Тайна империи

Я не знаю где мне станет хорошо
От чего
Я бегу куда-то, если всё давно решено
мартин — я пытаюсь быть лучше

Афланит. Июнь 1564

Солнце только просыпалось, озаряя летние земли Афланита. Утро всегда начиналось не с кофе, а с первого раннего будильника. Рыжеволосая девушка поднялась, раскрывая шторы солнечному дню, осматривая зелёными глазами сад. Собравшись за десять минут, она вылетела из комнаты, сбивая по пути младшего брата.

—Куда ты так спешишь? — спросил её вслед светловолосый парень, всё ещё не проснувшись до конца.

—Сегодня ведь просмотр на птицу, забыл? — рассмеялся мужчина, сидя за столом с телефоном в руке.

—Летает она точно умеет. Чуть с лестницы не столкнула! — возмутился парень.

Подбежав к брату, Вера обняла его, проводя рукой по золотым волосам:

—Ну, ты главное держись, Ник, я просто вперёд тебя вылупилась.

—Ты вообще медленный, Ник, даже я тебя опередила, — раздался голос с лестницы. В одной пижаме спускалась рыжеволосая девушка с голубыми, словно небо, глазами. Надежда была вторым по старшинству ребёнком в семье.

—Ты старше меня на пятнадцать минут! — возмутился парень, смотря на старшую сестру и получая в ответ ехидную улыбку. Его хмурый взгляд зелёных глаз говорил сам за себя: эту разницу он никогда не принимал.

Николас и Надежда были двойняшками. Несмотря на их перепалки, совершенно разные характеры и внешность, они были близки больше, чем каждый в любящей и большой семье. Разлучить двойняшек было самой сложной задачей.

—Зажигалочка, поднимись к сестре, разбуди её, иначе проспит, — готовя завтрак, сказала женщина, не отвлекаясь от плиты, на что Надежда без вопросов поднялась обратно.

Через две минуты в одной сорочке с лестницы летела белокурая девочка. Самый младший член семьи Велье – шестнадцатилетняя Любовь.

—Пап, я быстро! У меня сегодня репетиция к школьному концерту до занятий, подбросишь? — беря в рот бутерброд, быстро проговорила та.

—До занятий ещё полтора часа, ехать максимум десять минут, сядь поешь, — улыбнулся мужчина, гладя её по светлым волосам.

—Мам, собери мне с собой, пожалуйста. Я побежала собираться, — не слыша никого, девочка побежала наверх одеваться.

—Любовь! — крикнула женщина, но та её уже не слышала. —Несносный ребёнок, — она рассмеялась, ставя на стол тарелки с омлетом. —Ты тоже до вечера будешь, Феликс? С собой собрать?

—Постараюсь вернуться к ужину, феечка, но лучше собери, в обед точно не смогу выехать.

Нора и Феликс после восстановления власти нашли своё призвание довольно быстро. У Феликса был собственный бизнес. Через некоторое время после всех событий почти вся экономика империи держалась на нём. Он был вторым самым богатым человеком в империи, после императорской семьи, а Нора выступала на сцене, как и мечтала всю жизнь. То, что у неё не смогла забрать вечная молодость сации – был голос, который пронизывал до глубины души и был знаком каждому в империи. Прошло двадцать лет со всех неспокойных событий, и про то, что где-то может быть опасность, все забыли вовсе.

—Так, я побежала, такси приехало! — Увидев уведомление в телефоне и допивая кофе за раз, проговорила Вера, целуя Нору в щеку на прощание.

—Удачи! — Улыбнулась Надежда, наконец садясь за стол рядом с братом.

Только проснувшийся Афланит предвещал только яркие события дня. Видя из окна такси, как солнце ярко светит в глаза, отражаясь в её огненных волосах, Вера знала, что сегодня получит роль.

Доехала Вера быстро, внутри уже ждала одна из подруг – Эстела. Блондинка нервно смотрела в телефон, постукивая указательным пальцем по экрану.

—Ну наконец-то! Ты будто не переживаешь совсем!

—Я просто знаю, что у меня сегодня только один конкурент, которого я с лёгкостью устраню. Не помнишь? На выпускном в академии я тоже танцевала главную роль.

—Меня обсуждаешь, Велье? — Раздался голос её самого главного конкурента. Вера обернулась, натянуто улыбнувшись черноволосой девушке, которая уже осматривала конкурентку с головы до ног своими зелёными глазами. Ева Ланкас.

Они соперничали, пожалуй, всю жизнь, с самого первого дня в академии за первенство, в театре же соревнование шло в том, кто первый займёт место примы и отыщет свою популярность.

—В этот раз роль будет моей, но ты переживёшь, правда ведь? — Ехидно улыбнулась Ева, уверенная в своих силах.

То, что было у Евы, но не было у Веры, — безупречный талант. Вере приходилось оттачивать всё собственным трудом и часами долгих тренировок. Благо, смешанная кровь охотника и феи позволяла быть более выносливой, чем другие. У Евы же всё получалось по щелчку пальцев, но не всегда так, как хотели хореографы.

—Ты займёшь моё место, только если я стану инвалидом, Ева, но даже так я найду способ приковать к себе внимание, оставив тебя в тени.

—Чего это вы? Флиртуете между собой, девочки? А я всегда знал, что между вами не просто война! — Внезапно появился парень со светлыми волосами за их спинами. Общий друг Натаниэль Коста, или же просто Нат.

—Где ты был? Вчера на репетицию не явился! — возмутилась Эстела, собирая светлые волосы в хвост.

—Эй, спокойнее, милая! — ухмыльнулся парень. —Я не был по уважительной причине! — Оставив поцелуй на её щеке, он невинно состроил глазки, от чего Эстела быстро простила его грехи и новые обиды.

—Переводил бабушку через дорогу, а та затащила тебя на чай? — улыбнулась Вера, а тот закивал головой. —Тебя точно из театра выгонят, не боишься?

—Нет, потому что парней и без того мало. К тому же, мне будет обидно не увидеть, чем закончится ваша схватка. Если вы птицу поделить не можете, то что будет за лебедя!

Это было вечное сложное решение для хореографов. Две лучшие ученицы, но Вера занимается дольше Евы. Постоянные просмотры для этих двоих были обыденной вещью, и почти всегда Вера в них побеждала.

Это же был их первый дебют в большом мире балета как служащих театра, и уступать в этот раз никто не желал ещё больше.

На самом деле Ева и Вера не были врагами, даже когда-то можно было назвать их подругами. Однако вечное соперничество не давало им спокойно уживаться на одной территории. За территорией театра они вели себя достаточно мирно и даже могли обменяться парочкой совершенно мирных фраз.

Хореограф мисс Эван ждала их после класса. Молодая брюнетка в чёрном костюме осмотрела двух девушек с головы до ног, что-то записывая в блокнот.

—Ланкас первая, — без лишних действий она хлопнула в ладоши, подсаживаясь к актёру, которому досталась вторая главная роль. После просмотра, без лишних раздумий, хореограф вздохнула, разочарованно записывая что-то в блокнот.

—Велье будешь птицей, Ева – принцесса.

—Почему снова Вера?! — возмутилась Ева, вскакивая с пола. —Это несправедливо, сегодня я была лучше, чем она, в разы!

—Что главное в этой роли? — устало подняла глаза на девушку Эван. —Умение зацепить зрителя взглядом, чтобы он почувствовал этот жар танца! У Веры это получается, ты же хорошо будешь в роли не менее важной! Завтра вам дадут диету, готовьтесь.

—Хотя бы второй состав? — уставилась на хореографа с мольбой Ева, ловя непонимающий взгляд.

—Зачем? Не хочешь танцевать премьеру, Ева? На ней будут важные люди, а на повторах, сомневаюсь, что будут ценители.

Девушка замолчала, осматривая соперницу злым взглядом. Именно это не делало их друзьями. Балет. Пожав плечами, Вера, взяв сумку, направилась на выход.

—Ну как всё прошло? — подбежала к ней Эстела.

—Роль моя, что и следовало ожидать.

Эстела улыбнулась, обнимая Веру, надевая маску искренней радости.

—Поздравляю!

Так было всегда: Вере давали роли, видя, как без таланта она цепляла зрителя.

Кто-то считал, что за её талант платит семья, кто-то – что она просто чья-то любимица, а уже когда все выросли – что она с кем-то спит. Но никому из них не приходило в голову, сколько Вера работает, чтобы вообще находиться в театре.

Обычным талантом академию с отличием не окончить. Ночи напролёт ещё юная девочка смотрела и учила хореографию, не снимала пуанты по несколько часов, лишь бы стать примой.

В свои восемнадцать она достигла большего, чем все, кто что-то говорил. В интернете её знали как дочь богатых родителей, а лишь единицы, правда, следили за всем сложнейшим путём. Теперь оставалось вложить все силы в предстоящий спектакль, на который, по слухам, уже купили билеты сама императорская семья, редко бывавшая на подобных мероприятиях.

Афланит. Июль 1564.

—Ваше высочество, вас ждут, — раздался голос молодого дворецкого. Поправив пиджак, черноволосый высокий парень вышел в роскошный коридор, преодолевая лестницу. Внизу уже стояла семья в нарядных одеяниях, а слуги крутились вокруг, помогая им перед выходом.

—Франциск, мы опаздываем! Почему так долго? — подойдя к нему, спросила светловолосая женщина, поправляя галстук на шее сына, а после пригладив несколько вмятин на пиджаке. Парень закатил глаза, отходя от матери.

—Это ведь поездка в театр. Если бы не слухи, оставили бы тебя дома. Все и так говорят до сих пор о том, как ты уснул на прошлой постановке! — отдав указания водителю, возмутился стоявший недалеко мужчина. —Сегодня там должны выступать новые таланты – лучшие выпускницы балетной академии этого года, так что будь добр, хотя бы начало посмотри!

Уже в машине Франциск снова возмутился:

—Это ведь детская постановка!

—Франциск, только один вечер, — отозвалась светловолосая девушка, сидевшая с ним рядом, положив руку на его плечо.

Алиса Афланит была его младшей и единственной сестрой, ради которой он готов был на всё. В свои шестнадцать лет она добилась того, что народ любил и уважал её: грация, этикет, красота, а главное – лишняя покорность императорским законам, с которыми так упорно воевал Франциск, обещая себе, что перепишет их, как только станет императором. Таковой была будущая герцогиня целой империи. По дворцу её называли канарейкой, запертой в клетке, которая не даёт ей воли. Всю жизнь Алиса мечтала о другой жизни: где-нибудь в своём доме в деревне, рядом с любимым человеком. Но ещё раньше душа её рвалась к балету, однако, даже учитывая то, что такое хобби одобрили родители, танец стал недоступен для принцессы из-за физических данных.

Посещала Алиса, казалось, каждую премьеру, страстно завидуя выступавшим артистам и тайно рисуя себя, выступавшую на этой огромной сцене вместе с ними.

Видя всё это, Франциск знал только одно: если сестра попросила, то значит, для неё это важно.

Здание театра освещало множество фонарей, хотя свои масштабы главный театр мира раскрывал уже внутри.

Мебель, обтянутая красной бархатной тканью, золотые детали по всему залу и огромная люстра в центре главного зала. Встретил их директор театра, низкого роста мужчина с залысиной и чёрными усами на половину круглого лица, которые всегда вызывали у Франциска улыбку, а фамилию юный принц и вовсе никогда не мог запомнить, да и не важно ему это было.

—Слава Афланиту! Для нас честь принимать вас сегодня! Проходите на балкон! — С улыбкой на лице он повёл их к центральному балкону. Места здесь занимали только члены правящих семей или важные политики.

Балконы почти с четырёх этажей начали заполняться людьми, стоило прозвучать первому звонку, в партере же, как и всегда, царил хаос, на премьеры всегда приезжали ценители искусства со всего мира, особенно, чтобы встретить дебюты, возможно, будущих легенд балета.

—Веди себя прилично, Франциск. Хотя бы этот вечер, — прошептал на ухо сыну Эрик, поправив его костюм.

Франциску было уже двадцать два, однако жизнь наследника престола не позволяла всех привилегий данного возраста. Единственным негласным правилом было подчиняться воле родителей.

Учился он всегда на дому, в то время как его двоюродный брат Виктор, сын его тети по материнской линии, мог позволить себе обучаться в лучшей академии мира в империи Ной.

В мыслях он не слышал звонков и опомнился, когда в зале погас свет. Дирижер вышел, и раздались аплодисменты. Занавес открылся в сопровождении живой музыки. Вскоре на сцену выбежала девушка в костюме птицы с желто-красными перьями, и он застыл, наблюдая за каждым движением, строго заученным перед спектаклем.

До этого, смотря постановку безэмоционально, Франциск замер в немом восторге от красоты девушки и каждого её порхания на огромной сцене главного театра мира. Но притягивала его далеко не красота и умение заворожить зрителя. Его притягивало нечто большее. Образ до боли знакомой девушки отдавался колкостью в сердце, но как бы он ни старался, вспомнить, увы, не мог, где же видел её раньше.

—Это та самая восходящая звезда, о которой я говорил. Не знаю только, как её зовут. Вторую главную роль тоже должна будет исполнять одна из лучших выпускниц, — прошептал на ухо Эрик, тоже наблюдая за выступлением с улыбкой.

Особенно его забавляла реакция всегда непоколебимого Франциска, наблюдавшего за сценой горящими серыми глазами.

Однако вторая девушка Франциска не впечатлила, на середине он вновь заскучал, до момента, когда на сцене вновь появилась девушка с рыжими волосами, что так дополняли костюм огненной птицы.

С завершением спектакля Франциск даже подскочил с места, аплодируя. Такой реакции поразилась вся семья, а на выходе уже ждал директор театра.

—Как вам новая постановка, ваше величество? Это авторская задумка одного хореографа нашего театра!

—Спектакль и правда вышел прекрасным! Особенно вы поразили Франциска, он глаз от сцены не оторвал, — с улыбкой ответила Клара, краем глаза взглянув на сына.

—Правда, ваше высочество? Как я рад, что нам удалось вас удивить! Что вам так понравилось?

—Девушка, которая играла птицу... Кто она? Мне казалось, я где-то её видел.

—Это неудивительно, ваше высочество, — по-доброму рассмеялся мужчина. —Она дочь весьма известной звезды, от матери ей передался такой талант! Потому вы, скорее всего, видели её в сети. Это Вера Велье, дочка всеми любимой Норы Велье, а также не менее известного Феликса Велье!

—Велье? Вы точно не ошиблись? — удивленно спросила Клара, однако на её лице промелькнуло больше, чем просто удивление: это был страх, смешанный с тревогой.

—Я знаю всех наших артистов, ваше величество, но согласитесь, она – настоящий талант и открытие для нашего театра! От её танца никто не может устоять! Удивительная балерина.

Мужчина продолжал нахваливать юную звезду, пока Франциск пытался вспомнить, где её видел. Он слышал о её родителях. Нужно было быть слепым и глухим, чтобы не знать ту же Нору Велье, но про их детей – ни слова. Так почему же он помнил её имя?

—"Когда люди знакомятся, то пожимают руки. Я Вера Велье".

Всплыл голос в голове. Девочка из парка, которая отдала свой шарф – это она.

В тот день девочка с пламенными волосами и изумрудными глазами отпечаталась в его памяти, но сам не мог понять почему. Попрощавшись с весьма довольным директором, императорская семья вышла в вестибюль, однако Клара резко остановилась, смотря в сторону, словно заворожённая.

—Мам? Пап? Вы чего? — поинтересовалась Алиса, дотрагиваясь до плеча мужчины.

—Пойдем, Клара, — сухо ответил Эрик. Женщина смотрела ещё несколько мгновений, прежде чем кивнуть с грустной улыбкой на лице. Наконец выйдя на улицу, напряжение, возникшее ещё в театре, начало утихать в душе императрицы, пока незнакомый голос не заставил их остановиться.

—Ваше величество! — Бежала им навстречу девушка лет двадцати, накинув на себя куртку. Каштановые волосы развевались на ветру, а в карих глазах застыла обида. Оказавшись достаточно близко, она протянула в руки Эрику конверт с разорванной печатью, однако охрана быстро огородила императора от неё.

—Моё имя Виолетта Лиро. И... я нашла этот конверт у своей матери. Возможно, не должна была его читать, но я думаю, вы бы захотели это сделать. Пойму, если прогоните меня.

Эрик с болью посмотрел в небо, не решаясь брать конверт, однако за него это сделала Клара, давая охране понять, что всё под контролем.

—Передавай Алатее привет, — сказала Клара, грустно улыбаясь, вызывая у детей неясное выражение лица. Что происходило, никто не понимал, однако реакция отца не была утешительной: его лицо выражало скорее ужас, чем удивление.

—Виола! — Кинулся за девушкой молодой парень, хватая её за руку. —Простите мою сестру, ваше величество, она не доставила вам хлопот?

Клара отрицательно качала головой. Одарив их улыбкой, она развернулась, уходя прочь. До ушей Франциска долетели лишь обрывки фраз, которые заставили его остановиться на мгновение:

—Они предали родителей, а значит, и нас!

—Мама хочет вновь встретиться с братом, Кайсар! И я хочу, чтобы это получилось!

Уже в машине Франциск наконец задал вопрос, который интересовал его больше всего:

—Что это сейчас было? Вы знаете их?

—Тебе не обязательно знать это, Франциск, — ответил Эрик, не отводя взгляда от окна.

—Вам не понравился спектакль или это те люди? Ты такой обеспокоенный, отец, — спросила Алиса, не понимая абсолютно разных выражений лица родителей.

—Дело не в спектакле, не переживай, Алиса, — кротко улыбнулась Клара. —А ты сделай лицо попроще, дома поговорим.

—Не думай, что дома разговор будет менее мягким, — тихо прошептал Эрик, получая кивок императрицы. Но в выражении лица Клары было полное понимание ситуации.

Отношения родителей всегда настораживали Франциска. Он совершенно не знал об их прошлом, за исключением того, что они пришли к законной власти, свергнув Вектора Василя, который своими же руками убил прошлого императора.

Тема прошлого была табу в их семье, однако у Франциска всегда складывалось впечатление о не любящих друг друга родителях. Они не проявляли заботы ни по отношению к друг другу, ни по отношению к детям. Тайна семьи не заботила Франциска, в исключении пары неясных моментов.

—Франц, тебе правда понравился балет? — стараясь сменить тему, спросила Алиса.

—Да, пожалуй, схожу с тобой ещё, только если там будет выступать Вера Велье. Больше меня никто не впечатлил. Этот директор театра был прав – она и правда восходящая звезда.

—Знать бы ещё, кто они по происхождению. Слухи ходили, что Нора Велье – сация, потому что не стареет вообще, однако никто не даёт официального ответа. Так что твоя любимая балерина – та ещё загадка, хотя все знают, что она охотник

—Почему?

—Ну, ты совсем статьи не читаешь, братец? Её дедушка был главой охотников в прошлом, а у него был сын, Феликс Велье. Кто-то рылся, видимо, в документах, так что это подтверждено, хотя семья Велье всячески скрывает свои корни. Бывали и люди, которые утверждали, мол, знали их лично и даже подтверждали, что и с феями связи есть, но снова же…

—Вы долго сплетни распускать будете? — Возмутился Эрик, перебивая дочь, одним взглядом заставляя понять, что лучше об этом не говорить в его присутствии.

Остаток пути они ехали молча, а на ужин Франциск не спустился, потратив это время на поиски того самого шарфа в гардеробной. В одной из коробок он всё-таки нашёл его. Жёлтый с красными полосками, слишком яркий, однако для тех рыжих волос это было не так. Образ девушки не выходил из его головы, а на шарфе остался едва уловимый аромат духов, которые отдавали чем-то сладким, похожим на карамель.

Решив перед сном навестить свою бабушку, вдовствующую императрицу, Франциск остановился, услышав голоса из спальни родителей. Притаившись у слегка приоткрытой двери, он стал слушать.

—Не смей читать это письмо! Сожги его, выброси! — Нервно кричал Эрик.

Такой голос отца парень слышал впервые. Было в нём что-то чуждое для образа отца в его голове. Любовь, смешанная со смертельным, паническим страхом и отчаянием.

—Ты ведь видел вид Виолы, просто так она бы это не делала. К тому же, письмо я уже прочитала.

—Ты понимаешь, что ты сделала своим действием? Забыла уже слова Эльдафаса?! Всё было зря эти двадцать лет?!

—Я приняла на себя ответственность уже тогда, когда взяла в руки это письмо, а теперь ты можешь его прочитать. Думаешь, я не видела, с каким видом ты боролся, чтобы забыть её? С каким видом ты не хотел рушить всё? Я решила всё за тебя тогда, а теперь наконец прочти письмо от человека, который тебя поднял на ноги. Прочти письмо своей сестры, которая единственная ждала и надеялась на наше возвращение! — Ноги Франциска подкосило, но он вовремя устоял, найдя рукой стену, задевая картину, которая со скрипом качнулась.

Бросившись обратно к комнате, парень услышал отдаляющиеся шаги. Выдохнув, он понял одно. Точный ответ ему мог дать только один человек во дворце. Однако, когда парень вышел из комнаты, то всё-таки столкнулся с Эриком.

—Ты почему не спишь ещё? — Удивился тот, осматривая пижаму сына.

—Услышал шаги, кто-то пробежал, задевая мою дверь, решил проверить, — быстро сообразив, солгал он.

—Я тоже услышал. Кто-то нас подслушивал с твоей матерью. Иди спать, я опрошу стражу. Сегодня как назло ещё камеры на обслуживании.

—Я загляну в крыло к тете, она просила рассказать, как прошел спектакль, — Эрик подозрительно уставился на него, однако кивнул, спускаясь дальше по лестнице.

Пройдя в крыло Элины Афланит, Франциск заметил свет из-под двери её кабинета. Постучав и дождавшись разрешения, парень вошел. Внутри сидела Алиса, все еще в непривычном для себя платье, тоже пропустив сегодняшний ужин.

—Франц! А я как раз рассказывала тете про спектакль! Только закончила, а ты чего не спишь? — спросила блондинка, удивленно смотря на брата. Пройдя к Элине, парень внимательно посмотрел на нее.

—Что вам говорил фамилия Лиро, тетя?

—Лиро? — призадумалась женщина. —В первый раз слышу, — не моргнув глазом, сказала она.

—Я знаю, что это не все. А еще то, что вы не единственная наша тетя. Однако я хочу полную версию, что же произошло двадцать лет назад!

Элина ухмыльнулась, отпивая немного остывшего чая.

—Подслушиваешь родителей? Они были бы против.

—О чем вы вообще? — не понимая ничего, спросила Алиса. Однако Элина одобрительно кивнула.

—Если ты и сам знаешь немного, я расскажу все, как было с самого начала. История длинная, так что присаживайся. Думаю, Алисе тоже будет интересно послушать, как низко поступили ваши родители с родней и не только. Ты сам поймешь, какую значительную роль сыграли в прошлом твоих родителей прекрасные люди с фамилией Велье и Лиро.

***

Рассказывала Элина до самого рассвета, отвечая на каждый вопрос племянников. От открывшейся правды Франциск словно проснулся от долгого сна. Теперь он вспомнил, почему Вера так себя вела. Она изначально знала все.

—Какой же я идиот...

—Я до сих пор в тайне от всех общаюсь со всеми, они и не скрывали от своих детей всей правды, доказательства у них были в виде фотографии. Одна из них у меня осталась, на ней даже ты есть, Франциск. Однако твой отец не хочет быть ничтожеством, что кинул свою сестру в ваших глазах, поэтому сделайте вид, что ничего не знаете. Это была не полная история. Я рассказала вам то, что видела собственными глазами, а пересказывать момент их встречи и прочее я побоюсь, поскольку не знаю всего.

—Тетя, можете дать адрес дома Велье? Вы ведь были там, почти уверен в этом!

—Могу, но только зачем? Они ведь не родственники вам.

—Перед ними тоже стоит извиниться, когда-то они с мамой все-таки были близки.

Одобрительно улыбнувшись, женщина достала листок бумаги и написала улицу и номер дома.

Алиса ехать побоялась, все еще не могла принять новую информацию. Франциск же принял решение ехать туда завтра же и узнать все, что второй десяток лет скрывали родители.