Звери. Судьба

Женя:
- И куда теперь? - спрашивает Ал.
- Я... Я понятия не имею, - выдыхаю устало. - Из города выезжать нельзя. Нам надо оставаться на месте и не предпринимать никаких действий.
Сидим в машине и, откровенно говоря, скучаем. Ждем чуда какого, метеорит, может. А пока только людей прохожих высматриваем.
Скучно, хоть убейся.
- Почему?
И бесит всё, хоть убивать иди.
- Потому что, блин! – взрываюсь. Устало переносицу двумя пальцами потираю. – Надо ждать вестей. Я не знаю, сколько времени это займет, но скоро нам предоставят информацию.
- Связи, - протянул он.
- Да. И думаю, надо снять номер. Видно, это мы здесь надолго.
- В городе, в котором на свободе ходит Зверь.
Уничтожительным взглядом его одариваю.
- Прости, прости. Твой друг, этот...
- Максим.
Кивает утвердительно.
А я даже не знаю, друг он мне сейчас или нечто другое. Кто Максим сейчас? Кем он стал?
Телефон завибрировал, и я вздрагиваю.
- Кто? - интересуется Ал.
- Босс. Типа... - головой неопределенно качаю и обращаюсь уже к "боссу". - Да?
- Мы нашли его, - говорит Ренди, а я забываю, как дышать.
- Как? Так быстро...
- Он на свободе уже два года.
Сглатываю. Пытаюсь собрать мысли в порядок.
- Засветился несколько раз. Попался на камеры и после убийства. Он скитался несколько месяцев первый год, а потом начал двигаться вслед за различными группами вэнанди. Приблизительно неделю назад перебрался в город, где ты сейчас находишься.
- Он всё ещё здесь? - подскакиваю на сиденье с надеждой на положительный ответ.
- Нет, - и всё вниз бухает. - Вчера уехал в неизвестном направлении. Куда-то на восток.
В голове неожиданный пазл складывается.
- Я знаю, куда... он поехал, - говорю, глаза зажмуривая.
- Хмм... Тогда тебе и карты в руки, дражайшая моя, - могу различить улыбку в её голосе перед тем, как она кладет трубку.
- И что же? - тихо интересуется Ал.
Сжимаю руль, смотря в лобовое окно. Поворачиваю ключ зажигания.
- Нам придется вернуться "домой".
- Домой? О чем ты?
- Туда, где всё началось, туда, где я, черт, родилась. Где он родился. И умер...
- Ох... Кажется, я понял. Те дни в новом городе я никогда не забывал.
Хмыкаю горько.
- А я... хотела забыть.

Ехать в давящей и напряженной тишине было совершенно невозможно. Это убивает изнутри. Это разрушает всё. Это продолжалось почти час.
Я психанула. Достала диск Океана Эльзи и включила. И первая песня сегодняшнего хит-парада: "Коли тебе нема".
- Это... на украинском? - недоуменно спросил Ал.
- О да. Спасибо тому таксисту...
- Чего?
- Ничего. Просто... Мне нравится.
- Не думал, что тебе может нравиться такая музыка.
- И что ты думал? - раздраженно спрашиваю.
- Ну... Тяжелый рок, металл. Что-то про убийства людей...
- Сейчас из машины вылетишь.
- Ну прости, что о тебе сложилось такое впечатление. Ты себя именно такой показывала.
Плечами пожимаю:
- Я была такой. А знаешь, какое впечатление на меня произвел ты?
- Только не это...
- Ты был самовлюбленным, грубым эгоистом. Серьезно. Ты был просто отвратителен, - морщусь от воспоминаний. - Всё время делал вид, что роль суперважную играл. В отличие от тебя я никогда не врала.
Неожиданно приходит облегчение, руки на руле расслабляются, вести становится легче.
- Ого... Каким мудлом я был, - мельком вижу, как он слегка улыбается. И нихрена не удивляется моим словам. Значит, играл... – Ладно. Я вообще-то не всегда был таким...
Удивленно брови вскидываю.
- Тц, ой, да брось, - кривится Ал. - Кстати, единственный, кому я что-то рассказал о себе... Единственной, кому я хоть что-то рассказал, была вообще-то твоя сестра.
Голову резко к нему поворачиваю:
- Что?! - чуть по тормозам не жму, но вовремя вспоминаю, что за рулем. - Когда это могло случиться? Ты не перепутал ли, а?
- На самом деле, не сразу понял, - бровь зашитую чешет. - Я думал, это какой-то левый зверь... Она так-то меня убить реально намеревалась. Но тогда...
- Тогда это когда, черт возьми? - смотрю то на дорогу, то на него.
- Мм... Не помню я, - бровь почти раскровил.
Глаза сощуриваю.
- Всё-то ты помнишь. Я чую, что ты врешь. Сказал правду быстро. И прекрати терзать бровь.
Прекратил. Задумался на секунду.
- Это было на следующий день, как тебя положили в больницу. Да, вроде тогда.
Я нахмурилась, вспоминая, когда это было.
Вспомнила.
- Откуда ты знаешь, что я была в больнице? - спрашиваю настороженно.
- Я ведь говорил. Разве нет?.. - сомневается.
- Не знаю... Я не помню этого, - плечами пожимаю. - Скажи ещё раз. Такая проблема?
- Ну... Тц! Я... - тянет. - Я нашел тебя у леса, с раной, кажется. Потом хотел скорую вызвать, но пришел этот Максим и забрал тебя.
Тупо смотрю на дорогу. И в мыслях пустота.
- Я... не знала. Спасибо? – это, оказалось, сказать проще, чем я думала.
- Пф, за что?
Глаза раздраженно закатываю:
- Просто прими. Я редко это говорю, тем более бывшему врагу.
- О-о... Я теперь бывший враг. Это случилось тогда, когда ты приняла стать моим другом? Или когда прилетела, черт знает откуда, спасать мой красивый зад?
Пропущу последнюю строчку мимо ушей.
- Ты, видимо, не так понял. Бывший враг ты только на время. У нас временное перемирие, понятно? После мы всё равно разойдемся, как будто и не знали друг друга, понял?
- Как жестоко, Женя, как жестоко. Ты разбиваешь сердце друга, - сглатывает на последнем слове слишком очевидно. - Неужели так трудно принять, что мы... друзья.
- Да. Вэнанди и зверь... Чушь полная.
- Я же сказал, что уйду от этих дел, - глаза рукой прикрывает. - Прекрати так ко мне обращаться. Я просто человек.
- А мы, кажется, забыли о том, с чего начали.
Молчит вопросительно.
- Напоминаю, о моей сестре. Так, какого черта? - голову чуть поворачиваю.
Ал за#банно вздыхает.
- Она каким-то образом оказалась на балконе дома, который мы снимали...
- Погоди! Я знаю, что это за день. Мне потом, блин, пришлось из больницы бежать, чтобы спасти её.
Ностальгия, которую лучше не видеть сейчас перед глазами. Слишком больно, слишком... давно и старо. Так хотелось многое забыть...
- Спасти? Уверяю тебя, она была в полной безопасности, лишь благодаря мне.
- Чего? Это ты о чем?
- Я сказал тогда отцу, что это я в дом котенка притащил. Хотя, вообще-то сразу понял, что это был зверь. Какой-то левый зверь, но точно не твоя сестра. А но... - Ал как-то резко замолчал.
- Что?
Челюсть сжал, могу даже скрип зубов услышать.
- Я... не уверен...
Молчу выжидающе.
- Это... Это не то, что я могу так просто рассказать. Тогда был какой-то неконтролируемый порыв. Не знаю... - вздыхает тяжело, в окно смотрит. - Знай, что... все мы прошли определенные трудности. И все мы видели смерть.
Тишина наступает моментально. Обволакивает, забирает к себе под крыло, говорит: "Оставайся. Здесь тихо и спокойно. Здесь удобно. Здесь хо-ро-шо". Только это не так. Она насильно давит, сдавливает, не дает продохнуть, и вновь - убивает изнутри. И сейчас из неё выбраться будет уже невозможно. Только диск с песнями Океана Эльзи - гребаный лучик мнимого спокойствия, чтобы просто не утонуть, просто не сдохнуть.

***

Мы молчим до самой ночи, слушая песни на украинском. Понимаю, что пора бы остановиться на ночевку. В глаза тут же попадается дорожная гостиница. Как кстати. Я поворачиваю направо. Ал глазами сонно моргает, заметил, что повернула. Поднял голову, увидел здание, понял, в чем дело.
Мы оба слишком выдохшиеся, полумертвые, нам нужен отдых, передышка, нужно всё переосмыслить.
- Простите, можно две комнаты? - спрашиваю у мужчины сорока лет.
- Осталась только одна, – устало отвечает хозяин.
- Как?..
Ал сзади выдыхает:
- Ты иди. Я в машине посплю, - говорит. Его вид кричит о усталости, сне и о нормальном душе.
- Хм, если хочешь, то да, конечно, иди. Спи в машине. Если хочешь ворочаться всю ночь, а не выспаться, - не смотрю на него.
Звука шагов не слышно.
С надеждой спрашиваю мужчину:
- Неужели у вас совсем больше нет комнат?
- Я же говорю. Последняя. К тому же, вы разве не вместе?
- Нет! - в голос ответили мы. Это было слишком резко. Бросаю быстрый взгляд на вэнана младшего. Тот глаза отводит. Горло прочищаю:
- Ну, мы просто партнеры.
- Вот и будете спать в одной комнате, партнеры.
Злость ударила в голову.
- Да что вы...
- Пойдем, пойдем, - Ал взял меня сзади за плечи, схватил ключ и потащил на вверх. – Благодарим за комнату, чувак!
Поднимаемся по лестнице. Случайно замечаю табличку с указанием бара. А это круто...
– Успокойся, – говорит где-то над ухом Ал. – Радоваться надо, что вообще есть, где спать.
- Ты, кажется, в машине спать собирался.
- Передумал.
- Отпусти, черт, сама идти могу, - попыталась скинуть его руки.
- А мы и так уже пришли, - остановился вместе со мной.
– Отлично, – бурчу я, вырываясь наконец.
Вхожу к комнату и... Ну, конечно. Чего я ждала... Здесь только одна кровать. Закатываю глаза, проходя дальше, осматривая комнату.
– Будешь спать, где хочешь, но кровать моя, – сказала я и тут же на неё упала.
– Может, это ты будешь спать, где хочешь? Для тебя это раз плюнуть... – пожал плечами Ал, как бы невзначай.
Я зло бросила в него подушку.
– Я не собака! Понял? Вон кресло. Спи там, – откидываюсь обратно, смотрю в потолок секунду, а потом вновь приподнимаюсь. – И вообще, я в бар. Со мной не хочешь?
Ал устало упал в кресло.
– Бар? Ты серьезно? Куда в тебя столько лезет?
– Не хочешь - не иди, но пить одной слишком стремно.
– Ты с какого вообще начала бухать?
– С 15? – натыкаюсь на ошарашенный взгляд. – Ла-адно, это был первый опыт. Это было случайно... на Новый год... – замолкаю, в воспоминания окунаясь. Если бы не тот Новый год, если бы не Алина, я бы с Егором и не встретилась бы никогда.
– Воу-воу-воу! Не делай такую грустную моську. Пойдем, я выпью с тобой. Но только совсем немного. Мы планировали отдохнуть, а не уйти в запой.
– Да-да, – махнула я рукой, поднимаясь. – Проверим, кто продержится дольше?
Ал тоже встал.
– Тц, ясное дело ты. У тебя же гребаный иммунитет, – глаза закатывает.

Ал проиграл уже с пятой. Пфф, слабак. Поставил рюмку на стол, почти лег на него, и смотрит затуманенными пьяными глазами.
Глоток делаю.
– Ты, если сказать что хочешь, говори. Не смотри так, будто сейчас свалишься.
– У тебя есть парень?
Жидкость чуть наружу не выплеснулась. Откашливаюсь, стучу себя чуть выше груди, рот вытираю, смотрю ошарашено и хмуро.
– Что? – ну, мало ли мне послышалось.
– Забудь, – бросает он и отворачивается.
Зубы стискиваю. Хочется переспросить, но вдруг это просто пьяный бред. Охотно в это верю.
– Черт! – чуть ли не выкрикивает вэнан младший. Я при этом вздрагиваю.
– Да что с тобой? – спрашиваю раздраженно. – Знаешь, пойдем-ка обратно. Сон тоже важен.
Хорошо, что я не настолько пьяная, чтобы соображать.
– Не-ет, – отвечает он. – Я ещё не всё. Мне нужно похоронить сестру, – просит ещё две рюмки.
– Ты... – лицо ладонью закрываю. – Ладно, ещё по одной и всё.
Чувствую, что голова уже на плечах не держит, мутнеет в глазах.
Мы не чокаясь выпиваем ещё по одной.
– А ты не ответила, – говорит Ал, обвиняя.
– На что?
– Так, у тебя есть парень? – вид у вэнана младшего пусть и пьяный, но серьезный, даже смотрит прямо, открыто. Его... это как-то волнует?
– Тебе какое дело? – отвечаю как-то слишком холодно.
– Это значит нет? – в голубых затуманенных глазах что-то мелькает. Хмурюсь, непонимающе.
– А что если да? Я не понимаю, тебе-то какое дело? Хочешь встать на его место? – губы в усмешке тянутся. Мне весело. А ему, кажется, нет.
– А если да?
– Ха! – не могу сдержать смешка.
Ал на мгновение смутился, глаза вниз опустил. Черт, реально ведь смутился.
– Я думаю, нам хватит, – говорю. Да, хватит этой пьяной неловкости, отрицания мысли, что упрямо лезет в голову. Да нет. Не мог же он...
– Ладно... Хватит... – мямлит Ал, поднимаясь со стула.
Я быстро иду в свою комнату. Сзади где-то он плетется. Бормочет какой-то бред:
– Нет-нет-нет, так не пойдет... Нет, я так не могу...
Вздыхаю раздраженно, поворачиваясь так, что чуть ноги не заплетаются, но мне удается удержаться.
– Ты там с ума сходишь? Прекрати на мозги капать.
Ал остановился в трех шагах от меня, его заметно трясет, тянет в разные стороны.
– Как же ты меня порой бесишь, – выдыхает устало. – Ну, как раньше...
Стою немного ошеломленная, потом губы поджимаю и говорю:
– Хэх, это взаимное чувство, человечишка.
Удивленно брови поднимает, не владея собой, делает шаг назад.
– Взаимное... чувство...
Хмурюсь непонимающе.
Ал рукой машет, голову отворачивает, словно отмахиваясь.
– ...да что я в тебе нашел... – и идет в комнату, обходя меня.
Я тупо моргаю, затем снова хмурюсь.
Чего?
Раздраженно-вяло захожу в комнату.
– Эй, придурок, а что это значит? – заглядываю за стенку.
Глаза не успевают, тело не успевает, реакция не успевает. Я только чувствую, как что-то мягкое, побитое касается моих губ. А потом доходит. Медленно, с запозданием приходит осознание, что меня целуют. Отчаянно так, с щемящей болью.
Ярость и злость вспыхивают мгновенно. Сил хватает только на то, чтобы оттолкнуть. Не надо было столько пить. Каждый раз себе это говорю.
– Какого хрена, вэнан?!
Наконец-то. Наконец-то мозги начинают потихоньку трезветь. С неким отвращением вытираю губы.
Ал стоит с опущенной головой. Как весь в воду опущенный. Внутри поднимается какой-то непонятный страх.
– Ты...
– Да.
Вздрагиваю. Всё разбивается. Вдребезги.
– Я... – его голос срывается. – Наверное, я самый большой неудачник на планете, раз влюбился в тебя. А парень, которого ты любишь, - победитель по жизни просто.
Отдаленно думаю, что победителем Егора назвать трудно.
Ал голову, наконец, поднимает. И всё так больно, так трудно, так невозможно. До крика, до воя, до взрыва. Смотрит своими туманно голубыми глазами, а меня изнутри разрывает.
– Ты ведь его любишь?.. Не знаю, что это за чувак, но я бы пожал ему руку, возможно, если он смог запасть тебе в сердце. Если бы не хотел её сломать... – подходит ко мне и встает боком, словно передумав уходить. – Я никогда не жалел, что встретил тебя. Жалел, что отпустил... тогда, в лесу. Не сразу понял, что вляпался, по уши. Но... я понимаю. В-вэнанди и зверь - это такой абсурд. Нам судьбой не суждено быть вместе. Я люблю тебя. Просто хотел, чтоб ты знала, – уходит. – Я в машине переночую. Спокойной ночи, Женя.
Думаю, кто из нас сейчас больше трезв? Думаю, что спать этой ночью не смогу.
Но ты прав, да. Человек и зверь вместе быть не могут. К тому же, будь всё по-другому, я уже люблю другого, и предавать его не намерена.
Я не знаю, как нам дальше играть в друзья. Теперь это всё решило. Всё определило. Будет проще расстаться и больше не связываться. Я ведь этого хотела и об этом думала.
Но, какого черта, ты до сих пор здесь стоишь, как гвоздями приколоченная?
Потому что не ожидала, да. Где-то в подсознании догадывалась, но отгоняла эту мысль, как назойливую муху. Она мне мешалась, не давала сосредоточиться. А этот взял и... и... влюбился. Придурок. Нашел в кого. И ведь сам понимает, что не дано, не возможно, не судьба.
Человечишка.
А завтра... Завтра надо будет обсудить эту проблему в трезвой и спокойной обстановке. Вот только спокойной она ни хрена не будет!