Глава четвертая
Друзья решили разделиться, чтобы расширить площадь поисков Тимира, но договорились, что не станут уходить далеко, и все время будут перекрикиваться, чтобы вновь не потеряться. Они внимательно осматривали все заросли, искали возможные ямы и заболоченные участки, куда мог провалиться мальчик, но лес отказывался уступать, так и не раскрыв им своих тайн.
Через некоторое время, когда ребята окончательно убедились в том, что в ближайших от находки окрестностях Тимира нет, они вновь встретились у торчащего из земли корня преткновения и стали соображать, что же делать дальше.
Роби предложил пытаться искать дорогу домой в ночном лесу, ориентируясь по луне и звездам. Правда, юноша мало представлял, как это делается, однако его уверенность заслуживала уважения. Но остальные не разделили его страсть к долгим прогулкам по жуткому темному лесу, наполненному леденящими кровь звуками и образами.
- Нам лучше всего устроиться на ночлег, - сказал Платон, глядя в темнеющее вечернее небо, едва проглядывающее в плотных зарослях деревьев.
- Прямо здесь? На сырой траве? – удивленно произнес третий мальчик, Даник, который все это время оставался практически незаметным, будучи погруженным в свое молчание. – Но мы же замерзнем и заболеем, ночью холодно.
Даник был самым младшим не только среди заблудившихся в лесу ребят, но и в мужской комнате, где жил с другими воспитанниками. У него был тонкий голосок, который пока не успели сломать бунтующие подростковые гормоны, и выглядел он в свои без пяти минут тринадцать ребенком. Его Платону почему-то было жальче всех остальных. Он был уверен, что младшего друга за собой потянули старшие товарищи вопреки его желаниям.
Нет, конечно, находиться в этой глуши не нравилось совершенно никому, но ведь они отправились на поиски Тимира по собственному желанию, все, кроме Даника. Так думал Платон. Он видел страх в глазах мальчика и очень переживал, что не может ничего для него сделать.
- У меня есть спички, мы разведем костер, - ответила Селена, снимая с плеча рюкзак. – От огня станет тепло, к тому же он отпугнет диких животных, если таковые тут имеются. Спальных мешков я, конечно, не предусмотрела, так как планировала все же вернуться домой до заката, поэтому придется спать на земле. Да не волнуйтесь вы так, все будет в порядке. Считайте, что это небольшое увлекательное приключение. Спорим, вы раньше не бывали в походе?
Девушка ободряюще улыбнулась и подмигнула растерянному Данику. Но Платон понимал, что сама она боится не меньше этого мальчишки, хоть и старается казаться сильной. Он поймал взгляд Селены и легкой улыбкой поблагодарил за помощь и поддержку, в очередной раз восхитившись ее стойкостью и предусмотрительностью.
Пока девушка вместе с Даником и Иланом разводила костер, Платон и Роби отправились собирать подходящие для растопки ветки.
- Думаешь, мы выберемся отсюда? – спросил Роби.
- Разумеется, - ответил Платон. – Лес не бесконечный, в любом случае куда-нибудь да выйдем.
Несколько минут они собирали ветки молча, пока Роби опять не заговорил.
- Мне кажется, что Тимира больше нет в этом мире, - голос мальчика стал мрачнее и загадочнее.
– Думаешь, он погиб? – Платон почувствовал, как кольнуло в груди.
Роби пожал плечами, на несколько секунд уставившись в одну точку, устремив взгляд сквозь Платона.
- Не знаю. Такое странное чувство внутри, будто он не жив, но еще не мертв.
- В каком смысле? – не понял Платон, ощущая нарастающую тревогу.
Роби глубоко вздохнул.
- Давай возвращаться к остальным, кажется, уже собрали достаточно.
Платон долго размышлял над словами парня и не мог понять, что же тот имел в виду. Еды у ребят не было, поэтому им пришлось лечь спать голодными. Селена расположилась у костра, положив под голову рюкзак, Илан и Даник заснули полусидя по другую сторону от нее. Роби прислонился к дереву поодаль, а Платон никак не мог сомкнуть глаз, и довольно долго после наступления темноты ворочался у огня, с тоской вспоминая мягкую и сухую постель с теплым одеялом и подушкой.
Из головы никак не шли слова Роби о не мертвом, но и не живом Тимире. Парень словно помешался после прошлого ночного кошмара, стал каким-то странным, навязчивым. Интересно, куда же все-таки пропадают местные дети, и почему их никому не удается найти? Платон подбросил несколько сухих веток в костер, и он затрещал, выпуская в воздух маленькие красные огоньки, которые ярко вспыхивали, но быстро исчезали.
Игра огня завораживала юношу, он грелся у костра, с интересом наблюдая за укрощенной природной стихией. Постепенно его глаза начали слипаться, и он решил, что пора уже снять с себя обязанность ночного хранителя огня и поспать, ведь утром им предстоит долгий путь в неизвестность. Он прилег рядом с Селеной, чтобы им обоим было теплее. Девушка, почувствовав рядом Платона, повернулась к нему лицом и носом уткнулась в шею, прижав руки к груди.
Юноша не ожидал такого интимного жеста от подруги и на секунду замялся, борясь со стеснительностью. Однако через пару секунду ему удалось справиться с волнением, и он обнял Селену, вновь наслаждаясь ее близостью. Рядом с ней он опять почувствовал себя сильным и независимым, защитником, который может согреть и гарантировать безопасность. Ему нравилась эта новая, пока еще не опробованная роль мужчины, и то, что Селена хотела быть с ним, придавало ему сил.
Платон растворился в своих мыслях, незаметно погрузившись в сон. Ему снился солнечный пляж у детского дома, они с Селеной держались за руки и неторопливо гуляли у края воды, смеясь и беззаботно беседуя. Ему было тепло и уютно, он ощущал комфорт и безопасность, до тех пор, пока чей-то пронзительный крик не заставил его вздрогнуть. Неожиданно Селена куда-то исчезла, а жаркий летний день превратился в холодную ночь, все вокруг потемнело и заиграло мрачными красками.
Платон вновь услышал крик, и на этот раз открыл глаза, поняв, что душераздирающий вопль раздается не во сне, а наяву. Он резко поднялся, заметив, что от костра остались лишь тлеющие угли, а небо постепенно начинает светлеть, и увидел напуганные глаза Илана напротив. Селена проснулась и удивленно осматривала друзей, пытаясь сообразить, что произошло. Рядом стоял Роби, изумленно вглядываясь в предрассветный лес, в ту сторону, где кричали.
- Где Данник? – встревожено спросил Платон, заметив, что мальчика нет. – Это он кричал?
- Кажется, да, - дрожащим голосом произнес Роби.
Не теряя ни секунды, ребята побежали на доносившиеся из чащи вопли, которые становились все менее слышными, глухими, словно Даник все дальше удалялся от них. Вскоре крики прекратились и мальчишки, за которыми с трудом могла угнаться Селена, оказались на полянке, усыпанной белыми цветами. Роби и Илан застыли на месте с открытыми ртами, их глаза округлились от изумления. Прибежавшая Селена несколько секунд пыталась отдышаться, облокотившись на колени, но когда выпрямилась, вскрикнула от испуга.
- Это то самое место из сна, - произнесла она почти шепотом.
Девушка приблизилась к Платону и обхватила его руку. Ее ладонь была ледяной. Поляна была усыпана крупными белыми цветами, образуя пышный ковер. То ли за счет нежных красок, то ли из-за того, что небо в этом месте не закрывали ветки деревьев, света здесь было больше.
- Вы чувствуете запах? – поморщился Роби. – Пахнет чем-то очень противным.
Едва уловимый запах гнили становился все более отчетливым с каждым дуновением ветра. Селена наклонилась к земле и сорвала цветок. Девушка поднесла его к носу, чтобы вдохнуть аромат, но внезапно закашлялась и отбросила его в сторону.
- Эти цветы, - брезгливо произнесла она, вытирая руки, - это они пахнут гнилью.
- Что это за странное место? – напуганно спросил Илан. – Даник, ты где? Ау! Ты нас слышишь?
Ребята попытались докричаться до пропавшего мальчика, прислушиваясь к звукам со всех сторон, но лишь скрип сучьев и отдаленный стук усердного дятла принес им ветер.
- Пропал! – раздосадованно выкрикнул Платон.
Парень схватился обеими руками за голову, потирая ладонями виски. Знакомое чувство вины черным туманом обволакивало его душу, заставляя чувствовать себя паршиво. И почему он не подумал о том, что кто-то должен дежурить ночью у костра? В этом странном лесу, как ему уже удалось понять, творятся странные вещи, и было очень опрометчиво с его стороны не договориться с ребятами о ночной вахте. Да он и сам бы всю ночь не сомкнул глаз, если бы только подозревал об опасности. Но его бдительность в этот раз, кажется, решила уйти в отставку.
Ребята бродили по поляне, рассматривая зловонные цветы, пока Платон пытался справиться с собственным гневом. Его вывел из раздумий удивленный крик Селены.
- Идите сюда! – позвала она парней, что-то задумчиво разглядывая.
Когда Платон подошел к девушке, он едва сам не закричал, увидев, на что она смотрит.
- Это тот самый колодец? – спросил он.
- Да, - хором ответили все трое.
У Селены побледнело лицо, Платону даже показалось, что в ее глазах блеснули слезы. Илан в ужасе озирался по сторонам и жался ближе к Роби, явно опасаясь увидеть здесь кого-то еще, кроме них. Никто не проронил ни слова, друзья растерянно смотрели на странное каменное изваяние, притаившееся посреди леса, и пытались понять, каким образом их жуткие сны ворвались в реальность.
- Что, если здесь прячется то двуглавое существо? – дрожащим голосом произнес Илан. – Надо уходить, иначе оно сцапает и нас.
- Мы не можем бросить Данника, - ответил Роби, который сам выглядел не менее напуганным. – Его надо найти.
- У нас не получится, - запротестовал Илан. – Мы зря пошли в этот лес, надо было послушать Платона и остаться дома. Тогда все были бы живы. А теперь что?
- Никто не говорит, что ребята погибли, - сказала Селена, не до конца веря свои словам.
Пролетевшая над головами с громким карканьем ворона нагнала еще больше страха на собравшихся. Друзьям хотелось бежать, куда глаза глядят, подальше от этого жуткого места, и в то же время замереть и не двигаться, чтобы не навлечь на себя еще большей беды.
Поляну плотным пледом укутывали белые цветы, сквозь которые практически не было видно земли. Но что-то привлекло внимание Платона в дурно пахнущих цветочных зарослях у самого колодца. Он подошел поближе, чтобы рассмотреть, и понял, что растения скрывали немало странного. Парень присел на корточки и раздвинул руками белые кустики, обнаружив под ними разноцветный носок. Остальные, как по команде, устремили взгляды на его находку.
- Это носок Даника, - вскрикнул Роби. – Это что же получается, что он упал в колодец?
- Или кто-то его туда сбросил, - с нескрываемым ужасом ответил Илан.
Платон осторожно наклонился над черной дырой, зияющей в недрах земли, крепко вцепившись руками в каменное основание колодца.
- Даник, ты здесь? – крикнул Платон, и его голос гулким эхом упал на самое дно, если у этого места вообще оно было. – Ты слышишь меня? Ты там?
Во взгляде Платона звучала мольба, он страстно желал услышать голос мальчика и понять, что он жив. Но никто ему так и не ответил.
- Да здесь целое кладбище вещей, - тревожно сообщила Селена.
Новый день постепенно вступал в свои права, небо становилось светлее, и теперь загадочная поляна просматривалась куда более отчетливо. В свете зарождавшегося утра стало понятно, что цветы скрывают от посторонних глаз не только влажную лесную землю, но и много чего странного. Платон раздвинул руками заросли неподалеку от колодца и обнаружил покрытую грязью дырявую кепку, по которой бегали муравьи. Эта потерянная кем-то вещь выглядела так, словно провела здесь не один год.
Роби выудил из-под другого кустика пластмассовые детские часы, желтые с красным узором. Они не работали и выглядели такими же потрепанными временем, как и кепка. Поблизости парни обнаружили еще несколько грязных и даже частично сгнивших вещей, которые явно пролежали здесь много времени. С каждой находкой ребятам становилось все противнее. Илана происходящее потрясло больше всех, он неустанно озирался по сторонам с круглыми от страха глазами, за каждым кустом мальчику мерещилось зло.
Селена складывала найденные вещи у колодца и рассматривала их, пытаясь отыскать что-то знакомое, но никому из ее друзей они явно не принадлежали. Это ее немного успокоило, но в то же время расстроило. Она не меньше Платона мечтала выяснить, куда исчезают дети, и это место, кажется, готово было предоставить ответы. Но не так, как она хотела. В мыслях, словно кадры кинопленки, пронеслись образы из вчерашнего ночного кошмара. Это здесь стоял тот двухголовый тип, возле этого колодца. Он был похож на человека, но в то же время его образ говорил об обратном.
Существо напоминало сросшихся сиамских близнецов с двумя головами на одном теле. Оно было толстым и рыхлым, даже во сне Селена ощутила дикий страх перед его ужасающим величием. От него исходила необъяснимая аура, вселявшая необузданный первобытный страх, которая наводила на девушку дикую панику. Неожиданно сердце Селены забилось, как ненормальное, по коже побежали мурашки, отчего-то ей стало дико холодно, а в животе образовалась бездонная пропасть, постепенно заполняющаяся леденящим кровь страхом.
Девушка не понимала, что с ней происходит. В это мгновение она казалась себе бесплотной субстанцией, безвольной и бессильной против чего-то неуловимого, чего-то жестокого и беспощадного, мрачного, как ночь, кого-то, кто был рядом, хоть его и невозможно было увидеть. Селене почудилось, что ее зовет по имени тонкий детский голосок, доносящийся из колодца.
Она не отдавала отчета своим действиям, что-то неосязаемое дергало ее за ниточки, как марионетку, и направляло прямиком к погибели. Девушка не могла говорить, словно ее рот был зашит грубыми нитками, и совершенно не могла сопротивляться. Она сделала шаг в сторону колодца, и через секунду тишину вокруг взорвал чей-то плач. Он становился все громче и надрывнее. К одному голосу присоединился целый хор мрачных душераздирающих воплей ужаса, словно из преисподней. Она ощущала, как сливается с ними, становясь частью этого жуткого безумия.
С трудом Селена повернула голову, чтобы попытаться позвать на помощь Платона, но язык не поддавался, она попросту онемела. Парни, увлеченные раскопками потерянных вещей в пахнущих гнилью цветах, кажется, не замечали ничего необычного. Из глаз Селены полились слезы, она не хотела сдаваться, и пыталась сопротивляться, но невидимая сила была могущественнее. Что-то продолжало подталкивать ее к колодцу, и через мгновение она уже смотрела в бездонную черную бездну, перевесившись и оторвав ноги от земли.
Изо всех сил девушка пыталась закричать, ее пальцы крепко впились в каменные края колодца, но она понимала, что не сможет устоять и в итоге все равно упадет. Едва уловимый стон вырвался из ее горла, она надеялась, что друзья ее услышат, но Платон повернулся к ней слишком поздно. Он рванул с места, едва заметив, что Селена висит над пропастью и вот-вот упадет. Парень в два прыжка преодолел разделяющее их расстояние и схватил подругу за ногу. Успел!
Впервые в жизни он испытал страх, поняв, что может навсегда потерять Селену. Ничего подобного раньше юноша не ощущал, это мерзкое чувство острым лезвием вонзилось в его грудь, нанеся глубокие раны. Внутри него что-то взорвалось, по венам разлилась ноющая боль, каждая клеточка его тела полыхала от ужаса. Платон попытался вытащить Селену обратно из колодца, но она словно сопротивлялась.
- Меня что-то тянет вниз, - наконец закричала девушка. – Помогите!
Роби и Илан уже стояли рядом с Платоном и держали Селену за вторую ногу, пытаясь вернуть ее. Однако невидимая сила продолжала тянуть Селену на дно колодца, злобно посмеиваясь над попытками ребят.
- Мне больно! – вопила Селена. – Пожалуйста, вытащите меня отсюда!
Роби видел, как его руки сползают с ноги девушки, но он не был властен над этим. Илан, судя по реакции, тоже ощутил на себе воздействие чего-то потустороннего. Он оказался слабее остальных парней, и нечто без труда оттолкнуло его от колодца. Илан отлетел в сторону, подмяв под собой ковер из зловонных цветов, которые сразу же наполнили воздух еще большим смрадом, и посмотрел на свои руки. На них он увидел жуткие красные следы, словно от пальцев, огромных сильных пальцев.
Вскоре и Роби перестал сопротивляться и отпустил Селену, упав на землю, как и его друг минутой ранее. Не сдавался лишь Платон. Он будто стал еще сильнее, вступив в схватку с невидимым противником, пытающимся забрать его девушку. Он ни за что не отпустит ее, как бы колодец не старался ее поглотить. И если она упадет, парень полетит вслед за ней. Он просто не сможет поступить иначе.
Подул сильный ветер, пронизывающий до костей. Словно прочитав его мысли, невидимая сила резко дернула Селену вниз, и Платон, не сумев устоять на ногах, полетел в колодец вслед за ней.