Цена вспять

Воскресное утро началось без будильника. Я проснулась от того, что в комнате было подозрительно тихо. Елена ещё спала, свернувшись калачиком, Тина дышала ровно. Я тихо оделась - джинсы, свитер, кеды - и выскользнула в коридор.

Старый корпус встретил меня запахом кофе и тишиной. Я включила свет, подошла к сахарнице. Открыла.

Звёздочка лежала на месте.

Пока чисто.

Я выдохнула, но расслабляться не стала. Елена могла подсыпать порошок в любой момент - может, даже не в сахар, а в муку или в сиропы. Я проверила всё: кофе, сахар, сиропы, печенье. Везде было нормально.

Но я решила подстраховаться. Достала из сумки пустую чистую банку, с помощью магии и кольца создала дубликат сахарницы с обычным сахаром, спрятала его за стеллажом, а подозрительную упаковку оставила на видном месте - как приманку.

Если она придёт, пусть думает, что всё идёт по её плану.

Я уже собиралась уходить, когда в дверях возникла знакомая фигура.

- Не спится? - голос Эндрю разнёсся по пустому корпусу.

Он стоял, прислонившись к косяку, в расстёгнутом мундире, с красными глазами, которые в полумраке горели.

- А тебе какое дело? - ответила я, не оборачиваясь.

Он сделал шаг вперёд.

- Слышал о вашей разборке с Холтом. И о том, как Нокс его отделал. Ты в порядке?

- В полном, - я наконец повернулась. - Спасибо за беспокойство, но я сама могу за себя постоять.

- Я не сомневаюсь, - он усмехнулся. - Но иногда даже самым сильным нужна помощь.

- Это ты про себя?

Он замер, потом рассмеялся - негромко, почти грустно.

- Нет, Аллен. Это я про тебя.

Я почувствовала, как внутри что-то ёкнуло. Не сейчас.

- Я справлюсь без твоих советов, - отрезала я и шагнула к выходу.

- Раньше ты хотя бы слушала, - сказал он мне в спину. - А теперь слова не добьёшься. Что с тобой сделали? Или ты всегда такой была, просто скрывала?

Я замерла на секунду, но не обернулась.

- Всякое бывает, - бросила я и вышла.

Он не окликнул меня. И правильно.

---

Через час мы с Тиной были в старом корпусе. Елена ушла в библиотеку за новыми учебниками («хочу подготовиться к лекциям», - сказала она с невинной улыбкой). Лукас обещал подойти позже.

- Ты уверена, что она подсыпала? - Тина взяла сахарницу, осторожно открыла. Звёздочка лежала сбоку - явно сдвинута.

- Абсолютно, - я достала из кармана маленький пакетик с порошком. - Это я нашла под стеллажом в прошлый раз. А сегодня утром сахарница была тронута.

- Что это? - Тина взяла пакетик, понюхала.

- Понятия не имею. Но надо проверить, не яд ли это, и что вообще делает.

- Как?

- Я попросила Лукаса найти в лаборатории кого-то, кто может проанализировать состав, - сказала я. - Он обещал к вечеру узнать.

- Хорошо, - Тина кивнула. - А если это опасно?

- Тогда мы просто уберём все продукты и заменим на свои. А на фестивале она будет думать, что её план сработал, а на самом деле - нет. И если она попытается подсыпать при всех, мы её поймаем.

- Публично? - Тина усмехнулась. - Это было бы эффектно.

- Именно, - я убрала пакетик.

Вскоре пришёл Лукас.

- Есть новости, - он скинул рюкзак на стул. - Порошок - обычное снотворное. Сильное, но не смертельное. Вырубает минут через десять-двадцать. И не имеет вкуса.

- Значит, она хотела, чтобы мы или клиенты заснули прямо в кофейне, - Тина скрестила руки. - Какая гадость.

- Теперь мы знаем, - я убрала порошок. - Завтра, когда она будет сыпать, сделаем вид, что не замечаем. А потом, когда кто-то начнёт засыпать, укажем на неё. Прямо при всех.

- И выгоним, - добавил Лукас.

- И выгоним, - подтвердила я.

Тина одобрительно кивнула:

- Ладно. Но если она испортит нам фестиваль, я ей голову откручу.

- Поддерживаю, - усмехнулся Лукас.

Мы продолжили готовиться. Лукас тренировался делать пенку, Тина расставляла чашки, я пересчитывала запасы.

Елена появилась ближе к вечеру, свежая и бодрая - видимо, хорошо выспалась в библиотеке.

- Вы всё ещё тут? - она удивилась, увидев нас. - Я думала, вы уже отдыхаете перед завтрашним днём.

- Скоро пойдём, - ответила я, не поднимая головы. - Ты как, готова?

- Конечно, - она улыбнулась. - Вывеска готова, ленты приклеила. Завтра будет красиво.

Я промолчала. Только переглянулась с Тиной.

---

Вечером мы с Тиной вернулись в комнату. Елена уже спала - на этот раз по-настоящему.

- Аллен, - прошептала Тина.

- Мм?

- Ты уверена, что мы всё правильно делаем? Не лучше ли просто выгнать её сейчас?

- Тогда она сделает вид, что ничего не было, и будет мстить исподтишка. А так мы поймаем её с поличным. При всех.

- Рискованно, - Тина вздохнула. - Но я с тобой.

- Спасибо, - я улыбнулась. - Спокойной ночи.

Я взяла дневник и ручку.

Воскресенье, вечер. Завтра фестиваль. Мы узнали, что порошок - сильное снотворное, без вкуса. Елена хотела, чтобы кто-то отключился. Теперь мы знаем правду.

План: на фестивале я заменю все продукты на чистые, но оставлю одну сахарницу с порошком, как приманку. Когда она подсыпет (а она подсыпет), мы подождём, пока кто-то начнёт засыпать, и укажем на неё. Публично. Ей не отвертеться.

Эндрю... Он сказал: «Раньше ты хотя бы слушала. А теперь слова не добьёшься. Что с тобой сделали? Или ты всегда такой была, просто скрывала?» Я не ответила. Не могла. Потому что он прав - я изменилась. Но не могу же я ему объяснить, что не знаю делать и как идти дальше зная всё.

Завтра фестиваль. А послезавтра - десятое сентября. Время не ждёт.

Я закрыла дневник и убрала под подушку.

Спокойной ночи, Аллен. Завтра будет решающий день.

Я выключила свет и закрыла глаза. Красные глаза Эндрю снова стояли передо мной.

Не сейчас. Завтра важнее.