17.
В легком полумраке маленькой, но весьма уютной комнатки детский плач постепенно стих, и на некоторое время воцарилась непривычная тишина. Единственное окно, в независимости от времени суток, было всегда плотно закрыто тяжелыми шторами, а тусклый свет сейчас излучал лишь маленький трепещущий огонек давно уже оплывшей свечи, что стояла в центре небольшого хромого столика. Средних лет мужчина, сидевший за ним, наблюдал за, казалось бы, еще очень юной, хрупкой девушкой, нежно баюкающей на руках своего младенца, и мысленно подбирал такие необходимые сейчас для разговора слова.
- Ива, пойми, в Лиднгарде сейчас для тебя стало совсем небезопасно. Последние события ясно указывают на то, что наши враги прекрасно осведомлены где именно тебя искать. Их шпионы, похоже, уже повсюду, да и угуны стали позволять себе безнаказанно появляться среди людей. Они, без сомнения, тоже ищут тебя. - Снова и снова убеждал он девушку. - Ты должна, во что бы-то ни стало, покинуть этот город. И сделать это нужно, как можно скорее. Желательно еще вчера!
- Говори тише, Карл. Малыша снова разбудишь. - Девушка подошла к импровизированной детской кроватке, предусмотрительно поставленной в углу комнаты, и аккуратно, что бы не потревожить, положила туда закутанного в цветастые пеленки, мирно посапывающего ребенка. - Я все прекрасно понимаю. Но вечное бегство, постоянная необходимость скрываться, и ожидание чего-то страшного вымотало меня уже до предела. Моя, некогда спокойная и размеренная жизнь, стала похожа на какой-то беспросветный кошмар. Я так больше не могу. Я очень устала...
- Так уж вышло, Ива, что в этой, по сути еще даже не начавшейся, войне ты и твое дитя одни из самых ключевых фигур. Великий оракул предсказал твоему ребенку выдающееся будущее. Он...
- Да знаю я о чем говорится в этом пророчестве! - Несколько резко осадила Ива своего собеседника. Она присела на край скамейки рядом с кроваткой, и стала поправлять одеяльце. - Вот только, видят боги, я не хочу ему такого будущего. Не хочу!
- Я знаю. Всем матерям свойственно желать своим детям только лишь добра и счастья. - Карл тяжело вздохнул. - Но, к великому сожалению, мы не в праве выбирать свою судьбу. Как и в дальнейшем не в силах изменить нам предначертанное. Но раз уж твоему чаду суждено стать тем, кем он станет, ты, со своей стороны, должна быть достаточно сильной и мудрой, чтобы помогать ему в этом. А уж мы, со своей стороны, сделаем все возможное что бы помочь тебе. Ведь от этого зависит будущее всего нашего мира.
- Знаешь, мне сейчас как-то совершенно наплевать на то, какое будущее будет у нашего мира. И мы еще посмотрим, волен ли человек распоряжаться своей судьбой. - Сказала Ива и, стараясь не наступать на жутко скрипучие половицы, тихонько подошла и села за стол напротив своего собеседника. - Ладно, Карл, вы ведь все равно так просто от меня не отстанете, так что давай, выкладывай что вы там задумали на этот раз?
На усталом лице мужчины впервые за этот вечер показалась слабая тень неподдельной улыбки. Он тут же подался немного вперед, и непроизвольно накрыл рукой маленькую ладонь девушки. Та, в свою очередь, аккуратно высвободила свою ручку из неожиданного плена, и поспешила спрятать ее под стол. Ива уже давно подметила, что этого, сурового с виду, человека, переполняют по отношению к ней недвусмысленные нежные чувства, открытого проявления которых он старательно избегает, прекрасно зная что место у нее в сердце уже давно занято, а само сердце принадлежит другому.
- Завтра, где-то в районе полудня, за тобой придет наш человек. - Карл инстинктивно оглянулся на запертую дверь, и заговорил чуть тише, словно их здесь мог кто-то подслушать. - Ты должна собрать необходимые вещи, и быть готова отправиться с ним. Он должен доставить тебя до нового места. Куда именно я не знаю. Ради общей безопасности было принято решение ограничить ненужное распространение любой ценной информации. Могу лишь допустить предположение, что в этот раз Лиднгард для тебя и твоего ребенка останется далеко позади.
Карл вкратце рассказал девушке все что ему было известно, и вскоре покинул ее, оставив наедине со своими мыслями и переживаниями.
Очередной переезд в неизвестность Иву, конечно же, совсем не радовал, но так как бежать ей приходилось далеко не в первый раз, то относилась она к этому уже более спокойно и рассудительно. Все, что ее сейчас беспокоило - это жизнь своего ребенка. Жизнь, ради которой она не раздумывая сделает все что угодно, и пожертвует всем что у нее есть. И никакие боги не смогут отнять у нее сына.
- Ох, и угораздило же меня встретить его на своем пути... - Покачала головой девушка.
Она подошла к окну и, слегка отодвинув штору, осторожно выглянула на улицу. Солнце уже клонилось к закату. Из редких тучек накрапывал легкий теплый дождик. Немногочисленные прохожие старательно обходили грязные лужи и спешили по своим делам. Жизнь в городе продолжала идти своим чередом и ни кому не было дела до Ивы с ее ребенком, и до какой-то там илюзорнонадвигающейся войне...