Осколок Тьмы

Тишина архивного зала «Эры» после ухода Лиры казалась обманчивой. Воздух был густым от невысказанных мыслей и тревожного ожидания. Голографические схемы объекта «Прометей», которые Ванс предоставил им как «добрый жест», висели в воздухе, словно ядовитые цветы, красивые и опасные.

— Ну что, библиотека открыта, — Аякс первым нарушил молчание, растирая переносицу. Его пальцы уже скользили по интерфейсу, загружая в свой приватный сегмент архива массивы данных. — Давайте посмотрим, какую именно змеиную норку нам предложил наш любезный хозяин.

Рей молча наблюдал, как на экранах оживали потоки информации. Первые несколько часов ушли на поверхностный анализ, но чем глубже они копали, тем мрачнее становились лица Аякса и Эрики.

— Вот дерьмо, — наконец, произнес Аякс, откидываясь в кресле. — Я так и думал. Это не просто защита. Это адаптивный иммунитет.

Эрика, не отрываясь от интерфейса, кивнула, ее пальцы продолжали порхать над клавиатурой.
— Согласна. Их ИИ не блокирует угрозы — он их изучает, подстраивается. Каждое следующее проникновение будет сложнее предыдущего. Стандартные протоколы взлома бесполезны.

Именно тогда, пытаясь найти слабые места в этой живой системе, они и наткнулись на первую аномалию.

— Но у каждой системы есть циклы, — Эрика вывела на центральный экран сложный график работы систем жизнеобеспечения. — Смотрите. Вентиляционная система сектора «Дельта» каждые 60 минут на 72 секунды переходит на автономное питание для диагностики. В это время сканирование на этом участке падает на 87%.

— 72 секунды, — голос Рея прозвучал ровно, но Аякс уловил в нём стальные нотки. — Мало.

— Для любителя — да, — парировал Аякс, уже строя в уме планы. — Для нас — целая вечность. Но это не главное. Пока я искал бреши в их обороне, я наткнулся на кое-что... интересное.

Он сменил график. На экране появилась диаграмма энергетических всплесков, зафиксированных сенсорами «Новы» за последние годы. Два гигантских пика, похожих на ударные волны, вздымались над фоновым шумом, их даты были подчеркнуты алым.

— Самые мощные аномалии за всю их историю наблюдений, — пояснил Аякс.

Рей замер. Даты. Они совпадали. Точь-в-точь. День, когда Сара появилась в его жизни, и день, когда она её покинула.

— Пролом в реальности, — тихо прошептал Аякс, наблюдая за его реакцией. — Они не просто видели её. Они зафиксировали сам факт её перехода между мирами. И теперь охотятся за источником такой силы. Как, впрочем, и мы.

Рей молчал, его пальцы сжались в кулаки. Он смотрел на пики, словно пытался разглядеть в них её силуэт.

— Есть ещё кое-что! — Эрика, уловив напряженную паузу, переключила экран на текстовый отчёт. — Протокол допроса. Объект «Эхо-7», пленный этерн. Состояние — неадекватное, под воздействием нейросыворотки.

Она прокрутила текст. Рей и Аякс прочли обрывки бреда: «...Бункер в пустоте... Тени шепчут на краю... Кай... он собирает искры, чтобы стать целым...»

— Для аналитиков «Новы» — бред сумасшедшего, — заключила Эрика, поправляя очки. — Но, учитывая контекст...

— Это не бред, — прервал её Рей. — Это первое реальное подтверждение. «Нова» знает о Бункере. Им нужны данные Кейджа, чтобы понять, как туда попасть.

К тому времени, как они исчерпали первый пласт данных, за стеклянными стенами архива уже сгустилась ночь. Эрика, пожелав удачи, удалилась, оставив их с полным доступом к информации. В тишине зала слышалось лишь жужжание серверов и тихие щелчки интерфейса, за которым, похоже, собирался работать до утра Аякс.

— Что ты делаешь? — спросил Рей, наблюдая, как его друг с неестественной, почти интуитивной скоростью оперирует строками кода, выводя на экран ядро системы «Эры».

— Повышаем ставки, — не отрываясь, ответил Аякс. — Стандартного доступа мало. Нашей Пятнице нужна... более питательная среда.

Он запустил сложную последовательность команд. На одном из экранов замигал значок — стилизованная буква «П», которая начала обрастать сложными узорами данных, словно вирус, осторожно тестирующий периферию новой системы.

— Подключаешь её к их сети? — уточнил Рей.

— Не к сети. К самой архитектуре. Чтобы она могла учиться, расти. Стать нашим проводником внутри «Прометея». Без этого мы — слепые котята в клетке с тигром.

Рей наблюдал, как Аякс работал. Это не было похоже на программирование в привычном смысле. Создавалось впечатление, что он не пишет код, а договаривается с машиной, угадывая её логику за долю секунды до её проявления.

— Иногда кажется, что ты не столько программируешь, сколько говоришь с техникой на её языке, — заметил Рей, пристально глядя на друга.

Аякс на секунду оторвался от монитора, и в его улыбке мелькнула тень древней, нечеловеческой усталости.
— Языки, друг мой, как и люди, бывают очень, очень старыми. И чтобы их понять, нужно мыслить... нелинейно.

Их взгляды встретились. В воздухе повисло невысказанное понимание. Завеса тайны между ними истончилась ещё на один слой.

Утром, когда они уже собирались начать разработку плана, их навестила Лира. На её лице читалась напряжённая собранность, и она сразу перешла к делу.

— Ванс ускоряет график, — заявила она. — Перевод Кейджа перенесли. У вас не две недели. У вас четыре дня.

— Четыре дня? — Аякс фыркнул. — Он хочет, чтобы мы просто постучались в парадную дверь с букетом цветов?

— Он хочет результатов, — холодно парировала Лира. — И чтобы у вас были все шансы, я могу предоставить команду наших лучших инженеров. Они помогут со снаряжением.

— О, нет-нет-нет, — Аякс замахал руками с притворным ужасом. — Большое спасибо, но мои детища слишком стеснительны для чужих глаз. К тому же, я не хочу лишать ваших техников работы. После того как они увидят, на что я способен, у них может случиться экзистенциальный кризис.

Его тон был шутливым, но Рей видел за ним страх. Аякс боялся не провала, а того, что его гениальные, порой опережающие время наработки, попадут в руки «Эры».

Лира покачала головой, но не стала настаивать.
— Как знаете. Четыре дня. Не опоздайте.

Когда дверь закрылась за ней, Рей жестом показал Аяксу на коридор.
— Ты видел?
— Видел, — кивнул Аякс, его лицо стало серьёзным. — Не человек. И не дрон. Что-то... размытое.

В проёме двери на секунду мелькнула тень — нечёткий, колеблющийся силуэт, который растворился в воздухе, словно его и не было. За ними следили. Но не люди Ванса.

Осознание нового дедлайна и растущая паранойя висели в воздухе тяжелым облаком. После минутного молчания, Рей резко поднялся.

— Нас мало, — констатировал он, глядя на схему «Прометея». — Даже с Пятницей и твоими игрушками, штурм вдвоём — это самоубийство.

— У тебя есть идея? — спросил Аякс, хотя по глазам Рея уже всё понял.

— Мне нужен мой мотоцикл. Я еду в Логово.

Аякс присвистнул.
— Стефан обрадуется. Ты же сам сказал, что не хочешь втягивать их в это.

— Я много чего не хочу, — Рей уже направлялся к выходу. — Но выбора у нас нет. Им нужны деньги, а мне — люди, которые знают город и не боятся испачкать руки. Найду нескольких добровольцев.

— Ладно, — Аякс тяжко вздохнул. — Ты собираешь пушечное мясо, а я тем временем буду тут колдовать над костюмами для нашего маленького карнавала. Только смотри, не попадись под горячую руку Стефану.

Рей вышел из стерильного холла «Эры» в ядовитое дыхание ночного Эмбариона. Воздух, пропитанный гарью, озоном и отбросами, пах правдой — грубой, неприкрытой и опасной. Там, в трущобах, его ждали не идеальные схемы, а живые люди с их болью, яростью и счётами к этому миру. Он завёл мотоцикл, и рёв двигателя слился с низкочастотным гулом города, словно зверь, отвечающий на вызов другого зверя. Первый шаг был сделан. Теперь нужно было убедить других сделать следующий шаг — прямиком в самое сердце тьмы.