В Аду сегодня холодно

Уже наступил следующий день. Следующий день, который с самого утра стал невыносим.

Он проснулся ещё до того, как пришёл Хван и до того, как встало солнце. В окне только-только начинал просыпаться рассвет и порой оттуда дул прохладный ветер, который заставлял парня ежиться, в попытке согреться. Король так и не дал ему одежды, способной его отогреть. Кажется, он не так уж сильно переживает о здоровье своей новой игрушке.

Хотя, можно ли сказать, что она новая при таком-то внешнем виде? Феликс выглядит потрепанно и безобразно, после пережитого той ночью. Он ведь даже помыться и обработать раны не успел. Презентабельно выглядеть у него явно не особо получится. И тут у Ли в голове появился вопрос: а много ли таких помимо него? Ну... Тех, кто просто понравился принцу.

Которых он решил оставить себе, если быть ещё точнее. Феликса волнует то, что он, возможно, не единственная жертва безумия, его величества короля. Если помимо него есть ещё пленники, придётся позаботиться и об их безопасности тоже. Мальчик не сможет уйти, зная, что оставил кого-то в такой крупной беде.

Помощь никогда не будет лишней. Может в будущем, когда он отсюда свалит, ему также помогут другие люди. Хотя, надежды на это почти не осталось, после тех недолгих диалогов с Хваном, которые уже успели состояться. Их и диалогами назвать тяжело, говорил в основном ведь Феликс. Или умолял? Больше всё-таки он склоняется ко второму варианту.

Умолять у него, впрочем, тоже не особо выходит, как и выведывать, что происходит, когда внезапно припёрся принц. Кажется, он не ожидал, что парень уже не спит, потому что принёс с собой явно тяжёлое ведро с ледяной водой внутри. Как Феликс узнал, что вода в ведре ледяная?

Так Хвану не понравилась мысль о том, что он тащил её напрасно и она всё равно оказалась на мальчике. Тогда зачем просыпаться заранее, если тебя в любом случае заставят принять холодную ванну. Будто попал под сильнейший ливень. Феликс бы заболел, остановило его только то, что он уже болеет и ему нужен лекарь.

Надо будет уведомить об этом Хёнджина. Чёрт знает, зачем ему Феликс, но раз нужен, пусть позаботиться о нём, пока он не придумает, как отсюда сбежать. Не будет он сидеть на бедной, королевской шее, до конца жизни. Совестно, да? Разумеется нет. Всё, что он делает — ради мамы и надежды её увидеть.

А раз договориться с мужчиной не получилось, придётся делать всё самому. Может тяжело и страшно, но он справится. Да, определённо всё так и будет. О других вариантах Феликс даже думать не хочет. Да и зачем, если они лишь тормозят ход его мыслей и купают в безысходности?

Невероятно то, насколько всё-таки непредсказуем принц.

— Что вы делаете? — в недоумении спросил Феликс, наблюдая за тем, как Хван обходит его и чувствует, как верёвка на руках развязывается, даря свободу. Ли быстро прижал их к груди, пальцами разминая затёкшие запястья, которые, как неудивительно были стёрты в кровь.

— Хочу тебе кое-что показать, так что долго не радуйся. Я свяжу их обратно, когда отдохнёшь.

Ну что ж... Довольно неплохо. Даже за это спасибо. Хоть не тревожит и даёт рукам отдохнуть. Неужели волнуется или понимает? Ну нет, снисхождение явно не его конёк. И что же он хочет показать Феликсу?

— Что вы хотите мне показать? Мы выйдем на улицу? — с надеждой поднял глаза парень.

— Нет, — и ухмыльнулся. — Я тебе покажу что-то, чего ты никогда не видел, но теперь будешь наблюдать регулярно. Тебе понравится, уверяю.

Что же там такое классное, что должно понравится Феликсу? Принц слишком странный и сейчас, наблюдая за ним, Ли в этом убеждается ещё больше. Мужчина стоит крепко о чём-то задумавшись и это довольно сильно напрягает. Может он сейчас передумает и не захочет ничего показывать? Феликс даже не понимает, хорошо это или плохо.

Слишком много думать об этом тоже нельзя, иначе он с ума сойдёт, так что мысленно согласившись сам с собой, Ли снова переключается на свои руки, пытаясь привести их в норму и приготовить к новому связыванию.

Спустя минут пять принцу видимо надоело ждать, потому что он без каких-либо слов подошёл к нему и резко схватив за стёртые запястья, стал снова их связывать, а в следующее мгновенье, потянул парня за собой с их помощью.

Феликс встал, болезненно ойкнув, но также ничего не говоря, что посчитал хорошей идеей, лишь бы не злить принца. Было бы здорово, если бы ему не пришлось разговаривать с ним в принципе, но волей неволей придётся. Это же принц в конце концов.

Так они и шли какое-то время, в полнейшей тишине. С ней же и поднимались по лестнице, ведущей куда-то наверх. Позже выяснится, что она вела на второй этаж.

И так бродя по безлюдным коридорам, со связанными крепкой веревкой руками, парень изучал всё вокруг, надеясь, что это поможет ему сбежать. Он разглядывал гобелены, вазы, треснувшую плитку на полу и даже украшенный прекрасными узорами потолок. Ему правда важна сейчас каждая мелочь.

— Феликс, смотри, — выдёргивает его из раздумий принц и тянет за руку, в ещё одну комнату. — Это тронный зал, — он обводит взглядом помещение, попутно размышляя о том, что нужно бы парню и двор показать. Может ему там что-нибудь понравится. — Здесь я занял престол, сразу после гибели отца. Он умер, когда мне едва исполнилось семнадцать и только после коронации я узнал от чего он умер.

Феликс, которому не было особого дела до его рассказа, всё же повернулся к принцу лицом.

— Почему же он умер? — еле слышно, спросил Ли, немного хрипло из-за болезни и долгого молчания.

— Он ехал тогда в соседнее королевство, потому что его пригласили на свадьбу тогдашнего принца, ныне уже короля. На половине пути они решили сделать привал и разбили лагерь у реки. За ужином он не заметил, как служанка что-то подсыпала ему в кубок, а на утро его нашли мертвым у себя в палатке.

Ликс, который всё это время внимательно его слушал, пораженно вздохнул от его рассказа.

— Что потом случилось со служанкой? — предчувствуя не самый лучший конец этой истории, всё же спросил он.

— Я казнил ее собственными руками, как и всех остальных придворных. Я не хотел, чтобы у кого-то хотя бы в мыслях было, что можно убивать представителя королевской семьи и оставаться при этом безнаказанным. С тех пор, я убиваю каждого кто вошел сюда. Сам. Но... — он многозначительно посмотрел на своего заложника. — Ты стал моим единственным исключением.

По коже Феликса прошелся холодок, а сам он снова отвел взгляд в сторону. Слушать принца и смотреть при этом в его глаза крайне тяжело.

— Так вот почему здесь так тихо... Но это было очень жестоко. Я уверен, что многие ваши придворные готовы были отдать за вас свои жизни, а вы собственными руками лишили их возможности сделать это в будущем. Они ведь служили вам верой и правдой... — шепотом ответил Феликс на рассказ.

— Жестоко или нет уже неважно, ведь больше никто не осмелился о таком даже подумать, — и Хенджин щелкнул его по носу.

Снова схватив его за руку, принц потянул парня вон из зала и проходя длинные коридоры в полном молчании, которое Ликс боялся нарушить своими вопросами, тянул его вглубь замка.

Длинные коридоры были совсем не на руку парню. Он понимал, что если всё-таки выпадет шанс сбежать, он скорее всего заблудиться и не выберется отсюда бед посторонней помощи. Принц здесь ориентируется хорошо, так что велик шанс того, как он найдет его раньше нужной ему помощи.

Тем не менее, он очень старался обращать внимание на что-то выделяющееся, чтобы можно было сориентироваться, в какую сторону хотя бы бежать. Главное — помнить с какой стороны лестница, а с первым этажом он разберётся тогда, когда будет хотя бы такая возможность.

Остановившись возле большой, дубовой и красивой двери, ручка от которой была покрыта золотой краской, но из-за длительного времени без дополнительной покраски в некоторых местах немного слезшей, хотя всё равно прекрасной, принц развязал уже довольно сильно онемевшие и синие руки парня, вдохнул побольше воздуха и торжественно открыв эту красавицу, громко объявил:

— А это, Ли Феликс, моя комната.

Она была поистине великолепна: потолок покрашен в королевский вишнёвый, добавляющий особый шарм и атмосферу. Если честно, он немного напоминал цвет крови, но об этом Феликс решил не думать.

Рассматривая прикроватную тумбочку сделанную точно хорошим мастером и по личному указу принца, парень удивлённо открыл рот, ведь и она была волшебна. Красивые узоры, которые нарисовали от руки, были настолько приятны взору и удивительны, что смотря на них, ты непроизвольно задумывался о смысле чего-то важного и никто не объяснит тебе магию этой тумбочки, пока её не разгадаешь ты сам.

Ковёр на полу был идеально белым и был только у кровати принца.

Кстати о кровати принца...

Она была шикарна. Красивый, такого же цвета, как потолок, балдахин создавал иллюзию дождя из шёлка и драгоценностей. Мягкие перины могли бы усыпить в мгновение ока и в них возможно было утонуть, а небольшие подушки, разбросанные по всей кровати, заставляли мечтать, положить в их мягкие объятия свою голову и наконец-то выспаться.

Ликс, как зачарованный приблизился к этой кровати ещё немного ближе, чтобы понять, что она настоящая и удивился, ведь ложе и правда было таким, каким казалось на первый взгляд. Глянув на принца через плечо и получив молчаливое соглашение, парень прыгнул на кровать и сразу затерялся в волнах из одеяла и мягких подушек.

— Боже, да это же райское место! У меня и половины из всего того, что есть в одной этой комнате никогда не было, а о такой кровати мне приходилось лишь мечтать. О боже мой... — словно мантру повторял вслух Феликс, резвясь в кровати и смеша своим видом его стороннего наблюдателя.

Ему так хотелось верить, что сейчас можно немного расслабиться и, даже если жизненные обстоятельства к этому явно не располагают, сделать то, что он сделал бы, будь ситуация немного другой. Можно ведь представить, что вместо ужасного принца рядом находится человек, который не станет причинять вреда ни одному живому существу на этой планете. Хотя да, странная фантазия.

Не замечая ничего вокруг себя, парень не сразу понял и того, что сзади к нему тихо подошёл принц, который резко перевернул его на спину и придавил к кровати своим весом, нависая сверху. Их лица были буквально в сантиметре друг от друга, но принц не дал этому продлиться долго и накрыл губы парня своими.

Феликс, не понимая, что происходит, сразу стал его отталкивать и даже пытался пнуть мужчину, но ничего не помогало и в итоге, Хван просто привязал его руки к изголовью кровати. Мыча в поцелуй и мокрыми от слез, напуганными глазами, Феликс понимал, к чему это ведет, но надеялся, что всё же сможет отбиться.

Когда Хван отстранился буквально на секунду от его лица, он резко подался вперёд и зарядив ему прямо в нос головой, попытался распутать свои руки от веревок, но принц быстро оклемался и заново принялся за дело.

Быстро стащив с себя свою рубашку и заново впиваясь в чужие губы требовательным поцелуем, он принялся снимать штаны с лежащего под ним Феликса.

Взвизгивая от страха в чужие губы и всё-таки позволяя слезам вырваться наружу, парень молил все высшие силы о спасении, но видимо его молитвы никто даже не пытался слушать.

Брыкаясь и борясь с наступающей истерикой, он пытался вспомнить хоть что-то, что могло бы его спасти, но как назло в голову ничего не шло и не вспоминалось, а уловив звук, отбрасываемых старшим в сторону его штанов, стал задыхаться от страха.

Нет... Всё не должно быть так. Нет, нет, нет!

— Не надо, пожалуйста, — охрипшим и севшим от рыданий голосом взмолился парень, когда Хёнджин вновь отстранился, чтобы заново набрать воздух в лёгкие.

— Надо, Ликси, — с нежностью в голосе прошептал ему в ответ на ухо Хван и тут же Феликс почувствовал сильнейшую боль внизу, от чего закричал лишаясь последних сил на сопротивление.

Закинув длинные, идеальные ноги парня себе на плечи, принц тут же стал двигаться не давая времени, чтобы привыкнуть. Хлюпающие звуки разносились по всей огромной комнате и в этой жуткой тишине, вперемешку со звуками двух тел, был еле слышен, словно совсем детский, тихий плачь.

***

С тех пор, как всё закончилось прошло около часа, а Феликс всё ещё привязан и он также, как в самом начале, плачет. Больно морально и до безумия физически. Всё тело горит и всё, что ему сейчас хочется — это помыться. Смыть с себя все поцелуи Хвана. Каждое его прикосновение, которое он подарил ему и будто бы вшил в его кожу. Смыть с себя всю ту грязь, с которой принц смешал парня и навсегда спрятаться в самом далёком и недоступном уголке Земли, где он больше его никогда не увидит.

Глаза горят от большого количества пролитых слез, а запястья жжёт от того, как сильно их натерли верёвки.

Хван сразу заснул, не заботясь о парне и сейчас, скорее всего видит уже десятый сон, в то время, как Ли мучается, пытаясь освободиться из пут.

В голове туман, все оставшиеся чувства — это безысходность и боль, а внутри такая глубокая и жестокая пустота, что кажется, будто если хотя бы взглянешь на неё, она засосёт тебя в бездну отчаяния, откуда выбраться ты уже никогда не сможешь.

Закрыв глаза и стараясь успокоиться, Феликс внезапно в ужасе снова открыл их и метнул взгляд на дверь.

За дверью точно кто-то был.

Феликс слышал шаги.