? – с вызовом спрашиваю я, отстраняясь от этого любителя дешевых подкатов и помойного юмора.

– Слушайте, я все-таки настаиваю на «скорой», – за моей спиной материализуется Майкл. – Вдруг Эвелин ударилась головой или…

Он замолкает, когда я оборачиваюсь, и, встретившись с моим многозначительным взглядом, так и не решается закончить предложение.

Замечаю в руках Майкла ярко-красную сумочку своей подруги. Должно быть, обронила, когда бросилась мне на помощь. Без лишних церемоний я выхватываю сумку из его рук и, отыскав в ней свой телефон, возвращаю «Шанель» ее законной владелице.

Не обращая внимания на взгляды окружающих, спешу как можно быстрее покинуть клуб. Толкаю массивную входную дверь и наконец оказываюсь на свежем воздухе. Вдохнув полной грудью, начинаю листать список контактов и, найдя номер Стива, нажимаю «вызов».

«Привет. Вы позвонили папику Стиву. К сожалению, на данный момент он занят чем-то более важным, чем разговоры с вами, поэтому перезвоните позднее. А лучше не перезванивайте вовсе», – звучит на том конце линии. 

– Черт! – кусаю губу и сразу ощущаю во рту мерзкий металлический привкус. Вытираю каплю крови тыльной стороной ладони и размышляю над тем, что делать дальше.

В глубине души я понимаю, что существует огромное количество причин, по которым Стив не берет трубку, и все же позволяю себе допустить мысль, которая окончательно выбивает почву у меня из-под ног.

Что если на этот раз я стала свидетелем не того, что должно произойти, а того, что уже произошло? Вдруг пожар случился утром и спасать Стива слишком поздно?

Не теряя времени, вбиваю в поисковике «Пожар на Милтон Стейт. Последние новости» и впервые в жизни радуюсь, что интернет не выдает результаты по моему запросу. Значит, время не упущено и у меня еще есть шанс все исправить. Проблема лишь в том, что я понятия не имею, с чего мне вообще начать.

Не знаю почему, но внезапно у меня возникает желание позвонить Эдриану. Вероятно, он не сможет решить проблему, но я точно знаю, что Эдриан выслушает меня и даст совет, в котором я сейчас так сильно нуждаюсь.

«Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позднее» – безучастный голос автоответчика разбивает мои последние надежды на лучшее.

Глупо было рассчитывать на то, что Эдриан проводит время в ожидании моего звонка. Он наверняка снова на работе, а значит, не станет включать телефон, пока не покинет стены больницы. Если в эту ночь Эдриан на дежурстве, дозвониться до него мне не удастся ни при каких обстоятельствах.

Мои попытки сохранить самообладание рушатся как карточный домик. Хочется швырнуть телефон в сторону, а потом разрыдаться. Плакать от собственного бессилия и снова и снова задаваться одним и тем же вопросом:

Почему это происходит со мной?

Наверное, я бы так и поступила, если бы не одно «но». И это «но» – время. Упустить его, значит, позволить Стиву умереть. Однажды он уже едва не погиб из-за меня во время гонок. Невыносимо думать о том, что через несколько часов парень снова окажется на волоске от смерти.

Я решаю, что лучший и, пожалуй, единственный разумный вариант сейчас – отправиться домой и уже в спокойной обстановке размышлять, как действовать дальше.

Вызываю такси и лишь потом вспоминаю, что в последнее время этот вид транспорта стал намного опаснее, чем был раньше. Где-то на таком автомобиле разъезжает Райан, и, возможно, именно мне не повезет стать его попутчицей.

Качаю головой, стараясь отогнать тревожные мысли.  Выбора у меня все равно нет. Просить Бритни отвезти меня домой – не вариант. Она слишком много выпила, чтобы садиться за руль. К тому же после того, что я устроила в клубе, подруга вряд ли горит желанием выполнять мои прихоти. 

Плевать на Райана. Я и так полночи думала об этом ненормальном. Пожалуй, пора подумать о других людях. Людях, которых я могу потерять, если продолжу бездействовать.

С этой мыслью я закрываю приложение для вызова такси и принимаюсь снова названивать Стиву. Раз за разом меня приветствует автоответчик, но я не прекращаю попытки. Словно надеюсь, что мои усилия рано или поздно приведут к желаемому результату. 

Дверь за моей спиной резко открывается, и какая-то девушка, цокая каблуками по асфальту, направляется ко мне. Она останавливается позади меня, и я ощущаю такой привычный аромат лаванды и бергамота. Помню, как обрадовалась Бритни, когда я подарила ей эти духи на прошлый день рождения. 

Кто бы мог подумать, всего год назад мы проводили вместе каждую свободную минуту, а поспорить могли разве что из-за очередных модных новинок, которые Бритни называла «последним писком», а я – «безвкусицей». Сейчас мы все больше отдаляемся друг от друга, ссоримся едва ли не каждый день и даже не пытаемся сохранить то, что осталось от нашей дружбы.

Бритни продолжает молчать. Наверное, ждет, что я начну искать оправдание своим поступкам, а еще лучше – извинюсь. Я делала это всегда, даже когда виновата была Бритни. Вероятно, слишком сильно боялась разрушить нашу дружбу. Если честно, до сих пор боюсь. И тем не менее, в этот раз я не собираюсь делать первые шаги. Если Бритни ждет, что я снова возьму на себя роль миротворца и попытаюсь сгладить острые углы, ее ожидание продлится очень долго.

– Кому ты звонишь? – интересуется Бритни.

– Стиву, – бросаю я, в очередной раз нажимая кнопку вызова.

– Хочешь, чтобы он присоединился к нам? 

– Нет, хочу сама присоединиться к нему, – отвечаю я и, немного помедлив, добавляю: – Где бы он ни был.

– Слушай, если твои планы на эту ночь изначально были связаны с ним, можно было просто предупредить, – в ее голосе проскальзывают нотки упрека.

– У меня не было таких планов, – заявляю я и наконец оборачиваюсь.

Бритни лишь скептически выгибает бровь.

– Зато сейчас есть, – усмехнувшись, отвечает она. 

И что это значит? Бритни сама настояла на том, чтобы я пошла с ней, а сейчас ведет себя так, словно я предала ее. Впрочем, пора уже привыкнуть к тому, что в любой ситуации Бритни выставит меня крайней.

– А в чем проблема? – устав от ее недвусмысленных намеков, напрямую спрашиваю я.

– В тебе, – скрестив руки на груди, выдает Бритни. – Не знаю, когда это началось и с чем связано, но тебя в последнее время словно подменили.

– Даже не начинай, – я выставляю руку вперед, всем своим видом демонстрируя нежелание выслушивать ее нотации.

– Что именно? Говорить правду, которую ты так сильно любишь? Я, конечно, все понимаю, но…

– Нет, не понимаешь! – повышаю голос я. – Ты ничего, черт возьми, не понимаешь и даже не пытаешься понять! 

Проходящие мимо парни бросают на нас взгляды, а расположившиеся на скамейке неподалеку от входа в клуб девушки отвлекаются от своих телефонов, с интересом наблюдая за нашей перепалкой.

Что ж, пусть наслаждаются шоу. Мне надоело постоянно беспокоиться о том, что подумают окружающие. Надоело быть удобной для своей подруги, которая не может просто смириться с тем, что другие люди тоже имеют право на свое мнение. А еще чертовски надоело подбирать слова и обдумывать каждый свой шаг, чтобы ненароком никого не обидеть. Пора обозначить свои границы и расставить приоритеты.

– Если я чего-то и не понимаю, то моей вины в этом нет, – снова снимает с себя ответственность Бритни. – Ты сама в последнее время ничего мне не рассказываешь.

– И не собираюсь, – отрезаю я. – Какой смысл говорить об этом с человеком, который считает тебя ненормальной?

– А твои поступки имеют логическое объяснение? – в ее голосе звучит нескрываемая насмешка. – Извини, но я что-то не вижу. Ни логики, ни адекватности.

– Неудивительно, что ты ничего не видишь, – в тон ей отвечаю я. – Тебе ведь на все плевать. Развлечения, алкоголь и парни – вот три пункта, которые тебя интересуют в этой жизни. Остальное не так уж и важно, правда?

Бритни смотрит в мои глаза и качает головой, словно не может поверить, что я позволила себе такую неслыханную дерзость.

Я жду, что она начнет оскорблять меня, обвинять во всех смертных грехах, а напоследок, как всегда, заставит почувствовать себя виноватой. Однако вместо этого слышу:

– Тебе нужна помощь.

– Психиатрическая? – усмехаюсь я. – Да, ты права. Можешь не терять времени и прямо сейчас внести номер психушки в «быстрый набор».

– Не вижу поводов для шуток. Тебе реально пора обратиться к специалисту, – в голосе Бритни нет прежней иронии, наглости и скептицизма. Слишком спокойный, ровный и какой-то обреченный тон. 

Похоже, она действительно поверила в то, что я сошла с ума, и решила не спорить с человеком, который не отдает отчет своим действиям.

– А тебе пора вернуться в клуб, – подытоживаю я. – Некрасиво заставлять ждать тех, кто оплачивает твои напитки. 

Не получив ответа, отхожу в сторону и в сотый раз за эту ночь бросаю взгляд на экран смартфона. Я не перестаю надеяться, что с минуты на минуту мне придет оповещение «абонент снова в сети». Тогда я наконец смогу дозвониться до Стива и сказать ему…

Сказать что?.. 

Только сейчас я понимаю, что, связавшись со Стивом, решу лишь половину проблемы. Не представляю, что подумает парень, если я ни с того ни с сего предложу ему прогулять работу. Сказать правду – тоже не вариант. Стив мне просто не поверит.

Помню, как рассказала ему о своем первом видении, когда мы подъезжали к стадиону. Стив решил, что постоянные стрессы наложили отпечаток на мою психику, а авария лишь усугубила ситуацию. Спустя пару минут Стив узнал, что Марк погиб, но даже тогда не посчитал нужным связать мое видение со смертью парня. Назвал это обычным совпадением и в скором времени предпочел просто забыть о случившемся.

Что же мне делать? Должен быть какой-то выход. Не могу же я просто смириться с тем, что…

Вздрагиваю, услышав гудок автомобиля. Погрузившись в свои мысли, я даже не заметила остановившийся возле меня седан янтарного цвета. Стекло опускается, и я вижу перед собой мужчину лет шестидесяти.

– Девушка, мы можем ехать или вы кого-то ждете? – интересуется таксист.

«По крайней мере, на Райана он не похож. Уже хорошо» – мысленно отмечаю я. Когда поводов для радости нет, нужно учиться искать плюсы хотя бы в чем-то.

– Да, едем, – выдавив из себя улыбку, забираюсь в салон и пристегиваю ремень безопасности. Назвав адрес, откидываюсь на спинку сиденья и прикрываю глаза, желая хотя бы на пару секунд оторваться от реальности, которая порой становится страшнее любых кошмаров.

Не успевает таксист нажать на газ, как я слышу чей-то приказ подождать. Повернув голову, замечаю Бритни. Та усаживается на заднее сиденье рядом со мной и смотрит на меня так, словно я только что совершила преступление.

– Четыре, – выпаливает Бритни и, заметив, что дверь не закрылась, захлопывает ее с такой силой, что таксист начинает что-то бурчать себе под нос.

– Что? – не сразу соображаю я.

– Меня в этой гребаной жизни интересуют четыре пункта. И один из них – ты.

Я молча смотрю на подругу, не зная, как реагировать на такое заявление.

– Теперь точно все? – поворачивается к нам таксист.

– Точно-точно, поезжайте уже, – говорит девушка и, скинув с ног неудобные туфли, блаженно улыбается.

– Ты не предупредила Шона и Майкла, что не вернешься? – решаю поинтересоваться я, когда машина трогается с места.

– Нет. Я не обязана перед ними отчитываться, – как ни в чем не бывало заявляет Бритни. –  У них, кстати, есть мой номер. Захотят поинтересоваться, в чем причина, – сами позвонят.

Должно быть, я погорячилась, когда решила, что Бритни оставит меня и пойдет дальше веселиться с этими двумя. Что бы ни случилось, Бритни всегда выбирала меня. А я вместо «спасибо» наговорила ей столько гадостей…

– Прости, – выдавливаю я, не решаясь поднять взгляд на подругу.

– Проехали, – отмахивается та.

Не знаю, действительно ли Бритни решила забыть о нашей ссоре или просто не захотела обсуждать случившееся при постороннем человеке, но я благодарна ей за то, что она избавила меня от непростого разговора.

Решив снова попытать удачу, я набираю номер Стива. На этот раз автоответчик не срабатывает. Вместо него я слушаю гудки. Долгие и угнетающие. Наверное, другой бы на моем месте давно прекратил это бессмысленное занятие, но я не теряю надежду. 

– От того, что ты наберешь еще десять раз, вряд ли что-то изменится.

Поднимаю голову и встречаюсь с непонимающим взглядом Бритни.

– Почему он не берет трубку? – я обращаюсь скорее к себе, чем к ней, но девушка решает поделиться своим мнением:

– Потому что он спит. Ты время вообще видела?

– Если бы спал, давно бы проснулся. У Стива достаточно громкий рингтон.

Бритни лишь пожимает плечами.

– Значит, опять в участок загремел.

– Бритни… – не могу удержаться, чтобы не закатить глаза. 

– Нет, ну а что? Как будто первый раз, – покачав головой, заявляет она.

Если бы не то видение, я бы и сама решила, что Стив снова попал в криминальную передрягу. Не знаю как сейчас, но раньше парень проводил время в полицейских участках чаще, чем Бритни в ночных клубах. 

Помню, как злился Марк, когда я, вместо того чтобы уделять внимание ему, отправлялась в участок, чтобы проведать Стива.

– Прекращай уже проводить время со своим дружком-уголовником, – однажды заявил Марк, чем окончательно поверг меня в шок.

Может, Стив и не всегда соблюдал закон, но уголовником точно не был. Нелегальные гонки, нарушение правил дорожного движения, неповиновение сотрудникам правопорядка и мелкое хулиганство – вот максимум, на который был способен этот парень.

– Он не уголовник, – возразила я. – Просто Стив живет по своим правилам.

– Значит, теперь это так называется, – усмехнувшись, заметил Марк, на что я лишь закатила глаза. 

– Давай не будем.

– Будем. Еще как будем, – разошелся тот. – Тебе понравится, если я стану развлекаться с другими девушками?

– Делай что хочешь, – бросила я, решив, что спорить с ним из-за такой ерунды просто бессмысленно.

В тот день я и подумать не могла, что однажды пожалею о своих словах. Марк действительно нашел себе другую, вот только не посчитал нужным уведомить об этом меня. Какая ирония: человек, который сомневался в моей верности, одновременно встречался с двумя девушками. Видимо, решил, что ему можно все, а мне – нет.

Пожалуй, даже хорошо, что я узнала правду в тот вечер. Хоть эта правда и обернулась для меня весьма неприятными последствиями, я ни о чем не жалею. Даже если бы передо мной стоял выбор: погибнуть под колесами машины, но перед этим узнать об отношениях Марка и Моники, или продолжать жить в неведении и считать себя незаменимой, я бы без раздумий выбрала первое.

– Эвелин! – Бритни хватает меня за руку и кивает на вибрирующий на моих коленях телефон. 

Припев песни «Count on Me» всегда ассоциировался у меня только с одним человеком, и поэтому я, не задумываясь, установила его как мелодию звонка для того, кто порой шутки ради названивал мне по пятьдесят раз в день. Того, чей звонок этой ночью я ждала, как никогда прежде.

– Всех неспящих приветствую, – раздается на том конце провода сонный голос.

– Стивен, – выдыхаю я и крепче сжимаю телефон.

– Что случилось, Эвелин? 

Я была готова к миллиону шуток, дружеских подколов и наигранных возмущений, но точно не к этому вопросу. И с каких только пор Стив начал переходить сразу к делу?

– Не понимаю, о чем ты, – беззаботно бросаю я. – С чего ты вообще взял, что что-то случилось?

– С тридцати четырех непринятых на своем телефоне, – поясняет парень. – И да, ты называешь меня «Стивен», только когда что-то случается.

Черт, теперь точно не смогу отвертеться!

– Я просто хотела убедиться, что с тобой все хорошо, – выдаю я первое, что приходит в голову.

Похоже, Стив завис. Но мне это даже на руку. За те несколько секунд, что он молчит, я постараюсь решить, как приступить к непростому разговору.

– Ты звонила в половине второго ночи, чтобы поинтересоваться, в порядке ли я?.. – то ли мне показалось, то ли в голосе Стива только что прозвучали нотки недоверия. 

Ну да, едва ли я похожа на человека, просыпающегося посреди ночи из-за беспокойства о друзьях. Стыдно признать, но я и днем не всегда интересовалась, как у него дела, что уж говорить о внезапных телефонных звонках в такое позднее время.

– Просто признай, что жить без меня не можешь и каждую ночь видишь сны с моим участием, – разряжает обстановку Стив, и я не могу удержаться, чтобы не улыбнуться.

– Все возможно, приятель. 

Знал бы ты, какой сон с твоим участием я видела сегодня, вряд ли бы тебе было до смеха…

– Стив, когда мы с тобой виделись последний раз? – я решаю начать издалека, чтобы не вызвать у парня еще больше вопросов.

– На твоем выступлении, – сразу вспоминает тот.

– Это же было так давно, – протягиваю я.

– Ага, целых три дня назад, – усмехнувшись, бросает Стив.

– Не смешно. Я скучаю вообще-то, – заявляю я. – Как насчет того, чтобы встретиться утром?

–  Я не против. Где меня искать, ты знаешь.

До боли кусаю губу, понимая, к чему он клонит.

Стив предлагает мне приехать на заправку. В любой другой день я бы согласилась, но в этот раз АЗС – последнее место на Земле, где я предпочла бы оказаться.

– Нет, не на заправке. Давай встретимся у меня. 

– С утра моя смена, так что не выйдет, – отвечает Стив.

– Может, возьмешь выходной? – предлагаю я.

– Ага, и останусь без работы. Этот старый хрен только и ждет, когда я накосячу, чтобы меня уволить. А я и так в этом месяце отгулял за следующие два, – в голосе Стива ни капли сожаления, зато сколько гордости. 

– Найдешь новую, – как можно беззаботнее произношу я.

– Найду, когда меня выкинут с этой, – бросает парень. – Но не хотелось бы, чтобы причиной стали прогулы.

– А есть еще причины?

– Их больше, чем ты можешь себе представить, – посмеивается Стив.

– Кто бы сомневался, – я стараюсь сказать это с нотками осуждения, но отчего-то снова начинаю улыбаться.

 – Как насчет послезавтра? – интересуется Стив. – Ты сможешь?

Я смогу, а вот ты – уже нет…

Осознание того, что Стив погибнет не из-за пожара, а из-за того, что я не смогла повлиять на его решение, наталкивает меня на мысль.

– Сейчас, – уверенно заявляю я.

«Или никогда» – добавляет внутренний голос.

– Что «сейчас»? – не сразу догадывается Стив.

– Давай встретимся сейчас. Устроим ночь кино, как в старые добрые времена. С колой и попкорном.

– Шутишь? – спрашивает он так, словно я только что предложила ему полететь в космос. – А спать мне когда, по-твоему?

– Хотя бы на час, – настаиваю я. 

– Эвелин, в другой раз, – отвечает Стив. – Поговорим утром, хорошо?

– Стив, не отключайся! – кричу я и в ту же секунду ощущаю на себе удивленный взгляд таксиста и испуганный – Бритни.

– Ладно, – в его голосе звучит непонимание. – Не отключаюсь.

– Стив, пожалуйста, приезжай. Мне нужно кое-что обсудить с тобой, – говорю я и, зная, каким будет его следующий вопрос, добавляю: – Это не телефонный разговор.

– Что за срочность-то? Что могло произойти за те три дня, пока мы не виделись?

– Мой отец решил переехать в другой город, меня попыталась избить однокурсница, как только я переступила порог универа, а на следующий день ее нашли мертвой. В убийстве, кстати, тоже обвинили меня.

Тишина. Не думала, что Стива можно чем-то удивить в этой жизни, но, похоже, мне это удалось.

– Скажи мне, что это все, – наконец произносит парень.

– Нет, – заявляю я. – Все по телефону не расскажешь.

– Буду через полчаса, – коротко говорит парень и сбрасывает вызов.

Впервые за эту ночь я позволяю себе вздохнуть с облегчением. Знаю, что не смогу до бесконечности удерживать Стива, рассказывая ему истории из своей жизни. Знаю, что утром мне придется придумывать новые аргументы, чтобы убедить его не идти на работу, и с трудом представляю, как буду это делать. Но все же мне становится немного спокойнее от того, что я в силах повлиять на ситуацию. Может, мне и не удастся предотвратить пожар, но я хотя бы сделаю так, чтобы Стив не оказался на заправке в тот момент, когда это произойдет. 

Не знаю почему, но внезапно мне вспоминается мое первое видение. Марк в нем предупреждал меня отступить и не вмешиваться в судьбы других людей, но я не стала его слушать. Вчерашний сон, после которого я едва не сошла с ума от страха, будто стал очередным напоминанием о том, что я совершаю ошибку, когда пытаюсь предотвратить неизбежное.

Когда бросаю вызов смерти…

Не знаю, чем обернется очередная попытка, но сидеть сложа руки не могу. Стив заслуживает того, чтобы прожить долгую и счастливую жизнь, и я сделаю все, чтобы у него появилась такая возможность. 

Ощутив на себе чей-то долгий испытующий взгляд, поворачиваюсь к Бритни. 

В темном салоне автомобиля ее глаза отражают сияние уличных фонарей, и это придает им какой-то неестественный, почти мистический блеск. Девушка молчит, но выражение ее лица говорит о том, что ей не терпится задать миллион вопросов. Вопросов, на большинство из которых я и сама до сих пор не нашла ответы.

– Не спрашивай, – покачав головой, тихо прошу я. – Просто не спрашивай.

Бритни продолжает смотреть в мои глаза, но так и не решается нарушить молчание. То ли впервые в жизни услышала мою просьбу, то ли действительно убедила себя в том, что ее подруга сошла с ума и попытки понять ее ни к чему не приведут.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – тихо произносит Бритни, глядя на меня с каким-то непонятным выражением лица.

Я киваю и сразу же отворачиваюсь к окну, притворяясь, будто рассматриваю проносящиеся мимо небоскребы. Мне бы хотелось убедить Бритни, что все под контролем, но я не хочу лгать ни ей, ни себе.

Ситуации, в которых я оказываюсь, слишком непредсказуемы. Быть уверенной в чем-то на сто процентов я просто не могу, а потому с моих губ срывается лаконичное:

– Я тоже.