Я ставлю свои слезы

                                                                               "Мы поможем"

 Я проснулась от того, что кто-то тряс меня за плечи. Передо мной сидела мама. Аегель сидела рядом и терла глаза. Вчера вечером Деметриус сказал нам с сестрой спать на его кровати, а они с Крисом где-то откопали два спальных мешка. Если честно, мне кажется, они были готовы к такому поведению Александра, ведь у Деметриуса в шкафу было еще куча шоколадных батончиков, соков и фруктов! 

 -- Ребят, послушайте, вы как? 

Дела наши, откровенно, обстояли плохо. У Аегель все глаза были красные после вчерашнего, и образовались синяки под глазами. У меня ужасно болела голова. Если бы я была стеклянной, то она бы, наверняка, раскололась. Не знаю, правда, как чувствовали себя ребята, но что-то мне подсказывало, что не очень. Мама дотронулась до наших с сестрой лбов, потом до лбов мальчиков и с ужасом воскликнула: 

 -- Да вы все горите! Вам нельзя в таком состоянии в школу! Александр уже ушел на работу, но он все равно бы не согласился со мной, и чисто из-за злости отправил вас так в школу. Я не могу снять с вас его наказание, потому что вы действительно очень провинились, но дома вы останетесь все. Но не воспринимайте это как привилегию, потому что вы из кроватей и мешков не вылезете, будете пить лекарства, горячий чай с лимоном и еще я сварю вам бульон. 

 Мы с Аегель скривились. Мы ненавидели куриный бульон. Он безвкусный и от него потом губы жирные. Фу! А чай с лимоном! Он же кислый и горький! Возможно я говорю, как трехлетний ребенок, но это невозможно есть! Я обернулась на Криса с Деметриусом и те выглядели ошарашенными. 

 -- Это как? -- не понял Крис. -- Папа обычно дает нам по две таблетки жаропонижающего и говорит: "Вперед и с песней!" Мы дома оставались раза два за всю жизнь - когда ветрянкой болели, и в больнице один раз я лежал, когда ногу сломал. Да и то, встать не успел, папа в школу послал. Не знаю даже, это нормально... 

С каждым днем все больше нового про Александра... Да как они так живут? Мама похоже придерживалась того же мнения: 

 -- Да как так можно? Вам же плохо! Это вовсе ненормально, Крис! Это безответственно! Никуда не уходите! 

Мама убежала, а у ребят продолжал быть такой вид, будто им сказали самую невероятную новость в мире. Мы стали ждать маму, но заняться все равно было нечем, поэтому все остались на своих местах. Никто ничего не говорил, а тем более не обсуждал вчерашнее. Меня знобило, поэтому я укуталась в одеяло. На самом деле, это было очень странно... Да бывало такое, что после стресса, который между прочим случался с нами крайне редко, у нас с сестрой могла подняться температура. Но чтобы у всех нас сразу! Даже после произошедшего, это было вряд ли возможно... Еще стоило подумать о Орлане. Что нам теперь делать? Комната, для сражений с ним, теперь для нас не доступна, мы заперты. да еще и заболели! Кошмар какой-то! После того дня, когда Оля заболела, все в моей жизни пошло наперекосяк! А ведь мне не на что было жаловаться! У меня были друзья, я с радостью ходила в школу, домик у нас был хороший, никто в нашей семье не ссорился... Однако все стало просто ужасно! Вообще есть шанс, что этот чудак нас прибьет. Надо было обсудить все с Деметриусом. 

 -- Деметриус, помнишь тот отвратительный проект по биологии, который нам очень нужно было уничтожить? Ключевые слова "синие волосы" и "уничтожение человечества". 

М-да, не вышло так, чтобы внимания ребят не привлекать. Аегель с Крисом смотрели на меня так, будто я была приведением. 

 -- Ребят, что мы все не очень дружим, но вы должны понимать, что я и Аегель уже слишком много слышали, -- начал Крис. -- По правилам настоящих заговорщиков, вы должны нас либо убить, либо все нам рассказать. Не думаю, что вы способны на первый вариант, поэтому выкладывайте все. 

 А ведь он прав. Мы были слишком не осторожны. Нам все равно сидеть в одной комнате целую неделю, не думаю, что удаться хоть что-то скрыть. Деметриус кивнул, и мы начали рассказывать. Решили рассказать все, без утайки, а если они нам не поверят, то это уже не наши проблемы. Рассказали про Орлана, про его план, про то, что отобрал у нас этот синеволосый, про Като, Юнис, Лупа, про черных существ и тот мир. На наш рассказ ушло достаточно времени, но до прихода мамы мы успели. Не уверена, что ребята нам поверили. Они смотрели на нас так, будто мы умом тронулись. Я уже пожалела, что мы это рассказали... 

 -- Это все чистая правда, -- заверил Деметриус. 

Но это, разумеется, ничего не дало. Я бы, и сама не поверила, если бы со мной все это не произошло. Но мне было обидно. Происходили такие страшные вещи, а они сидели и смотрели на нас. И не верили. Аегель вдруг захлопала в ладоши и воскликнула: "Какая замечательная сказка! Вы обязательно получите пятерку!" Даже она не поверила! 

 -- Так, ладно, -- произнес Крис. -- Давайте по порядку. Ваш учитель физкультуры хочет подчинить человечество, ты, -- он указал на меня. --- не можешь из-за этого смеяться плакать, а ты не можешь видеть сны и мечтать и еще вам теперь мерещатся какие-то зверолюди. Вы ничего странного не ели? Вы хоть понимаете, как это звучит? Может стоит обратиться к врачу? 

 Меня жутко бесило, что они не верили. Я спросила у Криса, разве он не заметил, что я за эти дни не разу не смеялась и не заплакала. А его брат не разу не вспомнил не одного сна и мечты. 

 -- Если ты не заметила, то я за эти дни тоже не смеялся, а уж тем более не плакал! Люди разные бывают: некоторые плачут и ржут из-за любого пустяка, а другие просто держат это в себе. А на счет Деметриуса, так я в одной книге читал, что если неправильно питаться, то и сны будут плохие. И не все о чем-то мечтают. А что касается фольги на чердаке, то вы своими глупостями подставили всех нас, -- сказал он. 

 -- Так нечего было лезть не в свои дела! -- не выдержела я. -- Если бы ты туда не зашел, не оперся на шкаф, ничего бы не выпало из кладовки, телевизор не проломил бы пол, не сломал бы кран, не напугал маму, Александр бы ничего не узнал, не наорал бы на нас, Аегель бы не расплакалась, у нас не поднялась бы температура и мы смогли бы спасти человечество! Да ты все испортил! 

Все замерли в шоке. Я сама и не собиралась кричать. Так вышло... Аегель в страхе смотрела на меня. К счастью, вошла мама, нарушив неловкую паузу. Она спросила, что за крик, сказала нам лечь обратно в постели и дала всем тарелку с горячим бульоном. Деметриус с Крисом держали свои миски так, будто это были какие-то заморские существа и в любой момент могли укусить. 

 -- Что, мальчики, не нравиться? -- спросила мама. -- Придется съесть. 

 -- Вы действительно его приготовили? Мы никогда не ели бульон, -- произнес Деметриус. -- Когда мама была жива, отец все равно не разрешал оставлять нас дома. Она, конечно, много готовила, но куриный бульон для нас в новинку... Наверное, это очень вкусно. 

И где-то через пять минут их тарелки были пусты! А мы с сестрой так и не притронулись. Да как это вообще может нравиться. Тут мама вдруг заметила, что Деметриус с Крисом сидят на спальных мешках и очень разозлилась. Ведь если они будут спать на полу, точно не выздоровеют! Она притащила в комнату раскладушку, на которой спала сама и какую-ту кушетку. Даже не знаю, где она ее нашла. Александр очень волновался, что маме приходится спать на раскладушки, но она прекрасно понимала его трудности потери жены. Мама сказала, что ей уже пора бежать на работу, что там на столе лежат лекарства и их обязательно надо выпить, еще, если мы ей не позвоним, она будет очень волноваться, и если температура поднимется выше, она отпросится и отвезет нас к врачу. Она ушла и мы отдали свой бульон мальчикам. Они действительно были в шоке от того, что мама так переживала. Видимо Александр не был склонен к заботе и нежности. Ну конечно, он же не женщина... Деметриус прав, им всем не хватало женщины в доме... Сейчас мне действительно было жалко их, даже Александра. Ведь он не виноват в том, что он такой крикливый и строгий. Его можно понять. 

 Мы так и просидели молча. Меня начинало волновать такое долгое отсутствие Юнис с братьями... Обычно, они были здесь уже с утра. Прошло где-то пятнадцать минут после ухода мамы, а никто так и не сказал ни слова. Не стоило мне так кричать на Криса. Ведь он не знал, что на комод нельзя было опираться. 

 Вдруг в комнате появилось ярко-зеленое свечение. Оно разгоралось все ярче и ярче. Мы с Деметриусом вскочили. 

 -- Феми! 

Да это была именно она! И я была рада видеть ее! Знать, что хотя бы она жива. 

 -- Феми, как ты? В чем дело? Ты никогда здесь раньше не появлялась! -- воскликнул Деметриус. 

 -- О, нет, у них снова начались галлюцинации, -- с видом знатока сказал Крис Аегель. 

О, они до сих пор нам не верят. 

 -- Прости, Феми, я понимаю просто так ты бы тут не появилась и каждая секунда твоего времени потраченная в пустую - это ужасно, но раз мы хотим обезвредить Орлана, нам надо доказать этим ребятам, что все это правда, -- сказала я. 

Феми вздохнула и вдруг со всей силы понеслась в сторону кушетки, на которой сидел Крис. И если трое наших друзей были не в состоянии прикасаться к предметам нашего мира, эта девочка легко смогла сбить диван. Крис упал на пол и закричал. Не от того, что больно, конечно, а от того, что произошло что-то непонятное. Похоже, он с самого начала Феми не понравился, потому что она схватила с прикроватной тумбочки стакан с водой и выплеснула на Криса. Тот, похоже, действительно испугался. Вскочил на ноги и в шоке посмотрел на нас. Аегель тоже поднялась с кровати. Оба не понимали, что тут происходит. 

 -- Ну что? Теперь верите? -- ухмыльнулся Деметриус. 

 Крис тяжело дышал. Он бубнил что-то вроде "Как?" и "Разве такое возможно?". Мы попытались объяснить все еще раз. Но только через пол часа он сел на кровать и произнес: "Ладно, допустим я вам верю." Раз поверил Крис, за Аегель дело не постоит. Я вообще удивилась почему она не поверила нам с первого раза. Сестра жила сплошными фантазиями. Иногда я даже завидовала ей, потому что мне требовалось кучу усилий, чтобы что-то придумать. Когда мы приезжали в лес всей семьей, Аегель говорила, что ее уже заждались эльфы и феи. Двое из них, как она утверждала, были ее лучшими друзьями и звали их Лаверн и Лакешия. Помимо них у сестры был постаянный воображаемый друг - Лэри. Да, все в основном были на букву "л". Наверное, решила, что мамина традиция - это очень круто. На протяжении семи лет мы привыкли воспринимать Лэри, как члена семьи. Но это было не так, как у других детей. Про Лэри знали только я, мама и папа. Аегель могла, конечно, разговаривать с ним при других людях, но если кто-то спрашивал: "Девочка, а с кем ты говоришь?" сестренка отвечала, что повторяет отрывок произведения, который ей задали в школе. И это не зависело от ее возраста. На самом деле, про Аегель и ее воображаемых друзей можно говорить очень долго. Я отошла от темы. Я очень надеялась, что моя сестра мне поверит. Возможно, она в отличие от меня, не хотела не понравиться Крису, Деметриусу и Александру. Она хотела произвести хорошее впечатление и это ей прекрасно удавалось! Но раз Крис поверил, она может выдохнуть и сделать тоже самое. 

 Тут мы вспомнили про Феми. Она, с картинными вздохами и напоминаниями о том, что часики то тикают, рассказала нам о том, что нигде не может найти Юнис, Лупа и Като. Ни в том мире, не в нашем. Если в этом замешан Орлан, надо устроить схватку с ним как моно скорее. Мы ей объяснили, что заперты на целую неделю в одной комнате. Все это время Крис и Аегель внимательно слушали нас. Феми заявила, что ей важно, чтобы мы обезвредили заклинателя, а как мы это сделаем - уже ни ее проблемы. Какая же она все таки эгоистка! Решается вопрос о жизнях всех людей на свете, а ей плевать! Она испарилась, больше не слова не сказав. Мы с Деметриусом вздохнули. Что же теперь делать? Мы бессильны! 

 Вдруг Крис обратился к нам: 

 -- Слушайте, в это очень сложно поверить, но похоже, что все действительно опасно. Думаю, мы с Аегель можем вам помочь. 

Сестра яростно закивала, а Крис продолжал: 

 -- Можно как-то вскрыть замок на двери, достать еще фольги. Когда родители уйдут на работу все быстро подготовить. Ну обклеить все блестяшками, как вы сделали с чердаком. И быстренько с этим покончить. По любому, этого Орлана мы видим, значит сможем помочь. Ну так как? Согласны? 

 Мы улыбнулись. Никогда бы не подумала, что они, даже Аегель, ни то что согласятся, а сами предложат помощь! Это сразу подняло настроение. Стало казаться, что с таким настроем мы точно все сможем! Даже чувствовать себя лучше стала, будто температура спала. Тогда мы принялись за дело.