Золото, текущее по венам

Когда стрелки на часах двинулись в сторону пяти вечера, Лизи была уже практически готова. Стоя у зеркала в своей комнате, она выбирала, какие украшения больше подойдут к её нежно-голубому платью. Нэнси крутилась вокруг девушки, делая вид, что помогает. Каждый раз, когда Лизи доставала свои украшения, Нэнси рассматривала их с горящими глазами. Это больше не удивляло Лизи, ведь такова природа Нэнси: будь то обычный булыжник на улице или драгоценный камень – Нэнси одинаково не могла перед ними устоять.

Когда девочка разглядела в шкатулке браслет из янтаря, она сразу же взяла его в руки, чтобы посмотреть поближе.

– Вот этот подошёл бы. – сказала она.

– Нет, я думаю, этот не годится. – нахмурила брови Лизи.

– Не тебе! – воскликнула девочка. – Подошёл бы Моделин!

– Моделин?

Лизи удивлённо посмотрела на вскочившую с места Нэнси.

– Почему ты вдруг вспомнила о ней?

– Не знаю. Может, потому что ей очень грустно?

Лизи хмыкнула.

– Солнышко, иногда я совсем не понимаю, что происходит в твоей голове.

Когда Лизи окончательно собралась, надела длинные перчатки в цвет платья, собрала волосы в высокую причёску и вышла в коридор вместе с вездесущим чудом, Мэриан уже ждал её. Он был в своём синем парадном костюме.

– Как я выгляжу? – спросила Лизи.

Мэриан сделал вид, что призадумался:

– Для поимки преступника – ужасно, но для танцев сойдёт.

Лизи закатила глаза:

– От тебя доброго слова не дождёшься. Пошли.

Тем не менее, зная о «любви» Лизи к платьям, Мэриан придержал её за руку, когда они спускались по лестнице.

В этот момент в дверь постучали. За дверью Лизи увидела жандарма.

– Всё готово? – поинтересовалась она.

– Да, мисс. – отвечал жандарм. – Наши люди с минуты на минуту будут там.

– Прекрасно. Мы тоже уже выходим.

Дверь снова закрылась, и, обернувшись, Лизи заметила, как боязливо Нэнси прячется за Мэрианом.

– Ты что же, испугалась?

– Немножко... – склонив голову, прошептала Нэнси.

Улыбнувшись, Лизи потрепала её по голове.

Когда они оделись, Мэриан обратился к Нэнси:

– Мы уйдём надолго, так что не жди нас и сразу ложись спать. И ничего не бойся, поняла?

– Конечно!

Лизи ещё днём наказала Донне проследить за Нэнси.

Наконец двое вышли на улицу. Всё ещё шёл сильный снег, из-за которого было почти невозможно разглядеть дорогу, и Лизи быстро пожалела, что отпустила жандарма, который мог бы довезти их.

К счастью, идти нужно было не так далеко, и оба вздохнули с облегчением, когда увидели свет в окнах нужного им здания, и почти бегом направились к нему.

Внутри царила довольно приятная атмосфера. По периметру зала висели газовые светильники, что считалось привилегией богатых и отчего в помещении было очень светло. И, кроме чёрных потолков над вечно горящими лампами, всё вокруг белело и искрило чистотой. В одном углу стоял такой же белый рояль, в другом – белые столики с угощениями и диванчиками вокруг. Красиво и со вкусом одетые гости заполняли всё пространство, а в центре уже кружились пары. Слышался весёлый смех и разговоры.

Всё это выглядело бы достаточно мило, если не принимать во внимание тот факт, что проводится это мероприятие вечером, тогда, когда начинали выходить монстры. С тех времён, когда они появились, такие вечера практически перестали проводиться, ведь добираться после них домой – опасно. А на этом балу так много рискнувших, ради чего все они пришли? Неужели ради танцев, на которые можно сходить и днём?

Лизи и Мэриан разбрелись по разным углам, один – попробовать закуски, вторая – понаблюдать за людьми и найти хозяина вечера. Через какое-то время это наскучило обоим и, отыскав друг друга, они встали у окна.

– Узнала что-нибудь? – поинтересовался Мэриан.

– Ничего. Многие даже не пьют, будто они действительно явились сюда, только чтобы сыграть в карты.

– Твоё чутьё наконец подвело тебя, Лизи?

Лизи нахмурилась. Иногда она забывает, с кем имеет дело. Она надолго замолчала, глядя в окно на бушующую метель и сжимая подоконник тонкими пальцами в голубых перчатках. Нет, так нельзя. Она должна узнать Мэриана ближе, каким бы он ни был человеком. Он должен начать доверять ей, чтобы однажды рассказать о своей тайне. В этой жизни её волнуют не только преступники и пропавшие люди.

Лизи повернулась к нему, надеясь, что он не обратит внимания на её резко переменившееся настроение.

– Мэриан, а может, потанцуем? Не зря же ты сюда пришёл.

– О, нет, это не ко мне. Потанцуй с кем-нибудь другим.

– Я уже танцевала с двумя!

– С двумя? – его брови полетели вверх, хотя загоревшиеся глаза уже выдавали его повеселевшее настроение. – Когда ты только успеваешь!

– Ничего толкового от них не добилась, всё отшучивались. Последний, правда, обещал, что скоро придёт хозяин. Так тебе скучно?

– Скучно. – подтвердил Мэриан.

– Вот и пойдём.

И больше не принимая возражений, Лизи повела Мэриана в круг танцующих.

Звучала такая нежная музыка, что танцевать под неё было легко и приятно. Было бы. С кем-нибудь другим. Как оказалось, Мэриан совсем не умел танцевать. Лизи же, как единственного ребёнка в семье, обучали всему: живопись, пение и танцы входили в этот список. А Мэриан только и мог, что кружить Лизи вокруг себя. В один момент, повернувшись к нему лицом, Лизи решила подколоть его:

– Значит, фехтовать отец научил, а танцевать – поленился?

Её тёмные глаза горели в свете газовых ламп – вот и маленькая месть за все его колкости. Не услышав привычной грубости в ответ, Лизи только заметила, как лицо Мэриана исказилось. Она замерла: его пальцы впились ей в запястье так, что стало больно. Сердце ёкнуло: «Кажется, переборщила...». Мэриан сильно закружил её, почти выворачивая ей руку, а потом дёрнул на себя. Когда она с силой врезалась ему в грудь, в его взгляде мелькнуло что-то, кроме гнева, будто он и сам испугался своей реакции. Но когда она подняла на него свои глаза, его лицо снова стало непроницаемым, и он прошипел ей в ухо:

– Думай, о чём говоришь.

А потом резко отпустил её, развернулся и ушёл прямо посреди танца. Лизи стояла одна в центре зала и смотрела ему вслед, медленно приходя в себя. Вокруг продолжали кружиться люди, как будто ничего не случилось. Только парочка из них остановилась – Лизи спиной чувствовала их пронизывающие взгляды. Она не понимала, на кого злится, на себя, на Мэриана или на этих людей. В любом случае им с Мэрианом нельзя вот так привлекать к себе внимание!

Она попыталась вернуть своему облику нормальный вид: оправила платье и медленно двинулась прочь из танцевальной зоны. Даже попыталась натянуть на лицо что-то, похожее на улыбку – получилось плохо, и она оставила свои попытки.

Оставшийся вечер они провели в разных углах. И вот, наконец, в зале появился солидный немолодой мужчина. Его сразу же окружили люди, он со всеми здоровался, кивал и улыбался. Нетрудно было догадаться, что это и есть долгожданный хозяин вечера. Лизи выжидала перед тем, как подойти к нему, как вдруг увидела спешащего к ней Мэриана.

– Хочешь, уйдем? – начал Мэриан. – Ты точно в состоянии сейчас стоять и улыбаться тому старику?

– Уйти в последний момент? Ну, уж нет!

Мэриан смотрел на неё со смесью грусти и сожаления, и она сама почувствовала тяжелый укол вины в сердце.

– Тогда давай я пойду за тебя. – предложил Мэриан.

– Я справлюсь. – заверила его Лизи.

Они пришли сюда по делу, у них нет времени на эмоции. Но Мэриан сжал её руки в своих, глядя в глаза и безмолвно желая удачи. И когда ему стало не всё равно?

Через пять минут Лизи уже стояла около хозяина вечера. Она немного волновалась, но в целом вела себя непринуждённо. Обступившие хозяина люди уже немного разошлись, часть из них куда-то утекла, и Лизи смогла подойти к нему беспрепятственно.

– Господин, добрый вечер! Как я рада вас снова видеть! – прощебетала Лизи.

Она натянула на себя улыбку, позволяя ему поцеловать её руку в перчатке.

– Вы же мистер...?

– Хэтли.

– Да-да, мистер Хэтли!

Благородная лысина господина Хэтли сверкала на свету, маленькие глаза казались какими-то сонными, и только отутюженный дорогой костюм спасал его внешний вид.

– А вы...? – поинтересовался он.

– А я у вас только второй раз, но мне уже безумно нравятся ваши вечера! Музыка, люди... Я пришла вот с тем господином.

Лизи кивнула отнюдь не в сторону Мэриана, она показала на одного из тех мужчин, с кем сегодня танцевала. А он улыбнулся в ответ, не зная, о чем они говорят. Это удовлетворило мистера Хэтли.

– Но, к сожалению, я сегодня очень тороплюсь... – продолжала Лизи. – Я бы очень хотела... Не могли бы вы...

– Проводить вас? Ах, вы во второй раз, ещё не запомнили дорогу. Конечно-конечно.

И он открыл перед ней ту боковую дверь, из которой недавно появился сам. Пройти нужно было несколько коридоров, но путь не был настолько длинным, чтобы не запомнить его с первого раза. То, что Лизи произвела на мистера Хэтли впечатление глуповатой дамочки, пошло ей на руку.