Пятая глава
Утром мы уже были в пути. Я укуталась в одну из рубашек, которые раздобыл Тарин и не брезгуя приняла.
После вчерашних наших разногласий с Фаретом, я избегала диалога с ним. И это было совсем не сложно, ведь этот мужчина почти не говорил.
Сегодня, я украла Аби раньше генерала и мы могли ездить на одной лошади. Да только, на это раз, я прислонилась спиной к ее теплым объятиям. Все понимали, что вчера я пострадала больше всех, но хочу заметить, что моя рука была, почти, в хорошем состоянии. Я до сих пор не знала, какие масла и лекарства использовала Аби, что за ночь раны могли зажить, но одно знала точно, я ей безмерно благодарна.
Мы направлялись в Блар. Этот город находился на северо-востоке и я предполагала, что там будет довольно холодно. После того, как генерал сообщил, что наш путь будет через этот город, Тарин не умолкая, рассказывал нам, что однажды побывал там ещё мальчишкой и чуть не лишился жизни. Он утверждал, что жители Блара, самые грязные и бессовестные люди и что там могут тебя либо убить, либо ограбить. Судя по тому, с каким весёлым голосом он это рассказывал, я могла заподозрить, что тот нагло нас пугает. Поэтому не реагируя на это слова, мы продолжили путь в молчании.
Было позднее утро, когда мы оказались в одной деревне. Тут дома были выстроены в непонятном порядке и близко друг другу. Не имелись заборы или калитки. Дома были примерно одного размера, все небольшие, но не старенькие.
В деревне кипела жизнь. Люди начинали свой день своими обыденными делами. Женщины стирали вещи у колодца, возясь с кадкой, дети крутились рядом, мешая им поскорее закончить дело. Один мальчик, видимо настолько рассердил мать, что женщина не вытерпела и вылила ведро с водой ему на голову. Пока мальчик, плача, шел домой, судя по всему, сестра его подхватила на пол пути и стала снимать вещи.
Когда Генерал слез с коня, было понятно, что мы не просто проедем мимо. Он нам ничего не сказал, но Тарин последовал за ним. Гервин оставался на коне, но а мы решили размять ноги. Стоя и гладя морду своей лошади, я смотрела вслед за уходящими. Мужчины подозвали к себе одного мальчика, лет двенадцати и сказали ему что-то. Тот кивнул и побежал прочь.
- Могли бы сообщить куда идут! - проворчала я, скрестив руки.
Аби ничего не ответила, лишь смотрела на наших спутников.
Внимание многих жителей деревни было обращено на нас. Дети открыто разглядывали нас с Аби, а взгляды девиц, выглядывающих из окон, были прикованы на легионеров. Вскоре, из домов, по очереди, иногда и по двое, стали выскакивать молодые девушки. Они проходили перед мужчинами, улыбаясь друг другу. Пока Фарет исключительно смотрел перед собой, ожидая кого-то, Тарин же совсем повеселел. Он улыбался девушкам в ответ и даже подмигивал. Когда вдруг мы встретились с ним глазами, он ухмыльнулся и показал мне язык.
Этот спектакль был окончен, когда к ним подошёл один мужчина средних лет. Он был чуть ниже Тарина, его волосы были светлыми, а борода на тон темнее. Он был одет довольно тепло, хотя лучи солнца согревали хорошо. Даже я успела снять рубашку и оставалась в лишь в одной.
Пока мужчины о чем-то говорили, к нам подошёл Гервин. В последнее время он был неразговорчив, если вспомнить как раньше он ботал без умолку. Сейчас он становился ближе к Аби, ведь тепло исходящее от нее, могло согреть любого и мы с Гервином, всегда были готовы воспользоваться этим. Аби улыбнувшись, приняла его через плечо и заговорила:
- Тебе лучше?
Меня этот вопрос удивил. Я не замечала в Гервине признаков болезни или же чего-то подобного. Он не был ранен.
Гервин слегла улыбнулся и кивнул.
- Что? Сложно переносишь разлуку с любимой? - вдруг выпалила я.
Гервин посмотрел на меня с яростью. Его рыжие брови были нахмурены.
- Жаль что тебя они не сожрали! - зло выплюнул Гервин.
Я с удовольствием ухмыльнулась. Я все ещё была зла на Гервина и ждала подходящего момента для очередной стычки. И вот, когда он ответил мне с той же ненавистью, было бы глупостью упустить шанс.
- Тебе бы в самый раз была такая суженная - с ядовитой улыбкой, произнесла я. - Ты бы просил ее съесть всех, кто тебя обижает.
- Но тебя бы я убил своими руками!
По его дрожащим рукам, я видела, что он еле сдеживает себя, чтобы не накинуться на меня с кулаками. Но к сожалению, Аби вмешалась во время, повелев ему отправиться к мужчинам.
- Пожалуйста, оставь его в покое. - попросила Аби.
- Не обещаю. - ответила я.
Тем временем, Фарет закончил разговор с мужчиной. Он помахал к нам призывая к себе. А в нашу сторону двинулись один молодой парень и мальчишка. Я проследила за ними и увидела, что те забирают лошадей.
Пока мы шли к нашим, я ловила на себе недовольные взгляды женщин. Они смотрели на меня не только потому-что я была потрёпанная и покалеченная, а ещё из-за мужской одежды на мне. Мне совсем не везло с одеждой. Чтобы я не нацепила на себя, оно тут же рвалось, пачкалось и становилось непригодной для ношения.
Мы кивком поприветствовали мужчину, который представился Уритом. Так же, как сказал Гервин, он являлся главой этой деревни и он же согласился покормить наших коней и нас. За определенную плату, разумеется.
Мы оказались у большого дома, в отличии от остальных. Вокруг дома был сплошной сад, с разными цветами и овощами. Я не особо разбиралась в цветах и для меня они были не больше чем просто куча зелени, но хозяйка дома была совсем другого мнения. Я увидела женщину, которая бродила по саду, чуть ли не целуя каждое растение. Только раскрывающиеся розы были главным растением этого сада. Это был понятно по тому, как их разделили от остальных, построив отдельную калитку вокруг.
Женщина была так увлечена своими цветами, что когда ее муж обратился к ней, она вздрогнула. Подняв на нас взгляд, она тепло улыбнулась. Женщина была довольно красивой. Ее длинные каштановые волосы были сплетены в толстую косу. У нее была здоровая белая кожа, а на щеках был яркий румянец. Длинные ресницы украшали ее красивые, зелёные глаза. Как только она подняла на нас свои глаза, я уловила этот прекрасный зелёный цвет. И будто ее добродушный взгляд, делал ее красивее.
Она торопливо выбралась из сада и на ходу стряхивала свой подол платья.
- Познакомься, это наши гости с запада. - представил нас мужчина.
Я не смогла сдержать ответной улыбки, когда мы встретились взглядом.
- Не стойте на пороге - с мягким и приятным голосом, повелела женщина. Именно так я и представляла ее голос. - Заходите в дом.
Мы последовали за ней, а мужчина сказал, что отправится за дровами.
Внутри дома было намного теплее, чем на улице и даже жарко. Как только мы вошли, я почувствовала прекрасный аромат свежеиспечённого хлеба. Мы двинулись в небольшую комнату, где на полу были стелены чистые большие подушки, серого цвета. Рядом же лежали подушки по меньше, чтобы прислониться. Для меня это было непривычно, ведь у нас дома подушки использовались лишь для сна, а тут и в гостиной. Но вспомнив про дом, где нас чуть не убили, я заметила, что на востоке дома отличались от наших.
- Я Арфана. - с улыбкой назвала имя женщина, указывая рукой, чтобы мы присаживались.
- У вас прекрасный сад, Арфана. - сказала Аби.
Услышав эти слова, женщина засияла и могу покляться, что на ее глазах появились слезы.
Женщина крикнула чьё то имя и вскоре, в комнате появилась худенькая девочка. Она была копией Арфаны, да только как и свой отец, была высокой.
Алида, как назвала ее женщина, посмотрела на нас со скукой и потом повернулась к маме.
- Кто эти люди? - спросила она.
- Наши гости. - ответила женщина. - Поздоровайся с ними.
Подойдя к дочери ближе, она шепнула ей, но я все же смогла услышать как она говорит -"И будь вежлива".
При виде этой девочки, у меня совсем не возникало желание улыбнуться или же любезничать. Но зато, Аби была готова быть милой со всеми. Она широко улыбнувшись, поприветствовала девчонку и сказала:
- У тебя очень красивое имя.
Девочка и бровью не повела. Она лишь села напротив нас и стала изучать каждого. На ее красивом, но недовольном лице ничего не изменилось, когда она по быстрому разглядела нас. Видимо, мы были недостаточно красивы, чтобы как то заинтересовать её.
- Это имя моей сестры. - ответила девочка.
Она произнесла это так, будто вложила в эти слова всю свою ненависть. При этом, ее взгляд на секунду проскользнул к маме и снова обратился к нам.
- А как зовут тебя? - спросил Тарин, которому явно было весело. По ему лицо было ясно, что если девочка ответит что-то едкое, то ему будет лишь смешнее.
- Никак. - холодно ответила она.
- Я так и думал. - тихо, с улыбкой произнес Тарин.
Девочка недолго буравила его взглядом, после чего поднялась и ушла.
После ухода девочки, вернулся мужчина и помогал своей жене накрыть на стол. Они подали варёную картофель со сливочным маслом, свежий хлеб, гороховый суп, овощи и фрукты. Так же были варенья и яблочный пирог. При виде такого стола, я больше ни о чем не могла думать и лишь накинулась на еду.
И когда она успела все это приготовить? Будто ждали гостей. Мужчина был не менее мил, своей жены. Только заметила его румяные щеки и отсутвие одного зуба. Он ненавязчиво интересовался куда мы направляемся, кем приходимся друг другу и нравится ли нам пирог.
Мы не соврали только на счёт пирога.
На вопросы решил ответить Тарин. Он с готовностью перебил Аби, которая хотела была придумать что-то логичное. Видимо, сладкое плохо действует на солдата. Его улыбка уже предвещала беду.
- Они женаты, - начал он, одновременно запихая в рот хлеб и показывая на Аби с Генералом.
Мы все разом повернулись к нему, а хозяева на Аби и Фарета. На их лицах играла спокойная улыбка, а на наших...
Лицо Фарета ничего не выражало, но почему-то я чувствовала, что этот идиот Тарин, сполна получит от своего генерала.
Аби вся засмущалась. На ее смуглом лице появился яркий румянец и с каждой секундой красный цвет разливался полностью по ее лицу.
Гервин поджал губы. Он явно пытался сдержать свой хохот и поэтому забившись в угол, он прикрывал рот рукой, чтобы не выдать хихиканье.
Я же смотрела на этого негодяя так, что если бы взглядом можно было убивать, то сейчас он лежал мертвый.
Тарин поймал мой взгляд. Он улыбнулся, будто принимая мой вызов. Он снова стал говорить:
- А это - он указал на меня. - Моя младшая сестра.
Арфана взглянула на меня, в поисках сходства между мной и Тарином. Я смогла натянуто улыбнуться ей в ответ.
- А кто этот юноша? - спросил мужчина, кивком указывая на Гервина.
Бедняжка Гервин стал багровым. В его глазах плясали смешинки и он все ещё пытался побороть желание расхохотаться.
- Он ? - Тарин задумался. Будто он вообще забыл о существовании Гервина. - Мы его подобрали на улице. Этот бедняга путешествовал один и мы сжалились над ним.
Раздался громкий и звонкий смех. Гервин сделался совсем красным. Он заливался смехом совсем не заботясь о разоблачении. Хозяева дома растерянно улыбались, не понимая причину смеха.
- Мы тоже удивлялись, когда он ни с того, ни с сего начинал смеяться, - приняв благородное выражение лица, сказал Тарин. - Но потом привыкли.
Он заговорчески склонился над столом и полушепотом сказал :
- Он немного чудаковатый.
Мужчина косо посморел на Гервина, который уже только улыбался и извинялся.
Так мы и задержались там до обеда. Сказав, что едем в Блар, крестьяне настаивали, что город находится совсем рядом и что нам нужно остаться и на обед. Арфана объяснила, что сегодня для них особенный день и они устроили в деревне что-то вроде благотворительного обеда. Она просила нас присоединиться к ним и стать частью их радости.
Мы робко поинтересовались о поводе праздника и женщина сияя глазами заговорила:
- Месяц назад, в нашей деревне случилось горе. Женщина вдова, воспитывала своих двух дочерей самостоятельно, но месяц назад она скончалась. Девочки остались одни, но старшая девочка была взрослой и стала матерью, для крошки. Старшая завидная девушка, к ней сватались с разных сторон Королевства, но зная, что с младшей сестрой ее никто не примет, она всем отказывала. Но недавно, мы узнали, что она любит одного молодого мужчину. Мы долго с мужем советовались и в итоге решили, удочерить крошку.
Мужчина простился с нами на некоторое время и выходя велел нам никуда не уходить. Женщина с одной стороны занималась своими делами, а с другой, продолжала рассказывать:
-Она сейчас спит. Ей всего лишь четыре! - в ее глазах промелькнула грусть, но она быстро замаскировала ее улыбкой. - Вы обязаны остаться! К тому же, ее сестра завтра выходит замуж.
Арфана подмигнула Аби:
- И ты, дорогая, как замужняя, должна дать ей несколько советов о семейной жизни. Не секрет, как ты такой красотой влюбила в себя своего мужа, но его взгляд не только заслуга твоей красоты.
Моя подруга, только принявшая свой естественный цвет, теперь снова начинала краснеть. Сидя неподалеку от нее, я чувствовала, как горят ее щеки. Она еле заметно кивнула, опустив голову вниз. От слов Арфаны смутился даже генерал. Он теперь смотрел куда угодно, но не на Аби.
Приняв решение задержаться до обеда, мы предложили свою помощь в подготовлении. Наши отправились к Уриту, чтобы помочь мужчине обустроить столы и площадь для праздника. А мы с Аби, остались дома, чтобы помочь с готовкой.
Арфана была приятна не только внешностью, но и общением. Она мило беседовала с нами и можно сказать с искренностью старшей сестры, давала нам некоторые наставления.
- Ниса, ты очень красивая, милая. - обратилась она ко мне. - Поэтому, многие мужчины будут готовы увязаться за тобой. Будь аккуратна и не отходи от своего брата. Братья порой бывают грубы и бескомпромиссны, но знай, своим сестрам они желают лишь добро.
Я бы согласилась с ней, не будь моим братцем именно Тарин. Женщина ведь не знала, что мой любимый брат, бестолковый легионер, который не постыдился целовать меня, когда я была не в себе. Но кроме него, у меня был настоящий брат. Он отличался от Тарина лишь тем, что не приставал ко мне с поцелуями.
Через некоторое время, на пороге появился Гервин, который сообщил, что всё готово и что мы можем накрывать праздничный стол.
Когда мы выбрались на улицу с угощениями, вдруг на сердце стало так тепло. Как же я любила праздники, когда мы тоже всей деревней собирались в одном кругу. Как мы наряжались и наполняли разной едой столы. Только в праздники, я позволяла себе распускать косы и красоваться длинными, черными кудрями.
Сейчас все было немного иначе. Пусть и люди мне были не знакомы, как и мое отражение в зеркале, но все же я чувствовала этот праздничный настрой, который передавался друг другу.
К нам присоединились и другие молоденькие девушки, которые с готовностью стали нам помогать. Они шутили между собой, хихикали и радовались этому солнечному дню. Все они были в красивых платьях ниже колена, со свободными длинными рукавами. Их волосы были заплетены в косы и обведены вокруг головы. Встречались девушки и с другими причёсками, как с двумя косами по сторонам или же с распущенными волосами, но именно эта прическа была более распространена.
Где-то в сторонке стояли и наши приятели. Они были окружены крестьянами, которые о чем-то беседовали с ними. Мужчины, в отличие от своих жен, дочерей и сестер, были одеты со всем по простому. Будто после праздника, они были готовы отправиться на работу и поэтому не пожелали переодеваться.
Когда мы перенесли все блюда и угощения на длинный стол, который занимал почти всю площадь открытого пространства, мы собрались к столу. Многие гости уже расселись по местам и ждали хозяев праздника.
Арфана попросила меня остаться, чтобы я помогла ей подготовить ее девочку на праздник. Кивнув нам, Аби отправилась к столу, чтобы занять свое место. Мальком проследив за ней, я увидела, как муж Арфаны, насильно сажает ее возле генерала. Я была почти уверена, что он сказал что-то вроде " Жена должна быть рядом с мужем!". Представив лицо наших молодожёнов, я рассмеялась.
Войдя в маленькую комнатку, я увидела девочку, сидящую на кровати. Она часто моргала своими сонными и невероятно красивыми глазами. Из под пушистых, темных и длинных ресниц, на меня смотрели большие чёрные глаза. Дело было не в цвете, а в этом свете в ее глазах. Ее глаза были такими яркими и живыми, что люди твердяшие о необыкновенности моих глаз, склонили бы перед девочкой головы. Пухлые румяные щеки казались такими мягкими, что я хотела поцеловать их. Такие пухлые, алые губы скривились в улыбке. Длинные кудрявые волосы, спадали с плеч. На фоне ее белоснежной кожи, ее глаза и волосы были как угли. Перед ее нереальной красотой, я раскрыла свой рот.
Женщина заметила мой немой восторг и коснувшись губами волос девочки, произнесла:
- Моя девочка самая красивая, так ведь, Ниса?
Я подошла ближе и не сумев отровать от нее глаза, завороженно сказала:
- Она прекрасна.
Девочка не могла сидеть на месте. Она подпрыгивала и весело что-то говорила. Ее сладкий голос, заставлял человека смеяться. И не сдерживаясь, я поцеловала ее пухлые щеки по обе стороны. А девочка будто привыкла к постоянным ласкам. После моих поцелуев, она неожиданно поднялась и обняв за шею, она ответила мне тем же. Я была удивлена, но больше была счастлива такому подарку.
Арфана принялась раздевать девочку. Оставаясь в сорочке, девочка любопытно рассматривала свои руки, будто видела себя впервые. Я подала милое белое платье, украшенное цветами наподобие розы. На воротнике и на рукавах были сшиты розовые и белые розы. Я залюбовалась платьем, когда девочка уже была в ней.
- Вероятно, вы очень любите розы. - с улыбкой заметила я.
- Ох, - женщина смущённо улыбнулась. - Это так очевидно?
Я вспомнила про розы, которые были посажены отдельно от остальных и прикрыты калиткой.
- В саду, у них будто особое назначение. - смотря на цветы на платьице, произнесла я.
Вдруг я уловила смену настроения Арфаны. У женщины это уже случалось несколько раз, в течении дня, но сейчас это было намного открыто.
Женщина взглянула на меня со слезами на глазах, но на лице играла горькая улыбка.
- Ты права. - сказала она. - Там лежит моя дочь и розы украшают ее новый дом.
Я не смогла сразу уловить всю суть сказанного, но зато глаза мои успели наполниться слезами. В горле появился ком и я знала точно, что если я начну говорить, мой голос дрогнет.
- Она умерла ещё когда была малышкой. - по ее красивому лицу текли слёзы. - Я не знаю, любила ли она розы, она тогда не умела говорить ничего кроме слова "мама".
Женщина прижалась к малышке. Она не переставала всхлипывая, а ее руки теребили крупные, кудрявые локоны. У девочки хмурилось лицо, при виде плачущей женщины. Она молча стояла прижавшая к груди Арфаны.
Женщина быстро взяла себя в руки. Она отмахнулась от слез и снова начала улыбаться. Мне было стыдно, что не смогла заставить себя сказать хоть что-то. Но что я могла сказать, чтобы утешить горе женщины?
Арфана заплела волосы девочки в косу и украсила голову цветочным венком. Красавица все время прыгала на месте, смешно произнеся "Седи".
Позже, Арфана объяснила мне, что так зовут девочку и она постоянно повторяет свое имя.
Когда Седи была готова, мы хотели уже выйти, но Арфана ласково придержала меня за руку. Я вопросительно посмотрела на нее и встретилась с ее улыбчивым лицом. Она на мгновение замялась, но потом осторожно начала:
- Ниса, мне нравится твой наряд и ничего против него не имею. - она засмеялась каким-то своим мыслям. - Я сама, когда-то носила мужскую одежду. Но я бы хотела сделать тебе подарок и ты меня очень осчастливишь, если наденешь его сегодня.
Я даже думать не могла, что кто-то ещё заботится о том как я выгляжу. Крестьян нельзя было винить за дурные мысли обо мне, когда из женской одежды, на мне был только платок, который защищал меня от беды, скрывая мои короткие волосы.
Я не долго думала, прежде чем принять подарок от этой щедрой женщина. Даже если платье было убогим, я все равно с радостью надела бы его. Безусловно, в с свободных штанах и в широкой рубахе было очень удобно, но в ней я привлекала слишком много внимания.
Подарок оказался чудесным. Изумрудное платье, длиной ниже колен, как и у всех девушек в деревни, было просто прелестным. Рукава были свободными, но на запястьях было затянуто резинкой. По бокам талии были ленты, которые я завязала на спине. Платье было простеньким и именно это и делало его красивым.
Прикрыв голову черным старым платком, я вышла на улицу.
Мне было неловко ступать к столу, когда все уже находились за ним. Свободных мест почти не было. Только если в конце. А в начале, сидели Арфана с Уритом. Их девочка сидела на почетном месте и принимала угощения от Арфаны. Рядом с женщиной сидела молодая девушка. По ее чёрным волосам, которые так же были заплетены в косы, по белому цвету кожи, чёрным глазам, я сразу узнала в ней сестру Седи. Молодая девушка беседовала с другими жителями деревни и часто кидала на младшую сестру ласковый взгляд.
Стоя как истукан, я ждала от кого-то приглашения. Я прекрасно видела, что сразу передо мной есть свободное место, но мне было неловко взять и подсесть к незнакомым людям.
Тогда мне в помощь пришла девушка, которая участвовала в подготовке стола. Она помахала мне рукой и прикрикнула:
- Иди к нам!
Я была ей благодарна, что та будто прочитав мои мысли пригласила в свою компанию. Но с другой стороны, благодаря ей, теперь все стали оборачиваться и смотреть на меня. Я почувствовала взгляды этих людей на себе и мои щёки зарумянились. Опустив голову и старясь не смотреть никому в глаза, я забралась на стул, рядом с девушками.
Они с нескрываемым любопытством стали всматриваться в мое лицо. До сих пор, никто ничего не говорил о моих глазах и от кого-то из этих девиц, с кем мне пришлось встретиться глазами - я ждала удивлённый возглас. Долго ждать не пришлось. Сидящая на против девушка, которая не переставая смотрела в мои глаза, с недоумением произнесла:
- У тебя такие необычные глаза!
Был ли в этих словах восторг или же испуг, я не знала. Все, кого я встречала на своем пути, отзывались о моих глазах именно таким образом. Я же была давно свыкшей к ним и к глазам, и к людям.
- Почему они разного цвета? - задала вопрос та же девушка.
Видимо, она была самой смелой среди них, ведь остальные пока только шептались.
Почему же они разного цвета? Будто я могла как-то это объяснить.
С самого рождения, сначала родители, а потом уже, когда я могла говорить - я, сталкивались с проблемой, как мои глаза. Именно проблемой, ведь окружающие воспринимали меня как угрозу.
Именно в те времена, когда я появилась на свет, в нашей деревне были несколько женщин. Я их никогда не видела, но мама рассказывала, что они были ещё молодыми женщинами, которые совсем недавно обвенчались. Ещё в деревне, эти женщины крепко дружили и после брака их дружба стала только крепче.
Они были красивыми, можно сказать, что одна из них была красавицей нашей деревни, а остальные обе вполне симпатичные. И какое же было удивление крестьян, когда одна вышла за старика, другая за бедного пастуха, а красавица за калеку.
Жители деревни не заподозрили бы ничего, если бы их свадьбы не отпраздновались в одну и ту же ночь, а после пару дней первая заявляет, что ее муж умер. Чему удивляться? Человек был не молодой, думали они, за то прожил свои последние дни с прекрасной женой.
Через несколько дней умирает и пастух. Люди уже были взволнованы, но не могли же в чем-то обвинить женщину, которая горевала больше всех.
Все в деревне ждали, когда же настигнет смерть и бедного калеку. Но он не умирал, а наоборот выздоравливал. Не прошло и месяца, как он поднялся на ноги и красовался в деревне со своей красавицей женой. Он был молодым, но с самого рождения не мог ходить. Даже родная мать желала ему смерти, ведь измучилась с ним. Но тут он женится и проблема решается.
Проходит несколько месяцев и наши вдовы выходят замуж вновь. Но на это раз их выбор был совсем другим. И та, и другая вышли замуж за молодых и богатых среди крестьян, людей. Было странно, что они не покидали деревню, хотя к ним сватались даже со столицы. Мама говорила, что все их действия начали им казаться подозрительными, только после разоблачения, а до этого, они жили в мире и в гармонии.
Свадьбы не было, только скромная церемония. На нем наши шутили, что не умрут ли их мужья через несколько дней от счастья, как это было с первыми двумя. Но когда пришло известие о смерти мужа первой женщины, наши не могли смеяться.
Как и ожидалось, умер и второй. Крепкий молодой мужчина, который совсем недавно был живым и здоровым.
Многие подозревали этих двоих в чем-то, да только язык не поворачивался сказать что-то вслух, ведь за клевету можно было лишиться жизни.
Прошло совсем немного времени. Этих двух начали сторониться, но конкретных обвинений не было.
Тогда и пришла весть, что с мужем красавицы, который был колекой, случилась беда. По словам его жены, он просто сошел с ума. Если бы не свидетели, как мужчина сначала рубил просто дрова, а потом неожиданно и свои конечности, то никто бы ей и не поверил. Говорили, что мужчина начал с пальцев левой руки, а потом и вовсе отрубил всю руку. Это его не остановило. Он перешёл к своим ногам, которые совсем недавно вылечились и отрубил по колено. Одной рукой, одним лишь движением. Его молодая красавица была все время рядом. Она рыдала и молила его остановиться, но в него будто проклятый дух вселился.
После того случая, мужчина не умер. По мнению крестьян это было просто невозможно, ведь у мужчины осталось только туловище до колен и правая рука.
Все смотрели на его жену как святую, когда та не бросила его даже несмотря на это. Она почти не выходила из дома и все время ухаживала за мужем. Спустя неделю, как все утихло, к ним в дверь вломилась одна женщина. Все соседи обратили внимание на их двор, где стояла женщина с небольшим животом.
Не нужно было что-то слышать, чтобы понять от кого беременна эта молодая девушка. Все тогда поняли, что муж красавицы загулял, когда получил свое здоровье.
В тот же вечер в деревню пришел служитель святых, с инквизитором. С ними были ещё несколько солдат. Они обыскали все дома, каждый угол и в итоге двух вдов и ту красавицу вывели на площадь. Обыски длились до утра, а допрос женщин до вечера. Несмотря на все это, все трое стояли с высоко поднятой головой. Когда их обвинили в колдовстве, никто особо не удивился. Все уже знали, что все смерти не случайны, да и выздоровление того калеки тоже.
Не было какого либо суда. Наказание ведьм было одно - сожжение.
Люди любили смотреть как что-то или кто-то горит. Не скажу, что они были озлобленной толпой, скорее расстерянной и испуганной. Когда сжигали всех троих, моя мать была беременна мной. Красавица сказала несколько слов перед смертью и можно сказать решила за меня мою судьбу.
" Ни у той, и ни у кого из этой деревни не родится здоровый ребенок. Я вам обещаю, они будут вашим горем и проклятием!"
После ее слов, все были в страхе за будущее поколение. Но обещания ведьмы оказались беспочвенными. Все дети рождались вполне здоровыми и нормальными. Все забыли о проклятии ведьмы, до моего рождения.
Когда мои глаза оказались разного цвета, все решили, что я демонстрирую черную душу тех женщин. Ведь глаза отражали душу человека и мы все в это свято верили. У двоих были карие глаза, а у прекрасной ведьмы ярко голубые. Крестьяне не могли забыть про них и даже предлагали моим родителям избавиться от меня, пока я не наделала бед.
С тех самых пор, я тысячу раз говорила одни и те же слова, и сейчас сказала тоже самое:
- Я не знаю.
Девушка замолчала, но не перестала разглядывать меня. Я угодила именно в тот ряд, где рядом и напротив сидели исключительно молодые девушки. Неподалеку сидел один молодой парень и Гервин.
Я принялась за еду. У нас вряд-ли будет ещё шанс поесть так сыто и вкусно, так что я полностью наслаждалась каждым куском.
Вдруг меня окликнула одна девушка, которая сидела по левую руку от меня. Она заговорила шепотом и с улыбкой на губах. Ее подруги, будто зная, что она скажет, уже начали хихикать.
- А сколько лет твоему брату? - спросила она, посмотрев куда-то вперёд и широко улыбнувшись.
Будь неладен этот солдат, который заставил всех этих девиц лезть ко мне с расспросами о нём. Откуда я могла знать, сколько лет ему? На вид ему всего двадцать с лишним, а точного возраста я не могла угадать. Тогда, чуть помедлив, я спросила:
- А зачем тебе мой братец?
Девушка рясстерянно заморгала. Неужели я произнесла это слишком резко?
- Просто так.. спрашиваю. - уже чуть робко ответила она.
Тарин был таким бездушным, что мог обещать всем этим девицам совместную и счастливую жизнь, в какой-то далёкой, спокойной деревне или же даже где-то в столице. Но я ведь знала истину. Жизнь легионера совсем не для строения семьи. Он зарабатывал свои деньги сражаясь и сталкиваясь со смертью. А бедная его жёнушка должна была, со слезами, ждать его где-то в дали. Нельзя забывать и то, что Тарина нельзя считать верным мужчиной. Даже сейчас, я иногда подозревала, что у него где-то там в деревне есть жена, которая ждёт его.
Потому я решила убить все надежды этих молодых девушек. Да и вообще, у них тут по всюду ходят молодые и крепкие парни. Чего они так прицепились к этому нахалу?
- Его в городе ждёт невеста. - начала я небылицу. - Бедная, плачет, скучает по нему. Как доберёмся до города, так сразу сыграем свадьбу.
Одна девушка так громко вздохнула, что мне стало немного стыдно за ложь. Другие тоже разочарованно глядели в сторону солдата, который сейчас был увлечён лишь едой.
Вдруг одна тихим голосом произнесла:
- А рыжий хоть свободен?
Я еле сдержала свой смех. Это надо же быть настолько отчаянной, чтобы обратить внимание на Гервина. Я поджала губы, все ещё сдерживая приступ смеха и закивала.
На что та же девушка с огорчением проговорила :
- А он мне не нравится!
___
После обеда мы попрощались с крестьянами. Я напоследок ещё множество раз целовала Седи. А Аби, как и обещала, дала совет ее сестре. Я не слышала, что она ей сказала, но я была уверена, Аби плохого не посоветует.
Когда в конце обеда, где многие уже были сыты, мы почувствовали как молодые люди стали более активными. Я заподозрила, что скоро начнутся пляски и увидев настороженное лицо генерала, поняла, что он тоже почувствовал близость веселья. И Тогда мы сразу покинули деревню.
Мы ехали по широкой дороге, вдоль которой росли березы. Деревья были посажены близко и ровно. Они исполняли роль забора и вид был довольно красивый.
Я снова ударила руку нахала, который тянулся к моему животу. Мало того, что я чувствовала его дыхание на затылке, так ещё и при каждом удобном случае, солдат пытался дотронуться до меня.
Когда нас провожали сельчане, Тарин без церемоний закинул свою "сестрицу" на своего жеребца и сам же устроился сзади.
Я не могла возмущаться перед сельчанами, которые провожали нас и поэтому тихо шептала проклятия. Тарин все слышал и улыбался моим словам.
К тому же, не мне одной было неловко. Когда я уже оказалось на коне, Аби с Фаретом неуверенно глядели друг на друга. Было бы странно, если бы жена ехала на коне с незнакомцем, нежели с мужем. Если бы не эти странные взгляды крестьян, то им бы не было так неуютно.
Один Гервин и Тарин были довольны ситуацией. Ведь им не приходилось ездить вместе.
Мы с Тарином замыкали цепочку, Гервин был по середине, а Аби с генералом ехали первыми.
Мне было очень некомфортно с этим мужчиной. Я не могла расслабиться и прислониться спиной к нему. А постоянно задирающийся подол, который оголял мои ноги , меня раздражал. Надо было надеть штаны под платье.
Возможно, Тарину было все равно на мои ноги и прочие части тела, но каждый раз, когда его рука тянулась ко мне, я вычеркивала мысли о его наивности.
Мечтая сейчас оказаться на одной лошади с Аби или даже с Гервином, я выпрямилась. Я вся была на иголках и Тарин это знал. Знал, что это из-за него, каждый раз одергиваю свое платье вниз и почти не дышу. Будь же ты неладен со своей глупой ложью!
Вскоре, забор из берез закончился и мы снова оказались на пустой дороге. Кругом была зелёная поляна, которая немало удивила меня. У нас обычно, ближе к городам уже была либо пустошь, либо дома, выстроенные в непонятном порядке.
А тут, природа была настолько прекрасной, что я на миг забыла о том, какой Тарин подонок и обратилась к нему:
- Ты видишь как тут красиво!
Как будто осень не коснулась этой земли. Если несколько метров назад у деревьев не было листьев, то тут везде была зелень. Тут даже пахло весной.
Мне захотелось спуститься и лечь на зелёную траву, срывать ромашки и украсить ими гриву лошадей. Но когда я почувствовала руку солдата, тянущуюся ко мне, единственное о чем я желала - это скинуть его с лошади.
- Это неестественно. - сказал Тарин, вместо восхищения.
Да, я и сама знала, что это неправильно. Ведь скоро наступит зима, а тут довольно большой участок земли живёт своей жизнью.
- Это плохой знак. Мы ещё так далеко от гор, но уже вижу его влияние на природу.
Я быстро обернулась к нему. Его дыхание ударило мне в лицо. Он пах вкусно и меня это злило. Встретившись с ним глазами, я забыла о чем хотела сказать. Он видел, что я расстерялась и на его лице появилась хитрая усмешка.
- Ты..ты думаешь, это из-за гор? - Спросив, я снова отвернулась разглядывать весну.
- В горах живут нелюди и эти нелюди владеют силами.
- Ты про магию? - уточнила я.
Он пожал плечами.
- Может и так.
Я снова задумалась о горах, куда мы отправлялись. События этих нескольких дней были такими насыщенными, что совсем вылетело из головы мысль о Горах.
Какие там люди или существа? Какие там законы? Как быстро нас убьют?
Мои мысли прервались, когда на шее почувствовала пальцы Тарина. Я вздрогнула, разозлилась. Он провел рукой по шее и опустил к талии, сжал ее. Пытался прижать меня к себе. Я быстро оторвалась от его груди и с яростью повернулась к нему.
Он нахмурил брови и смотрел на меня с усталой злостью. Его темные глаза сделались ещё темнее, а длинные ресницы почти прикрывали глаза.
- Перестань вести себя как глупая девчонка! - прошипел он.
Его рука переместилась мне на талию, и он сжал ее.
- Я не виноват в твоих предрассудках. Ты заставляешь меня нервничать. - Он говорил это тихо, но колючие нотки не скрывались.
Его рука перестала сжимать мою талию, тем самым давая мне возможность отстраниться.
Меня так злила его расслабленность. Мои слова для него ничего не значили и слово, которое он мне дал в лагере тоже.Ему было сложно перестать тянуться ко мне, несмотря на то, что я его уже предупреждала. А сейчас, он даже смел злиться на меня из-за этого. Если Тарин не понимал слов, то надо было объяснить другим способом.
Я отстранилась немного. Я давала ему выбор убрать руку и избежать беды, но этот легионер был таким бестолковым. Тогда я резко ударила его локтем в бок. Я не думала, что удар получился сильным, но вдруг Тарин потерял равновесие, он ведь не держался за поводья. И тогда тот, даже падая не отпустил меня и я свалилась вместе с ним.
Боль разлилась по всему телу. К счастью, почва была не такой твёрдой, но спина и бедро болели ужасно. Сильно зажмурив глаза, я все ещё не хотела их открывать. По щекам катились слезы, а мои прошлые раны снова напомнили о себе. Где-то рядом стонал Тарин и ругался.
Я открыла глаза и встретилась с бесконечным небом. На глазах были слезы, от чего я не могла видеть картину чётко. Я боялась повернуть голову в сторону легионера, который, по всей видимости ударился сильнее. Его одна рука лежала под моей спиной и я чувствовала, как он с яростью пытался освободить ее.
Я услышала, как наши друзья мчатся к нам. Слышала голос Аби, которая охала. Вскоре они были совсем рядом и помогли мне подняться. Тарин не принял помощи и встав, посмотрел на меня сверху вниз. Я отвела взгляд в сторону, но когда он заговорил, я прикусив губу, все же посмотрела на него.
Ох, как же он был зол. И будто был в обиде.
- О чем ты только думала, глупая?!
Он произнес это так грубо, а не своим обычным голосом, который мог бы даже оскорбления смягчить.
- Почему ты делаешь поспешные выводы?
Я не планировала его валить с коня и уж тем более, упасть вместе. Но причина по которой мы оказались на земле - не менялась. И виноват в этом был сам Тарин.
Несмотря на боль, я вскочила с места:
- Я говорила тебе держаться от меня подальше!
После моих слов он разозлился больше. Сделал ко мне два шага и уже вплотную прижался ко мне. Его рука поймала меня за челюсть и мне в губы он проговорил:
- Я держал тебя, чтобы ты не упала! - затем оттолкнул меня назад и выплюнул - А надо было позволить.
Не сказав ни слово, я направилась к своей лошади, на которой ехал Гервин. Прикусив губу, я запрыгнула на нее.
Я все ещё не могла остановить слезы, ведь обида душила меня. Он лгал. Я знала, что он лгал, чтобы как-то оправдать себя. Я умела кататься на лошади с малых лет и никогда не нуждалась в чьей-то помощи. А сейчас он строил из себя заботливого парня.
Увидев мое красное от слез, лицо, Аби не стала задавать вопросов и просто прошагала мимо к коню. За спиной оказался Гервин, который не так уж и долго наслаждался одинокой ездой.
Разумеется, Гервин теперь вел себя аккуратнее, ведь он боялся повторить судьбу Тарина. Он держался исключительно за поводья и не смел меня трогать. Хотя, как я помню, в прошлый раз, он был смелее.
Уже темнело, когда впереди показались огромные ворота. Таких я не видела никогда и была поражена их размером. Серебрянный металл сплетался между собой создавая странные узоры. Можно ли было назвать такие ворота красивыми- не знаю, но они уж точно были величественными.
Значит, именно таким образом обозначались границы крупных городов.
У меня внутри были смешанные чувства и виною им были не огромные ворота.
Солдат, который ехал сзади меня, сумел забрать мой покой и оставить внутри чувство вины, которая стала гложить меня сразу после нашей с Тарином стычки. Я пыталась себя оправдать и у меня получалось прекрасно, пока не случилось кое-что.
После того, как я сменила спутника, я думала, что смогу теперь дышать спокойно, но не все было так легко. Через некоторое время, я почувствовала, что сползла с коня на правую сторону и чуть ли не упала. Я быстро собралась и уселась как подобает. Но к моему ужасу, я снова столкнулась с падением и если бы Гервин во время не схватил меня, я бы снова валялась на земле.
Будь я проклята, когда вспомнила Тарина, который удерживал меня на протяжении всей дороги и когда получал от меня по руке, то тут же убирал. Я не хотела признаваться себе, что все это время он просто удерживал меня от падения, но это было очевидно. И когда повернувшись, встретилась с ним взглядом, в которых повторялось " Не делай поспешных выводов" - я просто сгорела со стыда.
У ворот стояли два солдата на одном конце, а два на другом. Мужчины были высокими, но не так хорошо сложены как Фарет или Тарин. Они были облачены в темно-зелёный цвет, цвет Короля. На них были серебрянные доспехи с золотыми узорами.
Мужчины выглядели так, будто в любой момент были готовы к бою, но их скучающий вид говорил об обратном.
Солдаты остановили скачущую впереди нас лошадь. Мы тоже потихоньку затормозили. Мы с Гервином остались на коне, но Тарин спустился и пошел в сторону солдат.
Сзади я услышала ропот лошадей и звук колёс. Повернувшись, я увидела экипаж. В ту же секунду с коня спустился худощавый мужчина. Он торопливо побежал к солдатам, по пути поправляя свой синий камзол. Редкие каштановые волосы были аккуратно расчесаны назад. Его острые черты лица, узкие глаза и худощавое лицо, создавало впечатление очень хитрого человека.
Немолодой мужчина что-то сказал солдатам, с которыми на тот момент говорил Тарин.
Я не знаю, что сказал им этот мужчина, хотя было не сложно догадаться. Ведь один солдат сразу же приказал нам освободить путь. Когда я увидела лицо Тарина, который шел за своим конем, я пожелала не попадаться ему на глаза несколько дней. Он выглядел настолько злым и раздраженным, что он мог бы пустить стрелу кому-то в голову. Но к счастью, этого не случилось. Легионер спокойно отодвинул своего коня, освобождая путь карете.
В карете был важный человек. У него явно была особенная кровь, из тех, у кого она бывает благородной.
Я впервые видела экипаж и потому не могла не рассмотреть как подобает. Огромные золотые колеса, такое же небольшое окно. Сам экипаж был белого цвета. Он был украшен золотыми узорами, которые словно плющ тянулись от колес до самой верхушки.
Я пыталась разглядеть сидящего внутри человека, но черные шторки были плотно закрыты.
Не медля, экипаж двинулся с места и мне не оставалось ничего, как смотреть ему вслед. Сейчас бы мне так хотелось оказаться там. В тепле и в роскоши.
Наконец, мы тоже смогли пройти в город. Он встретил нас огнями. Я в ту же секунду забыла про все проблемы и стала смотреть по сторонам.
На той стороне ворот, домов почти не было. Только небольшое здание, в котором красился флаг Королевства и ещё несколько домов, без заборов и садов. Они были большими и строения были из кирпича. Такие дома считались большой роскошью, особенно, если они такие большие. Такие же большие окна и сверкающие стёкла. На окнах были узоры. Это были мелкие снежинки, которые начинались от угла и становились редкими уже в середине стекла. Зимой, когда бывал сильный мороз, на наших окнах тоже рисовались такие снежинки. Но сейчас было довольно тепло и это было не дело рук природы.
Дальше домов становилось все больше. Жёлтый свет исходящий от них создавал уютную, но в то же время праздничную атмосферу. Дома были выстроены в ряд и все были примерно одного размера. У всех были большие окна, но узоры были у единиц. Двери были то светлых, то темных цветов . У крыльца каждого дома горела лампа, освещая этот город больше.
Мы дошли до фонтана, у которого толпились люди. Если мы изредка видели людей на улице, то сейчас перед нами были целый поток жителей города. Некоторые держали в руках корзины, наполненные овощами и фруктами. Некоторые направлялись дальше от фонтана с пустыми корзинами и мешками. Скорее всего, в конце улицы был рынок.
Для меня было удивительно, что рынок не закрывался в такое время и люди все ещё продолжали покупки. Молодые девушки и юноши бродили по улице. Одна пара, касались пальцами друг друга, сплетая руки, а потом резко отпускали, будто боясь, что их кто-то заметит.
Я тоже хотела побывать на рынке, но не осмеливалась просить Фарета свернуть наш путь. Он и так все время выглядел каким-то строгим, не хотела, чтобы он меня упрекнул из-за глупой просьбы.
Так и проехали дальше. Дорога была ровной и аккуратно выстроена брусчаткой. Даже люди тут были какими то аккуратными и будто они были настроены соответствовать этим огням. Они сияли. В той деревне люди тоже были улыбчивыми, но жители Блара отличались от них. У этих людей была красивая чистая одежда, лёгкая походка, но искренняя улыбка. Смотря на этих людей, беззаботно гулящих по улице, я понимала, что Тарин снова нас обдурил. Впрочем, ему это было свойственно.
Зная своего товарища, я бы не позволила этому мужчине вести нас. Но видимо, Фарет не думал как я, ибо сейчас нас опередил и вёл нашу цепочку именно Тарин.
Мы ехали долго, но свет города не гас. Я начинала верить, что этот город волшебный и что такая красота будет всю ночь, но когда я увидела последнее двухэтажное здание из кирпича, в котором первый этаж был домом, а второй таверной, я поняла, что сказке настал конец. Мы миновали последний красивый дом и ровная дорога с брусчаткой оборвалась, оставляя место пыльной дороге с мелкими и крупными камнями. Яркий свет города остался позади и ещё долго освещал нам дорогу, который был спрятан во тьме. Но вскоре мы полностью погрузились в темноту.
Я почувствовала будто перешла в какой-то другой мир, где нас будет ожидать только зло. Будто и люди, которые будут встречаться в пути будут так же лишены света. Но Тарин вел нас так уверенно, что хотелось верить в лучшее.
Домов было много. Вдоль дороги были выстроены такие же кирпичные дома, но совсем маленькие. Было удивительно, что ни в одном из них не горел свет и после той оживленной улицы, я ждала увидеть такие же фонари у крыльца. Но кругом не было признаков света, как и жизни.
Так мы проехали довольно долго. Была уже ночь. И я совсем потеряла надежду увидеть людей. Я подумала, что мы не остановимся на ночлег и будем ехать до утра.
Вдруг издали я услышала крики людей. Рука Гервина схватила меня и усадила на место. Я снова падала. Не обратила на это особого внимания и вслушалась. Впереди и вправду были громкие крики людей, но эти крики сопровождала музыка. Забыв про обиду, я повернулась к Гервину и вопросительно посмотрела на него. Он просто пожал плечами. Я хотела взглянуть на Аби и увидеть ее реакцию, но я догадалась, что она скорее всего спит.
Мы становились ближе и теперь я отчётливо слышала голоса людей и веселую мелодию. Слабо горели несколько фонарей, которые пытались освещать большую круглую площадь.
Мы были в какой-то деревне, где на данный момент играли свадьбу. Я пока не решила удача ли это, второй раз за день попасть на праздник, но музыка заставила меня развеселиться.
Остановились мы прямо у той площади, где плясали люди. Танцующих было так много, что я только сейчас могла видеть большой и ярко горящий костер. Вокруг него кружились молодые парни и девушки. Некоторые подходили слишком близко и даже рисковали перепрыгивать через костер. Такие забавы были распространены и в моей деревне, но отец меня никогда не пускал туда.
Многие обратили на нас внимание и даже музыка затихла. Люди перестали танцевать и подошли к нам ближе. Старый кроткий мужчина, подошёл к нам, когда мы спустились на землю. Он провел взглядом по нам и остановился на Тарине. Все молчали и мы в ответ. Потом старик громко захохотал и кинулся обнимать легионера. Тарин ответил на объятия. Мы с Аби переглянулись, как и многие сельчане. Они были удивлены не меньше нас.
Наконец, эти двое отцепились друг от друга и старик похлопав Тарина по плечу заговорил:
- Я тебя узнал по глазам! Ты ещё тогда смотрел так озорно!
В ответ Тарин засмеялся и представил нам старика.
- Это Ролах. Он сам принимал роды у моей мамы. Он раньше был старостой этой деревни.
Старик будто бы оскорбился от его слов. Его седые брови нахмурились. Он легонько и совсем без обиды толкнул солдата в бок.
- Пока я жив, другой старосты не будет!
Тарин выглядел удиленным и громко засмеялся.
- Ты говорил об отставке, когда был молодым!
Мы все четверо и около ста людей наблюдали за беседой этих двоих. Никто из них не торопился прерывать друг друга и уже как-то объяснить нам что происходит.
Я была так благодарна Генералу, когда он наконец вмешался. Он представился и представил нас. Затем коротко рассказал о ситуации и попросил о ночлеге. Я подловила себя на мысли, что очень часто восхищаюсь этим мужчиной, но сейчас не могла себя остановить. Буквально за пять минут он договорился обо всем и мы уже держали путь к дому.
Этот дом принадлежал старому приятелю Тарина. Мы отправились именно к нему, потому-что не желали присоединиться к свадьбе и он был единственным, кто тоже предпочел остаться дома. На самом деле, мне очень хотелось присутствовать там, увидеть невесту, поесть, потанцевать. Но Фарет решил, что нам нужно отдохнуть, ведь на рассвете мы уже должны быть в пути.
Мы обошли несколько домов и оказались на месте. Тарин выглядел бодрым и весёлым. Он чуть ли не вышиб дверь пока стучался.
Была долгая тишина, но вскоре дверь отворилась. На нас смотрел молодой мужчина, примерно одного возраста с Фаретом. Он выглядел подавленным. Его глаза не подавали признаков жизни, когда он смотрел на нас. Ни удивление, ни злость, ни радость. Но Тарин благополучно проигнорировал его настроение и стукнул его кулаком в грудь. Мужчина был не таким упитанным как сам Тарин, а удар был не из лёгких. Благоря этому, мужчина просто свалился на пол.
Я ожидала, что он ворча поднимется с места, чтобы попытаться врезать Тарину в ответ. Но вместо этого, он продолжил лежать на спине. Он не потерял сознание, глаза его были открыты. Я вспомнила свое состояние, когда меня пришибло дверью и пожалела бедняжку.
Мы вошли в дом и закрыли дверь. Тарин, конечно был идиотом, да к тому же сильным, но он бы не смог убить человека одними ударом. А этот мужчина был вроде бы живой. Мы собрались вокруг него. Тарин тряс его, держа за плечи и хлестал его по щекам.
Мужчина слишком долго терпел издевательства своего друга, но в итоге просто разрыдался.
Тарин отпрянул от него, будто от огня и встал рядом с нами. Никто из нас не знал что делать в таких случаях. Даже Аби была расстерянной не меньше нас.
Мне стало очень жаль мужчину. Ведь лишиться рассудка в таком молодом возрасте было просто горем. А ещё я злилась на старика Ролаха, который не предупредил нас.
Я опустилась на корточки рядом с ним и взяла его лицо в ладони. Худое лицо мужчины было красивым. Черты лица были некрупными и аккуратными. Густые каштановые брови и такие же волосы. Лицо было бледное и будто болезненное.
- Смотри на меня. - повелела я, сама не зная, как это ему поможет.
Мужчина взглянул в мои глаза, но рыдать не переставал. И что дальше делать?
Тогда мне в помощь пришел Фарет, который одной рукой отодвинул меня от плачущего мужчины и сам склонился над ним. Ударами по щеке, который сложно было назвать слабыми, он попытался привести его в чувство. Мужчина уже не рыдал так громко и не впадал в это странное состояние. Благодаря ведру воды - он уже пришел в себя и даже попытался подняться.
Я бы хотела возмутиться из-за такого количества воды и расхвалить Тарина за щедрость. Но во-первых, это сработало, а во-вторых, легионер избегал смотреть на меня и демонстративно игнорировал. Обиделся.
Тарин помог мужчине подняться и усадил его на стул.
Оказавшись на кухне, мы с Аби без слов поставили чайник на печку и уселись за стол.
Пока мы все ждали, что приятель Тарина придет в себя, Гервин что-то раздобыл в шкафах и уже грыз. Мы ели довольно плотно на празднике у Арфаны, но это было давно. И уже к вечеру, мой желудок начал урчать, требуя продолжения пира. Как же мне хотелось пихнуть Гервина под бок и потребовать поделиться огрызком. Но я так и осталась сидеть на месте и смотреть на растерянного мужчину.
Он тоже в свою очередь разглядывал нас. Скорее всего, пытался понять кто мы и что нам нужно. Он явно уже слетел с катушек. Или же, Тарин не бывал в своей деревне так давно, что этот мужчина его просто не узнал. А их первая встреча после стольких лет казалась, будто Тарин пришел за давнейшим, крупный долгом.
- Кто вы? - спросил он, тут же подтверждая мою догадку. Но пока не известно какую из них.
Тарин подался вперёд. Он уже не выглядел таким воодушевленным, но на лице играла улыбка. Он положил руку на плечо молодого мужчины и сказал:
- Ты не узнал меня? - потом вздохнул и взглянул ему прямо в глаза - Сынок, это же я - твой отец!
Мужчина сморщился и выглядел так, будто его вот-вот стошнит.
Мы тоже косо смотрели на Тарина и всем нам одинаково не нравилась его глупая игра. Да только Гервин в сторонке тихо хихикал.
- Я явился сюда с того мира, чтобы повидаться с тобой...
- Тарин? - наконец, мы смогли более четко услышать голос мужчины. Несмотря, на то что он немного дрожал, все же голос был приятным.
- Алдан?
Я закатила глаза и недовольно посмотрела на ровный профиль этого шута. Как же он любил все усложнять, лишь для того чтобы посмеяться.
Алдан так быстро протрезвел и крепко обнял своего друга, что я не смогла уследить за его переменчивым поведением. Особенно, когда он через минуту снова разрыдался, моя жалость к нему прошла и осталось лишь желание крепко стукнуть его чем-то.
Когда наши снова пытались его успокоить, мы с Фаретом вышли на крыльцо, ибо у нас больше не было сил возиться с этим плаксивым человеком. Оказавшись на крыльце, мы смотрели на людей, которые веселись и наслаждались жизнью. Музыка скрипки была такой веселой, да к тому же Алдан не на шутку потрепал мои нервы - потому я и топталась на месте.
- Не хочу больше видеть смазливое лицо этого парня. - вздохнула я, не смотря на генерала.
Пауза с его стороны была довольно длинной и я уже не надеялась, что Фарет все же заговорит. Но неожиданно для меня, когда я уже задумалась о своем, я услышала его тихий и вроде не такой холодный, как обычно, голос.
- Если не замолчит - заставим.
Это звучало как угроза и даже хмыканье мужчины не смягчила ситуацию. Но я была совсем не против. Этой ночью, я была решительно настроена на хороший сон и этот ненормальный Алдан мне не помешает!
Вдруг я задумалась о ситуации самого генерала, которая на время дала о себе забыть. Я все ещё не могла понять, почему никто из легионеров и даже из моих друзей, не задал генералу тот самый вопрос. Что же было той ночью в трактире?
Все видели, раны Фарета, но никто не интересовался, как он их получил.
Я не надеялась на откровение, ведь в прошлый раз он дал понять, что нужно держать язык за зубами. Но этого я делала хуже всего и потому все же спросила:
- Что случилась той ночью?
Он будто знал, что я начну спрашивать об этом и уже устало поднял глаза к небу. Его почти белые волосы и ледяные голубые глаза отличались в темноте это ночи. Он всем своим видом напоминал частичку зимы.
На нем сейчас были кожаные доспехи. Его свободная рубашка не могла скрыть его сильные и крепкие руки. Мне казалось, что он старше меня всего на несколько лет, но его суровое лицо не позволяло думать, что он может быть беззаботным.
Он повернулся ко мне и на лице играла лёгкая улыбка, что и было не свойственно ему. Мне стало жутко, но не торопилась отвести взгляд.
- Что ты хочешь узнать? - почти шепотом спросил он.
У меня было много вопросов, но надо было говорить осторожно.
- Почему ты не говоришь, куда делись твои легионеры?
Этот вопрос интересовал меня больше всего. Та ведьма могла бы лишь для забавы пустить кишки генерала и для этого объяснения были не обязательны. Может Фарет и сам не знал, за что ведьма так обошлась с ним. А вот то, что он упрямо не желает говорить о пропавших легионерах - это уже вызывало подозрение.
- Какие ещё легионеры? - он все ещё улыбался.
Я расстерялась. Все начинается по новой. Снова тот же вопрос. Опять мы начинаем по новой.
Его улыбка и пугала и злила одновременно. Я была определенно глупой, что посмела произнести эти слова:
- Я все равно узнаю, о чем ты молчишь! - выпалила я.
- Оставь это. - только и сказал он и оставил меня одну.
Можно сказать, что все прошло не так плохо. По крайней мере, Фарет не покалечил меня и не отрезал язык. Последнего, я боялась больше всего.
Проследив за сельчанами, крутящимися вокруг огня, я вернулась домой, надеясь, что с Алданом разобрались.
Вернувшись, я встретила бодрого Тарина. Он как раз шел в мою сторону. Взяв меня под руку, мы вместе направились к выходу.
Я с удивлением посмотрела на солдата. Тарин, который сегодня был зол на меня как проклятый и открыто не замечал меня, сейчас вел себя как всегда. Я почувствовала облегчение от того, что он больше не в обиде на меня. Именно поэтому, я позволила ему вывести меня на улицу.
Мы выбрались на крыльцо, где совсем недавно стояли с Фаретом. Пока Тарин задумчиво смотрел в сторону сельчан, я же всматривалась в его лицо.
- Что стряслось? - спросила я, когда мне надоело ждать.
Он повернулся ко мне и широко улыбнулся, оголяя свои зубы. Его ямочка украсила его щеку.
- Хочешь загладить вину?
Я замялась. Он весело улыбался, а глаза ярко сияли. Не знаю, что он задумал, но мне это уже не нравилось.
- Хочу спать. - не принимая вину, перевела тему.
- Мы все уснем спокойно, когда разберемся с одной задачей.