Тайна империи

Я слишком люблю тебя
Я знаю, как могут ранить слова
Я ранее был ранен...
Дима Билан — Океан

Прошла неделя, как они находились в доме Шуи Лиро.

Все словно поменялись на глазах. Теран чаще улыбался не только Алатее, но и остальным. Мысль, что его мать жива, что он видит её и слышит голос, по которому скучал всю жизнь. Он совсем перестал хмуриться, а глаза словно вновь приобрели блеск.

Феликс же менялся на глазах, становился более закрытым, стал курить слишком часто, при любом моменте выходя на улицу, чтобы вдохнуть табак. Нора была его наркотиком, без которого Феликс не мог жить, потому он искал способ её заменить. Она преследовала его во сне, отчего он мог проспать до обеда, лишь бы не возвращаться в реальность, где Нора не помнит его. Когда сон перестал приносить спокойствие, Феликс мог засесть в любой части дома с найденной пустой записной книжкой и часами писал что-то, не показывая никому.

Клара была безмерно рада, что обрела родную сестру, хотя, видя приёмную мать, всегда вспоминала о той, что всю жизнь была её заменой. Однако каждый новый день пугал её больше прошлого. Ей нужно было думать, что делать дальше, и каждый рассчитывал на неё, пока она откладывала план действий на будущее, словно он мог взяться сам из ниоткуда.

Эрик всё чаще сомневался, стоит ли признавать свои чувства к Кларе в открытую, но то, что его отец жив, вызывало у него противоречивые чувства. Был ли он обижен, ответить Эрик не мог, для этого нужно было хотя бы помнить его не с воспоминаний сестры.
Только лишь вид Клары успокаивал его внутренний гнев. Он сам не замечал, что мог долго смотреть на неё, пока та разговаривала с сестрой или с Леей, а сам её голос, смех и даже взгляд доводили Эрика до жара, что сердце предательски стучало слишком быстро, а пульс зашкаливал.

Алатее же осознание, что она и её брат не были сиротами и спустя столько лет всё-таки обрели родительское крыло, вдыхало в неё жизнь и удовлетворяло потребность родительской любви. Отношения с Тераном у неё тоже стали заметно лучше, с каждым днём она влюблялась в него больше. Лишь одно её настораживало: как брат заметно закрылся от неё.

***

Тея подстригала волосы Алисии, стоя в своей комнате.
За этот период от чёрных волос остались отголоски достаточно отросшей седины, а теперь и вовсе лежали на полу, словно их никогда не было.

Эдан в это время спокойно спал на кровати, наслаждаясь обеденным сном под лучами солнца.
Алатея улыбнулась, с такой нежностью смотря на Эдана, что через зеркало заметила Алисия, улыбнувшись.

—Ещё не думала о детях?

—Не думаю, что Теран будет "за". Не в смысле, что он не любит детей. Сейчас опасно для этого. А так, я бы очень хотела дочь, мы бы были лучшими подругами, точно знаю это!

—Думаю, вам стоит это обсудить.

—Мы даже не женаты, Алисия, — усмехнулась девушка. —Да и знакомы не так долго, всего несколько месяцев.

—А разве для любви нужно много времени? В смысле, для настоящей любви?

—О чём секретничаем? — Показался в дверях Теран, с улыбкой следя за движениями Теи.

—А стучать? — улыбнулась Алисия.

—Вообще-то это и моя комната тоже. Кстати, новая причёска прекрасна, тебе идёт.

Из длинных, тёмных волос до поясницы, они превратились в седые, и новая длина была чуть ниже плеч, но Алисии это даже нравилось, ей казалось, это придаёт некоторую индивидуальность.

—Да, увидел бы меня сейчас мой муж, явно бы не узнал, — грустно улыбнулась Алисия, смотря на своё отражение в зеркале.

—Любимый человек всегда узнает, даже если внешность поменяют, а знаешь почему?

—Почему же, философ?

—Глаза. Они всегда остаются теми же, если даже не цвет, то взгляд. У каждого ведь свой. Глаза – это ведь зеркало души. Вот, например, в серых глазах Алатеи, где видны голубые блики, смешанные с белым, видно лишь умиротворение сейчас. Она умеет говорить глазами: когда ей хорошо, она их прикрывает, а когда особенно хорошо и она счастлива, то смотрит прямо в самую душу; когда расстроена, то или опускает взгляд, или зрачок становится чуть меньше обычного.

—Даже я всего этого не знала о себе... — Удивлённо проговорила Тея, не сумев сдержать улыбку. Теран отвёл взгляд, улыбаясь шире.

—Ты делаешь это на автомате, неудивительно. Но я тебя изучил. А как ты думаешь, почему я верю тебе? Особенно когда ты признавалась мне – я понял, что ты точно мой человек. Та, с которой я буду всю жизнь.

—Ты её смутил уже, Теран, она вся красная! Иди давай! — Засмеялась Алисия, вставая с места и убирая остриженные волосы.

***

Эрик стоял на пороге комнаты Клары и боялся постучать. Он решил. Сегодня. Он признается сегодня, чего бы это ни стоило, обманывать всех и себя он не хотел. Но словно маленький мальчик стоял у закрытой двери, и только его рука потянулась, как дверь распахнулась, и из комнаты Клары вышла Элина.

—Эрик, а чего не стучишь? Не переживай, я уже ухожу, — с хитрой улыбкой девочка скрылась на лестнице, и, судя по шагам, зашла на кухню.

Эрик осторожно постучал, а когда услышал одобрение, увидел Клару на балконе. Холодный зимний ветер залетал в комнату, подхватывая светлые волосы. Клара стояла в сорочке и смотрела в тёмное небо, не оборачиваясь в сторону парня.

—Заболеешь ведь, — сказал он, укрывая её шалью, которая лежала на краю кровати.

—Разгружаю мысли. Знаешь, иногда я думаю, как бы сложилось всё, видя я, как отец относится к Норе. Мне так не хватает её. Элина бы с ней подружилась, — грустно улыбнулась девушка. —Так почему ты пришёл? Я слышала, что это ты от слов Лины.

—Да вот не поверишь, ругать, что стоишь на балконе, — усмехнулся парень, вызывая смех Клары. В её глазах снова появились огоньки, она, сама того не заметив, встретилась с ним взглядом, сразу смущённо отводя его в сторону.

—Ты меня даже когда обучал, не ругал.

—Хм, разве? Оказывается, я не такой плохой.

—Не плохой, — улыбнулась Клара. —Самый лучший учитель, и друг, и... — Клара запнулась, меняя тему улыбкой. —Я благодарна тебе, ты много для меня сделал. Не только для меня, для всех нас.

—Поверь, если бы не твоя поддержка, я бы не добился этого, принцесса.

—Поддержка? Серьёзно? — смеясь, спросила Клара. То, как он временами называл её принцессой, нравилось Кларе даже больше, чем она могла себе представить. Эрик называл её так только наедине, словно это было что-то личное, сокровенное.

—А почему ты смеёшься? Я серьёзно, настолько доброго и искреннего человека сложно не заметить. Ты ведь всем помогаешь. Работала, чтобы быстрее освоить магию. Простила Нору за всё, да, терялась, но это нормально, продолжала думать о других чаще всего и получала лишь добро в ответ. Ты не заслужила той судьбы, что была у тебя, заслуженно достойна трона. Достойна быть императрицей.

—Да. Императрицей на птичьих правах. Без надлежащего императора либо в качестве сына Вектора.

—А мы такого не допустим, сделаем всё, чтобы ты была счастлива!

—Даже если не с тобой?

—Даже если не со мной... Подожди, ты пыталась подловить меня? — Клара залилась смехом, смотря в зелёные глаза Эрика своими голубыми, которые при свете луны становились более яркими.

—Думаешь, я не вижу?

—Не видишь чего?

—Твоего отношения ко мне, и не прикидывайся, Эрик. Ты ведь даже с сестрой так себя не ведёшь!

—Хм, допустим, ты знаешь, что я чувствую, и какой же твой ответ? — Держась за перила балкона и наклоняя голову, чтобы видеть улыбку Клары, спросил Эрик. Она повернулась к нему, проводя рукой по волосам и осторожно оставила поцелуй на его губах, забегая в комнату, но сама не ожидала, как быстро Эрик догнал её, осторожно прижимая к стене.

—Играешь со мной? — Хитро улыбнулся тот, вглядываясь глубоко в душу через голубой зрачок.

—Игра? Нет, я лишь дала тебе подумать. Возможно, ты не увере... — Договорить Эрик ей не дал, нежно целуя её. Клара не отталкивала его, лишь неумело старалась ответить на нежность парня. Она обняла его за шею, притягивая ближе. Одним мгновением Клара оказалась в его руках и повалена на кровать. Парень лёг рядом, и их глаза вновь встретились.

—И какой же твой ответ, принцесса?

—Ответ на что?

—Я люблю тебя.

—Повторишь? Мне нравится, когда ты это говоришь.

Эрик улыбнулся, смотря в её глаза, и на самое ухо прошептал, щекоча её своим дыханием

—Люблю тебя, принцесса, люблю и буду оберегать, дорожить тобой всю жизнь. И, к твоему несчастью, не уйду, даже если прогонишь, поскольку чувства мои куда сильнее, чем тебе кажется.

—Прогнать? Кто тебе такое скажет? — улыбнулась Клара, притягивая его ближе. —Я тебя тоже люблю. — улыбнулась она, прикрывая глаза от накатившей волны счастья.

***

Феликс сидел на кухне за столом, вновь что-то старательно писал в записную книжку. Под светом одинокой лампы он не замечал ничего вокруг, а потому вздрогнул, когда рядом раздался женский голос.

—Красиво. Норе посвятил? — осторожно спросила Лея, садясь напротив.

— Очень странный вопрос, вам не кажется? Нора всегда мечтала петь на сцене. Иногда представляю, как она бы пела эти тексты, а услышать её мечтал бы весь мир.

—Я должна извиниться перед тобой, Велье. Однако не буду это делать. Я всё ещё считаю ваш союз чем-то... запретным.

—Вы очень странная, миссис Виардо, — закрывая записи и уставившись на женщину, усмехнулся Феликс. —Ваша подруга-фея была замужем за охотником, а сами вы были жертвой подобного брака по расчёту, какими могли стать и мы. И вы, наверное, желали своей дочери такого же обращения, нежели запретного союза, в котором её любят.

—Любят? Я не верю, что ты любил и до сих пор любишь Нору. Столько слухов ходило за тобой, что ни одна девушка не задерживается с тобой больше, чем на одну ночь, и что ты гнилой человек.

—Вы говорите о любви, когда даже ни разу за наш разговор не назвали Нору дочерью? Если вам очень интересны подробности моей жизни, то я их не отрицаю. Человек я действительно ужасный, могу убить, сказать прямо то, что не нравится людям. Однако я менял девушек, потому что пытался найти замену Норе. Мы провели с ней два месяца в Опалите, мечтали сбежать, и нам помешал лишь клан. Сейчас, после всех этих событий, мы были вместе, Нора ждала от меня ребенка, и я бы всё отдал, лишь бы хоть иметь возможность не то что прикоснуться к ней, а чтобы она помнила меня, чтобы я мог видеть её и знать, что у неё всё хорошо и она счастлива. Вам это не понять, и очень жаль.

Феликс поднялся, задвигая за собой стул, оставляя Лею одну. Зайдя в комнату, он медленно вытянул их общее с Норой фото, которое он использовал как закладку, вчитываясь в написанные строчки:

Моё солнце ушло, разорвало куски.
Я ищу тебя в снах, в тишине и во сне,
Моя вечная боль, что похоронена во мне,
А с ней Вера, Надежда, Любовь.

***

Алатея долго не могла уснуть, ворочаясь. Дневной разговор с Алисией не выходил из головы. Она долго смотрела на мирно спящего рядом Терана, невесомо убирая волосы с его лба.

—Теран, — прошептала Алатея, касаясь его плеча.

—Да, Тея? — сонно спросил парень.

— Ты бы хотел ребенка? — Вопрос заставил Терана проснуться. Он сел на кровать, наблюдая, как Алатея опустила взгляд, принимая сидячее положение.

—Ты беременна?

—Нет, но просто я подумала... Возможно, хоть на мгновение нам бы удалось стать родителями. Пусть это и не продлилось бы долго, — всё так же, не поднимая взгляда, проговорила Алатея.

Теран вздохнул, встречаясь глазами с любимой. Он осторожно поцеловал её в лоб, обнимая за плечи.

—Если так случится, я не откажусь от него в любом случае. Я буду только рад, если у меня будет дочь или сын от такой потрясающей девушки, как ты. Ты особенная, Алатея. Я очень люблю тебя. Буду любить наших детей, внуков, всё, что связано с тобой. Буду жить ради тебя, поверь, я очень хочу детей! Но так же хочу, чтобы они жили в большом доме, чтобы у них было всё, а не возможность гражданской войны.

—Как ты думаешь, мы победим? Быть может, и Нору вернуть сможем.

—Победим, конечно. Ты в этом сомневаешься? Со мной бояться нечего, я тебя всегда прикрою спиной.

—Эй, это я хотела сказать! — улыбнулась девушка. —Тогда давай пообещаем, что защитим друг друга даже ценой жизни! Это будет честно!

—Хорошо, Тея, — улыбнулся Теран, беря её руку и целуя тыльную сторону ладони. —Если бы у нас были дети, как бы ты их назвала?

—В детстве мама говорила, что бабушку звали безумно красивым именем — Виолетта, но сокращённо её звали Виола. Я бы хотела дать дочери такое же редкое и красивое имя!

—Виолетта... Звучит прекрасно. А сына?

—Сына... Хм, Кайсар не звучит странно?

—От тебя – странно?

—Эй, я серьёзно!

—Я тоже, Тея. Кайсар – прекрасное имя! У меня в учениках даже был мальчик с таким именем, а если ты хочешь так назвать сына, значит, так и нужно!

—А ты бы как хотел назвать детей?

—Главное, чтобы они были здоровы. Я никогда и не думал. Мне кажется, раз девушка вынашивает и носит под сердцем нашего ребёнка, жертвует своим здоровьем, то только она и может дать ему подходящее имя!

—Ты как обычно, — тихо рассмеялась Тея, опуская голову.

—Но за это ты меня и любишь.

—Люблю и никогда не отрицала этого.

Тея улыбалась, веря в лучшее будущее. Рядом с ним наводящие мысли отступали, не схватывали её в свои цепи. Эта искренняя надежда придавала ей сил идти дальше.

***

Ризит. Апрель 1541.

За неделями сменялись месяцы. Апрель был удивительно тёплым для Ризита, поскольку такой тёплый климат был привычен разве что Афланиту и Опалиту. На тренировки они потратили более полугода, а план Клара продумала достаточно досконально.

Клара смотрела в окно в сторону, где был виден лес территории Афланита.

Друзья были готовы идти назад. Идти за троном, как и планировалось, со сходом снега.

Отношения их стали крепче, а семья гораздо больше. С ними идут Диего и Лея. Шуя решила остаться в доме с Элиной и будет ждать их с победами.

Они могут спрятаться здесь, как только нужно будет и сколько нужно будет. Также остаться решила Алисия, с маленьким ребёнком на руках она не сможет что-либо сделать, да ещё и обычный человек в этой войне – не воин.

Эрик подошёл и встал за Кларой, кладя руку ей на плечо, выводя её из мыслей.

—Пора, Клара.

—Я сейчас, — она направила взгляд вниз. Все уже были на улице. Шуя целовала в обе щеки Алатею, а рядом стоял Теран, улыбаясь.

Сомнений, что невестку Шуя любила как родную дочь, совершенно не было. Сына она крепко обняла, стараясь не показывать слёз, что-то шепча ему на ухо, он лишь кивал ей, обнимая в ответ.

—Всё будет хорошо, мы выстоим. Идём, ради мира. — Эрик приобнял её со спины. Клара кивнула, оборачиваясь и обнимая его в ответ.

—Наша парочка пришла, теперь можно идти, — ухмыльнулся Диего, убирая кинжал в ножны на поясе.

—Лара! — Выбежала Элина во двор, обнимая сестру. —Вернитесь живыми! Вы сможете! Я буду молиться за вас!

—Вернёмся, Лина. Я ведь обещала тебе, — улыбнулась Клара, обнимая младшую сестру.

Пора. Теперь им точно нужно идти: путь займёт долгое время, но их много, и их задача – по пути собрать ещё больше союзников. У них был ещё один враг – время. Оно уходило всё быстрее, не давая права на замедленное прощание.

***

—По моим расчётам, нам вперёд, но деревни тут не было вроде бы? — задался вопросом Феликс, когда они прошли лишь малую часть пути. Он опускал взгляд на карту и вновь поднимал его раз за разом.

—Что-то хлипкие дома какие-то, не кажется? — задался вопросом Теран, рассматривая через бинокль будто бы картонные дома. —Там ходят люди. Они в форме, поэтому, скорее всего, это лагерь выживших или военных.

—Стоит ли идти туда? Завоевать их доверие и переманить на свою сторону? — задалась вопросом Алатея.

—Не попробуем – не узнаем, —Клара продолжила свой шаг, но прошли друзья немного. В глазах потемнело, прежде чем все потеряли сознание.

***

Яркий свет ослепил каждого. Только наконец очнувшись, они поняли, что связаны. Непонятное помещение, уж точно не похожее на то, что они представляли за этими хлипкими домами, с белым освещением и такими же стенами без окон.

Друзья переглянулись. Руки находились за спиной, привязанные к спинкам стульев.

—Это была ловушка? — спросила Лея, оглядываясь. —Как они вообще поняли, что это мы?

—Что-то не так, это не просто военные... — прошептала Алатея, услышав звук шагов.

Дверь открылась, и туда зашла молодая женщина с красными волосами и ярко-голубыми глазами. Её походка была, как и всегда, величественной, придававшей статус.

—Кто ты такая? — прошипел Феликс, не скрывая ненависти.

—Моё имя Роксана, и я очень рада всех вас видеть, особенно после отключки в пять часов, — невинно улыбнулась женщина, прикрывая глаза и склоняя голову в дружелюбном поклоне. —Мои люди были с вами не очень вежливыми, но не переживайте, я уже разобралась с ними.

—Рада? Это очень видно, — ухмыльнулся Эрик.

—Точно, где же мои манеры? — щёлкнув пальцами, верёвки освободили их, но когда Феликс поднял на неё пистолет, девушка подняла ладонь вверх.

—А стрелять больше не страшно? Ты убил этим оружием. Убил ради мести, но только легче стало ненадолго, её ведь не вернуть этим, — ухмыльнулась ведьма.

—Мне лучше знать.

—Верно, но иногда так сложно принять реальность. Сколько бы ты ещё жизней отдал?

—Ведьма, — прошипел блондин.

—Ведьма, — ухмыльнулась Роксана, согласно кивая, оглядывая всех. —Я знаю о вас всё, так же создала отряд выживших. Я предлагаю сделку. Идём до Афланита вместе, будем на одной стороне. — Она обернулась на Клару с хитрой улыбкой. —Ну что, принцесса, как тебе предложение?

—Почему мы должны тебе верить? — спросила Клара, подходя ближе.

—Потому что, как и говорил Велье, я ведьма. А знаешь, что это значит? Я могу вернуть её, а точнее, все её воспоминания. Вернуть кого угодно! Даже твоего отца к жизни! Подумай только: счастливая семья, ты, родители и сестра.

—Тогда почему не пожелаешь победы? — вдруг спросил Феликс, видя, как рука ведьмы дернулась. —Ложь. Она заодно с Вектором.

—К чему ты сделал подобный вывод?

—Всё легко. Это чистой воды шантаж. Знаешь всё о нас, но не делала ничего сама. Ты Роксана Василь, верно? Жена Вектора.

Ведьма хрипло посмеялась, качая головой, признавая проигранный раунд.

—А ты и правда не такой глупый, как казалось. И что ты сделаешь? Убьешь меня?

—Не думаю. Это будет просто.

—Попробуй же. Стреляй, попадешь ли?

Парень ухмыльнулся. Ради эксперимента он сделал выстрел в сторону женщины.

Пулю в мгновение отразили в потолок. Голубые глаза блондина расширились, увидев рыжие пряди из-под капюшона той, что отразила его атаку.

Феликс узнал её. Всегда узнает из тысячи. Это была она.

Нора, но уже не его. Она смотрела на него глазами, полными ненависти. И он видел это. Её внешность была скрыта, но рыжие пряди непослушных волос проглядывались через плащ.

—Больше не сможешь стрелять? Боишься задеть её? — рассмеялась ведьма, подходя к рыжеволосой и бережно беря её за плечи. Феликс мирно уронил пистолет на пол, чем вызвал вопросительные взгляды остальных.

—Что ты творишь? — прошипел Диего, но Феликс намеренно игнорировал слова каждого.

—Ты знала. — Это было лишь два слова, от которых ведьма перестала смеяться, лишь победно смотря на него.

—Узнал всё-таки. Правду говорили о тебе. Милая, сними плащ, покажись нашим гостям, — опустившись к уху своей защитницы, произнесла ведьма.

Капюшон открыл личность девушки остальным. Феликс сжал кулаки с огромной силой, пока остальные смотрели на Нору, не веря собственным глазам.

Феликс хотел коснуться её, вновь сказать, как он скучал. Но разум говорил: это не его фея. Это чужой человек в теле любимой, и Роксана знает об этом. Это был просто ход шантажа. Самого жестокого в жизни.

—Нора... — прошептала Лея, не веря глазам. На имя рыжеволосая не повернулась, но рука дрогнула, будто некий отголосок прошлого в её сознании давал о себе знать.

—Знакомьтесь, моя дочь Нора, которая готова убить за меня. Я забрала её с улицы, такую брошенную и... забытую. Неужели ваша? — строя маску недоумения, спросила ведьма, однако её быстро сменила хищная улыбка.

—Замолчи! Нора! Это я – Клара! Помнишь меня? Прошу, скажи, что да!

—Мы твоя семья, Нора! Прошу! Вспомни! Вспомни же! — Алатея кричала, надрываясь, пока Теран держал её в стороне. Но безуспешно. Перед ними стоял человек без прошлого.

—Вы не моя семья. — Слова, которые произнёс до боли знакомый голос, эхом раздались в голове Клары. Она отшатнулась, сдерживая накатывающие слёзы.