Духи Бесконечности

Утром Эльмия еле встала с кровати: она полночи не могла уснуть, а когда, наконец, погрузилась в сон, ей стал сниться какой-то кошмар. Но на утро она его забыла, что показалось девочке весьма странным, – она никогда бы не забыла такой ужасный сон. Хотя что-то из сна ей запомнилось... Это было лицо, лицо человека, и даже казалось, знакомого человека... Но кто это был, Эльмия вспомнить так и не смогла.

Вяло позавтракав, девочка взбодрила себя холодными водными процедурами, оделась и пошла в школу.

На всех уроках Эльмия почти не слушала учителей, за что получала назойливые замечания. Но девочка не обращала на них никакого внимания: она сложила руки на парте и уткнулась в них носом, что делало её похожей на спящую. А может, так и было – Эльмия не успела выспаться этой ночью, поэтому, сама того не замечая, иногда успевала задремать, пока не услышит очередное едкое высказывание учителя. И даже шутки и подколки Кэти не придавали ей сил.

Эльмия с облегчением вздохнула, когда остался всего лишь один урок – физкультура. Она поднималась на третий этаж с Кэти, которая бодро о чём-то рассказывала, но Эльмия её даже не слушала. Девочка думала только о том, чтобы поскорей закончился последний урок, и она бы смогла уйти домой, чтобы побыстрее упасть в кровать и моментально уснуть. Не успела она и подумать об этом, как вдруг на неё налетел Дэвид Дейнайт, спускавшийся по лестнице на второй этаж в быстром темпе, перепрыгивая через две-три ступеньки.

Мистер Дейнайт резко ухватил девочку за плечо, остановив её на месте.

– Эльмия! – громко выкрикнул он. – А я тебя по всей школе ищу!

– Что-то случилось? – спросила она вежливым тоном, хотя говорить ей сейчас вовсе не хотелось.

– Нет... просто мне очень нужна твоя помощь. Ты ведь мне поможешь? – он посмотрел на Эльмию своими карими, похожими на щенячьи глаза.

Сам Дэвид выглядел лет на тридцать, но его детские, беззаботные глаза, ловкость и некоторые другие качества, которые Эльмия успела разглядеть всего за эти два дня, делали учителя истории похожим на двадцати–, а то и на шестнадцатилетнего подростка.

– Давай отойдём в сторонку, чтобы никому не мешать, и я тебе всё расскажу.

Эльмия сначала кивнула учителю – то, что они стояли посреди узкой лестницы, затрудняло движение остальным. Затем она кивнула Кэти, стоящей в ожидании подруги на два порожка выше, мол, иди без меня, я догоню.

Они с Дэвидом спустились на лестничную площадку, которая хорошо освещалась ярким весенним солнцем. Мистер Дейнайт всё никак не начинал разговор, внимательно разглядывая Эльмию и чему-то улыбаясь. От неловкости девочка повернула голову к окну и удивилась: снега почти уже не было, а из некоторых набухших почек стали появляться молоденькие зелёные листочки. А какое же было жаркое солнце – Эльмия вспотела, пока стояла под его лучами, хоть и проходящими через стекло. А мистер Дейнайт стоял, как ни в чём не бывало. «И как ему не жарко в таком костюме, да ещё и в плаще?!» – подумалось Эльмии.

– Сабрина Хордон, которая учится в твоём классе, – наконец-то начал разговор мистер Дейнайт, – она действительно дочь директрисы?

– Ну да, – удивилась Эльмия. – А вы не знали?

– Не то, что бы не знал... Просто не доверял слухам.

– А мне вы доверяете? – Эльмия удивилась ещё сильнее.

– Больше, чем другим в этой школе, – ухмыльнувшись, ответил мистер Дейнайт. – Ты ещё слишком мала, чтобы врать взрослым... Разве что можешь скрывать правду, но это ведь совсем разные вещи, не так ли?

– Смотря что вы подразумеваете под «скрывать правду». Можно просто уходить от разговора, а можно скрывать правду под ложью, – рассудительно ответила Эльмия.

Дэвид широко улыбнулся, давая понять, что ответ Эльмии его удовлетворил. А сама девочка уже заметила, что её новый учитель часто спрашивает её мнения или взгляда на какую-нибудь ситуацию. Интересно, зачем ему это нужно?

– От тебя многое зависит, Эльмия, – неожиданно произнёс Дэвид, будто прочитав её мысли. – Вскоре ты должна сделать сложный выбор, когда правильного выбора не будет... Но я надеюсь, что даже в такой затруднительной ситуации у тебя будет верное решение... Так ты мне поможешь? – он повторил вопрос.

– Но чем? – прежде всего спросила Эльмия.

– Мне нужно, чтобы ты поговорила с Сабриной, – пояснил он. – Разузнала про её детство, друзей, семью... В общем, про личную жизнь.

Эльмия отвечать не спешила.

– Боюсь, это не получится, – с горечью в голосе проговорила она.

– Это почему? – Дэвид нахмурил брови.

– Мы с Сабриной в очень... недружелюбных отношениях.

– Но ведь это можно исправить?

– Сомневаюсь... Она возненавидела меня с первого взгляда...

– М-да, это затрудняет задачу, – мистер Дейнайт покачал головой. – Но ведь даже злейшие враги могут когда-нибудь стать лучшими друзьями, а иногда и наоборот, человек, которому ты доверял больше, чем кому-либо ещё, тебя предаёт, бросает в первую трудную минуту...

Эльмия кивнула, соглашаясь с утверждением учителя. Она сама убедилась в этом: Акио сначала притворялся добрым хорошим парнем, а потом чуть не убил её, причём самым гадким способом – воспользовался доверием легкомысленной девочки.

– Но как же мне с ней заговорить? – спросила Эльмия совета.

– А вот этого я не знаю, – признался Дэвид. – Я когда-то работал врачом, но психологическими проблемами людей не занимался... Но мне кажется, что тебе просто нужно произвести на Сабрину положительное впечатление. Например, угости её конфеткой... Хотя нет, вы же не в детском саду... Ну, тогда помоги ей в чём-нибудь, например, разобраться с домашней работой... Или подставь ей плечо в трудное минуту...

Прежде, чем дать согласие, Эльмия недолго поразмыслила, а затем произнесла:

– Я, конечно, постараюсь, но... сомневаюсь, что у меня что-то выйдет.

– Не будь такой пессимисткой, – строго сказал мистер Дейнайт. – И даже если ничего не получится, то плохого ничего не случится. Сабрина всё равно запомнит твою искренное чувство к её проблемам и, возможно, когда-нибудь сама к тебе подойдёт, чтобы поговорить об этом.

И, круто развернувшись на носках, Дэвид Дейнайт начал спускаться по лестнице.

– Ах, да, вот что ещё, – резко остановился он. – Когда ты с ней поговоришь, зайди ко мне в кабинет, расскажешь, как всё прошло.

Эльмия кивнула, а затем поднялась на третий этаж. Когда она зашла в спортивный зал, как раз прозвенел звонок. Эльмия быстро переоделась, на вопрос Кэти «О чём вы с ним говорили?», махнула рукой, мол, ни о чём важном, и встала в строй.

Удивительно, но на физкультуре Эльмия даже не думала ни о чём плохом. Ей даже расхотелось спать – так повлияла на неё беседа с мистером Дейнайтом. Во время разминки девочка размышляла о том, что скрывает этот человек – уж слишком странно он себя ведёт по отношению к Эльмии. И как обстоят дела с Сабриной? Может, лучше даже не стоит к ней подходить, а мистеру Дейнайту сказать, что Сабрина сама не захотела разговаривать с Эльмией? Нет, она на такое не способна, и Дэвид это прекрасно знал. Не зря же он в начале разговора завёл такую тему.

После разминки учитель начал принимать зачёты по отжиманию. Несмотря на хилое телосложение Эльмии, она сдала на отлично – в этом ей помогла собственная энергия, которую теперь не нужно было вызывать из кольца в необходимый момент. Приняв у всех зачёт, учитель разрешил детям в оставшееся до звонка время поиграть в вышибалы. Класс разделился на две команды: Эльмия, как ни странно, попала в одну команду с Сабриной, а Кэти – с Рани.

Игра поначалу не обещала ничего интересного – они играли в вышибалы каждую неделю вот уже семь лет. Но сегодня впервые за столько лет началась настоящая бойня.

Когда Сабрина швырнула мяч в Рани, та успела увернуться.

– Мазила! – язвительно выкрикнула ей Рани, показав язык, за что получила от Сабрины ещё один мяч – прямо в лицо. Рани этого не выдержала и, вопреки правилам, так как была в команде водящих, а не выбивающих, со всей силы кинула мяч обратно в Сабрину. Мяч угодил девочке в живот. Удар оказался настолько мощным, что Сабрина от боли согнулась пополам.

– Ты мне за это ответишь! – скрежа зубами прошипела она, но вместо мяча на Рани с кулаками полетела сама Сабрина.

Внезапно девочки вцепились друг в друга, стали кусать друг друга, дёргать за волосы. Когда Сабрина впилась в шею Рани острыми ногтями, а Рани в свою очередь дёрнула Сабрину за футболку, после чего последовал звук рвущейся ткани, в зал вернулся ненадолго отошедший физрук. Он свистнул в свисток так резко, громко и протяжно, что у всех присутствующих, а, может, и у всей школы, чуть не порвались перепонки.

– Что здесь происходит?! – заорал он.

– Она ударила меня мячом! – сразу же наябедничала покрасневшая Рани, тыча пальцем в Сабрину.

– В этом суть игры, дурында! – запричитала Сабрина. – А вот то, что ты кинула в меня мяч, правилами запрещается! Тем более я тебя выбила!

– Зато не я первой драться полезла! – вставила новые обвинения Рани.

– Но и не я чужие футболки рву! – вопя, парировала Сабрина.

– А ну замолчали!!! – физрук перекричал ссорящихся девушек, и в зале повисла тишина. – Звать мисс Хордон всё равно бессмысленно, – поразмыслив, продолжил учитель спокойным голосом, – она вас обеих не накажет, а вот мне выговор точно сделает. Так что разгребайте свои проблемы сами, но за пределами спортзала. – В этот момент прозвенел звонок с последнего урока. – Свободны!

Толпа ребят бегом повалила в раздевалку. Обычно, когда физкультура вставала последней по расписанию, Эльмия не переодевалась – всё равно уже домой идти. Но сегодня она решила переодеться, причём нарочито медленно. Когда половина раздевалки опустела, а Кэти позвала Эльмию, та ответила:

– Можешь без меня идти, у меня ещё дела в школе.

Кэти угрюмо кивнула и удалилась.

Сабрина и Рани больше не сцеплялись – знали, что на их крики может прибежать суровый физрук. Но девушки всё время сверлили друг друга взглядами, будто каждая пыталась силой мысли задушить соперницу. В конце концов Рани не стала растрачивать своё драгоценное время на бессмысленные разборки, поэтому быстро ушла из раздевалки.

И вот остались только Сабрина и Эльмия.

Эльмия уже полностью переоделась, хотя делала вид, что всё ещё натягивает штаны. Затем она стала копошиться в сумке, потому что не знала, как начать беседу. И вдруг Сабрина заплакала. Это было так неожиданно, что Эльмия поначалу восприняла этот плач за шум в батареях.

– Эй, ты чего? – миролюбиво проговорила Эльмия.

– Отвянь, пугало, – шмыгая носом, ответила Сабрина. Она прикрыла лицо чёлкой, наклонив голову, чтобы никто не увидел её заплаконную физиономию.

– Что случилось-то? – Эльмия не собиралась отступать от намеченной цели. – Почему у вас с Рани за выходные так сильно испортились отношения?

– А ты типа не знаешь? – грубо пробурчала Сабрина. – Это же всё из-за тебя!

– Из-за меня? – ошарашенно повторила Эльмия. – Но я-то тут причём?

Сабрина вновь шмыгнула носом.

– Рани сказала, что её бросил Мэтт. Променял на тебя! Вэнди сказала, что вы с ним в воскресенье гуляли! И Рани во всём обвинила меня, типа это моя мама тебя в школу устроила...

– Мда-а, – неодобряюще протянула Эльмия. – Настоящая подруга так бы никогда не сказала.

– Да какая, к чёрту, подруга?! – продолжала плакать Сабрина. – У меня с роду друзей не было, просто Рани была единственным человеком, с которым я могла хотя бы в школе пообщаться!

– А как же Вэнди, другие девчонки и парни из баскетбольной команды? – не понимала Эльмия.

– Пф-ф, – Сабрина громко фыркнула, потихоньку начиная успокаиваться. – Они-то как раз все друг с другом дружили. Я в их команде как белая ворона. Они и без меня самые крутые в школе. Я ведь организовала эту идиотскую элиту, чтобы с ними начать общаться, да только за стенами школы я для них вообще никто.

– Надо же, – вздохнула Эльмия.

– Ты о чём? – поинтересовалась Сабрина, вытерев последние слёзы.

– Я просто думала, что они стали крутыми только благодаря тебе... Но я не пойму: если с тобой так плохо общались эти ребята, почему ты не нашла себе настоящих друзей?

– Ты думаешь, друзей найти просто?

– Ну, вот с Кэти я подружилась в первый же день нашего знакомства. А ведь Кэти раньше была почти такой же, как ты: у вас обеих не было друзей, только тебя все уважали, а её – унижали. Причём унижали ребята из элиты. Если ты так хотела найти настоящих друзей, почему не стала общаться с той же Кэти, а принялась её задирать.

Сабрина внезапно повернулась к Эльмии и посмотрела на неё странным взглядом. Её красное от слёз лицо и опухшие глаза делали девочку очень пугающей.

– Тебе-то какое дело, пугало? – неожиданно яростно выкрикнула Сабрина и уже было хотела уйти из раздевалки, но Эльмия её остановила и заставила обратно сесть на лавочку.

– Я про это и говорю! – воскликнула она. – Я только начала с тобой душевную беседу, а ты сама всё портишь!

Сабрина нервно прикусила губу.

– Не умею я друзей заводить. И общаться нормально тоже не умею, – сквозь зубы сказала она и вновь, резко повернувшись к Эльмии, выкрикнула: – Ясно тебе?

– Но почему? – Эльмия никак не могла понять причину задирства одноклассницы. – Я много читала, часто смотрела фильмы... У детей с такими же проблемами в детстве была какая-то травма. У тебя что, что-то случилось?

Сабрина долго не отвечала. Её терзали душевные сомнения: с одной стороны, она хотела рассказать о своих переживаниях, ведь раньше она ни с кем не могла ими поделиться, потому что настоящих друзей, которые смогли бы выслушать и помочь ей, а не высмеять и распустить сплетни, у неё не было. С другой – она не питала к Эльмии тёплых чувств, а рассказать о самых сокровенных тайнах своей сопернице было бы крайне глупо.

– Всё у меня нормально! – бросила Сабрина и, резко вскочив, выскочила из раздевалки.

Эльмия отчаянно вздохнула, но всё-таки последовала за ней.

Сабрина, видимо, слишком быстро убежала, потому что, когда Эльмия вышла в коридор, её уже не было.

Эльмия решила спуститься вниз – вдруг Сабрина уже собирается домой? – но тут услышала визги со второго этажа. Эльмия стремглав помчалась на звуки криков и увидела, как Рани, в своём духе, замахнулась сумкой на Сабрину. Видимо, девушка всё это время поджидала дочку директрисы, чтобы закончить драку, начатую на физкультуре. Но Эльмия ей этого не позволила: она подбежала к Рани и со всей силы толкнула её. Девушка упала, сумка с грохотом повалилась рядом.

– Ты чего сюда припёрлась, чукча? – взъелась Рани, поднимаясь на ноги.

Эльмия не ответила, потому что из-за угла послышался цокот каблуков. Через минуту перед девочками стояла мисс Хордон.

– Опять вы? – заорала она. – Вы мне каждую неделю решили стёкла бить?.. Эльмия! Я же тебя предупреждала, что ещё хоть одна подобная выходка, и я тебя из школы выгоню! Сегодня же напишу заявление!

– Нет, мама, стой! – внезапно вступилась за девочку Сабрина. – Пуга... Ой, то есть, Эльмия тут совсем не при чём. Это Рани хотела ударить меня, она ещё на физ-ре мне футболку порвала! А Эльмия за меня заступилась.

Оливия перевела гневный взгляд с Эльмии на Рани, но, как и стоило ожидать, ничего плохого в её сторону сказать не посмела.

– В следующий раз всем выговор сделаю! – поклялась мисс Хордон и убежала.

Рани посмотрела на Сабрину ненавидящем взглядом.

– Ты выиграла эту битву, но война только началась, – бросила шаблонную фразу Рани и ушла вниз.

– Ты в порядке? – решила убедиться Эльмия, подходя к Сабрине, но девушка дёрнулась от неё. Тогда Эльмия задала другой вопрос: – Зачем ты за меня заступилась?

– Потому что ты заступилась за меня, – более-менее спокойным тоном ответила Сабрина. – А вот зачем ты заступилась за меня?

– Я всем и всегда стараюсь помочь, – честно ответила Эльмия.

Сабрина промолчала, чтобы отдышаться, – ещё никогда ей не приходилось с кем-то так крупно ссориться.

– Я вот чего не пойму, – неожиданно Сабрина первая пошла на контакт. – Ты сказала, что друзей трудно завести тем людям, у которых в детстве была какая-то травма. В прошлый раз мама сказала, что у тебя приёмные родители. Но разве, когда ты об этом узнала, у тебя не было травмы? Почему тебе так легко удаётся заводить отношения?

Эльмия поразмыслила, прежде чем ответить на этот сложный вопрос.

– Видишь ли, о том, что мои родители мне не родные, я узнала совсем недавно – в свой День рождения. И то я узнала об этом не от родителей, а от своего психолога.

– У тебя тоже был психолог? – поражённо выгнула тонкую бровь Сабрина.

– Что значит «тоже»? – в ответ удивилась Эльмия.

Сабрина махнула рукой.

– Потом скажу.

Эльмия не стала настаивать и вернулась к своему рассказу.

– Я приняла эту информацию достаточно тяжело, но быстро свыклась с мыслью о том, что тринадцать лет прожила с чужими людьми. А ещё я быстро поняла, что мои родители всегда относились ко мне, как к родной... Пожалуй, это было самое важное.

Сабрина слегка улыбнулась, чему Эльмия сильно удивилась, – она никогда не видела на лице одноклассницы такую улыбку: не надменную ухмылку, а доброжелательную, искреннюю.

– Тебе повезло с семьёй, – проговорила она. – Мой отец, Димент, ушёл из семьи, когда мне было четыре года. Мама всегда говорила, что они жили счастливо: любовь с первого взгляда, романтические отношения, рождение дочери и прочее... По её словам, мы были самой счастливой семьёй... А потом он ушёл. Ушёл посреди ночи, когда никто не видел. Оставил только записку, что скоро вернётся... Но прошло уже десять лет, а он так и не объявился...

Сабрина печально вздохнула. Эльмия захотела утешить её, но не знала, как девушка воспримет это. А ещё она поняла, почему Сабрина до сих пор не имела парня и отшила Акио: видимо, уход Димента наложил след на её впечатление о мужчинах, и теперь она не хочет связывать свою жизнь с парнями.

– После его ухода я перестала общаться со сверстниками, – продолжала Сабрина, – стала замкнутой... Мама водила меня к психологам... Всего, кажется, четыре было...

– Четыре?

– Я их всех покусала, – с ухмылкой припомнила Сабрина.

– Они говорили, что твой отец – ненастоящий? – спросила Эльмия, вспомнив фразу из любимого сериала.

– Это ещё почему? – Сабрина потупила взгляд.

– Забей, – Эльмия махнула рукой.

– Странная ты... Ну ладно... В общем, после четвёртого психолога мне всё надоело, и я стала кое-как с кем-то общаться. Тогда и познакомилась с Рани, но друзьями мы с ней так и не стали... Потом я пошла в школу, а после начальной школы поняла, что нужно заводить с кем-то серьёзную дружбу. Тогда и появилась идея с этой элитой, хотя задуманного я так и не добилась, – с горечью сделала вывод Сабрина.

Эльмия сочувствующе обняла девушку. Она сама от себя этого не ожидала. Сабрина, как ни странно, не отстранилась.

– Ты умеешь хранить секреты? – с осторожностью спросила она.

– Не бойся, я никому не расскажу о твоём отце, – пообещала Эльмия.

– Я не об этом... Просто... Отец – не единственная причина моих походов к психологу... Когда мне исполнилось тринадцать, я стала видеть повсюду золотые циферки... Они были на каждом предмете – на людях, книгах, стенах, кофтах... Я до сих пор не поняла, что они значат, – это просто бессмысленный набор цифр, который меняется чуть ли не каждую секунду. Когда я рассказала об этом маме, она вновь записала меня к психологу. Но только психолог сказала, что это не психическое нарушение, а особый дар...

– Клео? – перебила её Эльмия.

– Да, кажется, – припоминая, сообщила Кэти. – А ты её знаешь?

– Она и моим психологом была...

– Понятно... Ну так вот, она научила меня пользоваться этим даром. Теперь, прикоснувшись к любому предмету, я могу прокрутить его личное время! Я научилась одним прикосновением делать любую вещь нульцевой или, наоборот, превращать её в пух и прах.

Ошарашенная этим заявлением Эльмия, раскрыв рот, уставилась на Сабрину.

– Ты мне не веришь, да? – с досадой в голосе произнесла она. – Ну и ладно.

Она поправила лямку сумки на плече и хотела пойти вниз, но Эльмия её остановила.

– Подожди! Я верю, просто... это трудно представить...

Сабрина опустила глаза в пол, о чём-то размышляя.

– Ладно, – решилась она.

Сабрина приложила пальцы к вискам и зажмурила глаза. В следующий момент Эльмия не могла поверить, что всё сейчас происходящее – реальность: вокруг Сабрины завихрилась куча мелких золотых песчинок, похожих на пыль. Они окружили девушку с ног до головы, а сама Сабрина стала быстро расти. Один миг – и всё исчезло, а вместо четырнадцатилетней блондинки Сабрины перед Эльмией стояла очаровательная девушка лет двадцати пяти с ярко-голубыми глазами и светлыми кудряшками.

Сабрина вновь приложила пальцы к вискам, зажмурила глаза, и тот же золотой вихрь вернул девушке прежний вид.

– Вау, – только и смогла вымолвить поражённая Эльмия.

– Надеюсь, ты и вправду никому не расскажешь, – произнесла Сабрина, прикусив губу. Её голос стал казаться Эльмии странным, совсем другим. В нём больше не было какой-то яростной хрипоты.

– Конечно! Клянусь, что этот секрет останется между нами.

– Спасибо, – в знак благодарности Сабрина улыбнулась и, попрощавшись, ушла в раздевалку.

Эльмия ещё некоторое время постояла на месте, а затем с глупой улыбкой на лице пошла в обратную сторону. Она была рада, что ей удалось так откровенно поговорить с Сабриной – по душам. От этой кажущейся фантастической мысли Эльмия чуть не пропустила кабинет истории. Она ведь должна рассказать мистеру Дейнайту, как всё прошло. Но что она скажет? Не могла же Эльмия просто взять и рассказать тайну Сабрины?

Эльмия остановилась перед дверью в кабинет истории, набрала в грудь побольше воздуха и постучала.

– Войдите! – тут же последовал ответ.

Эльмия открыла дверь и осторожно прошла в кабинет.

– О, Эльмия, – лицо мистера Дейнайта показывало удивление, но в голосе слышалось подозрительное безразличие. – Ты уже поговорила с Сабриной?

– Да... Она мне рассказала...

Дэвид встал со стула, и, скрестив руки на груди, облокотился на край учительского стола.

– И что же она тебе рассказала?

Эльмия практически в точности пересказала весь её разговор с Сабриной.

– Послушай, а когда она продемонстрировала тебе свои способности, какого оттенка были песчинки вокруг неё? – неожиданно спросил Дейнайт. – Я имею ввиду бронзового, коричневатого или, может быть, как чистое золото?

– Как чистое золото, будто каждую тщательно отполировали, – ответила Эльмия и только после этого осеклась: она же ничего не рассказывала Дэвиду о даре Сабрины!

– Весьма парадоксально, – задумчиво произнёс учитель. – Если следовать законам генетики Духов, то можно уверенно заявить, что у Духов и людей не может быть детей. Бывают, конечно, исключения, но у детёнышей таких союзов никаких магических способностей быть не должно! Получается, дело в самой Сабрине... Дитя чистого времени, – взбудоражено произнёс он шёпотом, будто опасаясь, что кто-то его подслушивает, проговорил: – Пророчество сбывается...

От услышанного у Эльмии по спине пробежали мурашки. Она уже давно поняла, что мистер Дейнайт – совсем не обычный учитель, за которого себя выдаёт. Девочка хотела бы расспросить его обо всём, но сейчас на её языке крутился всего лишь один вопрос.

– Ты что-то хотела спросить? – поинтересовался мистер Дейнайт, заметив колебания Эльмии.

Девочка кивнула.

– Скажите... Вы – отец Сабрины?

– Да... Прости, что ты спросила? – вспомнив вопрос, он округлил глаза от удивления. – Конечно же нет! Я знаком с Диментом, но вовсе не являюсь им!

От этой наигранности у Эльмии в сердце закралось сомнение в правдивости утверждения Дейнайта. Да и странным совпадением было то, что Сабрина умела управлять личным временем любого предмета или человека, а на вчерашнем занятии мифологией Дэвид рассказывал о путешествии во времени.

– А каким был этот... Димент? – этот вопрос Эльмия задала с явным напором, пытаясь выудить из учителя истину, использовав свои способности.

– Часовым стражем, конечно же.

– Но кто это?

– Житель одного из пяти царств Духов... Разве ты не знаешь о Духах?

Эльмия помотала головой. Она помнила, что о Духах несколько раз заикалась Клео и, кажется, она сама была Духом. О них же говорила и Актея. Но в целом она не имела о них ни малейшего представления.

– Странно, я думал, что тебе уже обо всём известно... Хорошо, я расскажутебе как-нибудь о них подробно... О! Возможно, это будет темой на одном изследующих занятий по мифологии.