Глава 7
***
Мопед Феликса, задыхаясь и вибрируя, вылетел из очередного узкого переулка на пустынную набережную реки. Впереди расстилалась темная вода, отражение редких фонарей дрожало на ее поверхности. Справа – глухая стена какого-то заброшенного склада. Слева – высокая ограда парка. И прямо перед ними, перекрывая всю ширину набережной, как стена, стояли машины.
Не одна. Не две. Пять черных внедорожников, расположенных клином, их мощные фары выжгли слепящее белое пятно, в котором застыли Джисон и Феликс. Сзади, с грозным ревом, подъехал черный мотоцикл и еще два внедорожника, отрезав путь к отступлению. Двери машин распахнулись. Люди в темной, неброской одежде вышли, образовав непроницаемое кольцо. Они не кричали, не угрожали оружием. Они просто стояли. Молчаливые, безликие, неумолимые. В центре этого каре, опершись о капот головного внедорожника, стоял тот самый молодой человек с холодными глазами – помощник Минхо. В его руке был планшет.
Двигатель мопеда захлебнулся и заглох в мертвой тишине, нарушаемой только шумом реки и тяжелым дыханием Джисона. Боль в ноге пульсировала в такт бешено колотящемуся сердцу. Он чувствовал это – Минхо был близко. Очень близко. Волна его эмоций накрыла Джисона: леденящую ярость, сменяемую удовлетворением от удавшейся охоты, и подспудную, гнетущую боль разлуки, которая теперь была и его болью. Альфа наконец загнал свою добычу в тупик.
«Хан Джисон, – голос помощника был спокоен, как поверхность воды перед бурей. – Игра окончена. Господин Ли устал от ваших... эксцентричных выходок. Он просит вас проявить благоразумие. Ради всех». Его взгляд скользнул на Феликса, который сидел, сжав руль до побеления костяшек, его лицо было маской ужаса и бессилия.
Джисон попытался что-то сказать, протестовать, но из горла вырвался только сдавленный стон. Что он мог сделать? Броситься в реку? С травмированной ногой он утонет за минуту. Драться? Против десятка профессионалов? Это было безумием.
Помощник медленно поднял планшет. Экран засветился ярко в темноте. На нем было изображение... знакомого скромного дома в пригороде Сеула. Дома его родителей. Камера явно была скрытой, снято сверху, возможно, с дрона. На экране было видно, как вокруг дома, в тени деревьев и соседних заборов, замерли темные фигуры. Много фигур. Они не двигались, не штурмовали. Они просто *были*. Окружив дом плотным, невидимым для его обитателей кольцом. В окне горел свет – его мать, наверное, готовила ужин, не подозревая, что за ними наблюдают прицелы.
«Папа... Мама... Минсо... Юнги...» – имена младших братьев сорвались с губ Джисона шепотом. Холодный ужас, куда более страшный, чем боль или страх за себя, сковал его тело.
«Господин Ли ценит семейные узы, – продолжил помощник, его голос звучал почти вежливо, но каждая буква была отточенным лезвием. – Он глубоко сожалеет о необходимости демонстрировать вам это видео. Но ваше упорство... вынуждает его к крайним мерам. Он желает лишь вашего благополучия и спокойствия вашей семьи». Он сделал паузу, давая словам проникнуть в самое нутро. «Выбор за вами, Хан Джисон. Сейчас. Прямо здесь. Вы садитесь в машину и едете к господину Ли. Ваша семья продолжит свой вечер в мире и не узнает об этом... инциденте. Ваш друг, – кивок на Феликса, – уедет домой без помех. Или...» – помощник не договорил. Он просто убрал палец с планшета, и экран погас, оставив в воображении Джисона жуткую картину окруженного дома, где жили самые дорогие ему люди.
Тишина повисла тяжелым свинцом. Даже шум реки казался приглушенным. Джисон почувствовал, как рука Феликса сжимает его предплечье с безумной силой.
«Джисон... не надо...» – прошептал Феликс, его голос дрожал. – «Они не посмеют...»
Но Джисон видел глаза помощника. Видел холодную уверенность людей в кольце. Он *знал* Минхо. Знал его власть, его беспощадность, когда что-то вставало на его пути. И он чувствовал его *решимость* через эту проклятую связь. Минхо не блефовал. Его семья была пешкой на доске. И пешку эту могли убрать без колебаний.
Слезы, которые он сдерживал все это время, хлынули потоком. Они текли по грязным, исцарапанным щекам, горячие и горькие. Это были слезы не только страха, но и абсолютного поражения, крушения последней надежды. Он не мог. Не мог рисковать ими. Маленьким Минсо, который обожал старшего брата. Юнги, который только пошел в школу. Мамой, которая стирала до ночи, чтобы купить ему новый учебник. Папой, который никогда не жаловался на усталость.
«Они... они не тронут их? И... Феликса?» – голос Джисона был едва слышен, прерывистый от рыданий. Он уже знал ответ. Но ему нужно было услышать это.
«Господин Ли держит слово, – ответил помощник без тени сомнения. – Вы – его единственный интерес. Согласитесь – и все угрозы исчезнут. Немедленно».
Джисон закрыл глаза. Внутри него бушевала война. Древний инстинкт Истинной Пары, который шептал о прекращении боли, о близости альфы, предательски смешивался с животным ужасом перед Минхо. Но сильнее всего было другое – любовь. Любовь к тем, кого он не мог подставить под удар.
Он открыл глаза. Взгляд был пустым, сломленным. Он медленно, с трудом, снял руки с талии Феликса.
«Прости, Феликс, – прошептал он, не глядя на друга. – Я... я не могу...»
«ДЖИСОН, НЕТ!» – Феликс попытался схватить его, но Джисон уже ставил травмированную ногу на асфальт. Боль пронзила его, но она была ничто по сравнению с болью в душе.
Он сделал шаг. Хромой, неуверенный. Потом еще один. Отрываясь от Феликса, от последнего клочка иллюзорной свободы. Он шел сквозь слепящий свет фар, сквозь кольцо безмолвных охранников, прямо к помощнику Минхо. Его фигура, маленькая, израненная, в порванной одежде, казалась жалкой и невероятно мужественной одновременно.
Помощник не улыбнулся. Он лишь слегка кивнул и жестом указал на открытую дверь заднего пассажирского сиденья ближайшего внедорожника. Роскошный салон казался зевом чудовища.
Джисон не оглядывался на Феликса. Он не мог. Если бы он увидел лицо друга, он бы сломался окончательно. Он подошел к машине. Помощник вежливо, но твердо взял его под локоть, помогая сесть – жест, полный владения и окончательности.
Дверь закрылась с глухим, дорогим звуком. Точно таким же, как в пентхаусе «Nexus Dynamics». Мир снаружи – Феликс на мопеде, ночная набережная, слепая река – исчез за тонированным стеклом. Воздух внутри был прохладен, пахнул дорогой кожей и... едва уловимым, но всепроникающим холодным ароматом Ли Минхо. Он был уже здесь. В ожидании.
Джисон прижался к дверце, закрыв лицо руками. Тихое, безнадежное рыдание сотрясало его тело. Он проиграл. Не только Минхо. Он проиграл жизни, в которой был свободен. Он продал свою свободу за безопасность семьи. И теперь ему предстояло заплатить по счету. Счету, который выставила ему судьба, связав с этим могущественным, опасным человеком невидимыми, но неразрывными узами Истинной Пары.
Снаружи, помощник что-то сказал в рацию. Кольцо машин начало расходиться. Один из охранников подошел к Феликсу, все еще сидевшему как истукан на мопеде, и молча указал в сторону города. Угроза миновала. Цена была уплачена. Внедорожник с Джисоном внутри плавно тронулся с места, растворившись в ночи, увозя его в новую, страшную реальность. Феликс остался один на темной набережной, сжав кулаки в бессильной ярости, понимая, что только что стал свидетелем того, как его лучшего друга принесли в жертву. Охота Ли Минхо завершилась. Начиналось владение.
Продолжение следует..