Тайна империи

The winner takes it all
The loser standing small
Beside the victory
That's her destiny
ABBA — The Winner Takes It All

Афланит. Ноябрь 1564

Здание подвала в заброшенном доме на самой окраине империи было освещено лишь одной тусклой лампой, а мерзкий запах табака и алкоголя ударял в нос своей резкостью.

Высокий парень в черном пальто спускался, и с каждым шагом чувствовал резкий запах всё сильнее. Старые серые стены давно впитали в себя этот едкий кошмар. Свободно дышать становилось сложнее, но при выходе на свежий воздух легкие словно раскрывались, приобретая новую жизнь. Разбросанные на столах оружие различных видов вместе с патронами дополняли картину устрашающего вида. На стенах – куча зарисовок и схем, а на диван кинута какая-то темная одежда.

Приглушенный свет осветил лицо блондина, а в особенности его карие глаза с желтым отливом. Белая рубашка была расстегнута, демонстрируя пресс, а в руке мужчина держал стакан с недопитым виски. Увидев гостя, он довольно улыбнулся, вставая на ноги и идя в сторону старого друга, раскинув руки.

—Дружище! Как и думал, совсем не изменился. Такова наша участь бессмертных, правда?

—Ты позвал меня, чтобы поболтать? Не думаю, что это стоило того, — проговорил гость, снимая капюшон и демонстрируя свои красные волосы до плеч. —Я слушаю.

Блондин тихо рассмеялся, но были в его тоне некие нотки хитрости и гордости. Опустив руки, он подошел к столику, ставя назад стакан.

—Ты прекрасно понимаешь, зачем я позвал тебя сюда, Брендон. Время мстить! — В ответ от Брендона последовало молчание. Мужчину это лишь позабавило, заставив поднять бровь в недоумении.

—Ты свихнулся, Майер! Я вышел из игры двадцать с лишним лет назад, не для повторения истории! — крикнул Брендон, осознав слова друга, кидая в него первый попавшийся пустой стакан. —Я не буду играть по твоим правилам, Сергей!

Тот увернулся, хитро улыбнувшись.

Сергей Майер был сацией. Живя в тайне уже несколько веков и помешанный на теме мести тем, из-за кого он потерял всё, но обрёл проклятие бессмертия.

—Они убили твою семью! Да, наша милая маленькая императрица покинула этот мир раньше, чем мы того думали, однако на свете продолжают ходить её отпрыски! И я хочу, чтобы они испытали всю ту боль, которую испытал я, когда один из их прадедов убил Рейну. Ты разве не понимаешь меня?! Семья Афланит убила всех и продолжит это в будущем!

—Моим отцом управляла месть, как и тобой. Напомнить, как он закончил?

—Я не твой отец, Брендон Василь, — прошептал мужчина, подходя ближе и заглядывая в ярко-голубые глаза. —Но мне нужна твоя помощь, потому что ты такой же, как и я! Одинокий, брошенный всеми! Каждый из семьи Афланит творит невесть что, пора заканчивать их беззаботную жизнь! Империи давно пора сменить власть – их мерзкие руки воруют у людей последние деньги на пиры, гуляния и праздники. Я хочу избавить невинных от этих мук и страданий!

—Ничего у тебя не получится, — сел на стул Брендон, изучая старого друга взглядом. —Империя говорит, что Франциск будет одним из величайших правителей за всю историю. Его методы безупречны. Да и смысл? Пиры и балы – это уже традиция, даже мой отец их устраивал.

Блондин расплылся в широкой улыбке, а его глаза становились всё желтее, проявляя истинную натуру сации. Тяжёлое, учащённое дыхание и взгляд, уставленный в одну точку, выдавали его одиночество и безумие.

—Народ верит ему, пока не поймёт, что новый император не справляется и следует примеру своей мамочки и деда! Это легко можно устроить. Начнём разгром справедливости, и тогда народ пойдёт за нами!

—Тебе бы голову полечить, а не войны устраивать, — вставая с места и идя в сторону двери, проговорил Брендон.

—Подумай сам, Брендон! — остановил его Сергей. —Клара Афланит убила твою мать собственноручно! И эта стерва поплатилась. Она наконец-то сдохла! А вот её сыночек родился с золотой ложкой во рту, разве это справедливо? Императором должен быть ты! И никто другой! Соглашайся, люди придут на нашу сторону, вот увидишь!

Брендон уже понял, что пути назад нет. Сергей слишком продумал план до малейших мелочей и продумал каждый ход, чтобы аргументировать каждое его слово. Брендон лишь надеялся, что сможет вернуть старого приятеля на сторону добра, как когда-то встал и он.

Брендон и Сергей встретились в Опалите много лет назад. После поражения последний из рода Василь дождался двадцати пяти, чтобы принять бессмертие. Тогда же он и встретил Сергея.

Такие одинокие, они нашли в этой дружбе смысл – братство двух разных рас. Сергей стал сацией в двадцать девять, когда один из императоров Афланита собственноручно казнил его беременную супругу. Сергей не успел её спасти. Рейна Майер была изумительной красоты феей. Брюнетка с добрыми зелёными глазами. Будучи художником, после её смерти, Сергей, уже став сацией, рисовал только её. Все свои мысли и воспоминания о жене он переносил на бумагу, с каждым разом всё больше думая о мести.

Его раздражало чувство, что род Афланит продолжает процветать и плодить новых наследников, когда их предок убил у Сергея всё в один удар. Счастливое будущее с женой и их ребёнком. Спокойную жизнь.

Встретив Брендона, он на несколько месяцев закрыл своё одиночество присутствием человека, ставшего для него названым братом. Через некоторое время братство слабело. Сергей видел в друге лишь помощь в оказании мести, узнав его историю. Однако пути их разошлись, но спустя много лет, когда Сергей был полностью готов к реализации своего плана, он нашёл старого друга.

—Рейна была невиновна... — бормотал он, смотря в ярко-голубые глаза Брендона. —Невиновна! — перешёл на крик он. —Пора преподнести им урок! Ты со мной? Ведь мы братья!

—Уймись, Сергей! Рейну это всё равно не вернёт, пора жить дальше!

—Да я даже... Я даже умереть не могу, понимаешь?! Продолжаю жить в этом никчёмном и прогнившем насквозь деньгами и гонкой за властью мире. Любой суицид не приносил мне пользы, я продолжаю висеть в петле, а отчаяние сводит с ума! Зачем я живу, если не могу даже отомстить за мою Рейну?! Отомстить за нашего нерождённого ребёнка?!

Брендон смотрел на него недоверчивым взглядом, его слова не внушали никакого доверия.

—Ты меня не поймёшь, не так ли? Ты сам принял бессмертие, и поверь, ты пожалеешь. Тогда, когда твой любимый человек будет умирать на твоих руках, а ты ничего не сможешь сделать! Я прошу тебя, ты ведь помогал своему отцу!

—Помогал? Ты даже не представляешь, каких трудов мне стоило задерживать его и тайно помогать Кларе. Не для того я пожертвовал родителями. Не для войны в будущем. Если понадобится, я буду помогать и Франциску!

Сергей не сдавался, приводя всё более сумасшедшие мысли, чтобы Брендон пошёл за ним, но всё было впустую.

—А как же твоя сестра? Её невинную душу убили, но если бы Клара не бездействовала...

—Хватит! Хочешь, чтобы я шёл за тобой? Предложи мне такое, от чего я не смогу отказаться!

Глаза Сергея сверкнули в приглушённом освещении, его голос стал едва слышным.

—Всё, что попросишь.

—Даже невозможное? — сверкнули голубые глаза Брендона.

—Даже невозможное! Так чего ты хочешь?

—Я хочу вернуться в прошлое.

Глаза Сергея перестали блестеть, а вместо блеска приобрели презрение.

—Думаешь, я шутки шучу?

Брендон рассмеялся, оборачиваясь к выходу.

—Ищи дурака дальше.

Уйти парень не успел. Сергей развернул его, вглядываясь янтарно-жёлтыми глазами в голубые глаза бывшего друга. Гипнозу Сергей прибегать не хотел, но без помощи несостоявшегося принца ничего бы не вышло.

Брендон упал на колени, словно отключив сознание на некоторое время. Но стоило ему поднять взгляд, как зрачки словно пропали, став слишком тусклыми.

—Всё готово? — Зашла в подвал девушка изумительной красоты. Белоснежные волосы отражали на себе желтый свет лампы, а серые глаза блеснули от азарта при виде Брендона. Девушка подошла к Брендону, беря лицо парня в руки и рассматривая черты лица. —Не реагирует. Это был твой план – сделать из него овоща?

—Сознание перестраивается, больше он не сможет ускользнуть. Смотри не испорть всё, Розелла, соблазни как и умеешь.

***

—Глупо, наверное, это всё. Началась черная полоса, а тут эта операция. Врачи сказали, есть риск, что мой организм не выдержит — Наблюдая, как Франциск складывает её вещи, сказала Вера. Парень остановился, смотря на неё.

—Мамы не стало из-за проклятия, а дедушка – в силу возраста. С тобой же всё будет хорошо. Там будет твоя мама, а я буду стараться звонить как можно чаще. Сама понимаешь, вся эта головная боль с получением титула...

Он взял её за руку, садясь на колени перед ней. Императорская семья всё ещё держала траур. Во время него нельзя было начинать подготовку к коронации Франциска. Примерная дата назначения его на пост императора была запланирована на начало весны. По климату Афланита, уже в конце февраля растает снег и установится плюсовая температура.

—У тебя столько дел сейчас, а ты со мной мучаешься. Я ведь сама могу вещи собрать. Ты что-то замышляешь?

—Хорошо, раскусила. Я не увижу тебя достаточное количество времени! Хочу запомнить твоё лицо в эти моменты. Только улыбки родных мне людей заставляют держаться на плаву в данный момент, поэтому, как бы эгоистично это ни звучало, но я хочу, чтобы ты улыбалась чаще.

Легкая улыбка застыла на лице Веры, и Франциск одобрительно кивнул.

—Скоро будешь танцевать на сцене, сместишь Еву Ланкас, и весь мир будет говорить о тебе!

—Пока что весь мир говорит обо мне только то, что я твоя любовница.

—Любовница? — тихо рассмеялся Франциск, а в серых глазах промелькнул азарт. —Что бы ею быть, у меня для начала должна быть хотя бы невеста, а пока я не подтвердил всё на публику, это лишь слух, который утихнет через несколько недель. Но гарантировать тебе могу точно – любовницей ты не будешь.

—Вот как? А если я всё-таки выберу карьеру или мы расстанемся? — Хитро улыбнулась Вера, сжимая руку Франциска сильнее, не боясь прямого контакта.

—Тогда я буду один, пока злой и ужасный полукровка с черными волосами и устрашающими зелеными глазами, называющий себя моим отцом, не заставит меня жениться на принцессе какой-то империи. — Он поднялся, оставляя поцелуй на её щеке. —Какая разница, какое будет будущее? Нужно жить настоящим, а на мысли о будущем может уйти вся жизнь. Счастье нужно испытывать тогда, когда оно доступно.

—Говоришь как мой папа. — Закатила глаза девушка, подъезжая к зеркалу. Иногда Вера всё-таки понимала, как ей повезло. После падения в том состоянии она сможет ходить, ноги не отказали окончательно. Однако факт, что может не пережить эту операцию, пугал её.

Боялась Вера не смерти, а других. Нервы родных пошатнутся, а Франциск закроется в себе окончательно. Видя, как все верят в неё, девушка понимала, что шанс и правда маленький.

—Твой отец мудрый человек, поэтому мне даже приятно. Но я вижу, что тебя что-то беспокоит. Не знаю, что именно, и вряд ли ты расскажешь мне, но уверен, что, о чём бы ты ни думала, всё будет хорошо. — Положив руки на её плечи, сказал Франциск. Смотря в зеркало, он наклонился к её уху. —Мне хотелось бы, чтобы ты навсегда забыла о том, что сидела в коляске. — Сев перед ней, он посмотрел в зелёные глаза. —Однако не забывай. Какими бы ни были обстоятельства, я не откажусь от тебя.

Обняв его, она прошептала, гладя его по волосам:

—Спасибо, что ты рядом. — Прошептала Вера едва слышно, но это было достаточно, чтобы Франциск услышал.

—Всегда буду, обещаю.

Стук в комнату заставил их принять исходное положение. Нора осторожно приоткрыла дверь.

—Вы готовы? Скоро рейс, нужно успеть доехать.

—Да, мисс Велье, скоро выходим.

—Мам! К тебе пришли! — Раздался голос Надежды, отвлекающий Нору.

—Кого там принесло?

Нора закрыла за собой дверь, однако вскоре раздался её раздражённый крик, который никто не смог проигнорировать. Нора слишком редко выходила из себя и позволяла себе кричать.

Франциск помог Вере покинуть комнату, однако перед выходом уже стояли младшие Велье, а за ними Киро. Феликс поспешно спускался с лестницы, ничего не понимая.

Младшие быстро расступились, когда Нора зашла в дом, а за ней спешил парень с красными волосами. Заочно, но все уже узнали его.

—Я сказала тебе убираться! Ещё совести хватило спустя двадцать лет и с такой просьбой!

—Что тебе нужно, Василь? — Стоя на лестнице, грозно спросил Феликс.

—Я готов на колени перед тобой встать! Мне нужна лишь капля, я уверен, она у тебя есть!

—У меня ничего нет, Брендон!

Парень же кинулся ей в ноги, взгляд его был диким, озабоченным.

—Я не верю, мама слишком много говорила тебе об этом! Лишь капля её крови, я верю, что она у тебя есть! Я большего не прошу!

В бешенстве Нора ударной волной вытолкнула его. Брендон врезался в стену, совсем рядом с входной дверью.

—Промазала, думала, тебя сразу за порог получится вытолкнуть. Для чего тебе это нужно? Дар я вижу, ты уже принял, так используй свой! Зачем тебе кровь Роксаны? Что ты задумал опять?

—Я не могу сказать, но я пропаду, Нора! Лишь капля, и ты меня больше не увидишь! — Поднялся на ноги Брендон, тяжело дыша. Его взгляд метнулся на младших Велье, на кого именно, никто не понял, но он быстро отвел глаза, успокоившись. —Я когда-то помог тебе, Нора, а тебе жаль одной капли!

Нора внимательно осмотрела его. Поняв, что он не уйдет без задуманного, она открыла хранилище, доставая совсем небольшой прозрачный флакончик, а покапавшись в верхнем ящике на кухне, нашла небольшую пробирку. Капнув туда три капли и плотно закрыв, кинула её парню.

—Теперь убирайся, больше не дам.

Брендон, получив задуманное, смотрел на флакон как на объект воздыхания, быстрым шагом выбегая из дома, наспех поблагодарив.

—Что это было? — Опомнившись, спросила Надежда.

—Вашему представлению – Брендон Василь, который, видимо, за двадцать лет свихнулся окончательно. Зачем ему кровь, феечка? — Скрестив руки на груди, пояснил Феликс, сам не понимая сцену, которая произошла несколько мгновений назад.

—Роксана всегда говорила нам, что если с ней что-то случится, то чтобы у каждого была её кровь. Кровь ведьмы. Из-за бессмертия ни моя, ни их кровь не портится и не засыхает. Это огромный дар для того же охотника или человека, одной каплей можно исцелиться от любого недуга, но действует это только на людей. Для других кровь служит закреплением заклинаний или зелий. Чем старше ведьма, тем сильнее кровь. Для чего она ему – ума не приложу.

***

В Карите Вера была лишь однажды в детстве вместе с матерью, взявшей её с собой на гастроли по миру. Сейчас же, за более чем 15 лет, империя полностью преобразилась.

Более теплый климат, чем в Афланите, и население преимущественно состояло из охотников. Несмотря на конец ноября, о дождях Афланита или легком снеге и речи быть не могло. Солнце ярко освещало улицы и создавало тепло, как весной.

Такси из аэропорта быстро довезло их до клиники. О том, что она была частной, было ясно с первого взгляда. Полностью белое здание в семь этажей, аллея для больных с деревянными, бежевыми скамейками и разные виды деревьев от плодовых до декоративных, парковка и фонари, которые освещали всю территорию клиники в тёмное время суток.

Внутри всё было сделано по последним данным медицины: новейшее оборудование. О живой очереди здесь вообще понятия не имели, каждый держал в руках электронный талон. Лучшие условия и ощущение, будто ты не в больнице. Неудивительно, как опытно Карит переманивал лучших врачей мира сюда, даже несмотря на свои долги и военное положение.

На встречу к ним тут же выбежала темноволосая девушка в медицинском халате.

—Велье, верно? Мы вас очень ждали! Доктор Мэдисон уже здесь. Я вас провожу, нам на третий этаж.

Лечение здесь стоило целое состояние, но чаще всего именно здесь брались за самые сложные случаи. К слову, деньги окупались одним только нахождением там: вместо лестницы пациенты передвигались на быстром, новом лифте, а проезжая мимо, Вера успела поймать взглядом несколько кулеров с водой и даже буфет.

Кабинет доктора Мэдисон был обставлен новейшим оборудованием. Женщина средних лет, но уже с сединой в светлых волосах, с улыбкой встретила их, помогая Норе с коляской, и вновь садясь за стол, поправляя идеально выглаженный медицинский халат.

—Миссис Велье, оставите нас? Веру привезут потом наши медсестры, а вы пока отдохнете с дороги, — улыбнулась доктор, дождавшись, пока медсестра, которая привела их, уведет Нору.

После полного осмотра и изучения снимков женщина покачала головой.

—Случай и правда сложный, прямого повреждения нет, всё внутри, а организм без того слаб. Как понимаете, при всей оплате я не смогу дать прогноза. Либо всё пройдет успешно, либо следует летальный исход. Вы согласны на лечение при таком исходе, мисс Велье?

—Да, согласна. И я беру всю ответственность на себя, — не задумываясь, ответила Вера, вызывая тревожную улыбку доктора.

—Настрой хороший. Что ж, пока пару дней мы будем изучать ваши анализы, а потом уже назначим дату операции. У нас хорошее питание и есть место для прогулок, так что эти дни пролетят очень быстро, не переживайте. Реабилитация при таком характере должна будет пройти тоже без осложнений.

Вера видела, как светятся глаза матери, когда Вера пересказывала слова доктора о скорой операции. То, что доктор подтвердила о возможной гибели, Вера умолчала, чтобы мать не переживала слишком сильно, но на сердце было неспокойно. На все обследования в кабинет она заезжала сама, боясь услышать что-то, что может расстроить мать. Через пару дней её подозрения подтвердились.

—Я могу взяться за ваш случай, мисс Велье, — смотря на бумагу, сказала доктор Мэдисон, —Но только если вы сами будете готовы. Анализы пришли, и ваш организм не выдержит эту операцию.

—Если вы готовы взяться, значит, шанс есть.

—Есть, но минимальный. Два к девяносто восьми. Пожалейте родных, так вы хоть останетесь живы.

—Я подпишу все бумаги, которые нужно. Я обещала сражаться, и если шанс есть, значит, нужно пользоваться им! Единственная просьба – не говорите никому. Я выдержу, а лишние переживания им ни к чему.

Женщина глубоко вздохнула. Несмотря на девушку, она протянула ей листок для подписи.

—Верны ли слухи о вашей связи с будущим императором Афланита?

—К чему вопрос? — удивлённо взглянула на неё Вера. Доктор лишь грустно улыбнулась, пожимая плечами.

—Хочется знать, какой ущерб стоит ждать Кариту, если операция пройдёт неуспешно. Если слухи верны и вас связывает нечто большее, чем просто дружба, то империя может ожидать новую войну, но уже не только с Опалитом.

—Постарайтесь, доктор. Здесь ведь стоит моя подпись? Значит, вся ответственность на мне, а на мёртвых зла не держат, особенно если это наследный принц Афланита. Идти на кого-то с войной... Поверьте, я знаю, о чём говорю, он не пойдёт на это. Если на этом всё, я буду ждать даты операции.

Заметив слишком спокойный вид дочери, Нора успокоилась. Вера и правда не переживала по этому поводу – лишние волнения доставят больше проблем организму. Она выживет и знала это наверняка. Если же нет – значит, такова была её короткая судьба.

Уже лежа на операционном столе через несколько дней, она только и думала о том, что скоро будет ходить, пока наркоз не отключил её сознание.

Очнулась Вера в белой, ледяной комнате. Она могла ходить, по крайней мере здесь. Её волосы спадали на плечи, а белое платье было больше похоже на длинную сорочку. Ноги были босыми и уже не чувствовали холода, стоящего здесь.

Рядом с ней стояла рыжеволосая девочка с зелёными глазами. Сначала Вере показалось, что это она и есть, но кое-что отличало их друг от друга: у девочки была короткая стрижка.

—Кто ты? — спросила девушка, но девочка лишь поманила её рукой за собой. Остановились они возле такой же белой двери.

Без слов незнакомка открыла увесистую дверь, приглашая Веру за собой. В момент девушка оказалась в больнице, а именно в коридоре ожидания, где сидела Нора, разговаривая с Феликсом. Держа телефон перед собой, она слушала, как муж успокаивает её, говоря о том, что совсем скоро всё будет как раньше.

—Мам? Пап? — неуверенно спросила Вера, но никто не ответил.

Внимание Норы привлекла доктор Мэдисон, выходящая из реанимации и устало снимающая медицинскую маску.

—Как всё прошло? — подскочила с места Нора, но доктор тут же посадила её на место, пугая тем самым ещё больше.

—Мы пытались. Вера просила не говорить вам, обещала, что всё обойдётся и взяла всю ответственность на себя. Мне очень жаль, но шанс и правда был маленький, мы просто не могли ничего сделать.

—Что вы хотите сказать? Я не понимаю… — Отрицательно покачала головой Нора, а взгляд пустел всё больше с каждой секундой. —Феликс, что она хочет сказать? Не молчите же! Моя дочь не могла… Нет же… — В отчаянии кричала девушка, однако осознание происходящего не хотело усваиваться в голове.

—Я выезжаю, Нора. Доктор Мэдисон, не дайте ей впасть в истерику, прошу вас, — кричал в телефоне голос Феликса, но Нора его уже не слышала, сжимая телефон в истерике.

—Зачем? Скажите мне, что с моей дочерью! Она говорила, что всё пройдёт хорошо!

—Вера не смогла пережить эту операцию, миссис Велье, мне очень жаль.

—Что за бред? Мам, я тут! — Отрицательно замотала головой Вера, привлекая к себе внимание, но сделав шаг, тут же оказалась уже в своём доме.

В гостиной сидели Любовь и Николас. Чуть дальше, держа Надежду за руку, сидел Киро. Вылетевший из кабинета Феликс напугал их и заставил вскочить с мест.

—Что с ней? Пап, не молчи же! — начал Николас, заставляя остановиться Феликса. —Куда ты собираешься?

—Я выезжаю в Карит забрать вашу мать, пока она не натворила глупостей. Вера… Она не смогла.

—Что значит "не смогла"? — не веря в слова отца, переспросила Надежда, сжав руку Киро.

—Ты прекрасно поняла мои слова! Это именно то, что я сказал! Веры больше… — Пытаясь не впасть в истерику, недоговорил Феликс, надевая верхнюю одежду. Голос его дрожал, а лицо мрачнело с каждой секундой.

—Куда ты в таком состоянии? Всё станет только хуже! Я сам тебя отвезу, — запротестовал Николас, забирая у отца ключи от машины.

Дрожащими руками он сел в машину с отцом. Они пытались держать себя в руках, что получалось очень плохо, однако парень даже боялся представить, насколько в разы больнее сейчас отцу, потому иногда позволял себе проехать в неположенных местах, чтобы сократить путь до аэропорта, пока Феликс, сидящий рядом, трясущимися руками бронировал билеты на ближайший самолёт.

Киро, сдержав эмоции в кулак, отошёл в сторону, нехотя набирая номер друга, пока Надежда в слезах обнимала младшую сестру. Он обещал позвонить ему, какие бы ни были новости. Франциск принял звонок моментально, а Веру же перенесло в его кабинет. Встревоженный парень смотрел в окно на ночной Афланит, держа телефон у уха.

—Как она? Есть новости? — Молчание убивало его, и он переспросил громче. Ответа не последовало снова. —Скажи хоть что-нибудь, Киро! Что с ней?

—Она не смогла, Франциск.

—Что? — потрясенно спросил Франциск. Казалось, его сердце разбилось на множество кусочков. Шок захватил его разум, и любому слову он не желал верить.

—Мне жаль, но её больше нет. Франциск? Ты слышишь меня? — Франциск лишь смотрел в одну точку, а затем кинул телефон в стену, пытаясь унять гнев на судьбу, падая на колени.

Слезы подавили крик отчаяния и боли, а в серых глазах застыл ужас. Вера кинулась к нему, но пробежала сквозь, ошарашенно оглядываясь. "Разве могут призраки чувствовать страх?" — пронеслось в её голове.

Телефон разбился слишком громко, заставляя Алису, стоявшую у дверей, застыть в проходе. За ней обеспокоенно стоял Эрик. Одного вида состояния Франциска им хватило, чтобы понять, что случилось. Алиса зажала рот рукой, качая головой, а мужчина подошел ближе, положив руку на плечо сына.

—Это ведь просто сон, она не могла, верно? Почему из всех именно она?

—Нет... Я не могла умереть! Я жива, Франциск, я перед тобой!

Но её крики мольбы растворились в воздухе. Оказавшись снова в белом помещении и вновь видя перед собой девочку, Вера не смогла сдержать слез.

—Это возможный сценарий, который может быть, — наконец заговорила незнакомка.

—Я не умерла? Что я тогда здесь делаю?!

—Пока не умерла. Сейчас врачи пытаются вытащить тебя с того света, то есть отсюда. В медицине это называется клинической смертью, если я не ошибаюсь.

—Зачем мне показали это? И кто ты такая?!

—Это делается всегда. Тебе показывают тех людей, которые тебе дороги, и их реакцию на твою гибель. Однако у тебя есть шанс вернуться, если захочешь этого по-настоящему. Потому я и здесь, как ближайший родственник.

—Родственник? Такой маленький? — Сначала у Веры была версия о первом ребенке её родителей, но тот погиб еще в утробе, а значит, не мог иметь даже такого обличья. Цепочка в её голове сложилась. —Получается, ты умерла в детстве. Ты Ада – сестра моей матери, погибшая в детстве...

—Верно. Отсюда есть возможность следить за всем, что происходит во внешнем мире. Сейчас время для тебя остановлено, но если успеешь добежать до той двери, то выживешь. Не успеешь – последует тот сценарий, который ты видела. Тебе нужно лишь сказать, когда будешь готова. У тебя будет тридцать секунд, иначе останешься здесь навсегда.

—Но ведь она так далеко!

—Жизнь не достается просто так, за нее нужно бороться точно так же, как и за свободу.

Девушка уставилась на дверь. Несколько раз сделав глубокий вдох, она настроилась. Кивнув девочке и увидев перед собой таймер, она дождалась его начала, а после побежала со всех ног.

Перед глазами мелькали картинки, которые она увидела несколько минут назад, а также лица семьи Лиро, что узнали о новости самые последние, и такой сценарий совершенно не устраивал Веру. Секунд становилось всё меньше, а дверь – так же далеко. Она обещала выжить. Обещала бороться. Буквально забыв о дыхании, Вера вновь ускорилась. У неё оставалось три секунды, когда она всё-таки добежала до двери и прямо на ходу раскрыла её, падая в пустоту.

Ада смотрела на неё, в глубине души ощущая облегчение. В своё время девочке не хватило десяти секунд, она на много лет потеряла контакт с родными, а со своей родной сестрой она не встретится больше никогда. По крайней мере в ближайшие несколько веков, пока не отработает свою карму здесь и не сможет переродиться.

***

Несколько разрядов не спасали ситуацию. Доктор металась, стараясь спасти своего пациента. У неё было лишь несколько секунд, чтобы Вера всё-таки выжила. Прибавив последний разряд в несколько раз, она облегчённо выдохнула, когда пульс всё-таки появился на оборудовании, а резкое дыхание вернулось к девушке. Клиническая смерть была не редкой в практике доктора Мэдисон, однако случай с Верой был сложнее в разы. Те самые проценты всё-таки сбылись. Доводя операцию до конца, женщина лишь думала, насколько везучей оказалась её новая пациентка.

***

Франциск смотрел в окно, но стоило телефону в кармане пиджака завибрировать, как он тут же отвлёкся от мыслей, поднимая его к уху.

—Киро, — ответил Франциск, слушая голос друга. Несколько слов друга заставили Франциска невольно улыбнуться: —Спасибо за информацию, да, теперь спокойной ночи.

Отключив телефон, парень упал на колени. Смотря в небо, он тихо прошептал:

—Спасибо! Кто бы это ни был, спасибо!

***

Вера открыла глаза уже в палате. Первое лицо, которое она увидела, было лицо её матери. Улыбка сама по себе появилась на лице Веры. Нора держала дочь за руку, скрывая слёзы за улыбкой облегчения.

—Ты смогла, милая, сила победила в тебе!

—Мне кто-то помог, мам, — прошептала Вера.

Нора удивлённо уставилась на дочь, не понимая, о чём она.

—Я была на грани, но кто-то спас меня, я помню серую комнату и силуэт девочки...

—Отдыхай, я верю тебе. Операция была тяжёлой, тебе нужно больше отдыха.

Оставив дочь докторам, Нора вышла на балкон больницы. Солнце было высоко в небе, а тёплая погода, такая странная для коренных жителей Афланита, была как раз кстати сейчас. Закрыв глаза, Нора прошептала едва слышно, понимая каждое слово дочери:

—Спасибо, Ада...

Легкий теплый ветер заиграл в её волосах, словно подтверждая догадки девушки. Открыв глаза, улыбка сама появилась на её лице, видя рядом с собой детскую тень. Двойняшки с разными судьбами. Аде была уготована короткая жизнь не по своей воле, а Норе предстояло прожить множество веков, видеть смену поколений и гибель каждого близкого ей человека, застряв в возрасте второго десятка лет.

Детская тень начала медленно исчезать. Душа Ады выполнила свою роль и теперь была готова к перерождению.