Звери. Судьба

Идея, так быстро возникшая, была совершенно не продумана. Легко сказать: «Куплю всех вэнанов». Вот я дура.
Даже если я каким-то образом(волшебным) сумела бы получить такие деньги и нужную информацию, то ничего бы не вышло. Просто, постарайся об этом не думать.
Просто открой дверь в палату, изобрази очень обеспокоенное лицо и спроси о самочувствии. Ни словом, ни намеком о том, что произошло и происходит.
Она ведь и так знает.
- Привет, Жень. Что-то случилось?
Начало отличное.
- Принести что?
Я села на тот же стул. Его даже на место не убирали.
Женя немного нервно перебирает пальцами кусочек одеяла, мнется, но быстро собирается и уверенно поднимает на меня глаза.
- Скажи, в какой больнице Егор. Пожалуйста.
Неожиданно. Я поерзала на стуле, он сегодня какой-то чересчур неудобный.
- Эм... хочешь его проведать?
- Хочу, - уже не так уверенно отвечает.
Хочет проведать...
- Тебя выписывают?
Судя по виду, она, кажется, почти оправилась, только тени под глазами залегли уж очень мрачные, нездоровые.
Первая мысль: опять кошмары. Вторая: точно такая же. Третью я даже не слушала.
Женя так выглядела последний раз, казалось, очень давно. Первый месяц ночных приступов заставил нас(меня, папу и маму) сильно поволноваться. Ей даже ингалятор купили, как человеку, но дело было не в легких. Это оказалось что-то психологическое. Я тогда не понимала, но не теперь точно.
А мне сейчас казалось, приступы прошли...
- Да, завтра хотели, - поспешно отвечает сестра. - Так что можешь ещё подойти к часу и принести мои вещи? А, блин... - тут же осекается, нервно закусывая губу и отводя взгляд.
- Ой, не волнуйся, у меня есть ключи от его... вашей квартиры. Я завтра всё принесу. И телефон особенно. Наверняка там куча пропущенных...
Не заостряю, что куча пропущенных именно от Егора.
Женя сначала хмурится, а потом говорит тихо:
- Спасибо.
Чуть погодя переспрашивает:
- Так... Ты можешь сказать, в какой больнице он находится?
Показательно устало вздыхаю. Хотелось ещё глаза закатить и прорычать что-то невразумительное, но воздержалась.
- В ***. Там спросишь, какая палата. И лучше притворись его... невестой.
Сестра фыркает. Почти от смеха, почти отчего-то неясного, не различила.
Снова вздыхаю. Да начнется трудный разговор.
- Кстати, о нем... о Егоре. Он... Мм... Он чем-то болен?
- С чего так? - Женя заметно напряглась.
- В последний раз, когда я его видела, он был... Мм, ну, нормальные люди в коме так не выглядят...
- Как так? - голос её осел, я слышу тревогу.
- Так, будто он...
Сдохнет в любую минуту.
Кусаю внутреннюю сторону щеки. Не надо резкостей, тогда всё пойдет по... Придется начинать сначала, а там и до ссоры, опять, не далеко.
- Пожалуйста, скажи честно. Не увиливай. Он... Кто он? Перевертыш? Нет... Было бы по-другому.
- Не перевертыш, - утвердила Женя.
- Значит, точно не человек.
- Человек, - возразила она, но сразу же призадумалась. - Ну... Агрх, ладно. Егор он... Он типа полукровка, только не рожденный. Помнишь, я говорила про...
Лицо её сменяется на брезгливо-тоскливое, брови сходятся на переносице, губы сжимаются. Одно лишь упоминание того недочеловека(недозверя, ага) вызывает у неё такие эмоции.
- Про того парня. Да, я помню, - не буду упоминать имени, которое, к сожалению, запомнила. Невозможно забыть. - Так Егор тоже попал в похожую ситуацию, как с тем парнем?
- Типа того.
- Круто, - не сдержала удивленного вздоха. - Тебя магнитом, что ли, тянет на таких парней? Почему это не мог быть зверь какой-нибудь? Ну, человек на крайняк. Как так вышло-то?
- Спасибо, Лекси. Как я без тебя вообще жила раньше?
- Пожалуйста, пожалуйста, - беспечно махнула рукой пару раз. - Скажи хоть, что за зверь внутри него.
- Никогда не догадаешься. Полярный медведь, да ещё и бывший Север.
- Ещё круче, - неудержимый восторг! - А он как превращается? Полностью? Или...
- Он не превращается. И вообще это больная тема, - сестра отводит голову в сторону. - Помнишь, я в Порецком попала в больницу?
Киваю. Кажется да, было такое. Странный был день.
- Это Егор меня туда отправил.
- Э?
Женя поспешила отмахнуться:
- То было давно, и вообще сам виноват, но потом, конечно, извинился. Как раз перед вашим приходом.
- Ага, - я усмехнулась.
Про то, что они познакомились ещё тогда, в Порецком, я знала, но обстоятельства, видно, оказались ещё более... странными?
- Так, он сразу понял, что ты зверь?
- О да. Я сильно перепугалась тогда. Но всё оказалось проще... - голос стал тише и тише, руки вновь сжали бедное больничное одеяло. Дальше слышалось лишь совсем невнятное бормотание:
- Из-за меня... Он бы никогда не узнал, если бы я... не была такой дурой...
- Жень, - зову её. - Он попал в аварию не из-за тебя.
- Это... Дело не в аварии.
- И в чем же?
- Если бы я не ушла, не сбежала, если бы не вернулась домой. Не сразу. Не надо было вот так заваливаться.
Она бормочет и бормочет, как будто меня вообще здесь нет, но, может, так я хоть что-то узнаю.
- Что случилось? - спрашиваю осторожно.
Женя замирает, вспоминает, что не одна здесь, отрицательно головой качает.
- Не могу сказать, прости.
- Ладно, - выдыхаю, пусть и немного разочаровано. - Не страшно.
Это не моё дело. Жизнь сестры меня больше не касается. Уже давно не касается.
- Я... - Женя вдруг повысила голос, но резко замолчала, поджала губы. Решает. Моргает несколько раз и взгляд отводит. - Я б... Я же... своего, когда-то, лучшего друга убила.
Что?..
Резкая смена темы. Я растерялась.
- Это... В смысле?
Она про Максима? Не может, черт, быть.
- Я не рассказывала тебе, что случилось в России. И не хотела, – начала она. – Да, Ал... Он попал в беду, я его спасла. Потом пришлось спасать его сестру, но её... Её убил Зверь. А Зверем был Максим. Ты в курсе, что с ним случилось. Эти странные Пещеры и странные слова... Не представляешь, как сильно он изменился. Не только внешне. Он всё то время убивал. Выслеживал и убивал... вэнанди. Он отомстил отцу Ала, потом его сестре, до самого него чуть не добрался. Вернее, добрался, но убить не получилось, потому что я вмешалась. Я защищала человека. Бред, правда? - голос дрогнул, губы на секунду показали кривую усмешку. - И тогда... Выбора не было. Я не хотела. Но он этого хотел... вернее, та настоящая, ещё человеческая, его часть хотела. И я должна была...
На Женю я больше не смотрела. Я не могла понять, вникнуть.
Меня там не было. Она много не рассказала, только основное. И всё равно... Убить лучшего друга. Я бы не смогла. Я бы убить-то не смогла.
Женя убила Максима. Убила лучшего друга.
Я была так рада узнать, что он оказался жив, а теперь совершенно не понимаю своих чувств. Как будто он и не воскрешал вовсе.
Из груди вырывается какой-то истеричный смешок.
- А... А меня чуть манул-убийца не съел, - говорю, даже не задумываясь. У нас же разговор откровений. А это такая редкость, что их впору на полку музейную вместе с реликвиями ставить. Запылится - ничего, ототрем, заменим или забудем. Меряемся как будто, у кого история страшнее, хуже. Так всегда. Так лучше. Так легче. Мы это понимаем обе. Мы по-другому уже никогда больше не сможем.
Мы же... сестры.
Женя быстрым движением руки смахнула невидимую слезу и уже более спокойно и как-то задумчиво посмотрела на меня.
– Не хочу я больше об этом говорить. Слушай, а как у вас, с Реем?
Если бы в этот момент я что-то пила, то точно бы поперхнулась. Поэтому я подавилась воздухом. И нервно закашляла, старательно отводя глаза куда подальше, даже отодвинуться захотелось, очень.
– Это... В смысле? Нормально всё. И... В смысле у нас? С чего ты... Блин...
– Господи, я ведь уже давно знаю, что вы встречаетесь. Давно. И ты знаешь, что я знаю. Прекрати.
Я ещё раз случайно кашлянула в кулак.
– Так, у вас уже был секс?
Подавившись воздухом, я прокашлялась в кулак, слишком охреневая от такой прямоты, и убийственным, одновременно смущенным, взглядом посмотрела на сестру, потом несколько раз отвела взгляд, поерзала на стуле.
Бл#ть. Бл#ть. Бл#ть!
– Что? Простое сестринское любопытство. Интересуюсь сексуальной жизнью родной младшей сестры, – самым невинным манером говорит она.
А я тут просто, сижу на стуле, умираю внутри.
«Лучшая защита - это нападение», – решила я и:
– Но я ведь не интересуюсь твоей... гм, сексуальной жизнью! Я просто знаю, что она у тебя наверняка есть, тут и думать не надо.
– Не отрицаю. Но и ты тоже, Лекси, – на миг в её глазах промелькнуло веселье. Я даже дыхание затаила. Мне этого не хватало. Не хватало жизни в её взгляде.
Что ж, Женька, я сыграю в твою сомнительную игру. (Лишь бы не думать о плохом).
– Ну, пару раз... – тихо говорю.
– После предложения или перед? – кивает на кольцо.
Ловлю себя на том, что машинально крутила его на пальце. Черт.
– После.
– Праздновали? – отчетливо слышу ехидство в голосе.
– Неа. Я ему так-то отказала, – сказала с каким-то ненормальным удовольствием. Но мне нравится чувствовать это странное превосходство, а это именно оно.
Женя удивленно округлила глаза.
– ...И в плане женитьбы, и в горизонтальном, – не могла не продолжить.
– Ух ты, не ожидала от тебя такого, – она чуть-чуть улыбнулась. – Хех, так и надо этому придурку.
У меня вырвался смешок.
– Не думала, что вы сможете... сдружиться, – в тон ей ответила я.
– Я думала, ты сейчас скажешь "поладить", но сдружиться ещё хуже. И мы не сдружились. Просто с ним весело пить, как оказалось.
– Хах! Весело пить...
Я совсем коротко рассмеялась, Женя тоже хихикнула пару раз.
Да, не хватало...
– Так... Ты собираешься выходить за него?
Киваю медленно.
– Наверно, да... А что? Ты против? – губы тронула ухмылка.
– Ха! Когда-то, может, и была. Но Рей, кажется, вполне серьезен.
– Правда?
– А ты в нем ещё и сомневаешься?
Я поежилась.
– Нет. Просто... Мне удивительно, что ты так говоришь, тем более о Рее. Он ведь, по сути, самая странная личность в отеле.
– Ну, не спорю, – Женя пожимает плечами. – Ой, а тебя не коробит такая разница в возрасте?
– У вас с Егором тоже разница в возрасте.
– Но не такая большая! Тебя не пугало, что Рей несколько лет назад в общем-то на педофила смахивал..?
– Жень, – брови сошлись к переносице. – Ты вот... Чего добиться хочешь?
– Что ты точно уверена в своем решении.
– Уверена. Всё?
Сестра вздыхает.
– Всё. Всё. Ладно. Не буду больше лезть.
– Вот спасибо. Я тогда пойду уже, – поднимаюсь со стула.
– Не забудь завтра вещи занести, лан?
– Лан.
– Окей?
– Окей! – демонстративно захлопываю за собой дверь.
И выдыхаю спокойно. Всё хорошо. Мозг, конечно, начинает говорить совершенно обратное, но всё хорошо!

***

У меня, оказывается, пропущенный от Рея. Вот же. Вспомнишь г... вот и оно. Кхм... Но до солнышка он тоже не дотягивает. Кто-то бы поспорил, однако...
«Что стряслось?» – пишу.
Ответ приходит незамедлительно:

О
Я так рад, что ещё не успел купить билет. Как дела? Почему трубку не берешь?

К Женьке ходила. Её, кстати, выписывают завтра.
А ещё я и Дирая сегодня чуть не разгневали директора. Вернее, обязательно разгневали. И типа спасли одного человека, хотя сейчас думаю, не зря ли?

Насыщенный день у тебя был.

Это да...
У тебя что? Дай угадаю, сегодня опять его не было.

Вот
Да
Не было

Гады, да?

Не то слово
Кстати, как у тебя с приступами?
Меня всё ещё коробит, что ты называешь это так, котенок.

Хочу кое-что попробовать. Возможно, сегодня.

Я должен переживать по этому поводу?

Возможно.

Очень сомнительная авантюра.

Возможно...

Расскажешь после?

Возможно

-_-

😐
😓

Я очень надеюсь, что с тобой всё будет в порядке.
Только посмей писать "возможно"

Хорошо

Что хорошо?

Хорошо, не буду писать "возможно".

Знаешь, что бы я сейчас с тобой сделал, котенок?

Нет.

Я бы обязательно взял тебя прямо сейчас...
И нацепил бы на твою рыжую шкурку огромный бант, сфоткал бы и отправил фото Жене и Клавису!!!!
Ну а затем, естественно, заставил бы тебя надеть костюм тигра по спец.заказу.

Пошел нафиг!
Изврат.

Твой изврат ;D

На этом наш диалог закончился, решила я.
– Э, а где Ди? – спрашиваю кролика, входя в комнату.
– Кажется, Учитель завтра прилетает.
У меня ноги подкосились, но я не села.
– Чт... Зачем!?
– Вот этого знать не могу. Спросишь у своей подруги.
– Она с Ренди разговаривает?
Всё-таки сажусь на кровать. Стараюсь вдохнуть и выдохнуть относительно спокойно. Нет ничего страшного в том, что она прилетает, может, у неё опять работа здесь, не стоит предполагать самое худшее.
– Мм, ладно. Спасибо, что сказала. Обязательно поменяю тебе клетку сегодня.
– Сейчас.
– Хорошо, но...
– Слушаю.
– Я тебе не только клетку почищу, но и постараюсь сделать так, чтобы ты вообще этой клетки больше не видела, если научишь меня контролировать... приступы.
– Внезапные обращения, – поправляет Лина. – Я тебе уже столько раз это говорила...
– Так научишь, или нет?
– Естественно научу! Такие ставки!
– Отлично. Дирая когда ушла?
– Поверь мне, её не будет ещё около часу.
Чуть кусаю губу.
– А этого хватит?
– Нет. Ты надеялась научиться за столь короткое время?
– Ну... А сколько на это может уйти времени?
– Всё зависит от тебя.
– Мда... Что ж, тогда лучше приступить прямо сейчас.
Кролик издала смешок, насколько это вообще возможно.
– Я же сказала, что всё зависит от тебя. От твоих внезапных обращений. Нужно дождаться, когда наступит новый... "приступ", – на этом слове Лина аж скривилась.
Лина... Ралина... Хм...
– Эй, кролик, – окликнула я. – Когда я снова сделаю тебя человеком, хочу называть тебя по настоящему имени.
– Настоящему? Ты его не запомнила.
– Киллори.
– Это... Это имя племени.
– А, да... Прости, – я тут же стушевалась и встряхнула головой. – Бабушка тебя назвала Киллори Ка. А имя у тебя Киина. Вот. Так ведь?
– Так ведь.
Я улыбнулась и постучала пальцем по голове.
– Я запомнила. Ты однажды говорила. В одной из своих историй.
Никогда не признаюсь, что после того рассказа записала её имя на всякий случай.
Кролик... Киина молчала долго.
– Не боишься, что я, как только получу тело, уйду?
– Создавать новые истории? Из тебя вышел бы потрясающий писатель. А вот задерживать тебя не буду, хотя мне нравятся твои истории. Мы же подруги. Забыла? – губы дрогнули в усмешке.
– Не забыла.
– Славно, – я бодренько поднялась с кровати и подошла к клетке. – Давай-ка, я поменяю твою клетку.
– Наконец-то, – пробурчала она.
Улыбка стала шире.
С чего я решила, что моя жизнь скучна?