Парацельсия

Начало следующего дня было совершенно таким же: Леська разбудила Гошу с утра пораньше, подождала, пока он доест принесённые ей кушанья (сам парень до сих пор не понимал, почему завтракать ему приходится в собственной комнате, а не в столовой), а потом болтала до тех пор, пока не пришёл Скворецкий.

После того, как Леся и Андрей снова провели традиционный утренний обмен слюнями, Скворецкий повёл Гошу к лифту. Они вновь направились на девятый этаж, но теперь зашли....

Они оказались на настоящем полигоне. Вернее, не на настоящем, а спроецированном, но выглядело здесь всё более чем реально. На небо, тусклое от надвигшихся дождевых облаков, скрывающие солнечные лучи, и просторы, расстилающиеся в бесконечную даль Гоша не обратил внимания. Он знал, что всё это – иллюзия, поэтому в первую очередь занялся рассматриванием и изучением здешних сооружений. Были ли голограммами они – парень понять не мог.

В дальнем конце комнаты стояли мишени, одни из них были обычными кругляшками с красным кружочком в сердцевине, другие – фигурами людей, и так называемое «яблочко» горело прямо в центре головы. У противоположной стенки высились бетонные блоки и старые разрушенные постройки. А вот в центре помещения, прямо напротив выхода, находилось сооружение, напоминающее место, где во всех фильмах полицейские учатся стрелять. Оно представляло из себя стойку с лежащими на ней наушниками и различными видами оружий: автоматы, пистолеты, гранаты и даже метательные ножи.

– Я надеюсь, ты не будешь обучать меня владеть всем этим, – презрительно усмехнувшись сказал Гоша, кивая в сторону стойки. И только закончив фразу он вдруг осознал, что впервые со дня знакомство с Андреем обратился лично к нему. Причём обратился на «ты». К счастью, сам Скворецкий либо был не против этого, либо просто пропустил мимо ушей. Или до сих пор мысленно летал в облаках от поцелуев с Леськой.

– Буду, – коротко ответил он, подходя к стойке. – Начнём с теории. Чтобы владеть оружием, нужно знать оружие, а для этого придётся вывернуть все его «кишки». Проще говоря, тебе необходимо обучиться сборке и разборке каждого лежащего здесь огнестрельного оружия.

– И зачем мне это? – всё недоумевал парень. – Я всего лишь отправляюсь в разведку, а не на фронт. А что, если эта червоточина ведёт, например, в кабинет президента? А я у него с пистолетом появляюсь! Меня же его телохранители моментально убьют!

– Не ведёт, – сказал, как отрезал Скворецкий.

– И почему же? – с подкравшимся подозрением в голосе спросил Гоша.

– Если бы червоточина вела к президенту, – недолго думая, ответил Андрей, – те люди не пропали бы без вести.

– Гм, – задумчиво произнёс Гоша и замолк. Такой ответ под сомнения не поставишь.

Тем временем Скворецкий, сделав вид, что их маленькой перепалки и не было, приступил к обучению. Хотя вообще он даже ничего не объяснил: только схватил старую, но проверенную годами и войнами модель автомата АК-47, лежащую с левого края, разобрал его за несколько секунд, также быстро собрал обратно, а затем коротко изрёк:

– Сможешь повторить?

Гоша нарочито громко фыркнул и проделал тот же трюк, но за меньшее время. Пока Скворецкий всё удивлялся такому внезапно хорошему результатом, парень повторил воспроизвёл ту же операция и с оставшимся оружием.

– И где ты этому научился? – поинтересовался Андрей со странной, совсем не присущему его голосу, ноткой, напоминающей то ли уважение, то ли почтение. Впрочем, это практически одно и тоже.

– Годы задротства, – насмешливо произнёс Гоша, что вызвало волну истерического хохота у Скворецкого. И только после этого парень понял, какую глупость он ляпнул. Ну надо же было в такой крутой момент опозорить самого себя! – Я имел в виду, игровых стимуляций. Там же когда играешь, все свои действия воспроизводишь и в реале. В войнухи я чаще всего рубился, вот и натренировался...

– Ладно, боец, – подавляя новый порыв смеха произнёс Андрей. – Лучше покажи, чего ты в своих игрульках ещё научился, – сказал он уже привычным строгим голосом, взмахивая рукой в сторону мишеней.

Не теряя лишнего времени, Гоша надел наушники и по очереди выстрелил по нескольку раз из каждого оружия, всё время попадая прямо в «яблочко», отчего в центрах некоторых мишеней уже зияли дырки. Пули стали пролетать сквозь образовавшиеся отверстия и останавливались только при ударе об стенку. Со стороны это выглядело очень странно, ведь казалось, что пуля столкнулась с невидимой преградой.

– А теперь гранаты, – направил парня к дальнему краю стола Скворецкий. Гоша непоколебимо выполнил приказ. Первую гранату он швырнул так сильно, что та отрекошетила и полетела к нему обратно. Когда граната упала у его ног, парень мигом перепрыгнул через стойку и прижался к её спине. Раздался взрыв, услышанный даже сквозь специальные наушники. Гоша приподнялся со своего места и увидел, что Скворецкий всё ещё стоял на своём месте, даже не пошевелившись.

– Глупо от голограммы прятаться, не находишь? – спросил он со своей фирменной усмешкой.

От досады Гоша лишь прикусил губу, чтобы не сорваться и не закричать на этого придурошного Андрея. Он-то уже привык, что в игровых симуляциях всё, как по-настоящему – шлем как-то подключается к мозгу и подаёт ему специальные команды. Вот, например, когда в игре кто-то стреляет и попадает Гоше в плечо, нужная команда моментально переходит в мозг, тот, в свою очередь, передаёт информацию по нейронным связям и тогда уже возникает самая настоящая боль. Некоторые игроки специально перенастраивают шлем так, чтобы они боли никакой не чувствовали. Тогда они могут бегать даже без рук, ног, и головы (которые, как правило, немеют, если в игре одна из этих конечностей отрывается), и с простреленными насквозь туловищем. Гоша таких людей не понимал и ещё больше не уважал. Лично ему, наоборот, было приятно чувствовать боль, ощущать себя непосредственно на поле битвы. Правда, некоторые баги, например, когда ты просто бежишь по чистому полю, никого вокруг тебя нет, никто в тебя не стреляет, но тут тебя пронзает внезапная острая, просто адская боль в области груди – вот это всегда сильно раздражало и заставляло взламывать сервак и самому его перепрограммировать, потому что от самих разработчиков игры этого фиг дождёшься. Больше с игрой Гоша ничего не творил, даже оружие себе не накручивал, не то, что эти читеры. А тем более у подобных махинаций с шлемами был большой риск – игра для игрока заканчивается тогда, когда он чувствует свою смерть, а те, кто ничего не чувствует, могут застрять в игре навсегда, пока не умрут уже в реальности от естественных причин – голода и жажды, например.

Вернувшись на своё место за стойкой, Гоша в гневе повзрывал все оставшиеся гранаты, даже не обращая внимания на то, как те, отлетая от стенок, падали и взрывались рядом с ним. Разобравшись с гранатами, парень без приказа Скворецкого приступил к ножам. Центры всех мишеней были жутко растормошены и метать в них ножами было бессмысленно, поэтому Гоша решил метиться в самые края мишеней. Это оказалось ещё сложнее, чем попадать в «яблочко» силу нужно было рассчитать так, чтобы нож застрял на самом краю мишени, наполовину зависнув в воздухе, а плотно застрять в ней или вообще пролететь мимо.

– Ну что ж, боец, отличные результаты, – хвалебным голосом произнёс Андрей. – Возможно, теперь мы даже успеем отправить в червоточину уже сегодня вечером.

На лице Гоши расползлась довольная улыбка – такое поощрение сейчас для него было самым ценным.

– Но для начала тебе предстоит пройти ещё одно, итоговое испытание, – добавил Скворецкий мрачным тоном и поспешил к выходу. Гоша немедленно последовал за ним, но Андрей жестом приказал ему дожидаться его здесь, а затем закрыл двери перед самым носом парня.

Чтобы не томиться в ожидании, Гоша вернулся к стойке, схватил первый попавшийся пистолет и стал проделывать с ним всякие трюки: то прыгнет куда-то в бок и начнёт стрелять в полёте, то, наоборот, прижмётся к земле и станет отстреливаться от воображаемых врагов из положения полулёжа. Затем Гоша взял в свободную руку другой пистолет и стал практиковаться в стрельбе одновременно из двух пистолетов, а после этого представил, что за ним находится вражеский солдат и, повернувшись в прыжке на сто восемьдесят градусов, начал сокрушительную атаку. И тут его сердце застыло.

Человек был вовсе не воображаемым, а самым настоящим. В его грудь вошли все шесть пуль, и теперь он, упав на спину, лежал в луже собственной крови, дыша из последних сил.

Не успел Гоша опомниться, как на него набежало ещё трое с разных сторон. Некоторое время парень продолжал смотреть на убитого им солдата в чёрной униформе, но когда один из прибывших скрутил его руку, а другой нацелил пистолет прямо ему в голову, Гоша очнулся. За считанные секунды он вырвался из цепких лап врагов и устремился вперёд, к разрушенным домам. Противники последовали за ним.

Пытаясь спрятаться от преследователей, Гоша решил затаиться в углу чердака, но только он ступил на лестницу, как тут же почувствовал холодную тонкую нить из стали. Кто-то с силой пытался прижать её к шее парня, но Гоша резко ударил противника локтем под дых, и тот свалился на пол. Однако так просто сдаваться он не захотел, поэтому через секунду его рука уже сжимала пистолет. Гоша в один прыжок преодолел образовавшееся между ними расстояние, обхватил шею противника ногами и повалил его на пол. Парень упал и сам, но своевременно откатился назад, подбирая и пистолет врага, который тот выронил из рук. Противник в чёрной униформе, из левого виска которого сочилась тёмная кровь, попытался схватить Гошу за лодыжку, но парень, недолго думая, направил на него подобранный пистолет и нажал на курок. Быстро и хладнокровно.

А звук прибежали и двое оставшихся противника, но пока они забегали в дом, Гоша уже успел забраться на второй этаж и выпрыгнуть из окна. Благодаря песку приземление вышло мягким, но и из-за этого Гоша по щиколотку увяз в земле. Выбравшись из природной ловушки, парень устремился обратно к стойке, где его уже поджидала ловушка. Только стоило Гоше запихнуть под пояс два запасных ножа, из мишеней в виде людей тут же выпрыгнули настоящие противники. На первый взгляд парню показалось, что их пятеро, но на математике решил не зацикливаться и приступить к действию. Хотя вопрос, откуда они вообще взялись, навязывался сам собой.

Один из накинувшихся сделал подкат, повалив Гошу с ног, и начал усиленно бить его кулаками по лицу, но, стерпев четыре удара, парень собрал все свои силы и скинул с себя чёрного солдата. Тот, ударившись головой об стойку, не на долго потерял сознание.

К этому времени поспешили оставшихся четыре (всего их действительно оказалось пятеро). Они накинулись на Гошу со разных сторон, и парень, не успев отбиться, опять упал на землю и получил новую порцию синяков. Вновь собравшись с силами, он всё-таки смог схватить одного из нависших над ним домогателей за шиворот и швырнуть его вперёд, тем самым сбив с ног ещё двоих. С последним уцелевшим Гоша расправился быстро: сперва перекинул его через бедро, а затем, с мыслью о том, что иначе от них не отвязаться, резким движением свернул ему шею.

Те трое уже пришли в себя, к ним на помощь подоспели и двое из дома. Продумав несколько вариантов, ведущих к победе, Гоша достал из пояса ножи и швырнул их в двух противников, стоящих к нему ближе всего. Лезвие ножей проникло в их лбы по самую рукоятку. От третьего противника Гоша избавился, выстелив ему в висок последней пулей. Вышвырнув уже непригодное для стрельбы оружие, парень подбежал к двум трупам с текущей из головы кровью. Он хотел одновременно выдернуть оба ножа из их дурных бошек, но те так глубоко вошли внутрь черепа, что даже Гоше не хватило его сил. К тому времени, пока он успел вытащить только один из ножей, двое оставшихся противников оказались всего в пяти метрах от него. Парень не испугался и побежал к ним навстречу, заставив тех замереть от неожиданности. Гоше это было только на руку. Опёршись рукой на плечо одного из них, парень оторвал ноги от земли и ударил ими в челюсть другого. Инцерция в купе с гравитацией потянули Гошу вперёд. Не сопротивляясь силам природы, парень остановился позади единственного стоявшего на ногах противника, обвил его шею рукой и сделал глубокий надрез чуть ниже кадыка. Последнему живому врагу Гоши досталось больше всего: парень голыми руками сдавил его черепушку, выпуская весь свой гнев.

– Это было нечто, – рассмеявшись, заявил незаметно вошедший Скворецкий.

Тяжело пыхтя, Гоша опустил взгляд на убитых, но их тела внезапно исчезли, словно расстворились в воздухе.

– Куда они делись? – недоумевая, спросил парень.

– А ты что, думал, что они настоящие, – задирая брови, удивился Андрей.

– Ну... да... – неуверенно проговорил Гоша, и только после этого до него дошло. Это же были голограммы! Простые, совершенно обыкновенные голограммы! Но Гоша ведь убил их, даже не подумав об этом! Он совершил всё это, приняв их за самых настоящих людей!

– Мда-а, – протянул Скворецкий. – Я всегда знал, что эти ваши симуляционные войнушки делают из детей психов, ведь не зря же их уже несколько раз пытались запретить... Хм, а ведь если бы это были реальные люди, ты бы так же хладнокровно их убил?

Гоша не ответил, потому что такая правда ему была не нужна.

– Странно, что мы не заметили этих отклонений при твоём сканировании, – задумчиво, как бы для себя подметил Андрей. – Хотя это ведь была самооборона...Да и разум у тебя не отключался, раз на меня не накинулся... Хороший же из тебя солдат выйдет, пацан, – почтительно проговорил он, одобряющее похлопывая Гошу по плечу. – Ладно, дружок, теперь нам в комнату напротив.

На несколько секунд Гоша замер от недоумения. Пацан? Дружок? Что это значит? Неужели после того, как он убил семерых человек, Скворецкий проникся к нему уважением?

– А как же... – вдруг вспомнил Гоша и тут же осёкся. – Стоп... Это и было последнее испытание? Итоговое?

– Ага, – подтвердил Андрей. – После того, как ты научился владеть своим телом, мы закинули тебя на полосу препятствий, где все полученные навыки – приседания, подтягивания, отжимания, прыжки и всё остальное, – ты мог бы показать в реальных условиях. И сейчас, после обучения самообороне и владением оружия, мы закинули тебя на полосу препятствий, чтобы ты вновь показал приобретённые навыки.

После этих слов Скворецкий направился к выходу, приложил ладонь к голой стене, вместе с Гошей прошёл через коридорный проём к двери напротив, а потом они вошли туда. На девятом этаже Гоша ошивался уже несколько дней, но в этом помещении был впервые. Интерьер здесь был стандартным – чёрные стены с ярко-голубыми лампами. А вот всё остальное...

Вдоль стенок громоздились огромные стеллажи с различными устройствами, о предназначении которых Гоша даже догадаться не мог. Перед ними в несколько рядом стояли роботы, каждый не похожий друг на друга. Одни были обыкновенными железяками (так роботов представляли лет сто назад), другие отдалённо напоминали форму человека, а третьи и вовсе было невозможно отличить от настоящих людей... если только не вскрытые головы с торчащими проводами и микросхемами.

– А это что, оружие? – поинтересовался Гоша, кивая на стеллаж со светящимися пушками, похожими на те, что показывали в фантастических фильмах о будущем.

– Ага, – коротко ответил Скворецкий, но уже без привычной надменности в голосе. – Вообще после того, как ты бы разобрался с устройством обычных оружий, я планировал приступить к изучению наших усовершенствованных устройств, но раз ты так ловко справляешься со старыми моделями, я решил, что просто дам тебе усовершенствованный Макар.

Он подобрал с полки пистолет и вручил его Гоше. Парень с любопытством стал его рассматривать: по форме он ничем не отличался от оригинала, но, во-первых, выглядел очень специфически – с сияющей синим цветом рукояткой. Возле курка торчала маленькая кнопка, нажав на которую Гоша увидел, как от мушки, возвышающейся над дулом пистолет, исходил красный луч.

– Надеюсь, тебя не смутит, что подсветка синяя, а прицел – красный, – ухмыльнулся Скворецкий, но не как раньше, а по-дружески. – Впрочем, я оценил твою меткость и уверен, что она тебе не понадобится. Лучше магазин посмотри.

Гоша кивнул и нажал на кнопку ещё раз, чтобы луч исчез, а потом надавил на другую. В руки ему тут же выпал магазин.

– Сто двадцать пуль, – самодовольно доложил Андрей. – Они очень маленькие, но сам пистолет устроен так, что даже с большого расстояния они могут пробить дырку в голове. Ещё одна их специфика – яд белладонны, который при попадании в кровь парализует центральную нервную систему.

Они подошли к ещё одной стойке, чем-то напоминающей операционный стол. Сначала Гоша подумал, что это ещё один «гигантский планшет», но оказалось – обычный стол.

– Я уже подобрал необходимое для тебя снаряжение, – заявил Скворецкий, проводя рукой над странными устройствами. – Это, – он указал на небольшой прямоугольный гаджет с прищепкой, – будет записывать результаты окружающей среды: влажность, температуру, давление и всё-такое, включая самое главное: гравитационную силу, радиацию и так далее. Оно может передавать данные на наши компьютеры, но не на очень большом расстоянии, поэтому на всякий случай в нём есть синхронизация. Будем надеяться, что эта штуковина не сломается в червоточине и не испортиться от тамошнего магнетизма... О, а вот эта вообще вещь, – при виде совершенно обычного с виду жилета, состоящего из каких-то пластин, у Андрея загорелись глаза. – Это квантовый камуфляж –хамелеон, короче. Позволяет маскироваться под окружающую среду, если тебе вдруг по дороге попадётся какой-нибудь динозавр, а спрятаться будет негде. Экзоскелетные ботинки, помогающие снизить усталость ног при ходьбе. Белёв вообще хотел тебе весь костюм подогнать, но я не думаю, что в нём будет удобно сестру разыскивать... Это фонарик, самый обыкновенный, без всяких премудростей. Зажигалка, тоже простая. Рюкзак очень интересный. В него встроен вай-фай роутер, хотя он тебе не понадобится... А вот встроенная зарядка очень к месту. До полного истощения может зарядить телефон до тридцати раз. Да, телефон мы тоже тебе новый выделили, в нём сам разберёшься, ты ж у нас гений... Скажу только, что в нём есть специальная программа, с помощью который ты можешь... не, с помощью которой ты должен рисовать местность. Во-первых, чтобы мы в конечном итоге смогли составить полноценную карту того, куда ты попадёшь, а во-вторых, это позволит тебе самому не заблудиться и вернуться к червоточине вместе со своей сестрой... В рюкзак мы уже уложили зажигалку, фонарики – его, если то, тоже сможешь подзарядить, – ножик многофункциональный, палатка хорошая, одежда всякая, аптечка... Ну и самый главный аксессуар, – торжествующе произнёс Андрей, открывая небольшой контейнер с двумя круглыми разделами. – Линзы-компьютеры. Они будут выполнять роль видеокамеры – записывать всё, что ты видишь. Также в них можно делать всё тоже, что и с обычным компьютером. Читать книги, просматривать фотографии, играть в симуляциях... Музыку слушать нельзя, это ведь не уши, но ты можешь накачать её на телефон, а потом подключить к рюкзаку и слушать через встроенный бумбокс. Кстати, да, если хочешь в дороге что-нибудь почитать, посмотреть или послушать – иди скачивай прямо сейчас, пока не забыл, иначе будешь тосковать в своём путешествии. USB-проём у линз в контейнере, вот... А, чуть про контейнер не забыл.

– Контейнер? – переспросил Гоша.

– Контейнер, – слегка раздражённо повторил Скворецкий. – Со встроенным 3D-принтером. Работает по тому же принципу, что и в нашей столовке, только меню победнее будет. Ну и сильно не нажирайся, потому что «чернила» не бесконечные, надолго не хватит. Ещё там целая банка с кофе есть, а вот воду тебе придётся самому добывать.

– Как много вы для меня приготовили, – смущённо проговорил Гоша, не в силах отвести взгляда от всех этих крутых устройств.

– Мы ведь тебя ценим, – вкрадчиво промолвил Скворецкий, отчего у парня пробежал странный холодок по спине. – В общем, забирай это всё, шуруй к себе вниз, потом сходи в столовку и поешь, а затем уже переоденешься и скачаешь всё, что нужно. Как будешь готов, зайдёшь в кабинет Белёва. Кстати, пока время есть, можешь в душ сходить или поспать. Тебе и то, и другое не помешает, а то воняешь жуть как сильно, да и после стольких драк наверняка выдохся.

– Ну, типа того, – промямлил Гоша. Он с некоторой нерешимостью запихнул все разложенные на столе устройства в рюкзак (тот и так был наполовину наполнен, но, к счастью, он оказался куда больше и вместительнее, чем казался снаружи), а затем, взгромоздив его себе на спину, поплёлся к лифту.