Твой выбор

– Какие люди! – громко приветствует меня Джонни, когда я направляюсь к барной стойке, минуя немногочисленных посетителей.

Огромная удача, что ночной клуб «Колетт» не закрыт днем, как многие другие, а работает в качестве бара. И еще большая удача, что Джонни сейчас здесь. По правде говоря, я не рассчитывала увидеть его за барной стойкой, ведь днем парень работает в такси, и лишь после захода солнца возвращается к своему привычному амплуа короля алкогольных коктейлей.

– Давно не виделись, «яркий» парень, – с улыбкой говорю я, и Джонни посмеивается, осознав, что это прозвище закрепилось за ним надолго. Ну а как иначе, если первое, что бросается в глаза при встрече с этим молодым человеком, – разноцветные дреды, с которыми он никогда не расстается?

– И все это время ты только и думала о том, как бы это исправить, верно? – многозначительно произносит он, после чего открывает дверцу, ограждающую барную зону, и шагает ко мне.

У меня отвисает челюсть, когда он останавливается передо мной. Первый раз я увидела его за рулем такси, а во время второй нашей встречи он стоял за барной стойкой, которая скрывала половину его тела. Однако сейчас, когда Джонни стоит напротив меня, мне приходится не просто поднимать глаза, а задирать голову, чтобы увидеть его лицо. Даже не буду предполагать, какой у него рост. Все равно не угадаю.

– Давай обнимемся, что ли, – широко улыбается он, после чего обхватывает меня своими лапищами.

Из моей груди вырывается полувздох-полустон, когда Джонни похлопывает меня по спине. Не уверена, что после такого приветствия мои ребра остались целыми, но буду искать плюсы. По крайней мере, Джонни – один из немногих людей, которые искренне рады видеть меня. С каждым днем таких становится все меньше.

– Не говори мне, что раздвоился и теперь одновременно работаешь и в клубе, и в такси, – бросаю я, когда он наконец выпускает меня из своей железной хватки.

– Было бы здорово, но нет, – посмеивается Джонни. – Напарник заболел, поэтому с такси пока пришлось завязать. Работаю здесь в две смены, а потом без задних ног валяюсь дома.

– Значит, на развлечения времени совсем не остается? – издалека начинаю я.

– Не-а, но если у тебя есть какие-то идеи, то, возможно, я смогу убедить Майкла дать мне выходной, – улыбнувшись во все тридцать два, многозначительно произносит бармен.

Что ж, Джонни будет не Джонни, если не попытается заигрывать со мной. Хорошо, что Стив этого не слышит. Мой парень решил, что за платную парковку платят только дураки, поэтому отправился искать свободные места неподалеку от клуба. Надеюсь, Стив потратит на это занятие намного больше времени, чем планировал, ведь у меня есть план, который он явно не одобрит.

– Ну, если ты настаиваешь… – с нотками флирта протягиваю я. – Мне очень давно хочется сходить искупаться, но не с кем. Может, рванем на пляж?

И нет, я не решила угробить Джонни. Напротив, это часть плана по его спасению. Вместо того, чтобы придумывать нелепые причины, почему ему не стоит посещать пляж, я предложу сходить туда. В лучшем случае Джонни скажет, что у него нет на это времени, а значит, можно будет не беспокоиться, что он отправится туда без меня. В худшем – согласится, но поедет со мной, и я смогу проконтролировать, чтобы ничего не случилось.

– Крошка, я бы с радостью, вот только вода и «яркий» парень – вещи несовместимые, – качает головой Джонни. – Сколько ни пытался научиться плавать,  все время иду ко дну.

С моих плеч словно сваливается гора. Этот вариант даже лучше предыдущих двух, ведь он означает, что Джонни вообще не окажется рядом с пляжем, а именно там, если верить моему видению, все и случится.

– Значит, от воды стараешься держаться подальше? – как бы между слов интересуюсь я, мысленно молясь всем богам, чтобы это было так.

Джонни разводит руками.

– Если только это не вода в бутылке.

Я смеюсь, на этот раз искренне и непринужденно. Обожаю, когда все идет по плану, и пока обстоятельства складываются как нельзя лучше. Осталось найти Майкла, и тогда можно будет с уверенностью сказать, что все мужчины, так или иначе имеющие отношение ко мне, находятся в относительной безопасности.

– А где Майкл? – спрашиваю я, сканируя взглядом территорию клуба.

– До одиннадцати был здесь, потом уехал. У него вроде как свидание с его девчонкой.

Судя по тому, что всего полчаса назад с номера Майкла отвечала Бритни, это было вполне ожидаемо. Я пытаюсь представить, куда они отправились, и невольно вздрагиваю от мысли, что местом свидания эти двое выбрали пляж.

– А ты случайно не знаешь, где они решили устроить свидание? – любопытствую я, стараясь, чтобы мой голос звучал так, будто я просто поддерживаю беседу.

– Вроде Майкл говорил, что Бритни позвала его к себе домой, – пожимает плечами Джонни.

– Ясно, – бросаю я, а сама тем временем лихорадочно вспоминаю, нет ли у Бритни бассейна на заднем дворе.

Да, до этого момента трагедии всегда случались именно в тех местах, которые я видела в своих видениях, но что, если я ошибаюсь? Вдруг оба раза были совпадением, и на самом деле значение имеет лишь способ смерти, а не место, которое я вижу? В таком случае моя теория с пляжем ошибочна, а значит, следующая жертва может утонуть где угодно. Даже упасть в душе, удариться головой и захлебнуться. Если это так, то я вообще не в силах ни на что повлиять. В самом деле, не могу же я создать десяток своих клонов и приставить каждого из них к потенциальной жертве.

– Вот умора, да? – спрашивает Джонни, совершенно не подозревая о том, что после рассказа о местонахождении Майкла я перестала слушать его болтовню.

– Слушай, а ты можешь позвонить Майклу и позвать его сюда? – спрашиваю я, возвращаясь к предыдущей теме.

Даже если план не сработает, я хочу быть уверена в том, что сделала все возможное. Тем более, что Майкл – последний человек в моем окружении, которого я еще не предупредила.

Джонни вскидывает свои густые брови.

– Зачем?

– Давно его не видела, хотела пообщаться, – на ходу придумываю я самое нелепое объяснение в мире.

– Не думаю, что сейчас подходящее время, – качает головой Джонни. – Вот тебе бы понравилось, если мы с тобой устроили свидание, а кто-то нас отвлек? – его рука ложится на мою талию, а на губах снова играет улыбка чеширского кота.

– Если только в альтернативной вселенной, чувак, – доносится у меня из-за спины, и я инстинктивно отскакиваю от Джонни, узнав обладателя голоса.

Обернувшись, замечаю остановившегося в паре шагов от нас Стива и замираю в ожидании того, что последует дальше. Мой парень довольно ревнивый, и подобное проявление внимания ко мне со стороны другого мужчины вполне может вызвать у него негативную реакцию. Однако, к моему удивлению, на губах Стива играет легкая ухмылка, а во взгляде нет ни намека на раздражение. То ли он не видит в лице Джонни достойного конкурента, то ли осознает, что затевать конфликт с человеком, который при желании может одним ударом отправить другого в пожизненный нокаут, – не самое разумное решение.

– Стив, это Джонни – мой приятель. Джонни, это Стив – мой парень, – торопливо представляю я их друг другу и на всякий случай подхожу поближе к Стиву.

Джонни выставляет ладони вперед в примирительном жесте.

– Понял-понял, не претендую, – с нотками веселья в голосе говорит он Стиву, после чего кивает на меня и добавляет: – Повезло тебе с ней, парень.

– А то, – усмехнувшись, бросает Стив и обнимает меня за плечи.

Какой-то мужчина у барной стойки громко кашляет, привлекая к себе внимание, и Джонни сразу отходит от нас и возвращается к работе.

– Майкла здесь нет, – спешу поделиться я не самыми хорошими новостями.

– Жаль, – произносит Стив, после чего поворачивается к Джонни и кричит: – Чувак, как освободишься, плесни мне мохито.

– Будет сделано, – с широкой улыбкой отчеканивает бармен, наливая в стакан сидящего за стойкой клиента что-то похожее на водку.

– Стив! – осаждаю я. – Мы вообще-то не за этим сюда пришли.

– Помню, – подтверждает он, пряча руки в карманы брюк. – Но ты сама сказала, что Майкла здесь нет. А проблему с Джонни, как я понимаю, ты уже решила.

– Да, но Майкл по-прежнему в опасности, – не отступаю я. – Он сейчас у Бритни, и я понятия не имею, как выманить его сюда.

Стив задумчиво поджимает губы, а спустя несколько секунд уже улыбается так, словно готов принять участие в очередной авантюре.

Не успеваю я спросить, какая гениальная мысль посетила его на этот раз, как парень достает из кармана телефон и, бросив взгляд на экран, громко стонет.

– Проклятье, разрядился! Эвелин, не одолжишь свой?

Стив говорит это настолько громко, что я теряюсь. Собираюсь уже выполнить его просьбу, но тут до меня доходит, на какой ответ он рассчитывает.

– Я оставила его дома, – говорю я, неловко пожав плечами.

– Вот же дьявол! – ругается Стив. – Мне срочно позвонить надо, а тут как назло такое!

– Возьми мой, – доносится до нас голос Джонни, и на долю секунды я вижу в глазах Стива победный блеск. 

И что, черт возьми, он задумал на этот раз?

– Спасибо, чувак, выручил, – говорит Стив, когда Джонни протягивает ему свой мобильник. – Один звонок и верну.

Бармен возвращается к приготовлению коктейлей, а Стив тем временем отходит в сторону и открывает с телефона Джонни переписку с Майклом.

«Срочно приезжай. Нагрянули с проверкой. Требуют администратора», – быстро печатает он, после чего нажимает «отправить».

– Ты с ума сошел?! – шиплю я, уставившись в экран.

– Спокойно, – небрежно бросает Стив. – Все под контролем.

– Это меня и пугает, – скрестив руки на груди, заявляю я.

Всякий раз, когда Стив произносит эту фразу, что-то обязательно выходит из-под контроля. Я знаю этого парня не первый день, и десятки раз становилась свидетелем его авантюр и последствий, которые те за собой влекли.

Не проходит и полминуты, как под именем Майкла появляется значок «онлайн», а еще спустя несколько секунд напротив сообщения высвечивается «прочитано».

Увидев это, Стив удаляет сообщение и направляется к Джонни.

– Еще раз спасибо, – благодарит он, возвращая парню телефон.

– Да обращайся, – отзывается Джонни и подталкивает в сторону Стива стакан, украшенный ломтиком лайма. – Твой мохито.

Заплатив за напиток и обменявшись с барменом еще парой фраз, Стив подходит ко мне и как ни в чем не бывало делает глоток мохито.

– Все гениальное просто, – подытоживает он и торжественно поднимает стакан.

– Серьезно? – недоумеваю я. – Джонни нас убьет.

– Ничего подобного, – отмахивается Стив. – Он славный парень.

Я вопросительно вскидываю брови.

– Интересно, с каких это пор?

Стив лишь пожимает плечами.

– Да с этих самых.

Добравшись до зоны отдыха, мой бойфренд плюхается на диван и похлопывает по месту рядом с собой.

– Даже если нас не убьет Джонни, это сделает Майкл, – заключаю я, усаживаясь рядом со Стивом. 

Боюсь представить, какой будет реакция парня, когда он примчится сюда и узнает, что никакой проверки не было и Стив сорвал ему свидание без всякой на то причины. А уж если с Майклом пожалует Бритни… Нет, об этом вообще лучше не думать.

– Ну, во-первых, не «нас», а «меня», – вносит уточнения Стив. – А во-вторых, от этого зависит его жизнь, так что в сложившейся ситуации хороши любые средства.

– Вот только Майкл этого не знает, – напоминаю я.

– Неважно. К тому времени, как он прибудет сюда, я придумаю причину, почему мне было так важно его увидеть, – заверяет меня Стив.

Не знаю, живет ли Майкл через дорогу от клуба, или испугался настолько, что мчался сюда со скоростью ста пятидесяти миль в час, но не проходит и пятнадцати минут, как он оказывается в клубе.

Я не успеваю даже глазом моргнуть, как Майкл пролетает мимо нас и направляется прямиком к стойке.

– Что произошло? – с нескрываемым волнением в голосе обращается он к Джонни. – Надеюсь, не по поводу проводки приходили, а то сам знаешь, – бросает он, запрыгивая на барный табурет.

Джонни замирает со стаканом в руке в неестественно напряженной позе. Уверена, если бы у него не была настолько темная кожа, я бы точно увидела, как кровь отливает от его щек.

– Какая проверка? – наконец обретает голос бармен. – Ты вообще о чем?

Майкл смотрит на него так, словно пытается понять, не лишился ли парень рассудка.

– Об этом, – говорит Майкл, демонстрируя Джонни экран своего айфона.

Брови Джонни ползут вверх, но не успевает бармен сложить два и два, как Стив вскакивает с дивана и пружинистой походкой шагает в сторону бара.

– Чувак, как тебе мой пранк? – посмеивается он, хлопая администратора по плечу. – Клево я придумал, скажи?

Майкл бросает на парня непонимающий взгляд. Даже не знаю, что удивило его больше: слова Стива или его присутствие в клубе, в котором шансы встретить его после прошлого раза сводились практически к нулю.

– Какой пранк? – озадаченно спрашивает Майкл.

– Насколько ты ответственный работник, – выдает Стив с такой уверенностью, словно придумал объяснение уже давно, а не пять секунд назад. – Поздравляю, работа для тебя важнее девчонок!

– Ты, на хрен, издеваешься?! – ошарашенно бормочет администратор. – Я сорвался со свидания, чтобы приехать сюда. Думал, нас за задницу схватят.

– Может, и схватят, но не сегодня, – закинув руку на плечо Майкла, Стив подталкивает его к дивану. – Давай, составь мне компанию. Сто лет не виделись.

– Могли в другой день встретиться, – скептически хмыкает Майкл. – У меня чуть сердечный приступ из-за твоих приколов не случился. Я уж молчу о том, что ты мне секс обломал.

– Друзей на телок не меняют, – заявляет он и, наткнувшись на мой убийственный взгляд, добавляет: – Без обид, детка.

– Твой парень ненормальный, – глянув на меня, бросает Майкл, на что я лишь развожу руками.

«Ты бы сказал ему «спасибо», если бы знал, чем продиктованы его действия», – думаю я, направляясь за ребятами в зону отдыха.

– Значит, вы с Бритни снова вместе? – решаю поинтересоваться я, усаживаясь на кожаный диван слева от Майкла.

– Вроде того, – кивает тот. – Я тогда погорячился на выпускном. Просто обидно стало, что она не посчитала нужным предупредить меня о своих планах. 

Я понимающе киваю, хотя едва ли могу в полной мере прочувствовать те эмоции, которые испытал он, когда я рассказала ему о планах Бритни на ближайшее будущее.

– Судя по тому, что у вас снова конфетно-букетный период, смею предположить, что отношения на расстоянии уже не кажутся тебе такой уж плохой идеей, – вклинивается Стив.

– Да, но все же я надеюсь, что Бритни передумает, – говорит Майкл. – В конце концов, в Далласе полно возможностей. Не понимаю, с чего вдруг она заговорила о Нью-Йорке.

«Она не передумает. И на это есть свои причины», – мысленно отвечаю я, но так и не нахожу сил произнести эти слова вслух.

Если бы я сделала это, мне бы пришлось рассказать и все остальное. Объяснить, почему переезд – единственный способ для Бритни раз и навсегда оборвать связь с прошлым и наконец почувствовать себя в безопасности. Сколько бы она ни твердила о карьерных возможностях и поиске себя, я знаю, что на самом деле заставляет ее бросить все и уехать в никуда. Вернее, кто заставляет.

Райан Моррис. Одно лишь имя этого человека внушает страх, и, как бы Бритни ни пыталась храбриться, я знаю, что в глубине души она боится. Боится, что Райан причинит вред не только ей, но и ее близким. На протяжении многих лет этот психопат оставляет за собой кровавый след, и когда он нанесет следующий удар – лишь вопрос времени.

Бритни до последнего не рассказывала Джереми о Райане и, как я подозреваю, своему новому бойфренду тоже не сообщила ни слова о безумном сталкере, на счету которого уже как минимум три человеческих жизни.

– Вы дружили довольно долго, Эвелин, – нарушает течение моих мыслей голос Майкла. – Бритни не рассказывала, чем ее так привлекает Нью-Йорк?

Я отрицательно качаю головой.

– Нет, но, как мне кажется, на это есть причины. По крайней мере, должны быть.

Это все, что я могу сказать Майклу. Если Бритни посчитает нужным, обо всем остальном сообщит ему сама. Я больше не собираюсь вмешиваться в отношения других людей. И выдавать чужие тайны тоже не намерена. Пора сосредоточиться на своей жизни, и я сделаю это, как только завершу одно дело.

Я поднимаю взгляд на Стива, и тот без слов понимает, что пора действовать. Понятия не имею, в чем заключался его план, но верю в то, что этот парень знает, что делает.

– Так вы с Бритни что, реально планировали весь день дома торчать? – интересуется он, закидывая ногу на ногу. – Если бы я устроил Эвелин такое свидание, она бы меня убила.

– Да лучше уж дом, чем аквапарк, – с наигранным недоумением бормочу я. – Только ты мог до такого додуматься, Стивен.

– Я предлагал тебе пойти на пляж, но эта идея тебе тоже по душе не пришлась, – парирует он, делая глоток мохито.

– Разумеется, ты ведь знаешь, что я ненавижу мокнуть, – закатив глаза, я скрещиваю руки на груди и как бы между слов добавляю: – Если уж тебе так хочется посетить пляж, возьми с собой Майкла.

Стив делает вид, будто всерьез задумывается над моим предложением, а затем одобрительно кивает.

– А почему бы и нет? Майкл, давай, будет весело.

По выражению лица администратора становится понятно, что водные процедуры в его планы не входили. Тем лучше, значит, пришло время выдохнуть с облегчением.

– В другой раз, ладно? – бросает Майкл. – Сегодня я все же планировал провести время с Бритни, так что…

– С завтрашнего дня все пляжи в Далласе закрывают на профилактику, – добавляю я, в глубине души надеясь, что этот аргумент не заставит его передумать. 

– Да? – удивляется Майкл, и я уже успеваю подумать, что теперь-то уж он точно изменит свои планы, но, к счастью, парень произносит: – Ладно, я все равно в ближайшее время туда не собирался, так что плевать.

– О'кей, но если надумаешь, дай знать, – не отстает Стив. – С удовольствием присоединюсь к тебе, а то ходить куда-то с Эвелин – только нервы трепать.

Я открываю рот, чтобы сказать что-то такое, что заставило бы Стива заткнуться, но вовремя вспоминаю, для чего он вообще все это говорит, и решаю промолчать.

– Договорились, – отзывается Майкл, бросая взгляд в сторону бара. – Что-то Джонни скучает, пойду напрягу его, что ли.

С этими словами администратор поднимается с дивана и направляется к протирающему бокалы Джонни, а мы со Стивом остаемся вдвоем.

– Вот теперь точно все, – в голосе Стива звучат нотки победителя. – Хрен тебе, госпожа Смерть, а не новые жертвы!

– Мне кажется, еще рановато расслабляться, – бросаю я. – Мы не можем быть до конца уверены, что это сработает.

– Сработает, – настаивает на своем Стив и загибает один палец. – Во-первых, мы уже выяснили, что в предыдущие разы смерть забирала людей одного пола с тем, кто должен был погибнуть изначально. На этот раз мы предупредили всех мужчин в твоем окружении, а, если верить твоему видению, погибнуть должен был именно мужчина. Во-вторых, место трагедии тоже всегда совпадало, поэтому наша задача заключалась в том, чтобы никто из твоих знакомых не оказался в ближайшее время на пляже. С этим мы тоже справились, – напоминает он и загибает второй палец. – И, наконец, в-третьих, сегодня ты не спасала конкретную жертву, а предотвратила саму ситуацию. Смерть при всем желании не сможет реализовать свой план, а значит, цепь оборвется, – уверенно заявляет он и загибает третий палец.

Я слушаю Стива и чувствую, как напряжение, сковывавшее меня последние несколько часов, наконец-то начинает отступать. Его слова – это не просто самоуверенность, это четкий расчет, основанный на ситуациях, в которых невозможно было не увидеть закономерность. Если план Стива сработает, значит, все закончится раз и навсегда. Я смогу начать новую жизнь, не беспокоясь о том, что в ближайшее время жизнь кого-то другого оборвется самым страшным и неожиданным образом.

– Если ты действительно прав, то я поверить не могу, что все было настолько просто, – говорю я, впервые за все время задумываясь над тем, сколько трагедий можно было предотвратить, если бы эта мысль пришла кому-то из нас раньше.

Ладно, возможно, смерть Марка и Дэгни была неминуема, ведь тогда я еще не до конца понимала, как все это работает. Однако гибель Уолтера я могла предотвратить. Если бы сообразила, что смерть не простит мне вмешательства в судьбу Стива. Если бы в ту ночь позвала к себе обоих братьев. Если бы убедила их поверить мне раньше, чем случится новая трагедия.

– Если твоя теория верна, значит, я могла оборвать цепь смертей намного раньше, – тихо произношу я, не в силах сдержать разочарования от собственной глупости. – Уолтер был бы жив, если бы в ту ночь я сделала то, что делаю сегодня.

От меня не ускользает тень боли, появившаяся на лице Стива при упоминании брата. Взяв стакан, парень залпом вливает в себя остатки мохито и отводит взгляд куда-то в сторону.

– Уолтер был бы жив, если бы в ту ночь не прогремел взрыв на той проклятой заправке, – сквозь зубы цедит Стив, сжимая стакан с такой силой, что костяшки его пальцев становятся неестественно бледными. – Не ты виновата в его смерти, Эвелин, а тот, кто устроил взрыв. Тот, кто очень скоро заплатит за смерть моего брата самую страшную цену.

Стив заглядывает мне в глаза, и я чувствую, как по спине у меня катится ледяной пот. Не только от того, что он говорит, но и от того, с какой интонацией он делает это. Стив не просто злится. Он жаждет расплаты, и эта жажда подпитывает пламя ярости, господствующее в его душе с тех самых пор, как он узнал, что смерть Уолтера не была несчастным случаем.

«Стив не знает, что Уолтера убил Эдриан, – мысленно успокаиваю я себя. – И никогда не узнает. Человек, которому он жаждет отомстить, – лишь абстрактный образ в его голове, и вероятность того, что однажды Стив докопается до истины, ничтожно мала».

Мала… Но не исключена.

– Стив, мы ведь с тобой обсуждали это, – осторожно начинаю я, не желая злить его еще больше. – Ты обещал, что откажешься от мести.

Мне вспоминается момент, когда в разгар выпускного мы стояли на крыльце банкетного зала, и я задала вопрос, который не давал мне покоя. 

Я спросила, сможет ли Стив изменить свои планы, если будет знать, насколько сильную боль мне причинит его поступок. Тогда слова Стива успокоили меня, несмотря на то, что четкого ответа он так и не дал. По правде говоря, на тот момент мне хватило и неопределенности.

Зато теперь я услышала то, что больше всего на свете боялась услышать. То, что как нельзя лучше показало, насколько сильно я ошибалась, думая, что рано или поздно Стив найдет в себе силы отпустить ситуацию и жить дальше. Каким бы добрым и отходчивым ни был мой парень, есть поступки, которые не заслуживают прощения. И убийство Уолтера – один из таких поступков.

– Я обещал подумать, Эвелин, – вносит уточнения Стив. – И я подумал. – Он делает паузу, а его взгляд становится еще более пристальным. – Когда я доберусь до этого ублюдка, он будет умолять меня о смерти.

От столь резкого заявления я на пару секунд утрачиваю способность дышать. Такое ощущение, словно кто-то со всей силы ударил меня в грудь и разом вышиб из легких весь воздух. Впрочем, пора привыкнуть, что порой самые сильные удары нам наносят не поступками, а словами.

– Стив… – едва слышно начинаю я, но парень не дает мне договорить.

– Я знаю, что мне придется ответить за то, что я сделаю, но это мой выбор, – не моргнув глазом, решительно произносит он. – Думаю, месть за смерть Уолтера стоит того, чтобы претерпеть некоторые лишения.

Я молчу, не зная, что сказать, а Стив продолжает внимательно всматриваться в мое лицо. 

– Ты не согласна со мной, Эвелин? – интересуется он, хотя и сам наверняка знает ответ.

Я вдруг задаюсь вопросом: какой была бы моя реакция, если бы в гибели Уолтера был виновен кто-то другой. Кто угодно, кроме Эдриана. Неужели я бы и тогда убеждала Стива отказаться от его планов? Или, напротив, жаждала бы возмездия за смерть друга ничуть не меньше, чем сейчас Стив? 

– Эй, пранкеры, уже решили, что будете пить? – голос Майкла в очередной раз нарушает течение моих мрачных мыслей, и я решаю больше не возвращаться к ним.

– Еще мохито, – щелкнув пальцами, кричит тому Стив.

– А мне что-нибудь покрепче, – отзываюсь я, наплевав на то, что обычно мои эксперименты с алкоголем ничем хорошим не заканчиваются.

Ну и ладно. После всего этого безумия я имею право немного расслабиться. А если возникнут проблемы… что ж, будем решать их по мере поступления.

– Празднуешь нашу победу над смертью? – иронично замечает Стив, вот только мне, увы, не до веселья.

«Нет никакой победы. Может, сегодня мы и спутали смерти все карты, но придет время, и ты лично вручишь ей карт-бланш. В тот день, когда собственными руками убьешь Эдриана. Когда разрушишь собственную жизнь. Когда лишишь меня моей», – мысленно отвечаю я на его реплику, но вслух произношу лишь:

– Скорее запиваю поражение.

Стив озадаченно хмурит лоб, и я отворачиваюсь раньше, чем он задаст очередной вопрос. Я знаю, что не должна злиться на него за те чувства, что он испытывает, но при этом продолжаю вести себя так, словно своим решением Стив предает меня. Хотя на самом деле все наоборот. Это я предаю его, защищая того, кто не заслуживает ни оправдания, ни прощения.

Пожалуй, мне давно стоило смириться с тем, что я могу сколько угодно хранить секрет Эдриана, но повлиять на решение Стива в случае, если однажды он узнает правду, мне не под силу. 

Этот парень всегда горой стоял за тех, кого любит. Вспомнить хотя бы тот инцидент в клубе. Я стала свидетелем того, как Стив едва не забил Шона до смерти за то, что тот просто позволил себе пару вольностей в мой адрес. И неужели после этого я надеялась, что он спустит кому-то с рук смерть родного брата? До чего же наивная идиотка.

И тут меня словно током ударяет. Если до этого момента я даже не вспоминала о нем, то сейчас память услужливо подсунула мне список потенциальных жертв, в котором стало одним человеком больше.

– Шон, – бормочу я, с тревогой взглянув на Стива.

– Где? – моментально напрягается он и начинает оглядываться по сторонам.

– Успокойся, его здесь нет, – торопливо говорю я. – Я к тому, что ранее мы уже выяснили, что смерть забирает не только моих друзей и близких, но и тех, с кем мои отношения оставляли желать лучшего.

В случае с Дэгни все было именно так. Мы четыре года учились вместе, но практически не взаимодействовали друг с другом. Ровно до тех пор, пока она не начала вставлять мне палки в колеса после того инцидента в университетском кафетерии. 

Мы не были подругами. Скорее врагами. Однако смерть не обошла ее стороной, значит, она забирает не только тех, кто мне дорог. Значение имеет любое взаимодействие со мной, а это может означать только одно.

– Шон тоже в группе риска, – говорю я Стиву, надеясь, что он тоже увидит взаимосвязь между тем, что происходило ранее, и тем, что только может произойти.

– Я тебя умоляю, – закатывает глаза Стив. – Этот придурок утонет только в том случае, если я его утоплю. – Он замолкает на пару секунд, задумавшись над чем-то, а затем качает головой: – Хотя нет, даже в таком случае это маловероятно. Говно, как известно, не тонет.

Я вздыхаю, но решаю воздержаться от комментариев. Пожалуй, не стоило рассчитывать на то, что Стив одобрит идею каким-либо образом предупредить Шона об опасности. Да и сомневаюсь, что это вообще возможно. Я понятия не имею, где сейчас находится некогда лучший друг Майкла. А если бы и знала, вряд ли бы решилась что-то предпринять. После того инцидента в клубе лучше бы ни мне, ни Стиву больше никогда не пересекаться с Шоном.

– Народ, налетай, – рядом со мной материализуется Майкл, держа в руках поднос с тремя бокалами алкогольных коктейлей.

Стив забирает у него мохито, а я с любопытством бросаю взгляд на бокал, который Майкл протягивает мне.

– Ты просила что-нибудь покрепче, так что наслаждайся, – улыбается он.

– Спасибо, – говорю я и, сделав глоток, прикрываю глаза от наслаждения. – Потрясающе. Что это за коктейль?

– «Смерть в полдень».

Я едва не давлюсь напитком, а Стив тем временем не может удержаться от комментария.

– Символично, – бросает он, не спеша потягивая мохито.

– Что именно? – любопытствует Майкл, помешивая трубочкой ярко-красную жидкость в своем бокале.

– Да забей, – отмахивается Стив и, сделав очередной глоток, задает вопрос, который я никак не ожидала от него услышать:

– Как дела у Шона? Ты вроде говорил, что уволил его.

– Да, на следующий день после драки, – подтверждает Майкл. – Сейчас он в реабилитационном центре. Отец Шона поместил его туда, как только обо всем узнал.

– Ты ему рассказал? – решаю поинтересоваться я. 

Майкл отвечает не сразу. Некоторое время он задумчиво вертит в руках бокал, и мне остается лишь догадываться, почему он не может просто ответить «да» или «нет».

– Скажем так, я поспособствовал тому, чтобы он обо всем узнал.

Поступок Майкла заставляет меня насторожиться. Сомневаюсь, что Шон выйдет из реабилитационного центра другим человеком и скажет Майклу «спасибо» за то, что тот помог ему встать на путь истинный. А вот в том, что он обвинит Майкла во всех своих бедах, начиная от потери работы и заканчивая принудительным лечением, у меня сомнений нет. Неизвестно, что он предпримет, едва оказавшись на свободе. Если цепь смертей сегодня не оборвется, вполне возможно, что следующее мое видение будет связано именно с Майклом.

– Значит, теперь этот придурок под круглосуточным наблюдением и не может причинить вред ни себе, ни окружающим, – допив коктейль, Стив ставит опустевший бокал на столик и посылает мне многозначительный взгляд, в котором читается: «Убедилась? Там, где Шон сейчас, утонуть невозможно».

– Боишься, что он выйдет и наваляет тебе за прошлый раз? – весело интересуется Майкл, на что Стив лишь фыркает:

– Еще чего. Я только рад буду снова вступить с ним в схватку, – он делает паузу, а затем добавляет: – Или не с ним.

– О, да неужели? – посмеивается Майкл и, отложив бокал, резко выбрасывают руку вперед, имитируя удар.

Стив реагирует моментально. Перехватив его кулак, он всем своим весом наваливается на Майкла и решает применить запрещающий прием: щекотку. Пока тот задыхается от смеха, при этом не оставляя попытки отбиться, я внезапно ловлю себя на мысли, которая вряд ли бы посетила меня, если бы не шуточное заявление Майкла.

С чего я вообще взяла, что Шон будет мстить бывшему приятелю? Скорее всего он направит свой гнев на нас со Стивом, ведь если бы мой нынешний парень не заступился за меня, не было бы ни той драки, ни последствий, которые она за собой повлекла.

При мысли об этом сердце начинает биться с бешеной скоростью. Мало мне было проблем, так еще не хватало нажить себе врагов в лице таких людей, как Шон.

– Майкл, а надолго его закрыли? – спрашиваю я, отчего-то испытывая острую потребность узнать эту информацию.

Отсмеявшись и наконец оттолкнув от себя Стива, друг Шона разглаживает складку на своей черной рубашке.

– Без понятия. Но надеюсь, этого времени ему хватит, чтобы переосмыслить свою жизнь.

– Да… – на выдохе произношу я. – Я тоже на это надеюсь.

Следующие несколько часов пролетают незаметно. Майкл со Стивом болтают без умолку, стабильно раз в минуту перескакивая с темы на тему, а я то присоединяюсь к их разговорам, то направляюсь к бару, чтобы заказать очередной коктейль и снова насладиться компанией Джонни. Тот хоть и стал вести себя сдержаннее, зная, что я пришла сюда не одна, но своих замашек ловеласа не растерял.

– Ладно, с вами хорошо,  но у Бритни появятся вопросы, если я буду решать проблемы в клубе до вечера, – говорит Майкл, когда на его телефон приходит уже, наверное, десятое уведомление о новом сообщении.

Я понимающе киваю, и парень, хлопнув себя по коленкам, поднимается с дивана.

– Будем рады видеть вас снова, уважаемый админ, – широко улыбается Стив и торжественно поднимает то ли шестой, то ли седьмой по счету бокал.

– Еще раз устроишь что-то подобное, и твою голову найдут в туалетной кабинке, – предупреждает Майкл, тыча пальцем в лицо своему другу.

– Я тоже тебя люблю, – отзывается Стив и пожимает ему палец.

Я не могу сдержать смешок, наблюдая за этими двумя. Все-таки правду говорят, что в каждом мужчине живет ребенок. Даже если ему уже далеко за двадцать.

Майкл уходит, а вскоре и мы со Стивом покидаем территорию клуба.

– Что ж, мы отлично поработали, теперь можно и отдохнуть, – заявляет мой бойфренд, шагая к своей машине.

– Поработали? – иронично интересуюсь я. – Мы отлично набухались. И, кстати, не думаю, что садиться за руль в таком состоянии хорошая идея.

– Да брось, – отмахивается Стив, открывая дверь и усаживаясь на водительское место. – Ты знаешь, что мой характер вождения не зависит от количества выпитых бокалов.

«Ну да, ты и в трезвом состоянии гоняешь как ненормальный», – думаю я, но вслух произношу лишь:

– В любом случае это плохая идея. Если тебя снова поймают, штрафом уже не отделаешься. Скорее уж прав лишишься.

Стив закатывает глаза.

– Нашла чем пугать, – небрежно бросает он. – Штрафы давно приходят на имя какого-то левого чувака, данные которого я назвал во время очередной облавы. А права у меня отобрали еще мясяц назад, так что…

Он разводит руками, а мои глаза тем временем становятся размером с цент.

Нет, все-таки этот парень сумасшедший, кто бы что ни говорил…

– Ты, конечно, можешь вызвать такси, – пожимает плечами Стив. – Но где гарантия, что вместо обычного водителя не приедет Райан?

– Ладно! – всплеснув руками, я открываю дверцу с пассажирской стороны и, скользнув в салон, бросаю на Стива гневный взгляд. – Манипулятор.

– Признателен за комплимент, – улыбается он и заводит мотор.

Я молча смотрю в окно, пока Стив пытается выехать из переулка, в который загнал свою машину, не желая платить за парковочное место. Получается у него это лишь с третьей попытки, но, по крайней мере, на этот раз обходится без вмятин на капоте и погнутых фонарей. А в водительской практике Стива бывало и такое. 

– Ну что, куда рванем? – любопытствует он, выезжая на шоссе.

– Может, по домам? – предлагаю я, не придумав ничего лучше.

– Да ты шутишь?! – недоумевает парень. – День чудесный, чего дома-то сидеть? Мы, между прочим, собирались сегодня в аквапарк.

– Но с учетом обстоятельств, уже поняли, что это далеко не лучшая идея, – напоминаю я.

–  Верно, но ведь кино, кафе и развлекательные центры никто не отменял.

Здесь не поспоришь. Однако, как бы там ни было, мне хочется придумать любую причину, лишь бы как можно быстрее оказаться дома и провести остаток дня в размышлениях, сработал наш план или же в очередной раз с треском провалился. Вот только когда я поворачиваюсь к Стиву, чтобы сказать ему о своих желаниях, внутри меня словно что-то щелкает. 

Что толку от моих вечных самокопаний? Все, что могла, я сделала и размышлять над тем, не было ли что-то упущено и не придется ли кому-то расплачиваться за мои ошибки, уже не имеет смысла. Если что-то случится, я наверняка узнаю об этом первой. А если нет – тем более зачем зря накручивать себя и отказывать себе в удовольствии приятно провести время?

– Что ж, у нас впереди целый день, так что, думаю, выбирать нам не придется, – говорю я, и в ту же секунду вижу на губах Стива  торжествующую улыбку.

– Тогда приготовься, – заговорщически подмигивает он. – Этот день ты запомнишь надолго.

* * *

– Будь я тысячу раз неладен, если еще хоть раз посмотрю что-то подобное, – ворчит Стив, заходя в комнату и на ходу скидывая ботинки. 

Ворчание бойфренда вызывает у меня очередной приступ смеха. Если честно, я уже не помню, сколько раз смеялась за этот день. Не проходило ни минуты, чтобы Стив не выдал новую шутку или не попал в какую-нибудь забавную ситуацию. Вспомнить хотя бы, как он захрапел на середине фильма, да так, что привлек к себе внимание половины зала.

– Да брось, – многозначительно улыбаюсь я, снимая с плеч рюкзак. – Я видела, как кое-кто всплакнул на последней сцене.

– Это была слеза скорби о потраченном времени, – бросает он, завалившись на кровать.

Я снова смеюсь. Похоже, Стив подумал, что тех комментариев, которые он выдавал во время сеанса, было мало, и сейчас решил продолжить. 

Взяв с прикроватной тумбочки замасленную картонную коробку, Стив достает оттуда кусок пиццы и протягивает мне.

– Будешь?

– Сколько она уже здесь стоит? – решаю поинтересоваться я, глядя на заветренный кусок. 

– А хрен знает, – пожимает плечами парень и разом откусывает половину. 

Я скептически выгибаю бровь.

– Не боишься отравиться?

– Я тебя умоляю, – с набитым ртом произносит Стив. – В моем организме столько спирта, что теперь для меня безопасно абсолютно все.

– Охотно верю, – отзываюсь я и, поставив ведерко с попкорном на тумбочку, сажусь на кровать рядом со Стивом.

На часах почти девять вечера, и я чувствую себя как выжатый лимон. Вот только впервые за долгое время в хорошем смысле. 

Стив был прав, когда говорил, что этот день я запомню надолго. Помимо клуба, за сегодняшний день мы обошли три торговых центра, посетили кинотеатр и боулинг, покатались на электросамокатах в центре города и несколько раз перекусили в местных кафетериях.

В перерывах между нашими развлечениями я мониторила новостные сайты и, к огромному облегчению, не увидела ни одной статьи, сообщающей о трагедии на пляже.

Разумеется, я все еще не спешу расслабляться. Между видением о смерти Стива и реальной гибелью Уолтера прошло несколько часов, а вот Дэгни свела счеты с жизнью ровно через неделю после того, как я спасла Айрис. Не исключено, что парень из моего видения погибнет не сегодня, а в любой другой день. И все же, с учетом того, что мы предупредили всех моих знакомых, остается шанс избежать трагедии. А значит, я буду верить в лучшее. По крайней мере, на этот раз.

– Слушай, детка, насчет сегодняшнего… – начинает Стив.

– Мы отлично провели время вместе, – подхватываю я, решив, что Стив собирается заговорить именно об этом. – Даже не помню, когда последний раз была так счастлива. Спасибо тебе за все.

Мне определенно стоит говорить это почаще. Стив изо всех сил старается добавить в мою жизнь чуточку больше позитивных моментов. Без него я бы давно погрузилась в омут депрессии, из которого уже вряд ли сумела бы выбраться.

– Не за что, – отзывается парень. – Но вообще-то я хотел поговорить о другом.

Я напрягаюсь, хотя понятия не имею, о чем пойдет разговор. Либо моя паранойя в очередной раз дает о себе знать, либо мое шестое чувство развито намного лучше, чем я думала.

– О чем же? – как можно безразличнее интересуюсь я.

Стив удрученно вздыхает.

– Из головы не выходит та картина, когда я вошел в ванную, а ты без сознания, практически полностью под водой. Страшно представить, чем бы все закончилось, приди я минут на десять позже.

Что ж, хорошего понемножку. Мне заранее следовало подготовиться к тому, что на смену шуткам и беззаботной болтовне рано или поздно придут менее приятные темы.

– Если бы я не отключилась, то пропустила бы видение, – пожимаю плечами я. – И тогда бы точно не смогла никого предупредить об опасности.

– Эвелин, ты бы так и так не смогла предупредить никого об опасности, – в голосе Стива впервые за долгое время появляется смесь отчаяния и раздражения. – А знаешь почему? Потому что была бы мертва.

Я молча смотрю на него, не в силах подобрать слов. Разумеется, Стив прав, но разве я могу как-то изменить ситуацию? Мое заболевание не поддается лечению, да и препаратами контролируется с переменным успехом. Я уже давно смирилась с тем, что однажды могу уснуть в не самом подходящем для сна месте и больше не проснуться. Думаю, однажды Стив тоже сможет принять это обстоятельство.

– Стив, все ведь обошлось, – говорю я, не выдержав затянувшейся паузы.

– На этот раз, – подчеркивает он. – Раньше рядом был Дэвид, и с учетом того, что большую часть своего времени он работал из дома, ты была в относительной безопасности. А сейчас…

– Ты хочешь, чтобы я позвонила отцу и убедила его вернуться в Даллас? – ошарашенно спрашиваю я. – Даже не думай, что я буду это делать.

– Я хочу, чтобы ты переехала ко мне.

– Он и так многим пожертвовал ради меня, – продолжаю я, не обратив внимания на слова Стива. – И вот теперь, когда перед ним наконец открылись перспективы, ты хочешь, чтобы я…

Я замолкаю, только сейчас осознав, что на самом деле он сказал. Стив не предлагал мне позвонить отцу и убедить того вернуться. Он сказал нечто совершенно иное. То, что я не ожидала услышать от него ни при каких обстоятельствах.

– Стоп… что? – я озадаченно хлопаю ресницами, все еще не до конца уверенная в том, что не ослышалась.

– Я хочу, чтобы мы жили вместе, – Стив накрывает мою ладонь своей и заглядывает мне в глаза. – Да, я не смогу двадцать четыре на семь находиться дома, но все равно сделаю все, чтобы ты была в безопасности. – Он усмехается, задумавшись над чем-то, а затем добавляет: – Да и ты сможешь присматривать за мной, чтобы я не влипал ни в какие передряги. Или, по крайней мере, делал это не так часто.

Я не знаю, что сказать. Да, мы начали встречаться, но я не думала, что Стив предложит мне съехаться. Насколько мне известно, другим девушкам – а у него их было столько, что позавидовал бы сам Казанова – он таких предложений не делал. Этот парень слишком ценил свою свободу, чтобы жить с кем-то под одной крышей. Так что же изменилось?

Мой разум лихорадочно работает, пытаясь найти рациональное объяснение столь внезапному предложению. Из всех возможных вариантов в голову приходит только один.

Может быть, Стив видит в этом единственный способ обеспечить мою безопасность, учитывая мои проблемы со здоровьем? Если это так, значит я снова не оставляю своему парню право выбора. Как когда-то с Марком, который не нашел слов, чтобы расстаться со мной, опасаясь обострения заболевания.

– Стив, не нужно жертвовать своей свободой только из-за того, что я…

– Эвелин, ты сейчас серьезно? – с шумом вздохнув, он вперивает в меня непонимающий взгляд. – По-моему, мы знакомы достаточно долго, чтобы ты могла понять, что я не из тех людей, которые будут делать что-то против своей воли. Я правда хочу жить с тобой, и поверь, сказал бы это и при отсутствии у тебя приступов неконтролируемого засыпания.

Стив говорит настолько убедительно, что у меня не остается причин не доверять ему. И все же мысль о том, что мы будем делить один дом, одно пространство, кажется одновременно пугающей и волнующей. Такие решения не принимаются с ходу. Думаю, Стив и сам это понимает.

– Я подумаю, ладно? – говорю я, сжимая его пальцы.

– Заметано, – подмигивает парень. – Но сегодня ты же останешься со мной, правда?

Я киваю, и в ту же секунду Стив заключает меня в свои объятия.

– Я люблю тебя и сделаю все, чтобы ты была счастлива, – говорит он, заставляя мое сердце трепетать.

«И я тебя люблю», – собираюсь ответить я, зная, что это единственный ответ, который подразумевает данная ситуация, однако в последний момент с моих губ срываются совсем другие слова:

– Я это ценю.

Стив продолжает обнимать меня, хотя мне казалось, что мой ответ заставит его отстраниться.

Что, черт возьми, со мной не так? Почему я не могу просто произнести вслух то, что чувствую? Кто-то разбрасывается подобными признаниями направо и налево, а я тем временем не могу сказать о своей любви человеку, который заслуживает ее, как никто другой.

– Спасибо, что ты со мной, – тихо произношу я, когда Стив выпускает меня из своих объятий. – Я уже и забыла, что такое быть по-настоящему счастливой.

Губы Стива накрывают мои, и все вопросы, мучившие меня до этого момента, отступают на задний план. Он слегка подается вперед, и я ложусь на спину, наслаждаясь поцелуями, которые он мне дарит. Мир сужается до его крепких объятий. До его дыхания, щекочущего мою шею. До его сердца, бьющегося в унисон с моим.

Я чувствую, как его ладонь проскальзывает под мою футболку, и тихо вздыхаю, испытывая острую потребность в его прикосновениях. Знаю, что это лишь начало. Знаю, что он даст мне намного больше, если я позволю, однако в очередной раз отступаю раньше, чем мы достигнем точки невозврата.

– Стив, не сегодня, – тихо произношу я, и, как и вчера, мне не приходится повторять дважды.

Стив отстраняется, и в этот момент я чувствую такое опустошение, словно кто-то голыми руками вырывает из моей груди сердце.

Пожалуй, помимо нарколепсии, я страдаю еще и раздвоением личности. Иначе как объяснить тот факт, что я уже второй раз отталкиваю парня, которого отчаянно желаю и безоговорочно люблю? Стив безумно привлекателен, и многие девушки были бы счастливы оказаться сейчас на моем месте. А что делаю я? Как обычно, все порчу.

Кажется, мой отказ не особо расстраивает Стива. Во всяком случае, внешне он остается спокоен.

– Понимаю, денек сегодня был тот еще, – с усмешкой произносит Стив.

– Да… – соглашаюсь я, хотя и понимаю, что причина далеко не в этом.

Стив перекатывается на спину и протягивает руки, предлагая нырнуть в его объятия. Прижавшись к парню, я утыкаюсь носом в его грудь и закрываю глаза, зная, что эта ночь обойдется без кошмаров. Стив защитит меня от них, как во сне, так и наяву. Он уже неоднократно делал это, и мне не хватит слов, чтобы передать, насколько сильно я ценю каждый из его поступков. Надеюсь, он и так это знает. Как знает и то, что я люблю его, даже если не нахожу в себе сил сказать об этом вслух.

«У тебя будет время, чтобы разобраться в своих чувствах», – вспоминаются мне слова Спенсера, которые тот произнес в моем сне. 

Похоже, таким образом подсознание пыталось донести до меня главное: в вопросах чувств не может идти речи о временных рамках. Бросаться в омут с головой и говорить слова, которые не идут от сердца, – последнее, что я должна делать после всего, через что прошла. Я уже отпустила прошлое, но между ним и будущим должен быть промежуток, который поможет мне лучше понять себя и разобраться в своих чувствах. Только тогда я перестану бояться, что любовь снова причинит мне боль, и только тогда смогу открыть для нее свое сердце.

Поспешное признание, сказанное лишь для того, чтобы облегчить душу или успокоить другого, не будет искренним, а внезапная вспышка страсти, не подкрепленная глубокими чувствами, быстро угаснет, оставив лишь пустоту и разочарование.

Стив, кажется, понимает это. Его спокойствие и терпение – это именно то, что мне сейчас необходимо. Он не давит, не требует, не пытается ускорить процесс. Он просто находится рядом, и его присутствие – якорь в бушующем море моих мыслей и эмоций.

Хочется верить, что, когда придет время, я смогу сказать Стиву о своих чувствах. Это будет искреннее, идущее из глубины души признание, без прикрас и колебаний. А пока я буду просто наслаждаться моментом, слушать ровное биение его сердца и находить в его объятиях тот покой, которого мне так не хватало. На данный момент этого вполне достаточно, чтобы медленно, шаг за шагом двигаться вперед.

* * *

Когда я открываю глаза, на часах нет и семи утра. Однако, как ни странно, я чувствую себя прекрасно отдохнувшей. Пожалуй, присутствие Стива влияет на меня намного лучше, чем я могла представить. 

Повернувшись на бок, я некоторое время любуюсь своим парнем, ладонь которого до сих пор покоится на моей талии. Во сне его лицо расслаблено, а на губах играет довольная улыбка. Интересно, что ему снится? Наверное, еда.

Зная Стива, он может проспать и до обеда, поэтому я решаю не ждать его пробуждения. Осторожно выбравшись из его объятий, иду в душ, а потом, не спеша, готовлю себе завтрак.

Устроившись на просторном диване в гостиной, я жую тосты с арахисовым маслом и бананами и лениво листаю каналы. Не найдя ничего интересного, собираюсь выключить телевизор, однако пульт отказывается работать. Я несколько раз нажимаю кнопку выключения, но ничего не происходит. Похоже, все дело в батарейках.

Поднявшись с дивана, ставлю тарелку на столик и отправляюсь на поиски запасного комплекта батареек. Покопавшись в ящиках стола и ничего не обнаружив, решаю заглянуть в шкаф.

Как и ожидалось, батарейки я так и не нахожу, однако, выдвинув верхний ящик, на секунду замираю, испытывая дежавю. Помню, что однажды уже заглядывала сюда и увиденное заставило меня содрогнуться. Сейчас происходит то же самое, несмотря на то, что теперь я знаю, почему и главное – для чего он здесь.

Серебристый «Глок 17» лежит на том же месте, что и в прошлый раз, дожидаясь своего часа. Эта холодная сталь – доказательство обещания, которое Стив давал каждый раз, стоя у могилы брата. Напоминание о долге, ставшем смыслом всей жизни. Символ возмездия, которое рано или поздно настигнет того, кто его заслужил.

«Нет, смерти он точно не заслуживает, и будь я тысячу раз проклята, если позволю Стиву реализовать задуманное», – с этой мыслью я протягиваю руку и вытаскиваю пистолет из ящика.

Холод металла, коснувшегося моей ладони, мгновенно пробирает до костей, а тяжесть оружия словно олицетворяет то бремя, которое навалилось на мои плечи.

Я понимаю, что иду на риск. Знаю, что рано или поздно Стив обнаружит пропажу и, сложив два и два, поймет, кто к этому причастен. Однако мысль об этом не может пересилить отчаянную жажду сохранить Эдриану жизнь. А еще не позволить Стиву разрушить свою.

Знаю: рано или поздно он поймет, что месть с самого начала не могла принести ему то облегчение, на которое он надеялся. Вот только проблема в том, что, когда это произойдет, будет слишком поздно.

Сунув пистолет в рюкзак, я задвигаю ящик и поднимаюсь на ноги. Я планировала дождаться пробуждения Стива, чтобы сообщить ему о том, что, если его вчерашнее предложение еще в силе, то он может прямо сейчас поехать со мной и помочь мне собрать вещи. Однако сейчас я понимаю, что поспешила с принятием решения. Да, Стиву станет спокойнее, если я буду под его присмотром. Вот только в конечном итоге все приведет к тому, что я вновь пожертвую своими желаниями в угоду чужим интересам. Ни к чему хорошему это не приведет. Увы, в этом я неоднократно убеждалась на собственном опыте. 

Телевизор продолжает работать, но теперь я не обращаю на него никакого внимания. Выдернув штекер из розетки, набрасываю рюкзак на плечи и выхожу из дома, на всякий случай прихватив с собой куртку Стива. Утром обещали дождь, так что, думаю, он не был бы против.

Свежий утренний ветерок приятно холодит открытые участки кожи, и я решаю отправиться домой пешком. Уж слишком хорошая погода для того, чтобы маяться в душном салоне такси или толкаться в общественном транспорте.

Решив выбрать более длинный маршрут, я прогуливаюсь вдоль набережной, наблюдая за лучами солнца, играющими на поверхности воды. Несмотря на раннее утро и прекрасную погоду, людей вокруг практически нет, поэтому я решаю ненадолго остановиться, чтобы насладиться тишиной и уединением, а заодно собраться с мыслями. 

Обидится ли Стив, когда проснется и обнаружит, что я ушла, не сказав ни слова? Догадается ли, что послужило причиной моего внезапного побега? Заметит ли пропажу оружия сразу или сунется в тот ящик не раньше, чем настанет час расплаты?

Вопросы крутятся в моей голове, пока я стою на мостовой, положив руки на ограждение и задумчиво глядя вдаль. Холодная сталь, лежащая на дне рюкзака, напоминает о смертельной опасности, нависшей над нашими головами. Похищение оружия было лишь половиной дела. Но по-настоящему вдохнуть полной грудью я смогу лишь тогда, когда буду уверена в том, что пистолет никогда не вернется к его владельцу. Или не попадет в руки кому-нибудь еще.

Нужно избавиться от него. Прямо сейчас. Более подходящего времени и места может не представиться.

Я оглядываюсь по сторонам и, убедившись, что поблизости по-прежнему ни души, вытаскиваю из рюкзака пистолет. Мой взгляд скользит по гладкой поверхности ствола, которым еще совсем недавно распоряжался человек, одержимый местью. 

Нет, больше я не позволю ему балансировать на грани эмоций и рациональности. В этой игре не будет победителя,  как не будет и проигравших. 

Достаточно сделать шаг вперед и разжать пальцы, чтобы раз и навсегда покончить с прошлым. Серебристая сталь исчезнет в глубине реки, унося с собой угрозу, боль и страх. Унося с собой обещание расплаты, ставшее не только целью, но и смыслом всей жизни.

На пару секунд я закрываю глаза, а когда снова открываю их, чувствую, как что-то изменилось. Моя рука занесена над водой, вот только вместо того, чтобы отпустить оружие, пальцы мертвой хваткой цепляются за рукоять. 

Нет. Это не выход. Это ошибка.

С этой мыслью я опускаю пистолет в карман куртки и, накинув капюшон, быстрым шагом покидаю набережную. Планы изменились, и впервые в жизни я не испытываю сомнений в том, что должна сделать.

Разве есть гарантия, что рано или поздно пистолет не окажется на берегу? Случится катастрофа, если его найдут дети. А уж если он попадет в руки какого-нибудь безумца, как, например, Райан, тогда уж точно жди беды. Черт, и почему я думаю об этом только сейчас?

Единственным верным решением будет сохранить его у себя. Только так я смогу быть уверена в том, что никто и никогда не нажмет на спусковой крючок и не совершит ошибку, которую невозможно исправить. 

Решено: как только вернусь домой, сразу же спрячу оружие там, где никому и в голову не придет его искать. В подвале, где-то между стопкой старых чертежей отца и коробкой давно поломанных детских игрушек. Идеальное место, чтобы похоронить прошлое под слоем пыли и воспоминаний.

А пока я перекладываю пистолет из кармана куртки в рюкзак и продолжаю свою прогулку. На полпути к дому у меня начинает урчать в животе. Да так, что игнорировать этот отчаянный призыв перекусить становится невозможно. Что ж, похоже, тосты с арахисовым маслом мой желудок не слишком оценил.

Вспомнив, что всего в десяти минутах ходьбы от того места, где я сейчас нахожусь, расположена кофейня, в которой работает Айрис, я ускоряю шаг. Надеюсь, сегодня ее смена.

– Эвелин! – улыбка, появившаяся на лице Айрис, как только она замечает мое присутствие, разом стирает из моей памяти все тревоги этого утра. По крайней мере, на время.

– Привет, – отзываюсь я, усаживаясь за столик. – Как твои дела?

– Все отлично. С утра всегда немного посетителей, так что остается время и на отдых.

– Айрис Грин и отдых? – я скептически выгибаю бровь. – С каких пор эти слова уживаются в одном предложении?

Айрис хихикает и достает небольшой блокнот.

– Как обычно, апельсиновый сок? – уточняет подруга.

– Да.

– И миндальное печенье, – подмигивает Айрис.

Мои губы растягиваются в широкой улыбке. Так и знала, что Айрис скажет это раньше, чем я сама озвучу свои предпочтения. 

– Куда же без него?

Девушка уходит за заказом, а я начинаю размышлять над тем, что в скором времени и мне предстоит начать поиски работы. В отличие от своих однокурсников, многие из которых подрабатывали уже с первого курса, я не могла позволить себе такое. Отец обеспечивал меня всем необходимым, однако временами я испытывала угрызения совести из-за того, что не могу заработать на свои хотелки.

Теперь, когда с учебой покончено, карьера должна стать моим приоритетом. Во многом я выбрала профессию дизайнера из-за возможности работать на удаленке. С моим диагнозом этот вариант казался идеальным. Однако меня все еще пугает мысль, что я буду делать, если не найду работу по специальности. Хвататься за любую возможность, как Айрис, я не могу, а жить на деньги отца – это не то, к чему я всегда стремилась.

– Приятного аппетита, – говорит Айрис, ставя передо мной стакан с соком и тарелку с печеньем.

– Спасибо. Посидишь со мной?

– Не могу. Мистер Джонсон запрещает бездельничать в рабочее время.

– Всего пять минут. Все равно посетителей почти нет, – уговариваю я, вспомнив, что в последний раз, когда эту тактику использовал Стив, она сработала безотказно.

Айрис опасливо оглядывается на дверь, ведущую то ли в подсобку, то в кабинет ее босса, а затем все же садится напротив меня. 

– Ну что, какие планы на лето? – интересуюсь я.

– Искать работу по специальности, – отвечает Айрис. – И, пока не подвернулось ничего подходящего, держаться за эту. Учеба закончилась, так что теперь могу работать в две смены.

– В две смены? – ошарашенно переспрашиваю я. – Айрис, пощади себя. 

Девушка лишь пожимает плечами.

 – Все нормально. Зато чем больше буду работать, тем быстрее смогу расплатиться с Хантером.

Уж не знаю, сколько за смену получает Айрис, но что-то мне подсказывает, что с зарплаты официантки погасить такой огромный долг в короткие сроки невозможно ни при каком раскладе. Впрочем, если мысль об этом немного успокаивает ее и мотивирует работать, не мне рушить ее воздушные замки.

– Хантер хоть и придурок, но наверняка понимает, что собрать такую сумму – задача не из легких, – бросаю я, но в ту же секунду вспоминаю, о ком идет речь и уже собираюсь взять свои назад. Однако Айрис меня опережает:

– Это вряд ли. Сомневаюсь, что ему когда-то приходилось собирать деньги на что-либо. Хантеру достаточно щелкнуть пальцами, и через пять минут ему предоставят любую сумму, любую вещь и любую услугу.

– Да уж, непросто быть представителем золотой молодежи, – язвительно бросаю я, кусая миндальное печенье.

С губ Айрис срывается печальная усмешка.

– И не говори.

Некоторое время мы сидим молча, пока затянувшуюся паузу не нарушает звук входящего сообщения.

– Легок на помине, – вздыхает Айрис.

– Что на этот раз? – решаю полюбопытствовать я.

– Хантер знает, что двадцать восьмого числа каждого месяца у меня аванс, и требует, чтобы я сразу же отдавала ему деньги.

– Это ведь сегодня, – говорю я и делаю глоток сока.

– Ага. Отпрошусь у мистера Джонсона на часик, сниму наличку и отвезу Хантеру, а то не отстанет.

Я удивленно вскидываю брови, услышав о планах Айрис. Есть куда более быстрые способы отправки денежных средств, зачем так заморачиваться?

– Почему бы тебе просто не скинуть ему деньги на карту?

Айрис качает головой.

– Мы с Хантером договорились, что я буду приезжать в назначенное им место и передавать ему наличку в конверте. Это одно из его условий, так что других вариантов нет.

Я едва не давлюсь соком от такого заявления. Сошло бы за шутку, если бы это сказал кто-то другой. Но Айрис не из тех, кто будет использовать юмор в подобных ситуациях, а значит, вывод может быть только один:

– У Хантера совсем крыша поехала? Кого вообще волнует, в каком виде ему возвращают долг?

– Наверное, это что-то вроде демонстрации власти, – предполагает Айрис. – Так он полностью контролирует ситуацию, а заодно лишний раз ощущает свое превосходство надо мной.

– Он еще больший придурок, чем я думала, – неприязненно выплевываю я, отодвигая тарелку с печеньем. От проделок Хантера даже аппетит пропал.

– У всех свои причуды, – замечает Айрис.

– Точнее и не скажешь, – соглашаюсь я.

– Официант! – звучит за моей спиной грубый мужской голос, и Айрис моментально вскакивает со стула, только сейчас заметив нового посетителя.

– Уже иду! – отзывается она, на ходу доставая из кармашка фартука блокнот и ручку.

Пока Айрис принимает заказ, на ее телефон, который та в спешке оставила за нашим столиком, приходят два сообщения подряд. 

Я догадываюсь, от кого они, а потому не могу сдержать любопытство. В последний раз оглянувшись на беседующую с посетителем подругу, быстро двигаю к себе ее мобильник и заглядываю в экран.

«Через час рядом со студенческой парковкой».

Удивительно, что сообщение написано не капсом. И даже нет восклицательного знака в конце. Впрочем, диктаторские замашки Хантера ощущаются и без этого.

«И не опаздывай. Я ненавижу ждать».

Меня так и подмывает написать ответ. Да такой, чтобы у Хантера глаза на лоб полезли. Однако я понимаю, что таким поступком подставлю Айрис. Если уж на то пошло, я и сообщения-то не имела права читать, не говоря уже о том, чтобы отвечать на них с чужого телефона.

Проглотив пришедшие на ум колкости, я уже собираюсь отодвинуть от себя телефон, но тут мой взгляд падает на фотографию в левом углу, которую Хантер использует в качестве аватарки. Снимок хоть и маленький, однако от увиденного на нем у меня едва не останавливается сердце.

Нет... Этого не может быть…

Схватив телефон обеими руками, я перехожу в профиль Хантера и увеличиваю аватарку. Если до этого момента я могла сослаться на то, что плохо рассмотрела изображение или под впечатлением от недавних событий увидела то, чего не было, то теперь мне удается разглядеть все детали. И понять, что никакой ошибки быть не может.

Фотография сделана пять дней назад. На ней Хантер в белых шортах и футболке-поло позирует на фоне песчаного берега.  Гордо восседая на ярко-зеленом моторном транспорте, он смотрит прямо в камеру, хвастаясь перед всеми своей новой дорогой игрушкой. Уверенная поза, слегка прищуренный взгляд и улыбка человека, который привык брать от жизни все, не догадываясь, что совсем скоро его жизнь оборвется.

Теперь все встало на свои места. Идентичные рост и телосложение. Тот же самый пляж. И зеленое нечто, которое я видела в своем сне, но так и не узнала, как называется этот вид транспорта.

Мне казалось: я предусмотрела все. Предупредила всех, кто мог оказаться в группе риска. Проанализировала ошибки и уделила внимание нюансам. Теперь я понимаю, что ошиблась. Мои надежды были напрасными, а наш со Стивом триумф – призрачным. Следующая жертва – Хантер Прайс, и я понятия не имею, как мне действовать дальше.