Глава 2
Тринадцать лет назад.
Маленькая девочка сидела неподвижно на пластиковом стуле, её ноги не доставали до пола, поэтому свисали. Белые стены, душное помещение — всё это давило на встревоженных людей, которые сидели под кабинетами нужного им врача. Взгляд голубоглазой был направлен в пустоту, она не двигалась, не чесалась, не проказничала, как все маленькие дети, она просто не чувствовала своего тело. Складывалось впечатления, что она даже не дышала, просто мёртвый ребёнок. Но мертвый не снаружи, а внутри.
Дверь сбоку открылась и из неё вышла молоденькая девушка в синих джинсах и бежевом свитере. Она взволновано просмотрела на девочку и пригласила войти. Женщина, что сидела рядом с девочкой, взяла малышку на руки и зашла в кабинет, на двери которого было написано "Психиатор".
Опустошенную девочку посадили на стул перед большим столом, на котором было собрано много различных папок и книг. Девушка, что наверняка являлась психиатром, рассматривала девочку со всех сторон, пока та, как и всю неделю, смотрела в одну точку — в пустоту.
— Дженифер, ты меня слышишь? — спросила доктор, присев на корточки напротив девочки, но та даже не пошевельнулась, будто и вовсе не слышала. Будто она была телом здесь, а душой в другом месте. — Хорошо. — вздохнула девушка. — Дженифер, меня зовут мисс Линней — я твой лечащий врач. — её голос был каким-то встревожанным, казалось, она впервые столкнулась с таким поведением ребёнка. — Я буду работать с тобой изо дня в день, чтобы ты снова смогла заговорить. — девушка накрыла своими ладонями маленькие и хрупкие ручки девчонки. — Но ты должна мне довериться. — кажется маленькая уже давно перестала кому-либо доверять, раз никому не рассказывает, что на самом деле увидела в тот день, ну или кого увидела.
Дженифер ничего не ответила. Возможно, ей хотелось бы кивнуть и дать понять, что она хочет начать личение. Но сейчас, на такой тяжёлой стадии в столь ранний период её психика из-за произошедшего нарушена, и строить её придётся очень долго. Травма останется на всю жизнь.
— Вы сможете ей помочь? — сзади девочки сидела женщина, на маленьком, кожаном диване и переживала за жизнь и состояние малышки. По документам, она и её муж являлись новыми опекунами Дженифер и голубоглазой придётся не только привыкать к новому образу жизни, новым учениям, но и также к новым родителям.
— Мы постараемся. Вы должны понимать, что случай тяжёлый, таким образом, и лечение продлится долго. — обратилась психиатр к наименованной матери, обойдя девочку, но после своей речи, обернулась через плечо. — Но если сама Дженифер не захочет выходит из своего мирка в который она ушла, то я ничем не смогу вам помочь, и наврятли кто сможет.
— Мирок? — дверь открылась и в кабинет вошёл мужчина с испуганными глазами. Кажется, всё это время он стоял под дверью и внимательно слушал. Но слова о том, куда ушло подсознание их девочки, повергли его в небольшой шок.
— Да. — врач посмотрела на мужчину, и после этих слов он прошёл внутрь. — Она закрылась в себе. — продолжила рассказывать о состояние ребёнка. — Она напугана. Будто поставила защиту, чтобы уберечь себя. — она положила руку на плечо девочки, казалось бы, такое хрупкое создание, но та даже не прогнулась от тяжёлой руки. И правда, будто находилось по ту сторону мира, не чувствуя реальности.
Мужчина подошёл к девочке и взял её на руки, собираясь выходит из кабинета Он был не доволен тем, что из его, самого родного человечка, будут вытрясывать всю информацию.
— Ей не нужна ничья помощь. — просколил он сквозь зубы, нахмурив брови. Его жена нервно замешкалась.
— Мистер Джонс, как вы не понимаете. — психиатр двинулась ближе к мужчине, чтобы не орать на весь кабинет. — Девочка находится в забвение своего же разума. — она сделала не большую паузу, смотря ему прямо в глаза. — И если ей не помочь от туда выбраться... она останется там навсегда...
* * *
На следующий день возвращаться в школу и спускаться с небес на землю не очень хотелось. Но переборов себя, я всё таки вошла в это никому не нужное здание. Мои школьные годы проходили более чем нормально. Я не страдала от издевательств, но также и не купалась в лучах славы. Такие как я, были обычные, которых не было интересно трогать, то есть со мной общались многие, но не тесно. Единственными моими друзьями были — Итан и Тереза.
Не знаю как для других, но для меня школа считалась полнейшим адом. Я ненавидела каждое утро вставать, не понимая, как ты проснулся? Где? Да и вообще кто ты? Большенство учеников нашей школы довольными ходят туда. Да, наша школа увлекательна, ничего не скажешь. Здесь каждый может найти себя или занятие по душе. Практически каждый здесь находит своё собственное увлечение. Но есть такие как я, которые так и не смогли найти себя, а до сих пор потеряны в пространстве и времени.
Я стояла в главном коридоре школы, возле своего шкавчика, тщательно собирая рюкзак на сегодняшний день. Краем уха я слышала, как все обсуждали вчерашний день, сочувствуя тем, кто не смог пройти. Обратившие на меня внимание люди заметили, что я пристально наблюдаю за ними, поэтому решили мило улыбнуться или даже что-то сказать, ведь я относилась к тем людям, кто с треском провалился. Но мне не нужна была их жалость, поэтому я с грохотом закрыла шкафчик, отчего рядом стоящие ученики вздрогнули и поспешила в класс, опустив голову и протискиваясь мимо стоящих.
В нос ударил запах кофе смешанный с изысканным ароматом геля для душа. На секунду я остановилась не понимая, откуда этот запах. Повернувшись, увидела всё те же знакомые лица от которых точно не могло пахнуть настолько крепким кофе. Закатив глаза и удивляясь собственной паранойе, продолжила свой путь до нужного мне кабинета.
Как только я переступила порог класса психологии, на всех телевихорах, что имелись у нас в школе, а имелись они практически в каждом классе, включились новости. Я будто сознание потеряла, когда улышала слова, сказанные репортёром,в которых говорилось, что сегодня утром был найден труп молодого человека, недалеко от нашей школы, и судя по всему ему просто напросто свернули шею. Зрелище не из приятных.
Кто это мог сделал?
Теперь по всем новостям глагольствуется о том, что в Лис Саммит завёлся маньяк, убийца, холоднокровный киллер. Никому точно не известно, но догадки уже построены.
Нас всех предупредили об осторожности и после уроков с нами, в основном спортзале, проведут профилактическую беседу.
Да ладно.
По правде говоря меня это жутко напугало, ведь в нашем городке убийств не было уже более семидесяти лет. Поэтому все сразу так напряглись. В том числе и я, ведь ещё ни разу не сталкивалась с подобным. В конце концов наш маленький городок не самое любвеобильное место преступников.
В течение нескольких уроков, ребята обсуждали произошедшее. Разумеется теперь это самая нашумевшая тема. Подростки не находили себе места. Переживали и даже плакали, понимая, что некоторые из них живут рядом с местом преступления. Я постоянно с облегчением выдыхала, так как живу в другой стороне, а так же меня постоянно подвозят до дома на машине. Но как бы там не было, напрягаться стоило всем.
— Как тебе новости? — подошёл ко мне Меттью и облакотился на соседний шкафчик, когда я брала из своего нужную мне книгу на следующий урок.
— Стрёмно. — быстро сказала я, вынув из темноты книгу по английскому.
— Теперь я тебя точно никуда одну не пущу. — проговорил парень и стал сзади меня. — И ты не сможешь увильнуть. — его руки медленно легли на мои бёдра. Меттью был хорошим парнем и в какой-то степени он мне нравится. У нас странные отношения. Мы можем целоваться, но при этом не переходим грань некой "дружбы".
— Меттью! — зашипела я, параллельно смеясь и ударила парня по рукам.
— Да ладно тебе. — посмеявшись, поцеловал в шею. — Я пойду, увидимся. — и ушёл в свой кабинет, оставив за собой шлейф элитного одеколона.
Как ни странно, этот парень не вызывал у меня ничего волшебного, как бывает у всех девчонок. Мы просто друзья, которые могут поцеловаться или удовлетворить потребности друг друга, как бы похабно это не звучало. Но парой мы никогда не станем. Этот парень богат не только состоянием, но и девушками. Обо всех них я прекрасно знаю, и не собираюсь пополнять его коллекцию бывших девушек.
Закрыв шкафчик, откуда не возьмись возле него появилась Тереза. От неожиданности я вздрогнула и мысленно выругалась, переводя свой испуг во что-то более благоприятное. Подруга лишь неровно рассмеялась, а после буквально резко нахумурила свои тонко выщепанные брови, переводя взгляд с меня на уходящего в глубь здания Меттью и обратно.
— Узнаю этот взгляд. — улыбнулась я, проходя мимо Терезы, понимая какой лепет она сейчас заведёт. Разумеется та не заставила себя ждать и последовала за мной.
— Неужели снова? — она всё ещё хмурила брови, отчего между ними образовалась небольшая складка, которую мне невероятно сильно захотелось разгладить.
— Тереза, у меня всё под контролем. — я хищно улыбнулась, тем самым дав подруге понять, что это ненадолго, и не о каких отношениях не может идти и речи. Итан и Тереза никогда не любили Меттью. Да, он высокомерный и напыщенный индюк, но со мной он ведет себя по-другому. Скорее это просто такая уловка, чтобы расположить меня ближе к себе, но скажем так, я тоже не пальцем деланная.
— Ну да, я знаю чем заканчиваются все твои контроли. — фыркунла подруга. — Ты слишком расслабилась и стала чаще доверять этому беспощадному миру. — её слова будто взрывной волной обрушились на меня. Остановившись, я следила как Тереза, не поворачиваясь, зашла в кабинет. Я понимаю, что она недолюбливает Меттью, но к чему были сказаны эти слова? Доверять? Беспощадному миру?
Черт возьми, я уже давно никому не доверяла...
Всё оставшееся время, проведённое в школе, я думала над словами Терезы. И даже на профилактической беседе я сосредоточилась лишь на её словах. Конечно она была права, этот мир беспощаден. Он гнилой и потерянный. Везде лишь ложь, обман и использование. Но что она хотела этим сказать мне? Не доверять Меттью? В таком случае я не должна доверять никому.
Когда мы с ребятами выходили из школы, на крыльце стоял Меттью, явно ожидая свой подарок судьбы. Он облокотился на каменную колону, держащую козырёк над крыльцом, сунув руки в карманы своих джинс. Я закатила глаза и невольно цокнула, удивляясь такой напористости.
Итан громко вздохнул и направился к своей машине, чтобы завести её и ожидать нас там, так как не хотел созерцать, как Меттью будет расстилаться передо мной. От вздоха друга, парень повернулся назад в нашу сторону, где мы с Терезрй остановились. Было плохой затеей оставлять с собой Терезу, а не отправить с Итаном, так как она не сможет сдержать порыв своих эмоций.
— Ну что, едем? — подошёл ближе Мет, мельком осмотрев Терезу, отчего та нахумурила брови хуже прежнего.
— Я сегодня с Итаном.
"И всегда буду ездить с ним — подумала я в глубине своих мыслей."
— Ну хорошо, а завтра? — он почесал затылок, напрягаясь тому, что я отвечу ему на данный вопрос.
— А завтра она со мной. — сказала Тереза и взяла меня за руку, а после стала уводить меня вниз по каменным ступеням. Я лишь помахала на прощание Меттью, даже не попробовав остановиться, потому что не хотела этого. Возможно я выгляжу стервозно по отношению к нему, но по-другому никак не получается, либо ты...либо тебя.
— Кажется это было грубо. — посмеялась я, садясь в машину Итана на задние сиденье, пока Тереза садилась вперёд. На что она лишь щёлкнула пальцами, улыбнувшись.
— Этот засранец снова тебя достаёт? — спросил Итан, посмотрев на меня через зеркало заднего вида, параллельно переключая передачу.
Я понимаю, что они оба беспокоятся обо мне, но для чего? Я уже не маленькая и у нас одинаковый возраст, к чему эти сюсюканья?
— Нет. — ответила я, положив рюкзак рядом с собой и придвинулась ближе, расположившись между передними сиденьями. — Просто.. — я сделала не большую паузу. —.. думаю будет не плохо завести отношения.
От моих слов Кэйси поперхнулась собственной слюной, а Итан приоткрыл рот, остановив машину на выезде школьной парковки. Они будто сговорились и синхронно прокричали:
— С Меттью?!
Я вылупила глаза, удивившись такой реакции друзей. Они замерли в одном положении, постоянно переглядываясь между собой.
— Почему нет? — спросила я, откинувшись назад, на мягкое, обитое кожей сиденье. Я думаю на данный момент я выглядила не возмутимо глупо, так как знала здешних парней.
Итан загладил волосы назад и почесал переносицу.
— Прости, мы не в праве решать, что тебе делать и с кем встречаться.
Что блин?
Тереза возмущённо посмотрела на друга, но не стала ничего говорить. Сзади Итану посигналил автомобиль, говоря о том, чтобы он не стоял посреди дороги. Парень вновь переключил передачу и выехал с территории школы.
Разговор получился более, чем просто странный. Какие-то родительские наставления сыпяться из моих друзей изо дня в день. Кажется, они слишком зациклены на моей безопасности и это начинает мне не нравится. Они становятся как Крис, который даже вдохнуть мне нормально не даёт. Постоянные тренеровки подтверждают то, что Крис изо всех сил пытается обезопасить меня. Но отчего?
* * *
— Ты уверена, что стоит выкидывать весь этот хлам? — задала я вопрос тёте, с которой я уже пол часа разбираю коробки со всяким барахлом, находящимся в нашей старом гараже.
Хелен вновь взяла очередную коробку и высыпала всё содержимое в мусорный пакет. Откинув коробку в сторону, она вытерла предплечьем свой вспотевших лоб и выпрямила спину, наверняка захотев ответить на мой вопрос, но я не дала ей шанса это сделать.
— Ты даже не смотришь, что выбрасываешь. — я посмотрела в пакет, глазами пробигаясь по содержимому в нём, но ничего полезного, чем можно было бы попользоваться, не нашла. — Вдруг там что-то ценное.
— В этих коробках уже давным давно нет ничего ценного. — она шмыгнула носом, а затем чихнула, что наверняка было спровоцировано пылью. — Тем более ты сама сказала, что это хлам. — она вновь чихнула, а после рассмеялась, думаю её чих показался ей довольно смешным, отчего я сама не смогла сдержать смеха.
— Будь здорова.
— Спасибо.
В конце концов мы продолжили выкидывать все заполненные коробки. Я нашла много всяких безделушек. Например сломанное радио <i>"Paiper"</i>, под которое я танцевала в одиннадцать лет. Я ещё помню Крис снимал меня на телефон, чтобы запечатлить этот момент. Он говорил, что мои танцы были получше чем у Джастина Тимберлейка, танцующего в своих клипах.
На дне коробок я находила много палочек мороженого, на которых были написаны наши имена. Их нам подписали специально по нашей же просьбе в одном из парков развлечений в Калифорнии. Туда мы ездили отдыхать на один месяц лета и очень хорошо его провели.
Порывшись в другой коробке, наткнулась на много бумажных тарелок и стаканов. Они лежали здесь с моего тринадцатого дня рождения. Тогда дядя решил закатить супер вечеринку для меня, чтобы я позвала кучу друзей из школы, с которыми успела подружиться. Из-за всех этих воспоминаний, я невольно улыбнулась.
Мне казалось, что даже в маленькой заколочке я могу найти то, что связывает меня с моим детством. Все это оставалось незаменимым и чертовски манящим, так и хотелось вернуться обратно.
— Дженифер. — окликнула меня тётя полным именем, отчего мне пришлось выйти из купола воспоминаний и обратить на неё внимание. — Подай пожалуйста вон ту коробку. — она показала пальцем на коробку, что находилась надо мной, спокойна лежа на полке. Хелен находилась в дальнем углу гаража, поэтому и попросила достать коробку меня, так как я была ближе.
Подняв голову, стала осматривать коробку со всех сторон, чтобы понять, как легче её взять.
Наконец сняв её с пыльной полки, держа в руках, начала изучать её содержимое, что находилось поверх. Но там лежали лишь старые газеты и журналы Криса, которые он постоянно притаскивал с работы.
Я направилась в сторону тёти, которая вытерала пыль с уже пустых полок.
Резкая боль в голове проникла в мой мозг. Эта боль не сравнима ни с чем, что мог бы почувствовать человек. Гул, боль, биение сердца огрушающего голову. Я выронила из рук коробку и упала на колени зажав уши, создавалось впечатление, будто вот-вот, и из моих ушей польётся тонна крови.
Хелен услышала как я уронила коробку, а затем и сама упала и тут же подбежала.
— Боже, Дженифер, что с тобой?
Писк эхом отдавался в моих ушах, а боль нарастала, я даже не могла понять, что творится вокруг, потому что звуки перекрывали абсолютно все. Глаза стали болеть от того, как сильно я их сжимала, я понимала, что таким образом боли не прекратятся, но я пробовала все возможное.
Упав всем телом на бетонный пол, прижимала уже со всей силы руки к голове. А голос превратился в непонятных хрип.
— Эти звуки... —прохрипела я, сжимая зубы и поговаривая сквозь них.
— Какие звуки? — Хелен была так напугана, что её руки невольно начали труситься. После подняла мою голову, пытаясь помочь снизить боль масирующими движениями.
От настолько дикой боли я начала орать во всю глотку, ведь уже не могла это терпеть.
Боль закончилась так же резко, как и началась. Я тяжело дышала, глядя безумными глазами в потолок гаража, продолжая сжимать руками голову, но уже не так сильно. Я не понимала, что это было, ведь такой приступ у меня впервые.
Привстав, я опустила одну руку, а вторую оставила держаться за голову, я даже боялась пошевелиться. Хелен притянула меня к себе и обняла, прижимая мою голову к своей груди. Я всё ещё тяжело дышала, пытаясь нахвататься как можно больше воздуха. Сердце и пульс бешено колотились, будто били друг по другу отбойным молотком. Мои глаза буквально походили на сумасшедшую. Нет, мой разум был нормальный, но выглядила я именно так, потому что дико испугалась.
— Всё в порядке, Дженифер? — дрожащим голосом спросила тётя.
Я лишь неровно кивнула, но понимала, что уже не совсем всё в порядке.