Запретная связь...
Зал для приемов дворца Земли, обычно сверкающий холодным, технологичным блеском, сегодня сиял, будто сотканный из звездной пыли. Прибыл Вселенский Бал, организованный в честь установления дипломатических отношений с самыми отдаленными уголками галактики. Главным гостем, чье прибытие ожидалось с особым трепетом, был представитель Венеры.
Генерал Чонгук, двадцати семи лет, доминантный альфа, чье имя внушало уважение по всей Федерации, стоял у входа в главный зал, его взгляд, острый как клинок, сканировал прибывающих. Он был правой рукой Правителя Земли, его верный щит и меч. И сегодня его задачей было не сражаться, а обеспечить порядок и представить делегацию.
Но среди сверкающих одежд и экзотических рас, один образ заставил его сердце пропустить удар. Чимин. Омега с Венеры, чья репутация внеземной красоты опережала его самого. Говорили, что его кожа сияет, как лунный свет, а глаза скрывают глубину целых галактик. Он был любимцем и наложником Правителя Венеры, человеком-легендой.
Чонгука, который повидал немало, при виде Чимина будто окатило ледяной водой. Омега, облаченный в легкую, струящуюся ткань, что еле скрывала очертания его тела, казался воплощением грации и соблазна. Его движения были плавными, как танец, каждое вращение головы, каждый изгиб руки – словно вызов.
— Генерал Чонгук – прервал его мысли мелодичный голос. Перед ним стоял представитель делегации с Венеры, с легкой улыбкой: — Его Высочество Правитель просил передать, что его любимец, господин Чимин, немного задержался. Не будете ли вы столь любезны, проводить его в ваши покои, пока он не будет готов?
Чонгук кивнул, его мысли путались. Покоить Чимина? В его покоях? Это было неожиданно, но и… волнующе.
Он последовал за представителем в боковое крыло дворца, где были выделены лучшие апартаменты для самых почетных гостей. Пройдя в одну из комнат, Чонгук замер на пороге.
На широкой, мягкой кровати, залитой нежным светом, покоился Чимин. Ткань, что скрывала его, сползла, оставив открытыми его изящные, гладкие плечи, тонкую шею, усыпанную россыпью веснушек, которые мерцали, как далекие планеты. Его живот был прикрыт лишь тонкой, полупрозрачной тканью, а ниже… ниже виднелись его длинные, стройные ножки, обвитые воздухом, словно невесомые ленты.
Чонгук почувствовал, как жар разливается по его венам. Он, генерал, который держал в страхе целые флотилии, сейчас ощущал себя подростком, впервые увидевшим Луну. Чимин был настолько красив, настолько совершенен, что это казалось нереальным. Его кожа, казалось, светилась изнутри, а легкое дыхание, едва приподнимающее ткань, сводило с ума.
Чимин медленно повернул голову, его глаза, цвета глубокого индиго, встретились с взглядом Чонгука. В них читались лукавство, вызов и… что-то еще, что заставило сердце генерала забиться еще быстрее.
— Господин Чимин, - его голос звучал хрипло, почти неузнаваемо. — Я… я пришел по просьбе Правителя. Вас ждут.
Чимин улыбнулся, и эта улыбка была подобна рассвету, осветившему его нежную кожу. Он провел пальцем по краю одеяла, его движения были медленными и соблазнительными.
— Ждут, генерал? – его голос был тихим, как шепот ветра, но от него по телу Чонгука пробежали мурашки. — Но ведь здесь так уютно… и ваш взгляд, генерал, он так… внимателен.
Чимин медленно сел, позволяя ткани соскользнуть еще ниже. Его изгибы были совершенны, каждое движение – гипнотизирующим. Он посмотрел на Чонгука, и в его глазах зажглось пламя.
— Вы, генерал, такой… сильный. Я слышал о вас. Но сейчас, кажется, вы совсем потеряли равновесие, не так ли? – Чимин усмехнулся, его голос звучал ещё более искушающе. — Ведь такой альфа, как вы, не должен так дрожать от одного лишь вида омеги, прикрытого лишь наполовину.
Чонгук стиснул зубы. Он чувствовал, как его альфа-инстинкты бьют в набат, требуя действий. Этот омега, этот соблазнительный, своевольный житель Венеры, играл с ним, как кошка с мышью. Но что-то во взгляде Чимина, в его беззащитной, но такой властной красоте, заставляло Чонгука подчиняться.
— Я… я просто выполняю приказ - прорычал Чонгук, пытаясь вернуть себе контроль.
Чимин рассмеялся, звук был подобен звонкому колокольчику. Он похлопал ладонью по свободной части кровати рядом с собой.
— Что ж, генерал, раз вы здесь, не поможете ли вы мне… устроиться удобнее? – промурлыкал Чимин, глядя прямо в глаза Чонгуку. — И, возможно, расскажете, что же такое важного ждет здесь, на этой планете, такого, как я, наложника Правителя Венеры, которого вы, генерал Земли, привели сюда.
Сердце Чонгука гулко билось. Он смотрел на Чимина, на его манящую красоту, на властный огонек в его глазах. Равновесие было потеряно. Рациональность уступила место инстинкту. Он медленно, не сводя глаз с омеги, сделал шаг к кровати.
— Ваш приказ, господин Чимин, - глухо произнес Чонгук, и в его голосе уже не было ни тени колебаний. Только предвкушение.
Чимин, почувствовав, как всякая решительность генерала испаряется в воздухе, с удовлетворением скользил взглядом по его напряженной фигуре. Он знал, какое влияние его красота оказывает на других, но в альфе уровня Чонгука эта власть ощущалась особенно ярко.
— Знаете, генерал - проговорил Чимин, его голос стал еще более низким и бархатным. Он встал с кровати, позволяя легкой ткани окончательно соскользнуть с его плеч. Сияющая кожа, словно покрытая росой, осветила пространство. — Это платье… оно такое красивое, но иногда становится обузой.
Он подошел к Чонгуку, остановившись в опасной близости, и протянул ему руку. — Не могли бы вы… помочь мне с этим?
Чонгук почувствовал, как его тело будто окаменело. Просьба звучала невинно, но намек был кристально ясен. Он смотрел на тонкие пальцы Чимина, ожидающие его прикосновения. Его собственные руки, привыкшие сжимать оружие и управлять флотами, сейчас казались неуклюжими и дрожащими.
— Конечно, господин Чимин, - сумел выдавить он, его голос звучал глухо.
Когда его пальцы коснулись нежной, прохладной кожи Чимина, по его телу прошел настоящий электрический разряд. Это было не просто прикосновение, это было вторжение в мир, который он только начинал открывать. Он почувствовал под пальцами гладкость кожи, тепло, исходящее от тела омеги, и в этот момент им овладело первобытное желание. Сжать, прижать к себе, почувствовать, как это совершенное тело уступает ему, как из него вырывается сладкий стон, как он кричит его имя, имя Чонгука, завоевателя, генерала, а теперь – просто подчиненного перед этой внеземной красотой.
Он начал расправлять тонкие завязки платья, ощущая, как каждый его неловкий, дрожащий жест лишь усиливает положение. Чимин внимательно наблюдал за ним, его губы тронула насмешливая улыбка, когда он увидел, как сильно напряглись мышцы на его предплечьях.
— Генерал, - произнес Чимин, его голос был полон нескрываемого издевательства, но в нем таилось и притяжение. — Ваши руки… они дрожат. Я чувствую это. Позвольте мне помочь вам… немного расслабиться.
Он осторожно положил свою ладонь поверх руки Чонгука, которая гладила его спину. — Шея… кажется, вы очень напряжены. И плечи… они такие твердые, будто готовы к бою. Но сейчас вы не на поле битвы, генерал.
Чимин слегка надавил на плечо Чонгука, требуя размять его. — Ну же. Не лишайте себя удовольствия. Ведь вы же генерал Земли, не так ли? Вы должны уметь управлять… всем.
Он наклонил голову, позволяя Чонгуку увидеть изгиб своей шеи, где пульсировала тонкая жилка. — Покажите мне, на что способны ваши могучие руки, генерал. Попробуйте… ласкать. Нежно.
Чонгук почувствовал, как его разум борется с инстинктами. Он хотел подчиниться – но не этой унизительной просьбе. Он хотел доминировать, но Чимин, с его соблазнительной игрой, ставил его в положение жертвы.
— Господин Чимин, - прорычал Чонгук, пытаясь вернуть себе хоть каплю контроля. — Я… я не могу.
Чимин рассмеялся. — Не можете, генерал? Или не хотите, чтобы эта игра закончилась слишком быстро? — Он прикоснулся к щеке Чонгука, его пальцы были холодными, но прикосновение обжигало. — Не бойтесь. Я знаю, что вы хотите. Я вижу это в ваших глазах. Но сначала… вы должны научиться слушаться.
Он убрал руку, позволяя платью окончательно соскользнуть на пол. Теперь Чимин стоял перед Чонгуком во всей своей внеземной красе, его тело было видно откровенно, лишь намеками скрыто едва заметным сиянием.
— Сейчас, генерал, - прошептал Чимин, приближаясь к нему. — Помогите мне… с этим. И, возможно, мы сможем найти способ… размять ваши плечи и шею более… удовлетворительным образом.
Взгляд Чонгука, до этого полный борьбы, в одно мгновение воспалился. Слова Чимина, его наглая игра, его соблазнительная нагота – все это стало последней каплей. Инстинкты, подавляемые так долго, взбунтовались, требуя своего. Он больше не мог сдерживаться.
С резким, почти рычащим звуком, Чонгук сделал шаг вперед. Его руки, еще мгновение назад дрожавшие, теперь крепко обхватили тонкую, но сильную талию Чимина. Он прижал омегу к себе, чувствуя, как его гладкое, обнаженное тело контрастирует с плотной тканью его собственной униформы.
— Хватит игры, омега, — прорычал Чонгук, его голос был полон первобытной мощи. Он склонил голову, вдыхая аромат Чимина – смесь звездной пыли и чего-то терпкого, сладкого, сводящего с ума. — Ты больше не играешь ни с кем, кроме меня.
Его ласки стали более уверенными, почти хищными. Он провел рукой по изгибу спины Чимина, ощущая, как под его пальцами дрожит кожа. Он чувствовал, как ответы Чимина – легкое запрокидывание головы, тихий стон, вырвавшийся из его губ – лишь подливают масла в огонь.
— Ты мой, - прохрипел Чонгук, вжимаясь в тело Чимина. — Слышишь? Теперь ты мой.
В его голове проносились мысли, столь же стремительные, как удар молнии. Правитель Венеры? Плевать! Дипломатические отношения? Все это было ничтожной чепухой по сравнению с тем, что он чувствовал сейчас. Он, генерал Чонгук, правая рука Правителя Земли, не позволял никому ставить себя в положение униженного. И этот омега, этот соблазнительный, дерзкий житель Венеры, осмелившийся играть с ним, теперь стал его добычей.
Он провел рукой вниз, касаясь его бедра, потом снова поднялся, лаская его живот. Чимин издал протяжный стон, прижимаясь к его рукам.
— Мой… — повторил Чонгук, наслаждаясь каждым звуком, каждой реакцией омеги. — Ты мой, Чимин. И я не отпущу тебя.
Он отстранил голову Чимина, встречаясь с его взглядом. Глаза омеги сияли, но в них уже не было прежнего вызова. Теперь там читались удивление, восхищение и… покорность.
— Ты хотел, чтобы я размял твои плечи и шею, омега? - усмехнулся Чонгук, его голос был тяжелым от желания. — Что ж, думаю, я найду способ сделать это… более основательно. И ты будешь кричать мое имя, пока не забудешь, как тебя зовут.
Он прижал Чимина еще крепче, чувствуя, как его тело отвечает на его доминацию. Все, что было раньше – статус, долг, дипломатия – растворилось в этом моменте. Остался только он, генерал Земли, и этот омега с Венеры, который теперь принадлежал ему. Навсегда.
Губы Чонгука, обжигая, коснулись губ Чимина. Первый поцелуй был глубоким, властным, смесью сдерживаемой ярости и неописуемого желания. Он ощущал, как Чимин отвечает на его напор, как его тонкие пальцы впиваются в его плечи, а его тело становится мягче под напором. Они забыли обо всем - о дворце, о бале, друг о друге. Остался лишь этот момент, этот жар, эта всепоглощающая страсть.
Но внезапно, в самый разгар их страсти, в тишине комнаты раздались шаги. Чонгук инстинктивно напрягся, его доминантные инстинкты тут же выставили щит. Чимин, однако, не растерялся. Он ловко, но изящно разорвал поцелуй, оставив на губах Чонгука нежный, но многообещающий след.
— Что ж, генерал, - прошептал Чимин, его голос дрожал от пережитого, но в нем звучала прежняя уверенность. — Это было… восхитительно. Но нам стоит продолжить исследование позже. Согласны?
Прежде чем Чонгук успел ответить, Чимин, словно тенистый дух, скользнул от него и скрылся за массивной, украшенной звездными узорами ширмой.
В тот же миг дверь комнаты распахнулась, и на пороге появился сам Правитель Венеры. Высокий, статный, с лицом, отражающим тысячелетнюю мудрость и легкую иронию. Его взгляд, проницательный, но не злобный, остановился на Чонгуке, который все еще стоял, напряженный, с пылающими щеками и сбившимся дыханием.
— Генерал Чонгук, - произнес Правитель Венеры, его голос был мелодичен, словно перезвон галактических колоколов. — Я искал своего омегу. Не видели ли вы его?
Чонгук сглотнул. Внутри у него все переворачивалось. "Своего омегу?" Это было как удар под дых. Все эти слова, все эти ощущения, которые он только что пережил, вдруг приобрели другой, болезненный смысл.
— Он… он готовится, - вырвалось у Чонгука, прежде чем он успел подумать. И это прозвучало так, как будто Чимин действительно принадлежал этому правителю.
Из-за ширмы донесся голос Чимина: — Я здесь, Ваше Высочество. Просто… примеряю наряды. Задержался немного.
Чонгук почувствовал, как тело пронзила дрожь. "Моя омега", - это слово, сказанное Правителем Венеры, звучало как приговор. Как насмешка. Но в то же время, в голове Чонгука настойчиво билась новая мысль, отвоевывая себе место: Он мой.
Чимин его. Теперь его. Только его. Эта мысль была настолько острой, настолько захватывающей, что Чонгук едва сдерживался, чтобы не сделать резкого жеста, чтобы не крикнуть, чтобы не заявить свои права. Он смотрел на ширму, за которой скрывался омега, и чувствовал, как в его груди разгорается пламя, готовое поглотить все на своем пути. Этот омега, этот соблазнительный, дерзкий омега, был его. И он не собирался уступать его никому.
Дверь ширмы бесшумно отъехала в сторону, и в свете комнаты появился Чимин. Он был словно воплощение звездной ночи – его платье, сотканное из тончайшей серебристой ткани, усыпанное сверкающими кристаллами, облегало его так, будто было второй кожей. Оно ниспадало до пола, оставляя открытыми его изящные плечи и тонкую шею, а открытая спина, украшенная россыпью бриллиантов, казалась еще более соблазнительной. Он излучал такой свет, что Чонгук почувствовал себя ослепленным.
Правитель Венеры, увидев своего омегу, расплылся в широкой, искренней улыбке. Он подошел к Чимину, легко обнял его за талию и, нежно сжав, потянул за собой, направляясь к выходу из комнаты.
— Ну вот, теперь ты готов, моя звезда, - промурлыкал он, его голос был полон ласки.
Чонгук наблюдал за ними, чувствуя, как внутри клокочет буря. Это было невыносимо. Видеть, как этот властный, но такой соблазнительный омега, который только что сгорал под его поцелуями, теперь так легко принимает ласки другого.
Но Чимин, казалось, почувствовал его боль. Он обернулся, его индиговые глаза встретились с пылающим взглядом Чонгука. Взгляд, полный обещания. И с ловкостью, которую Чонгук уже успел отметить, он сделал шаг назад, оторвавшись от объятий Правителя.
— Ваше Высочество, - проговорил Чимин, его голос звучал сладко и немного виновато. — Мне нужно… сказать генералу кое-что еще.
Правитель кивнул и вышел. Чимин быстро подался вперед. Его губы, нежные и мягкие, коснулись губ Чонгука. Это был короткий, но невероятно страстный поцелуй. Поцелуй, полный невысказанных слов, обещаний и вызова. Поцелуй, который говорил: — Это еще не конец..
А затем, так же стремительно, Чимин отстранился. Он одарил Чонгука последним, лукавым взглядом, полным притяжения, и, повернувшись, последовал за Правителем Венеры, покидая комнату.
Чонгук остался один, его губы все еще горели от поцелуя. Он наблюдал, как удаляется фигура Чимина, как его платье мерцает в свете коридора. "Это ещё не конец...", – эти слова Чимина звучали в его голове, как навязчивая мелодия.
Он смотрел на дверь, за которой скрылся Чимин, и в нем разгорался огонь. Этот омега. Он играл с огнем. И Чонгук, генерал Земли, был готов сжечь все, чтобы заполучить его. Он не знал, как это произойдет, но одно он знал точно: Чимин будет его. И никакие правители, никакие планеты не смогут ему помешать.