Тайна империи

Дышу, но воздух режет грудь
Я так боюсь опять уснуть
polnalyubvi — Петля

Афланит. Май 1567

Май в этом году был пасмурным, словно уже знал исход событий. Тучи вновь сгущались, а Сергей смотрел на это из окна своего кабинета, что когда-то принадлежал Брендону с мыслями о скорой победе.

Он сидел в кресле, нервно постукивая пальцем по подлокотнику, уже ожидая первых вспышек молнии.

—Обыскали всю границу, босс. Ничего и никого, словно под землю ушли.

—Даже если они под землей, мы должны их найти! — крикнул в раздражении Сергей, ударяя кулаком по рядом стоящему столу.

Уже неделю они искали без должного отдыха, а время играло против него. У него оставалось три месяца.

—Быть может, не будем тратить время впустую, а поступим умнее? — возникла за спиной приспешника Розелла, получая раздражительный взгляд в ответ.

—Ну давай, выкладывай, что придумала, не тяни время! — под первый раскат грома выдохнул Сергей.

***

—Ваше величество, вы должны это увидеть! — кричал один из солдат, врываясь в палатку с письмом в руках.

Франциск осторожно взял письмо в руки, осматривая его, ломая неизвестную печать. Распечатывать его, пришлось под любопытный взгляд Киро.

—Мы нашли его в десяти километрах отсюда, и, судя по дате, весьма свежее, ему всего пара дней, — продолжил запыхавшийся солдат.

Франциск медленно вчитывался в письмо, ухмыльнувшись.

—Штаб, значит, было лень искать, — покачал головой он, через секунду рассмеявшись, напрягая присутствующих своей реакцией. Франциск, прикрыв глаза, вздохнул, вновь поднимая взгляд на солдата. —Жан, приведи сюда всех, как обычно.

Солдат кивнул, выбегая из палатки.

—Что там, Франциск? — нетерпеливо спросил Киро, пытаясь заглянуть в письмо, но Франциск лишь повыше поднял письмо, не показывая другу.

—Расскажу, когда придут остальные. Нужен совет. Я приведу Веру, дай мне пару минут.

Через несколько минут, когда Франциск вернулся с женой в палатку, которая не успела собраться и пришла в привычной тунике, легинсах и с пучком на голове. Все уже собрались, дожидаясь новости, которую принес письмом солдат. Франциск внимательно осмотрел каждого, кивнув.

—Как хорошо, что быстро. Начну, пожалуй, сразу с дела. Это письмо от Сергея, — продемонстрировал он в руках развернутую бумагу. — Он предложил мне встречу на нейтральной территории. Пишет, что хочет обговорить многие детали, даже если это место –  императорский дворец. Как понимаете, решение сложное, потому я и собрал вас тут. Вам я могу доверять.

—Это может быть ловушка, мы имеем дело с гипнозом, — высказал недоверие Николас.

—Есть загвоздка: меня он убить не может, как и я его. Однако Сергей хитер и тоже не глуп, если не сошел с ума, а значит, план уже есть. Либо он организует мне естественную гибель, либо он не понимает своих действий.

—Проводить сделку в императорском дворце логично, но небезопасно, ведь когда-то он тоже там жил. Дворец поменялся внутри и внешне, но все тайные ходы построены еще при Несторе, и про них знает каждый в роду Афланит, — размышляла Алиса.

—Я знаю, где можно провести встречу, — отозвалась Нора. – Старый родовой дом Виардо. Он по праву принадлежит мне, и в случае чего я его просто уничтожу.

—Я всё ещё считаю это опасной затеей. Я сама столкнулась с гипнозом, и выйти из того состояния крайне сложно, почти невозможно, — проговорила Любовь, получая поддержку Веры.

—Всё-таки переговоры нужны. Мы поймем его истинные цели, — задумавшись, проговорил Киро. —Для этого без риска никак.

—Хорошо, мы можем назначить переговоры там. Тут сказано, что они будут ждать завтра на границе, и указаны координаты. Любовь, отправишься ты, чтобы потом за тобой не было хвоста, ты воспользуешься порталом. Со мной на встречу отправятся Брендон и Алиса.

—Я тоже с вами, — вызвалась Нора, на что Франциск кивнул.

—Значит, точно решено. Вера, что думаешь? — обратился он к мнению жены.

—Я считаю, что это опасно, но верю тебе, — положила Вера руку на плечо мужа, слабо улыбнувшись. —Война не может продолжаться всю жизнь, мы уже потеряли достаточно, но общественности пока говорить не нужно.

***

Через два дня Франциск прибыл в полуразрушенный дом, в котором никогда не был. Здесь все вещи остались на своих местах, а освещение продолжало слабо работать, что удивило его.

Алиса осмотрелась скептически, а Нора дотронулась рукой до деревянной стены, проходя в длинный коридор. Все осталось прежним, не смотря на то, что она была здесь в последний раз в раннем детстве.

На столе осталась одинокая фотография, датируемая 1520 годом. Взяв её, она увидела свою общую фотографию с Адой, первый их день рождение. Взяв её, она покинула комнату под вопросительные взгляды.

—Мы с ней здесь такие маленькие...— повернула она фото, показывая остальным. —Только вот, я бессмертна, а её не стало ещё в детстве.

—Что вы тут делаете? — раздался хриплый от старости голос, на который все обернулись. Особенно этот голос заставил вздрогнуть Нору, пробуждая старые травмы.

—Я-то уж думала, ты давно сгнил в земле! — резко обернулась она на старика, который для своих лет хорошо держался.

Мужчина стоял в старой рубашке голубого цвета и в темных брюках. Сгорбившись, опираясь на палку, что убавляло ему роста, он с презрением смотрел на незваных гостей.

—А ты всё такая же. Стерва, что не знает своего места!

—Габриэль Виардо, — пояснил Брендон Франциску и Алисе. —Точнее, то, что от него осталось, — хмыкнул он, доставая сигарету из кармана.

—Что вы тут делаете? — задал вполне логичный вопрос Франциск.

—Это его дом. Больше интересно, что здесь делаете вы, — за их спинами стоял Эрик, внимательно смотря на сына и осматривая его.

—Отлично! Мы уходим, очень неприятно было с вами встретиться снова! — в сердцах проговорила Нора, сверля отца взглядом.

—Они скоро прибудут. Мы сделаем только хуже, Нора, — объяснил Брендон, словно ситуация его не касалась.

—А вот что не ожидал, так это то, что мой сын свяжется с подозреваемым врагом напрямую. Слышал новости с фронта, только не ожидал, что местом переговоров вы выберете именно это.

—Прекрасное начало, — раздался голос Сергея, стоявшего на входе. За ним, верно, стояла Розелла под действием нитей. —Начнём переговоры? — садясь за пыльный стол, ухмыльнулся мужчина, поправляя наполовину расстёгнутую рубашку и взъерошивая волосы.

Несколько минут они провели в тишине. Брендон осторожно поглядывал на Розеллу, которая отводила взгляд, явно выражая своё нежелание находиться здесь. Знаками она дала понять, что желает свободы, и идея переговоров была её собственной.

—Итак, зачем я вам понадобился, Сергей Майер? Или же Сергей Афланит, — прервал тишину Франциск, сидя напротив врага.

—Вот уж не думал, что ты окажешься умнее, Франциск, — ухмыльнулся Сергей, не ожидая того, что его так легко раскроют.

Розелла казалось приросла к месту, услышав правду о "союзнике", словно все её планы рухнули вмиг. Признаться, так и есть. В мечтах она уже представляла, как убивает его, но сейчас всё было разбито.

—Давай всё решим переговорами. Гибнут мои и твои люди, мы всего лишь хотим, чтобы ты подал в отставку, — продолжил Сергей. Лицо его было серьёзнее, чем прежде. —Убить тебя мы всё равно не сможем, как и ты меня. Я предлагаю тебе выгоду: твоё отречение, и у тебя уже обеспечена спокойная жизнь с супругой. Поверь, за такое я бы многое отдал сейчас. Наверняка, у вас будут красивые дети, внуки. И всё это в обмен на отречение от престола тебя и Алисы.

—То есть, ты предлагаешь мне предать свою семью и империю, как это сделал в своё время ты?

—Не сравнивай нас. Если бы мой ненавистный брат позволил мне жениться на той, кого я люблю, меня бы тут не было. Да даже если бы он просто оставил меня в покое, я бы давно гнил в земле… — С тоской улыбнулся он, словно впервые сомневаясь, говорить ли что-то дальше. —Однако, что бы сделал ты, когда, допустим, твой отец или сестра убили бы твою беременную жену, сжигая её в доме, что вы вдвоём отстроили?

Он выжидающе смотрел на Франциска, но император лишь внимательно изучал реакцию врага. Сергей тихо рассмеялся, на выдохе сказав:

—Я вас всех ненавижу, и, к моему сожалению, во мне течёт эта поганая кровь Афланитов! Просто отдай мне империю, и прекратим убивать народ!

—Он предлагает хорошие решения, Франциск, — вмешался Эрик.

—Помалкивайте там! Вашего жужжания я не желаю и слышать! — Грубо выпалил Франциск, оборачиваясь к сестре, которая задумалась, сидя недалеко от брата. —Алиса?

—В будущем народ не перестанет гибнуть. Этому человеку нужно полное уничтожение империи, а быть может, и мира. Отдадим империю – погибнет абсолютно весь народ, а в будущем и все империи, — анализировала Алиса.

—Брендон, почему боишься поднять на меня глаза? Страшно стало? — Рассмеялся Сергей, так и не получая взгляда в свою сторону. —Мы ведь были друзьями, почему предатели такие жалкие?

—Не соглашайся, Франциск, иначе он уничтожит не только Афланит, — проговорила Нора.

Франциска же мучали сомнения. Он понимал, что этому человеку нельзя доверять, но на карте стояло благополучие Веры, Фелиции и всей его семьи. В голове звучал голос Веры. Она бы не одобрила.

—Я не согласен. Моя империя будет сражаться до своего последнего дня, даже если я уничтожу её сам. Таким образом, их кровь не будет на моих руках, она будет на твоей совести.

—Да ты сам не понимаешь, что имеешь, Франциск! Я готов на всё, чтобы вернуть собственную жену, а ты так легко отказываешься. И ради чего? Народа империи?! Людей, которые тебя презирают и будут судить за каждое твоё действие?

—Ты не поймешь этого, Сергей. Я безумно люблю свою жену, готов ради неё на всё, а в первую очередь – обеспечить мир. А знаешь, почему не поймешь меня? Твой брат стремился к власти, обеспечил вам с герцогиней Тианой будущее в достатке, однако тебя не обучали с рождения ставить свои желания ниже желаний народа как нас с Алисой. Когда-то я этого не понимал, бунтовал, идя против короны. Однако тебе идти против было дозволено, в отличие от меня. Поэтому ты думаешь только о себе и своём благополучии.

Ответить Сергей не успел. Схватив рядом стоящую вазу, Розелла со всей силы ударила его по голове. Осколки оставили на её руке порезы, из которых уже струилась кровь, а Сергей уронил голову на стол, теряя сознание от хорошего удара.

—Он скоро придёт в себя, уходите, там на входе стоит армия, иначе живыми отсюда не выберетесь! — выпалила она, чувствуя, как оковы сильнее хватают её, заставляя упасть на колени от неимоверной боли.

—Сергея брать с собой опасно, поэтому убираемся, — крикнула Нора, открывая портал, в который тут же прыгнул Габриэль и Эрик под громкое ругательство Норы.

Брендон, схватив повалившуюся от боли Розеллу, закинул её в портал. Вскоре Сергей остался там один, всё так же не приходя в сознание.

В своём сне он видел жену. На секунду ему показалось, что он попал на тот свет к ней, но та лишь слабо улыбнулась ему, уходя в своём привычном зелёном платье, а Сергей, как бы не пытался, догнать её не сумел.

Пришел в себя Сергей, уже не чувствуя чар, которыми им управлял Эльдафас. В тот момент он всё понял, выходя к своим войскам, и наконец сам снял кандалы с сбежавшей Розеллы, которая поняла всё намного раньше.

***

Нора стояла в центре площади, наводя пистолет на отца. Вокруг уже собралась толпа солдат, а мужчина был загнан в ловушку дочери, но лишь смело смотрел прямо на неё.

—Сил не хватит. Ты поганого охотника убить не могла, а меня тем более! Хотя, точно, такой проститутке, как тебе, спать с охотниками намного легче!

—Не поднимется рука у неё, сделаю я, если вы ещё хоть слово скажете в адрес моей матери! Кто вы такой, чтобы так с ней разговаривать? — подошел к ней Николас, наводя пистолет на незнакомца. Стрелять его долгое время учил отец, а потому рука его даже не дрожала.

—Хватит спектакля! — вышла из палатки Вера, оставшаяся за главную во время отсутствия мужа и на время, пока тот решал, что делать с Розеллой.

—Я просто прикончу этого человека, вот и всё, никаких спектаклей, дорогая! — улыбнулась Нора как ни в чем не бывало.

—Мама! Спокойнее, пока Франциск не решит, все будут живы! — вышла вперед Вера, осматривая внимательным взглядом отца своей матери. Дедушкой его назвать у неё язык не поворачивался.

—А дочь в тебя пошла, сама ничего решить не может. Какая тут императрица?

—Если не прекратите проклинать всех подряд, а особенно мою жену, которая по праву является императрицей, мистер Виардо, мы будем вынуждены отправить вас в город быстрее, чем в наших силах, — вышел из палатки Франциск, за которым быстрее приближался Киро. —Всё-таки это ваша кровь.

—Кровь? Где вы видите хоть отголосок моей крови? Дочь – точная копия мамаши, а её щенки такие же!

—Верно. Вам же было всю жизнь так противно от того, что я ваша дочь, да я и не претендовала никогда, смирилась, что стала вашим разочарованием. Зато Клара была достижением. Даже её дети вам роднее моих, не так ли?

—Молчать всем! — грозно произнес Франциск, заставляя Нору и Николаса опустить оружие. —Пока я ещё император, а потому все остаются, как бы грустно это ни было! — поглядывая на отца, проговорил Франциск. —Вас отправят в безопасное место совсем скоро, на фронте вам места нет.

—Лучше реши это дело быстрее, Франциск, иначе этого человека я убью быстрее, — подошел к нему Киро, указывая взглядом на Габриэля, что успел оскорбить и его жену тоже.

—Ещё один защитник щенков? — Тихо рассмеялся Габриэль. Киро крепко сжал кулаки, подходя к старику.

—Киро, не опускайся до такого! Он всё же в возрасте... — Схватила его в последний момент Надежда, отводя за собой в сторону и прошептав ему на ухо: —Я сама сдерживаю себя, чтобы не ляпнуть ему что-то, но этот человек лишь питается нашим пренебрежением!

—Зато его язык не устал говорить полный бред в ваш адрес. Мне кажется, тут все будут "за", если я его отрежу! — Зло проговорил Киро, даже не глядя на жену, мысленно делая взглядом дыру в старике. Не сказав больше ничего, Надежда нежно взяла его за руку, пытаясь увести. Вскоре он охотно последовал за ней в главную палатку, чтобы больше не слышать, по его мнению, бред сумасшедшего.

—Если ты решишь казнить его, Франциск, позови меня, и я сделаю это лично при всех! — Уходя в спальную палатку, зло выпалила Нора.

Глубоко выдохнув, Франциск обнял Веру на прощание. Та без споров зашла в портал, возвращаясь в безопасность. Сам же он вновь зашёл в госпиталь, где, трясясь от боли, сидела Розелла под контролем Любви и Брендона. Пусть она и находилась в безопасности, но контроль даже на расстоянии убивал её немыслимой болью, от которой было не сбежать. Нора осторожно зашла, присоединяясь к ним.

—Убейте меня, прошу вас! Мне больно! Больно! Я не могу это терпеть, Брендон, убей меня! — Сквозь слёзы кричала она, не зная, куда деть руки, которые мешались ей и казалось, не спасут, даже если она схватит в них что-то острое и убьёт себя. Они блуждали по телу, ворошили волосы и оставляли царапины на руках.

Брендон подошёл со спины, заводя её руки назад, чтобы Розелла не смогла себе навредить. Любовь подсела ближе, фокусируя её взгляд на себе.

—Подумай о том, для чего ты бы сейчас жила! То, ради чего можно бороться!

Розелла закрыла глаза, полные страха, задыхаясь от истерики. Всё тело трясло, но перед глазами возник только образ Стефана. Чем больше она погружалась в воспоминания, тем больше чувствовала, как боль покидает тело, а затем смогла наконец задышать свободной грудью. Казалось, кандалы снялись сами вместе с болью.

—А теперь вспомни, кто ты на самом деле, — Прошептала Любовь, всё так же пытаясь убедиться, что истерика отступает вместе с нитями.

—Меня зовут Розелла. Розелла Шери. Не командир теней. — Чувствуя свободу после сказанных слов, девушка вновь заплакала, но уже от счастья. Она свободна.

Она рассматривала свои руки, которые уже успел отпустить Брендон, и лишь могла прикрыть лицо ладонями, зарыдав, давая выйти всем беспокойствам и страху наружу. Её трясло от слёз, но уже от слёз счастья долгожданной свободы.

***

Розелла рассказала всё, что знала и с чем с ней делился Сергей.

Причастность Эльдафаса всё-таки была подтверждена. Розелла говорила, что Сергей несколько раз связывался с ним. Сквозь слёзы она умоляла оставить её в рядах отряда света, на что Франциск, пусть и не с первого раза, дал согласие.

Выслушав всю её историю напрямую, Нора покачала головой, словно упуская что-то.

—Возможно, есть вероятность того, что твоя дочь жива?

—Мелисса была уверена в том, что их забрал несчастный случай...

Все устремили взгляды на Брендона, который лишь вопросительно поднял бровь.

—Почему сразу я? Ребёнку не особо интересно, выжил ли какой-то там брат императора. При всём уважении, но если бы их существование всплыло во время правления моего отца, я бы точно это знал – все бумаги рано или поздно проходили через меня.

Розелла понимающе кивнула, словно другого ответа и не ожидала. Последние её надежды были погребены в её душе двадцать лет назад.

—Останешься, но поначалу временно, пока не докажешь, что тебе можно верить, — покосилась недоверчиво Нора, выходя из палатки.

Ей всё ещё было тяжело находиться рядом с ней, зная, что именно она организовывала нападение, в результате которого не стало Феликса. Розелла же вновь обернулась к Брендону, медленно вставая на ноги и подходя ближе.

—Я должна извиниться перед тобой!

—Ты была под действием гипноза Сергея, как и я, действовала ты не по своей воле. Я же понимаю, что ты любила и до сих пор любишь Стефана. Забудем нашу интрижку, она не имела и смысла, чтобы вспоминать её.

Девушка рассеянно кивнула, вновь поднимая на него взгляд.

—Само собой, но был и ещё случай. С той фотографией, я тогда не должна была...

—Розелла, — вздохнул Брендон, перебивая её на полуслове. —Прошлое оставим там же, хорошо? Да и есть люди, кому будет важнее услышать твои раскаяния.

Взглянув на выход, девушка сглотнула, осторожно выглянула. Толпа уже окружила палатку, презрительно осматривая девушку.

—Убить её мало!

—Пытать и только так!

—Убийца!

Толпа разрывалась от возмущения, пока не показался Франциск.

—Она созналась во всём. Розелла Шери, действовала под гипнозом. Она останется в отряде, пока что временно, а слежка за ней будет идти непрекращающаяся! Она не член отряда, а наша пленница. Однако, мы не монстры, чтобы опускаться до уровня тени, — строго сделал объявление Франциск.

—Это стыд, ваше величество! — вырвалось из толпы.

—Она убила моего отца!

—Она не пожалела мою семью!

—Этот монстр за один удар прикончил мою дочь!

—На её руках кровь наших друзей!

Толпа ненавидела её, и Розелла видела это, не отрицая действительности. Она убила многих невинных, а в первую очередь – и саму себя. Девушка выдержала взгляд толпы, дождавшись, пока та стихнет.

—Я не заслуживаю и никогда не заслужу прощения перед вами. Да, я убивала, находясь под полным контролем Сергея. Я вызываю у вас лишь ненависть своим видом и не прошу любить, уважать, потому что сама себя ненавижу. Сейчас наша цель – завершить всё это, я буду помогать, чем могу, вложу все силы в победу отряда света... В победу Афланита! Когда придет время, обо мне не останется даже имени, можете в этом не сомневаться, мне противно с самой же себя.

—А как ты объяснишь, что не просто убивала мирных? Смерти сотен людей под твоим командованием... Они на твоих руках! — вышел из толпы Эрик. —Почему ты не учитываешь это, Франциск?

—Мне напомнить, чьи жизни остались на твоих руках, дорогой отец? — зло выпалил тот. —К тому же, почему из всех, кто находился во дворце в тот день, выжил только ты? Точно, ты ведь сбежал, зная, что бабушка не сможет сделать так же. К слову, тебя никто не держит, бери под руку Габриэля Виардо и уходите. Я не желаю вас здесь видеть!

—А я что, как честный житель Афланита, не могу защищать свою родину? К тому же, тут полно жителей Ризита! А ты, сынок, видимо, не справляешься? Раз принял врагов в отряд!

—Не смей сеять раздор в мои войска! — резко сорвался с места Франциск, однако не подходил к нему близко, держа дистанцию. —Я не мама, терпеть твои выходки не буду! Ты всю жизнь через неё прорывался к власти, но пока я ещё император, этому не бывать. Я не забыл поступки Розеллы, но с тебя мне противнее больше всего, потому что ты предал своих друзей и, в первую очередь, семью! Если остаёшься, выгнать тебя я не могу, но трус мне здесь не нужен! — Парень осмотрел солдат, всё так же не сбавляя тон, объявил: —Все свободны, отдыхаем, пока есть возможность!

Вернувшись в палатку, Франциск тут же со зла достал своё завещание, нервно дополняя его несколькими пунктами. Рука его дрожала от злости, а на бумаге вырисовывались предложения его воли.

—Что ты снова задумал? — подошёл к нему Киро. Были они в палатке одни, отчего Франциск дал волю гневу.

—Уточняю, что в случае чего мой, так называемый, отец не получит ничего, даже все ещё указанный в семейном древе Афланита. Он попытается вновь дистанционно править, чему я не позволю случиться. Запомни, Киро, если я окажусь в плену, я не буду тем правителем, который будет прогибаться под кого-либо!

—Кого-либо, кроме Веры и Фелиции, — уточняя усмехнулся Киро. —Ты первый в истории правитель, что оставил абсолютно всё младенцу. Всё думаешь, что погибнешь? Вас ведь нельзя убить.

—Убить нельзя, но умереть своей смертью мы можем. Например, от болезни или передоза, а ещё вероятнее от голода или отравления дымом. Ты мой живой свидетель. Всё, что есть в моих руках, переходит Фелиции, а пока та не достигнет совершеннолетия, за неё будет Вера.

—Фелиция, значит. Как мило, в честь Феликса? Почти уверен в этом, — показался Эрик, заходя внутрь с грустной ухмылкой на лице.

—Ещё и подслушиваешь? — зло взглянул на него Франциск, глубоко вздохнув, уже не держа свой гнев под контролем.

Настолько он устал от войны и мелких проблем в виде отца, что его нервы подкосились. Если бы не Киро, стоявший за спиной друга, Франциск давно бы высказал всё в лицо отцу.

—Думаешь, не моего ума дело рождение моей внучки?

—У неё только один дедушка, который героически погиб, защищая семью и родную империю, а дедушка-трус ей ни к чему.

—Мы с тобой никогда не ладили, Франц, я знаю, что из меня плохой отец. Но я всегда любил вашу маму, как и вас.

—Любил? — отложил бумаги со стола Франциск, даже не взглянув в его сторону. —Слабо верится. Знаешь, теперь уже как отец, я тебя не пойму. Держа своего ребёнка на руках, мне хочется отдать за неё жизнь, уберечь от всех невзгод, а ты не стеснялся в открытую поднимать на меня руку и сквернословить, какой я ужасный наследник. Хватит, бывшее ваше величество, теперь вы никто для семьи. И, по-моему, я отдал приказ идти отдыхать, будьте добры исполнять!

—Слушаюсь, ваше величество, — скривившись произнес Эрик, удаляясь на улицу. Этим днем остатки связи отца и сына были оборваны навсегда, без возможности восстановления. —Только вот, ты сам не понимая становишься похож на меня не только внешне.

Всё в отряде раздражало Эрика: присутствие участников тени, дочь в компании отпрыска погибшего врага, скверные взгляды от сестры, ненависть в глазах Норы, поступки Франциска.

Он медленно прикрыл глаза, возвращая образ Клары в сознании. Незаметно для самого себя он вспомнил времена их знакомства и общие вечера. Тогда даже присутствие Феликса не раздражало его, а сестра была самым близким человеком. Чувство тоски захватило его, он желал вернуться в то время, так быстро ушедшее из-за его же поступков.

Эрик мысленно вернулся в день, когда родился Франциск, и тогда, когда ещё не опытный Эрик впервые взял его на руки, то почувствовал в этот момент себя самым счастливым человеком на свете.

—Он похож на тебя, Эрик, — улыбнулась Клара, наблюдая за ними, лежа на кровати. —Просто чудо, правда?

—Чудо, которое я уберегу от всего, — тепло улыбнулся парень, касаясь крошечной ручки сына. —Франциск Афланит – главный дар небес в моей жизни...

Теперь это было лишь воспоминание, которое разрушалось, будто сон после пробуждения.

—Знаете, я всегда вам завидовала, — появилась за его спиной Розелла. —Когда нам с Стефаном отказали в свадьбе по причине того, что я безродная, мне казалось, это был конец. Вам же с Кларой разрешили, поскольку вы уже были женаты и у вас был ребенок. Возможно, Дмитрию, Франциску, Алисе и повезло, что их избранники, так скажем, носители благородной фамилии и крови, но вы, такой же безродный, как и я, почти двадцать лет находились на посту императора-консорта.

Девушка ухмыльнулась своим мыслям, покидая компанию Эрика, совершенно не держа обиду на недавние слова в её сторону. То, что она имела в виду, для Эрика так и останется загадкой.

***

—Доброго вам дня, как вам тут? — присела рядом с дедушкой Любовь, не зная, как себя вести.

Мужчина промолчал, лишь наградив её осуждающим взглядом. Несмотря на далеко не поздний час, за столами сидело малое количество людей, но и те были увлечены едой, как, впрочем, и Габриэль.

—Вам не по душе, наверное, моё нахождение рядом, но я правда хочу подружиться с вами, мы ведь... родственники?

Она говорила это с надеждой на то, что Габриэль окажется так же добр к ней, как и Ролан Велье.

—Как тебя зовут?

—Любовь.

—Любовь, — рассмеялся мужчина, доставая сигарету, даже не разобравшись до конца с едой. —Даже имя выбрали мерзкое. Твой отец сломал мне всю жизнь, а ты до омерзения его копия: что глаза, что эта копна на твоей голове! Хочешь подружиться? Не в этой жизни!

—Мой отец был прекрасным человеком, в отличие от вас, — разозлилась девушка, но её тон всё ещё был спокойным. Оскорбить честь своего отца она не позволяла никому. —И имя у меня вовсе не мерзкое! Хотя куда вам понять, вы никогда не испытывали этого чувства! — не выдержала девушка, задыхаясь от возмущения, но сделала последнюю попытку. —Быть может, попытаемся найти общий язык?

—Общий язык с животными людям недоступен.

—Лучик, — позвал её, подойдя ближе, Брендон. —Прогуляемся?

Девушка рассеянно кивнула, а парень наклонился к уху Габриэля, прошептав жестким тоном:

—Слушай ты, не смей оскорблять животных сравнением с собой. Мне будет все равно, что ты рассыпаешься, старик. Сказал бы спасибо, ты не заслуживаешь того отношения, которое она к тебе проявляет!

—Учить меня вздумал?! И как ты меня назвал, червяк?

—Лишь предупреждаю. Еще раз услышу, и вам будет очень и очень больно в физическом плане. А назвал я вас неправильно, согласен, потому что людям доступен общий язык с животными, в отличие от вас.

Взяв за плечо девушку, Брендон отвел её в сторону, прогуливаясь по территории лагеря.

—Я бы справилась сама.

—Он не заслужил подобного отношения, которое ты ему даришь, а потому даже не пытайся, у таких людей нет никаких чувств.

—Что ты ему сказал?

—То, что он заслужил, поверь. — Несмотря на то, что они шли, Брендон ни разу не взглянул на неё, поглощенный гневом.

Девушка вздохнула, остановившись. Взяв его лицо в руки, она перевела его злой взгляд на себя, заставляя успокоиться.

—Я могу за себя постоять, уже не ребенок, которому нужна защита, поэтому не нужно так заботиться, лучше бы отдыхал.

—Ты что, переживаешь за меня? — Улыбнулся Брендон, заставляя девушку отпустить его и отвернуться, скрыв смущение. Гнев колдуна словно рукой снесло.

—Идиот, я ведь не в том смысле!

Парень заливисто рассмеялся, видя её смущение.

—Да ладно тебе, лучик, мне очень приятно за твои переживания, но не стоит так утруждаться, мне ведь не сложно тебя защитить.

—Брендон! — Пихнув его в плечо, засмущалась ещё сильнее Любовь, не понимая своего поведения. —Я про то, что тебе не обязательно было мне помогать!

—Мне совсем не сложно, не бойся, никто меня не побьет, а если и побьет, то сам нарвался.

—Да не боюсь я!

—Как же! Вижу по глазам. Ты чего так засмущалась? Неужели у меня получается смутить тебя?

—Прекрати, — поспешила она вперед. Брендон, смеясь, поспешил за ней, бросая в ответ несколько фразочек, что заставляли сердце девушки вырываться от стыда собственной реакции.

—Еще хоть слово, и я тебя точно ударю! — Проговорила она, доходя до ворот, с которых поставляют провизию.

—Ну, твой удар я так уж и быть, переживу, лучик.

Налетев на него с кулаком, Любовь успела лишь замахнуться. Брендон ловко перехватил её руки, заставляя посмотреть в глаза. Любовь вдруг застыла, вглядываясь во взгляд, полный тепла и озорства. Стоило ей сбавить хватку, как руки быстро были скручены за её спиной, но совершенно не больно. Брендон почти сразу отпустил её, смеясь.

—Как быстро ты теряешь хватку, и это та самая Любовь Велье, на счету которой множество жизней приспешников? Мне тебя потренировать? Как в старые добрые, со скрипкой?

—Если сегодня сыграешь вместе со мной дуэтом, то я подумаю наградить тебя вниманием своего тренерского взгляда.

—Ах, вот как! Считаешь меня слабее?

—Конечно, ты ведь передо мной устоять не можешь. Или я не права, и твоя любовь лишь наигранность?

Парень ухмыльнулся, быстро сковывая её в объятия и прошептав в самое ухо ответ на попытку подловить его.

—Теряю хватку с каждым твоим появлением. Удивительно, как сердце может стучать с новой силой при виде тебя? И не стыдно вам, мисс Велье, так нагло брать под власть мое сознание и душу?

Осторожно вырвавшись из его объятий, Любовь лишь смерила его улыбкой:

—Увидимся вечером. Жду твоего выступления со скрипкой в руках, или слабо?

—Мне то? Напугай чем-то другим.

Они дружно рассмеялись, продолжив свой ход мимо проходящих по своим делам солдат.