Разрушение стен. Стадия 2
Прошло несколько дней с того разговора. Я не хотела подчиняться тем людям, что заходили ко мне в комнату. Какие-то главнокомандующие, тренера, дядя Марс, который больше всего хотел опробовать мои способности на деле, и с каждым днем мне все больше хотелось его убить, даже если он один из последних моих родственников.
Его голос заставлял мозг отключить слух, поэтому большинство слов, фраз и речей я просто игнорировала, отчего он жутко злой выходил из комнаты, громко хлопнув дверью напоследок.
Одним вечером зашла Агнес. Я ее совершенно не узнала. Перекрасилась в рыжий, сменила стиль одежды, говорила, будто совершенно довольна этой жизнью, хотя, зная прежнюю Агнес, я с точностью уверена, что таких слов она бы не сказала. У нас завязался долгий спор, в ходе которого мы лишь рассорились, она хлопнула белоснежной дверью, скрывшись в лабиринте белых коридоров этого здания.
Утром и вечером ко мне также заходила женщина и приносила еду на подносе, оставляя все на журнальном столике, а минут через тридцать снова приходила, чтобы забрать пустую посуду. Она ничего не говорила, не излучала никаких эмоций, просто выполняла свою работу, которую ей поручили.
Все это время я забивала сплошным чтением. Я читала книги, которые появлялись за ночь на моей тумбочке. Не знаю, кто их выбирал, но произведения чудесно подобраны под меня. Я просто садилась перед большим окном в комнате на серый ковер и читала взахлеб целыми днями.
***
Очередной тихий очень поздний вечер, тускло горящие ночники на тумбочках, увлекательная книга, пачка печенья, которую мне оставила та женщина, что приносила еду. Я сидела на кровати, облокотившись о спинку, полностью увлеченная развязкой истории в твердом переплете.
Кто-то постучал в дверь. Я поначалу не обращала внимания, ибо это, наверняка, очередной глупец, пытавшийся вытащить меня из этой сложившейся крепости. Но, не услышав разрешения войти, мой ночной посетитель самостоятельно открыл дверь и зашел.
- Не спишь?
Давно не слышала этого голоса.
- Как видишь.
Отложив только что дочитанную книгу, я подняла на него свой взгляд.
- Как книга?
- Хорошо.
- И все?
- Всё.
- А ты бережлива в словах.
- Я не нуждаюсь в общении. Тем более, с тобой.
- Ух, какая острая.
Он подходил все ближе, и вскоре мерцающий теплый свет начал освещать его фигуру, прорисовывая детали.
- Шон, уходи.
Медовые глаза заблестели, губы изобразили легкую ухмылку, а сам парень лег поперек моей белоснежной кровати.
- Завтра ты должна появиться на тренировке.
- Никуда я не пойду.
- В восемь будь готова. Найди в шкафу что-нибудь спортивное, волосы забери в хвост. И без опозданий.
- Ты оглох?! Никуда я не пойду. Сами тренируйтесь, если вам это надо.
Брюнет резко схватил меня за лодыжку и притянул к себе так, что я полностью была обездвижена его телом, лежащим на мне. Наклонившись к уху, он начал говорить тихим бархатным, но достаточно четким и убедительным голосом.
- Завтра я зайду за тобой и покажу, где проходят тренировки. Больше никаких игр, Кимберли. У тебя есть теперь команда, которую ты не имеешь права подводить. Они и так уже неделю получают наказание из-за тебя. Прекрати творить глупости. По-другому никогда не будет.
С минуту я еще чувствовала его дыхание на шее, но после меня будто что-то ударило по голове, проясняя одну мысль за другой, давая ответ на один вопрос за другим, и я вновь обрела дар речи.
- Так ты все знал, чертов ублюдок! С самого начала! Когда еще только появился!
Я яростно начала бить его своими кулачками по крепкой груди, отчего он не шевелился и лишь продолжал выслушивать все, что я только говорила. Он знал о создании восьмой изоляционной зоны. Он один из штатных, которым никогда не понять нас, обреченных на ломаную судьбу. Он вторгся в нашу жизнь, нагло пытаясь завоевать доверие и получить взаимную дружбу. Эта ложь особо злила меня. Ни одно его слово, ни один взгляд или мысль не были правдой.
Под конец, когда я уже устала кричать, а из глаз струились долгожданные слезы, он взял меня за запястья и поднял, заставляя присесть на кровати.
- Да, знал. Смирись уже с настоящим и прекрати вести себя как ребенок.
- Уходи. - Единственное, что я смогла произнести.
После этого он поднялся и подошел к тумбочке. Чуть поразмыслив над чем-то, он взял книгу в руки и начал направляться к выходу, под мои тихие еще не кончившиеся всхлипы.
Чуть открыв дверь, Шон остановился.
- Это моя любимая.
Покрутив книгу в руке, произнес он и уже окончательно скрылся за территорией только что рухнувшего моего каменного замка.