Духи Бесконечности

Вернувшись домой, Эльмия, сильно проголодавшись, первым делом забежала на кухню. Сара готовила что-то вкусненькое – запах стоял на весь дом, из-за чего девочке есть захотелось в три раза сильнее. Но Сара сказала, что это на ужин, и заставила Эльмию есть куриный суп.

Пообедав, Эльмия сообщила маме, что хочет потренироваться, испытать свои магические способности во дворе. Выйдя на улицу, девочка щёлкнула пальцами, и на ней вновь появился тот латексный боевой костюм. Пусть она и была от него не в восторге, для тренировок он был самое то.

Эльмия села на старые качели, на которых любила качаться в детстве, и решила, что перед тренировкой было бы неплохо вспомнить, какие способности она открыла в себе до этого. Она вспомнила телекинез и левитацию – способности поднимать в воздух различные предметы и саму себя, возможность телепортироваться и внушать кому-то мысли. Способности менять одежду на свой вкус и создавать на ближайшие пять метров весну в этот список не входили, потому что они никак не могли помочь выиграть в решающей битве. Эльмия нехотя вспомнила все способы нападения и защиты против Акио. Это были хорошие атаки, но, как ей казалось, для следующей битвы этого было недостаточно.

Изящно спрыгнув с качелей, Эльмия встала напротив молодой яблони – Сара и Том посадили её, когда только переехали жить в особняк. Эльмия вообразила себе, что дерево – это её противник и нанесла по нему несколько мощных атак, от которых яблоня разлетелась в щепки. Результат был впечатляющим, но Эльмию он всё равно не устраивал.

– Так не пойдёт! – отчаянно вздохнула она. – Будь на его месте тот же Акио, он бы давно меня в клочья порвал, а этот только ветками машет...

Эльмия решила, что ей необходимо что-то вроде фехтовального манекена, но такого, который смог бы отбивать атаки девочки и нападать сам. Эльмия видела подобных тренировочных роботов во многих фантастических фильмах. Закрыв глаза, она сосредоточилась и вспомнила образ нужного его робота. Эльмия щёлкнула пальцами, исполняя своё собственное желание, но, когда она открыла глаза, вместо робота увидела мужчину. Живого человека.

Лет сорока, в фиолетовом пиджаке и брюках, одной рукой он опирался на трость, в другой держал деловой портфель. Из-под его длинного фиолетового цилиндра с огромным красным бантом торчали черные, в некоторых местах уже поседевшие кудри. На его лице читалось открытое изумление: широко раскрыв рот, он смотрел на девочку удивлённым взглядом.

– Эльмия? – неожиданно произнес потрясённый мужчина. – Неужели это ты?

– Я, – робко ответила девочка с ноткой подозрения в голосе. – А кто вы такой?

Эльмия до сих пор не могла понять, как этот мужчина здесь появился. Телепортировался ли он сам или это она неправильно сформулировала желание, отвлёкшись на аппетитный запах готовящегося ужина, проникающий с кухни сквозь открытую форточку.

– Ты меня не узнаёшь? – мужчина удивился ещё сильнее.

– Ваше лицо мне кажется знакомым, но я уверена, что никогда не видела вас прежде, иначе бы несомненно запомнила, – твёрдо заявила Эльмия.

– Ты, верно, видела мою рекламу по телевизору, – губы мужчины расплылись в улыбке чеширского кота.

– Так кто же вы такой? – не выдержав, полукрича спросила Эльмия.

Озадачившись всплеском ярости девочки, мужчина вытянул и до того вытянутое лицо ещё сильнее.

– Как же это неблагородно с моей стороны. – Мужчина перехватил портфель в руку с тростью, стянул кремовые перчатки и протянул большую ладонь. – Меня зовут Эдвард Вукл, – наконец, представился он.

Эльмия слегка пожала его руку.

– А это вы директор кукольной фабрики? – поинтересовалась девочка.

– Именно так, «Куклы Вукла» являются моим предприятием, – пояснил он. – Кстати, твоя мама не говорила тебе, что мы – родственники?

– Правда? – искренне удивилась Эльмия.

Мистер Вукл украдкой кивнул головой.

– Я всё ещё никак не могу понять, почему ты меня не помнишь, – высказал свои сомнения Эдвард. – Хотя... Ну да, точно! Ох уж этот старческий маразм... Ты меня не помнишь, потому что наша первая встреча состоялась в моём прошлом, но в твоём будущем... Однако если ты познакомилась со мной сейчас, для тебя она уже не будет первой... Как всё интересно! Как всё запутанно! – восхищённо ликовал Эдвард.

Эльмия подумала, что вряд ли этот мужчина является её родственником. Вместо этого она произнесла другое:

– Что значит «ваше прошлое – моё будущее»? – переспросила девочка. – Неужели я действительно буду путешествовать во времени?

– О, ещё как, – хвалебно протянул мистер Вукл. – Впервые я познакомлюсь с тобой как раз во время твоего первого прыжка.

– А как вы очутились в моём дворе? – Эльмия задала новый волнующий её вопрос. – Вы прибыли от сюда из прошлого или будущего?

– Что за чепуха! – отстранённо заявил Эдвард. – Из нас двоих только один путешественник во времени. Может, я когда-то и совершал или, не дай Бог, совершу прыжок, то либо случайно, либо не по своей воле... А как я здесь очутился – для меня такая же загадка, как и для тебя. Я шёл с работы домой, по пути решил заглянуть в книжный магазин, где мне приглянулся один интересный ежедневник. Кожаный переплёт, шёлковая закладка... Хотя, что я тут рассказываю? У тебя же самой такой же! Или ещё нет? Тогда он обязательно появится у тебя в будущем...

Мужчина неожиданно прервал речь и округлил глаза.

– Не может быть! – от восхищения Эдвард потёр ладони. – Сегодня ведь девятое марта две тысячи пятнадцатого года! День, когда ты должна сделать свою первую запись в ежедневнике! Ох, старый болван... Этот ежедневник я должен подарить тебе, чтобы потом, в твоём будущем и моём прошлом, я забрал бы его у тебя, после чего, много лет спустя, зашёл бы в книжный магазин и купил этот ежедневник, потому что он является копией твоего! Но этот ежедневник всегда был твоим!

Эльмия бы сочла мистера Вукла за психа: она никак не могла разобрать тот бред, что нёс мужчина. Но его горящие от радости глаза внушали девочке полное доверие.

Неожиданно Эдвард раскрыл свой портфель, вынул из него тот самый ежедневник и протянул его Эльмии.

– Это тебе презент на прошедший праздник, – благосклонно произнёс мужчина.

Эльмия приняла подарок, пролистала ежедневник от корки до корки, погладила по гладкой обложке.

– Спасибо, – с долей неуверенности в голосе произнесла девочка.

– Не за что... В конце он всё равно окажется у меня, – мужчина посмеялся про себя. – Только пообещай мне, что будешь вести в нём записи каждый день: чтобы ни случилось, какое бы настроение у тебя ни было, ты обязана описывать в нём события каждого своего дня. Это очень важно для тебя будущей и меня прошлого, – в который раз повторил он. – Обещаешь?

– Да, – твёрдо произнесла Эльмия, не подвергая свои слова сомнению.

– Отлично! – Эдвард вновь улыбнулся. – Мне было очень приятно снова с тобой познакомиться, но теперь я вынужден откланяться: уже начинает смеркаться, а я так ненавижу темноту...

Мужчина снял цилиндр и поклонился в пояс.

– До свиданья, Эльмия, – Эдвард выпрямился, надевая цилиндр обратно. – Надеюсь, мы с тобой ещё встретимся...

И он, резко развернувшись на носках на сто восемьдесят градусов, отправился к воротам.

Эльмия ещё некоторое время пребывала в смятении, но, оклемавшись, продолжила тренировку. Она решила, что больше не будет пробовать делать себе тренировочного манекена, а то вдруг к ней во двор принесёт ещё какого-нибудь чудика. И одного хватило. Поэтому девочка решила оттачивать мастерство на одной яблоне, восстанавливая его из щепок после каждой мощной атаки.

Вдоволь натренировавшись, Эльмия выбилась из сил и отправилась в дом. Она быстро приняла холодный душ, чтобы освежиться и избавиться от усталости, после чего резво забежала на кухню, готовая проглотить ужин целиком, вместе с тарелкой, – так уморило её осваивание боевых атак. Но Сара подавать не собиралась.

– Эльмия, нужно серьёзно поговорить.

Девочке эта фраза совершенно не понравилась. Даже не сама фраза, а та интонация, с которой она была произнесена.

– Что-то случилось? – спросила Эльмия, медленно садясь на стул, будто на раскалённые угли.

Неожиданно в комнату вошёл Том. Он сел на стул, поставив его напротив девочки.

– Когда я заходил домой, со двора шёл какой-то мужчина, – сказал он. – Кто это был?

– Это мистер Вукл, директор местной кукольной фабрики, – беззаботно ответила Эльмия. – Я его случайно перенесла к нам во двор. А что такое?

– Видишь ли... – неуверенно начала Сара, скрестив руки на груди и облокотившись на стену. – Я встречала этого мужчину раньше. Он был на нашей свадьбе, сказал, что его пригласила моя бабушка Софи. А потом он пришёл на её похороны и странно как-то ухмылялся. Мне кажется, он знал, что бабушка на самом деле не умерла.

– Мистер Вукл представился моим родственником, – призналась Эльмия.

– И мне тогда тоже, – припомнила Сара. – Но дело в том... Солнышко, мы бы хотели, чтобы ты никогда это не узнала, но так складываются обстоятельства... – Сара не торопилась, собираясь с мыслями.

– Ты не наша дочь, – внезапно вместо жены произнёс Том.

– Том! – вскрикнула Сара. – Ты же говорил, что мы подготовим её.

– Лучше высказать всё сразу, чтобы не портить нервы нам всем, – отмахнулся он. – Эльмия, на самом деле мы тебя удочерили. Вернее, нам тебя подкинули во двор, когда ты только родилась.

У Эльмии бешено заколотилось сердце: она и сама была не готова к этому разговору. Она опустила голову, из-за чего её длинная чёлка прикрыла почти всё лицо.

– Я знаю, – шёпотом проговорила она.

– Что? – одновременно выкрикнули Том и Сара.

– Мне обо всём рассказала Клео... Она даже сказала, что знает, кто мои настоящие родители, но не стала о них рассказывать, потому что я о них сама узнаю, когда придёт время.

– Но почему ты нам сразу же всё не рассказала? – вспылила Сара.

– Не знаю... Может быть, боялась... Может, думала, что вы перестанете относиться ко мне, как к родной...

– Ну что за глупости! – бросил Том. Он поднялся с места и обнял Эльмию сзади. – Ты для нас всегда будешь родной и единственной.

Пару минут они просидели в полной тишине, только затем Сара спросила:

– Есть ли что-то, что мы ещё должны знать о тебе?

Эльмия отрицательно помотала головой – про Акио им было лучше не знать, а всё остальное она и так им уже рассказывала.

– А вы мне больше ничего не должны раскрыть? – Эльмия задала этот вопрос просто так, сдуру, но, видимо, Сара и Том действительно что-то скрывали: они обменялись странными взглядами, после чего Сара ушла с кухни, вернулась с какой-то запиской в руках и молча отдала её Эльмии.

– Когда мы нашли тебя, в одеялке лежала эта записка, – пояснила Сара.

Эльмия осторожно изучила написанное: записка была написана иероглифами на незнакомом ей языке. Рядом был написан перевод – два четверостишья. В конце – подпись: «Пророчество о девочке со сверхспособностями».

– Так вы с самого начала знали, что я... не такая? – расстроилась девочка. – И то, что я умру, вы тоже знали?

– Что значит «тоже»? – удивился Том.

– Клео говорила мне, что ради спасения Земли мне придётся отдать свою собственную жизнь, – рассказала девочка.

– Тогда почему ты об этом умолчала? Мы же тебя пять минут назад только спрашивали!

– У меня совсем из головы вылетело! Я особо не стараюсь вспоминать об этом!

Вновь повисла тишина, но уже не мирная, а напряжённая.

– Может, ты нам всё-таки ещё должна что-то рассказать? – настаивал Том.

– Ладно, – печально вздохнув, буркнула Эльмия.

И она поведала историю об Акио, его предательстве и способности обращаться снежным барсом, о блокноте Клео и реванше, о двойнике Акио и о том, как произнесла какое-то заклинание, из-за чего её энергия вернулась в тело девочки, о гибели Акио. Затем она рассказала и о том, что произошло вчера, – как её сбила машина, но Смерть не стала забирать её душу. Она не стала говорить, что именно Мэтт уговорил Смерть оставить Эльмию в живых, потому что она – обещала.

– Кошмар! – с ужасом сказала Сара, как только Эльмия закончила рассказ. – Если бы на твоём месте оказалась бы я, то давно бы не выдержала и попала в больницу! Но хорошо, что всё закончилось так благополучно... правда, не для всех...

– Ничего ещё не закончилось, мама, – грустно вздохнула Эльмия. – Ничего ещё даже не начиналось.

– И всё же мне интересно, кто этот мистер Вукл, – вспомнил про Эдварда Том.

– Может, это биологический отец Эльмии? – несмело предположила Сара.

– Но ты ведь говорила, что он представился твоим родственником. Да и, к тому же, за несколько месяцев до появления Эльмии.

– Мне всё-таки кажется, что он родственник бабушки Софи, а Эльмию назвал родственницей, потому что не знает, что мы её удочерили, – закончила мысль Сара и махнула на это дело рукой. – Ладно, хватит об этом... Уже время ужина.

– Давно пора! – воскликнул Том. – А то уже кишки скручиваются...

***

После сытного ужина Эльмия ушла к себе в комнату. Первым же делом она села за домашнее задание на завтра, а когда с уроками было покончено, Эльмия завалилась на кровать, удобно пристроилась и начала читать новую книгу. И только через пару минут она вспомнила, что Эдвард Вукл подарил ей ежедневник, и девочка пообещала вести в нём записи каждый день.

Эльмия села обратно на стул, раскрыла ежедневник и красочно оформила титульную страничку, нарисовав цветными карандашами и ручками цветочки, звёздочки и интересные фигуры. Затем она решила раскрасить и другие страницы – серые страницы с тёмно-коричневой разлиновкой придавали слишком мрачный вид.

Закончив оформление, Эльмия написала в специальное поле сегодняшнее число и начала запись:

«Дорогой дневник!

Сегодняшний день был очень странным.

Всё началось в школе. Теперь урок истории нам будет преподавать новый учитель – мистер Дейнайт. Ещё с первого взгляда он показался мне очень странным: у него были странная причёска, одежда, выражение лица... Короче, всё в нём было странным! А ещё мне показалось подозрительным то, что мистер Дейнайт в субботу довёз меня до озера, а потом помог Мэтту разобраться с его доисторическим мотоциклом. Но когда мистер Дейнайт начал рассказывать новую тему, я пришла в огромный восторг! – уж такой у него был интересный рассказ. Мне кажется, что с сегодняшнего дня историю в нашей школе полюбили все.

А потом он проводил факультатив мифологии, хотя вместо мифов и легенд он рассказал нам о временных парадоксах. Как жалко, что пришло так мало человек...

После школы я пошла домой и решила немножко потренироваться во дворе. Я хотела создать себе тренировочного робота, но вместо этого случайно перенесла реального человека! Я его раньше видела по телевизору – он был директором кукольной фабрики, и поэтому его часто рекламировали. Эдвард Вукл, а именно так звали этого мужчину, представился мне родственником, потом начал говорить что-то про прошлое и будущее, что я его ещё встречу и прочее. А после этого он подарил мне тебя, мой дорогой дневник!

После тренировки я пошла домой. Папа сказал, что видел, как мистер Вукл уходил со двора, и родители заставили рассказать им обо всём, что произошло со мной за последний месяц, а потом они рассказали о том, что знают обо мне ещё. И я узнала кое-что важное...

Я умру.

Об этом было написано в моём личном пророчестве, а как сказала Клео, пророчества всегда сбываются. Ещё Клео говорила, что Временной кулон спасёт мою жизнь, но не сказала, как именно. Может, она имела в виду то, что я должна загадать какое-то желание? Но что я могу пожелать? Получить бессмертие? Я ведь и так бессмертна! Нет, Временной кулон тут бессилен. Всё бессильно. Но загадывать то, что велела Софи, я всё равно не буду. Зачем мне познавать пространство, время и вечность? Разве это как-то спасёт мою жизнь? Нет, я больше не хочу продолжать так жить! Скоро будет солнечное затмение, и я должна буду загадать желание. Я пожелаю другое – попасть в прошлое. Начну жить там, как обычный человек».

Эльмия заплакала, когда начала писать последний абзац. Слёзы смочили чистые, ровные листы, размазав некоторые буквы. Писать дальше Эльмия была не в состоянии. Громко захлопнув дневник, она упала на кровать и, уткнувшись в подушку, заплакала ещё сильнее. Она ещё долго не могла уснуть...

«Я умру», – единственная фраза, которая крутилась в её голове. Она даже не понимала, что же случится в тот день, когда небо разорвётся на части. Но если она не вмешается, Земля погибнет. Погибнет вместе с ней.