#1.30
Сквозь глубокий сон я ощутила нежное прикосновение чьих-то пальцев к своей щеке. Глаза заволокла сонная пелена, и я не сразу разобрала, кто стоит надо мной, но сморгнув несколько раз, я узнала знакомый силуэт.
— Макс? Что ты здесь делаешь? — сонно промямлила я.
Он присел на краешек кровати, и на его красивое лицо упал яркий свет полной луны, от чего оно показалось белее обычного.
— Пришел к тебе.
Я отползла вплотную к стене, чтобы мы вместе смогли уместиться на этой узенькой койке. Он устроился на боку лицом ко мне. Наши ноги переплелись. Так близко друг к другу мы еще никогда не были. Я уговаривала себя быть скромнее, но не поцеловать его в столь интимный момент было невозможно. Макс откликнулся на мой поцелуй и прижался ко мне всем телом. По мне пробежала волна возбуждения. Безразмерная футболка задралась так высоко, что сердце пустилось вскачь, когда Макс коснулся прохладными пальцами моей спины. Я вцепилась в шлевки его джинсов. Поцелуй набирал страсть и становился все горячее... С моих губ сорвался стон. Макс тут же отстранил лицо, но не выпустил меня из объятий. Взгляд его был затуманен, он глубоко дышал.
— Лучше не заходить так далеко здесь, — прерывисто прошептал он.
К моим щекам прилил румянец. Хорошо, что мы были за пределами лунного свечения, и Макс не мог этого увидеть. Все во мне просилось проигнорировать его замечание и продолжить страстные поцелуи, но правда Макса — здесь было не лучшее место для подобных проявлений чувств. Я просто прижалась к нему покрепче.
Скоро мое дыхание выровнялось, и я уже начала засыпать в теплых объятиях Макса, когда он произнес:
— Ты сказала, что думаешь, что это был сигнал тебе обо мне.
— О чем ты?
— И если мертвецы приют покинут свой...
— Ты до сих пор анализируешь? — удивилась я. Прошла уже неделя с тех пор, как мы с Максом сидели в библиотеке и перебирали стихотворения в старом томике Байрона.
— Стихотворение явно не про нас. Нам подходит лишь эта строчка. И, пожалуй, последняя.
— По твоему тону можно предположить, что ты знаешь, кому это стихотворение подходит полностью.
— Ты права, — я услышала улыбку в его голосе. — Сказку на ночь?
Я устроилась поудобнее у него под боком и приготовилась слушать.
— История эта произошла в начале девятнадцатого века, — зашептал Макс. — Один юный джентльмен из семьи с приличным состоянием, полагавшимся ему по наследству, влюбился в прекрасную девушку из простой семьи. Из-за разности положений он не мог добиться от своих родителей согласия на венчание, а вот ее родители были, конечно же, не против. Так они и жили целых четыре года и страдали от того, что не могли связать себя узами брака. Его родители уже понимали, что это не мимолетное юношеское увлечение, как им казалось раньше, но этот факт никак не убедил их дать добро на помолвку. Они начали распускать лживые сплетни про его возлюбленную и ее семью. И завистливые подруги девушки поддержали их. Слухи доносились до молодого человека. Они стали реже видеться, чтобы утихомирить эту борьбу. Девушка часто просила своего возлюбленного о тайной встрече, но он отказывал. И однажды не выдержав, она нагрянула к нему сама и увидела то, чего совсем не ожидала увидеть — любовницу в его постели. Девушка умчалась прочь, но ее захлестнуло не горе предательства, а жажда мести. Она выследила и убила ту любовницу, за что и была казнена. Тот джентльмен раскаивался о содеянном в камере незадолго до ее казни. Она пообещала вернуться к нему, сказав, что даже смерть не станет для них препятствием. И ей это удалось. Она не попала в рай, поскольку совершила убийство, и потому стала блуждающим духом на земле. Прекрасно понимая, что вернуться на землю можно только в облике падшего ангела, она искала способы, как ей попасть на небеса. И случай выдался. Но не было там для нее настоящего счастья и блаженства без ее любимого. Она с легкостью пренебрегла жизнью своего подопечного, и вернулась падшим ангелом к своему возлюбленному. Он глазам не мог поверить, когда увидел ее, и единственное, что смог вымолвить: «Я думал, ты в раю». А она ответила ему: «Какой это рай, если тебя нет рядом».
— Хоть всё хорошо закончилось, но это не самая удачная сказка на ночь, — с упреком заметила я.
— Из-за смертей и убийств? Наверняка в детстве тебе рассказывали Красную шапочку. К сюжету не привыкать, и я не лучший рассказчик.
— Это что, реальная история?
— Сомневаюсь. Блуждающих душ не существует. Просто красивая ангельская байка.
Макс выпутался из одеяла и сел на краешек кровати. То место на спине, где только что лежала его рука, обдало неприятным холодком. Я натянула футболку пониже в надежде сохранить остатки тепла. То, что он так резко разорвал наши объятия натолкнуло меня на мысль, что я его чем-то спугнула, но я нашлась лишь коротким логичным вопросом:
— Уже уходишь?
— Да, нужно выспаться. Мне завтра рано вставать.
Я подцепила ноготком его футболку и потянула на себя, намекая на то, чтобы он подвинулся ближе. Но Макс никак не отреагировал. Тогда я вцепилась в ремень джинсов, но Макс снова даже не повернулся в мою сторону. Я ткнула его в бок, и сбежавшая улыбка скользнула по его лицу.
Смешно ему. Я дернула его за футболку. Он едва не рухнул на меня, но в следующее мгновение уже опирался на руки, склонившись надо мной, так близко, что дыхание сбилось. Его темные глаза горели. Все во мне желало, чтобы он был еще ближе. Я почти решилась притянуть его к себе, когда он сказал, чуть отстраняясь:
— Я поеду в город.
Я открыла рот, чтобы возразить, но Макс приложил указательный палец к моим губам.
— Вернусь к двенадцати.
Я провела кончиком пальца от скул до подбородка, спускалась по шее, к груди, к тому месту, где беспокойно билось его сердце. Белое-белое в свете луны лицо обрамляли черные, как смоль волосы. Так он казался еще более нереальным. Ох... когда я уже поверю в его второе существование, что он здесь, со мной, и перестану принимать этот факт за сказку.
— Мааакс, — осторожно протянула я, — Можно задать тебе вопрос?
Он плюхнулся на бок и тяжело вздохнул.
— Это уже знак.
— Знак?
— Когда спрашиваешь у меня разрешения, это означает, что ты хочешь спросить о моем ангельском прошлом. Два дня назад ты так же спросила у меня про бессмертие.
— И всё же?
— Валяй.
— Когда-нибудь каким-то неизвестным мне образом следы на твоей спине исчезнут, и тогда ты станешь самым-самым обычным человеком. Даже не бессмертным. Неужели тебя ничто не будет отличать от других? Какие-нибудь сверхспособности?
— Не знаю, — ответил он после недолгих раздумий. — Никогда не пытался дотянуться до них. Здесь, на земле, они не нужны.
Макс заставил меня замолчать поцелуем, прекрасно понимая, что одним вопросом я не ограничусь. И это сработало. Щекотливые искорки устремились вниз живота, по пути опаляя сердце, что заставляло его биться чаще. Жаль это продолжалось совсем недолго. Макс отстранился и встал с кровати, и я окончательно потеряла возможность до него дотянуться.
— Засыпай, Ариан. Сладких снов, — ласково прошептал он.
Расправив на теле мятую футболку, он открыл дверь, но тут же остановился. Задумчиво постучав пальцем по косяку, он набрал воздуха в легкие и собирался что-то сказать...
— А ладно, не важно.
Но слова так и остались при нем. Дверь закрылась с тихим щелчком. В надежде на то, что Макс вернется и скажет то, что хотел, я не сводила взгляда с дверной ручки и ждала, когда она опустится. Но ручка так и не опустилась. Дверь так и осталась закрытой.