День и Ночь
- Не дам, не дам! Нет-нет-нет!
И – в пляс! Хороводили звезды, кружились над головами. Луна пришла, платье в оборках, в белых кружевах.
Вышла Луна, стала над лесом, призадумалась. Звезды кружились в хороводе, веселые, беззаботные.
Бурая медведица смотрела в небо, шепталась с Большой Звездной Медведицей. Где нынче меду много? Где малина народилась? Где река после дождей плавнями разлилась?
Звякал бубенчик на шее у козы Моньки. Спала коза, не слышала.
Близнецы потихоньку в оконце вылезли – и бегом к речке, босые, в одних ночных рубашках. Купаться спешили. Днем-то, когда можно, оно не так весело.
Луна прошлась по небу, покрасовалась в белом платье, да и спряталась в пушистое облако, греться.
Поначалу вроде темнее сделалось, да звезды пуще прежнего расплясались, разгорелись, разыгрались, светла стала ночь. Луна даже из облака выглянула, поглядеть, как пляшут звезды.
Озорные они, задорные, все хотят Луну в танце закружить, смеются тонко-тонко, да на земле не слыхать.
Ночи в июне короткие, светлые. Не успели близнецы до реки добежать, как посветлело небо, рассыпалась на востоке сахарная пудра рассвета. Солнце просыпалось, потягивалось, покатывалось с боку на бок как золотой бубенец.
Отворилась ночь, разомкнула кружевные ворота, впустила на небо солнце-красный-калач. Макнуло солнце кисточку в красный рукав, тронуло облака, пощекотало Луну.
Рассмеялась Луна, рассмеялись звезды, перемигнулись, переоделись ко сну в прозрачные рубашки-невидимки. Спрятались. Будут спать-ночевать теперь до вечера.
А солнце накинуло на плечи золотой кафтан и пошло гулять по домам, по лесам, по лугам.
Пас на холме овец седой пастух. Овцы с холма спустились в низину, подошли к реке. Солнце плеснуло на берег теплого золота, густо запахли травы. Разбежались овцы, упали росой на траву.
Пастух улыбнулся, подставил лицо утреннему солнцу. До сумерек его работа окончена.
Вытащил пастух из-за пазухи дудочку и стал творить новую песню.