Духи Бесконечности

В гостиничном номере было светло: погода сегодня выдалась ясной, и яркое весеннее солнце проникало через большие окна гостиничного номера. На белом диване, раскинув руки на спинке, а ноги сложив крестом и закинув их на прозрачный журнальный столик, лежала Клеопатра. Она размышляла о своём прошлом, и порой ей в голову приходили мысли вернуться к Госпоже Смерти, своей матери. Но она тут же отгоняла эти неприятные думы, пытаясь вспомнить что-нибудь хорошее и весёлое, что нечасто происходило в её длинной жизни, но в душе по-прежнему томились тоска и очень плохое предчувствие.

Неожиданно её раздумья прервал громкий настойчивый стук в дверь, как будто кто-то намеревался с нетерпением её выбить.

Клеопатра тут же вскочила на ноги и пригладила своё чёрное платье с белой отделкой, делающее царевну похожей на выпускницу школы. Открыв дверь, Клеопатра увидела на пороге шестнадцатилетнего парня восточной внешности. Его лицо, наполовину закрытое длинной чёлкой чёрных волос, выглядело равнодушным, хотя в глазах горел злой, хищный огонёк. Клеопатра внимательно его осмотрела: до сегодняшнего дня она не видела оборотня в человеческом обличье.

– Ты выполнил моё поручение? – спросила она величественным тоном.

– Да, как ты... вы и просили, – Акио достал из заднего кармана кожаных брюк кольцо с синим камнем и протянул его своей наёмнице.

– Хорошая работа... – похвалила его девушка, наблюдая, как розовая молниеобразная энергия Эльмии мечется в стенках минерала. – А девочка?

– Она жива... Если вы это имели ввиду, – ответил парень равнодушным тоном. – Правда, с ней пришлось немного повозиться...

– Я же просила её даже пальцем не трогать! – резко закричала Клеопатра.

– Я пытался, – парень тоже повысил голос, но вновь стал говорить спокойно. – Я состроил сцену при первой же возможности: как бы случайно с ней столкнулся, а сам попытался снять кольцо с её пальца. Но на нём было наложено защитное заклинание... Мне пришлось втереться к ней в доверие, чтобы потом загнать её в угол и отобрать кольцо. Только без боя она сдаваться не захотела. Пришлось слегка помять ей бока.

Клеопатра сделала недовольное, немного скептическое лицо, но промолчала, приглашая жестом войти в номер

– Проходи, – пригласила она к себе гостя.

Акио послушно прошёл в комнату и сел на большое белое кресло.

– Надеюсь, вы помните о своём обещании? – воодушевлённо произнёс парень.

Клеопатра ничего не ответила.

Ещё раз осмотрев кольцо, девушка ушла в другую комнату. Убедившись, что Акио за ней не подсматривает, Клеопатра отодвинула в сторону картину с изображением её родины, которую она создала с помощью своей способности дублирования теней. Перед ней оказался встроенный в стену сейф. Клеопатра ввела код, сейф предательски пищал при нажатии на каждую клавишу. Дверца открылась. Засунув кольцо в сейф, Клеопатра захлопнула дверцу и вновь завесила её картиной.

Вернувшись в комнату, Клеопатра подошла к большому овальному зеркалу в серебряной рамке в стиле барокко и посмотрела на свой указательный палец левой руки, после чего достала из кармана швейцарский нож и проделала им на пальце небольшой разрез. Акио удивлённо изогнул бровь: кровь не пошла. Вместо этого из пальца выступило чёрное пылевое облачко, похожее на то, что вылетает из старых грибов-дождевиков, если их раздавить, а кожа, будто защитный чехол, слезла, обнажив при этом натуральный вид пальца Клеопатры: тёмный, полупрозрачный, неосязаемый.

Клеопатра провела пальцем по зеркалу, рисуя что-то похожее на наклонную восьмёрку или символ бесконечности. Акио внимательно следил за происходящем: нужно всегда быть наготове, особенно когда имеешь дело с дочерью Госпожи Смерти.

Парень заметил в зеркале, что от этих мыслей на его лице проступили те самые эмоции, которые он ненавидел больше остальных – страх и нерешительность. Нельзя этого показывать. Он стал думать о том, как легко расправился с этой дрянной девчонкой. Она ничего не могла сделать против него. У неё не было шансов. На его лице появилась кровожадная улыбка.

Акио опять посмотрел в зеркало, но уже ничего не было видно: отражение в зеркале помутнело и с каждой секундой размывалось ещё сильнее. Постепенно разноцветные пятна стали сгущаться в центре зеркала, при этом меняя свои цвета на оттенки от светло-голубого, почти серебристого, до синего. От центра пятна стали расходиться в разные стороны, приобретая чёткость и контур. Через несколько мгновений в зеркале появился образ странного существа. Оно имело фигуру земной девушки, но при этом у неё была светло-голубая, как корочка льда над озером, кожа, жёлто-зелёные глаза без зрачков и радужки, а волосы, своей формой напоминающие высокую корону, развевались из стороны в сторону, подобно пламени свечи.

– Узнала меня, Селена? – Клеопатра обратилась к существу. На его лице проявилось едва заметное удивление.

– Клеопатра? Это ты? – в эхе полупустой комнаты из уст существа раздался холодный женский голос, напоминающий хруст разбитого стекла под ногами. – Но как...

– Нет времени на пустые разговоры, – прервала её девушка. – Я хочу тебе кое-кого показать, – Клеопатра отошла в сторону, и Акио оказался прямо напротив зеркала. – Думаю, тебе стоит вернуть его обратно в свои ряды.

– Его? – раздался злорадный смех. – Люди дурно на тебя влияют! Я не допущу, чтобы в моём царстве жил этот негодник!

Селена чуть было не взмахнула рукой, прервав тем самым связь, но Клеопатра успела её остановить.

– Он кое-что сделал! – сказала она, наблюдая за реакцией женщины, впрочем, на этом лице очень редко проявляются какие-либо эмоции.

– И что же? – незаинтересованным голосом спросила Селена.

– Я нашла её, – отчеканила Клеопатра, выделяя каждое слово, но последнее – особенно.

– Её? – Селена невольно удивилась.

– Ту, которой не должно было существовать...

– Ты имеешь ввиду дочь...

– Да, её, – кивнула Клеопатра.

– И ты в этом уверена? – не веря, спросила Селена.

– Более чем, – твёрдо ответила Клеопатра. – Я её уже проверила: она обладает бессмертием, а её способностям нет границ. И, ко всему прочему, ей снился тот самый день...

– День, когда Земля падёт? Когда она столкнётся с Каэлестисом? – напыщенно спрашивала Селена.

– Именно, – подтвердила Клеопатра.

Селена некоторое время промолчала, после чего бесстрастно произнесла:

– Ты ведь понимаешь, что я не могу тебе полностью верить?

– Это ещё почему? – недоумевающим голосом спросила Клеопатра. – Моя мать – Великая Госпожа...

– Ты не знаешь, кто твоя настоящая мать! – неожиданно громко выкрикнула Селена.

Атмосфера вокруг стала накаляться.

– Что ты сказала? – переспросила Клеопатра.

– Ничего... Тебе показалось.

– Ты сказала, что Госпожа Смерть – не моя родная мать?

– Забудь! – велела ей Селена. – Я не должна была тебе этого говорить...

– Я – законная наследница престола и имею право знать истину! – Клеопатра настаивала на правде.

– Лоней запретил рассказывать об этом! – яростно проговорила Селена и прикусила язык. От гнева её и до того острые скулы стали казаться ещё острее, как бритва, – того и гляди, порежешься от одного прикосновения. – Ты сбежала из Царства, предала Госпожу Смерть... Знаешь, сколько из-за тебя неприятностей возникло? – Селена продолжала перечислять причины не верить Клеопатре.

От досады девушка прикусила губу и сделала длинную паузу.

– Ты можешь не верить мне, но поверь своему фавориту, – скромно проговорила Клеопатра. – Акио исправил ошибку, созданную тринадцать лет назад. Теперь девчонка никогда не сможет исправить предначертанное. Ни это ли подвиг настоящего подданного царицы?

Селена помолчала, обдумывая своё решение и ответила через пару минут:

– Хорошо, я согласна, – она кивнула и обратилась к Акио. – Мне нужно время, чтобы приготовить всё к вашему приходу, сэр Лигай. Думаю, недели мне будет достаточно.

– Неделя? – на лице парня выразилось недовольство. – Ещё целую неделю я должен жить среди этих... смертных?

– К глубокому разочарованию, я ничем помочь не могу. Я и сама понимаю, что жизнь среди людей наводит тоску. А за это время ты ещё и разучился контролировать свои чувства.

Лицо Акио резко стало серьёзным: он помнил, что у настоящего зеркального рыцаря ни на лице, ни в голосе, ни в каких-либо других видах не должны проявляться эмоции. Закон любого жителя Зеркального царства: ни эмоций, ни чувств, ни души, ни сердца.

– Но ведь и ты иногда даёшь осечки, – вдруг вмешалась Клеопатра.

– Что ты хочешь этим сказать? – вновь бездушным голосом отозвалась Селена.

– То, что хотела – уже сказала, – ответила бывший психолог. – Во время нашего общения ты несколько раз показала удивление и ярость.

– Тебе показалось, – попыталась отмахнуться Селена, но Клеопатра продолжила издеваться над правительницей Зеркального царства.

– Я вообще не понимаю, зачем нужно было издавать закон, которому сама царица не всегда следует? – размышляла девушка. – А ещё ты зачем-то сменила имя. Я думала, что для бесчувственных людей всё должно казаться безразличным, тем более имя. Не так ли, Нингонг? – ехидно произнесла царевна, поставив акцент на последнем слове.

– Не смей называть меня этим именем! – Селена вот-вот могла взорваться от приступа ярости.

Вдруг раздался хруст: в центре зеркала появилась небольшая дырочка, от которой в разные стороны поползли маленькие трещинки.

– Как сказал мой коллега: «Гнев – короткий путь к ошибке», – произнесла Клеопатра нравоучительным голосом. – Никто не может скрывать всё, что он чувствует. Даже ты...

– Почти все Верховные Духи сменили имена, – оправдывалась Селена. – Вита, Димент... Госпожа Смерть и вовсе выбрала себе псевдоним. При чём в честь самого кровожадного существа из фольклора людей... Только Лоней оставил себе прежнее имя... Так что и я имею право... Мне нужно спешить, – проговорила Селена, не проявив никаких чувств. – Сэр Лигай... Подойдите к зеркалу.

Акио удивился, но не подал вида. Когда он подошёл к зеркалу, встав в знак уважения на колено, Селена вытянула руки так, что, казалось, они вот-вот вылезут из-за зеркальной поверхности, закрыла глаза и прошептала какое-то короткое заклинание.

– Теперь вы вновь можете превращаться в зеркального лорда, – закончив, пояснила свои действия Селена, – но будет лучше, если вы по-прежнему останетесь в человеческом обличье... А теперь можете идти. И не забудьте приготовить свои вещи для возвращения во дворец.

В знак почтения Акио сделал кивок головой, встал на ноги и вышел из гостиничного номера.

Селена и Клеопатра сверлили друг друга взглядами. Зеркало продолжало трескаться.

– У нас есть ещё пара секунд, – наконец произнесла Селена. – Ничего не хочешь узнать?

– Как поживает моя мать? – спросила Клеопатра таким голосом, будто её заставили спросить это под пытками.

– Хорошо... Правда, подняла большой шум, развела скандал, жаловалась Лонею... А в остальном всё хорошо.

Клеопатра виновато опустила голову.

– Не бойся, я не расскажу ей о нашей беседе, – пообещала Селена.

Трещины продолжали ветвиться. Треск усиливался.

– Удачи, – на прощание произнесла Селена, и зеркало разлетелось на мелкие осколки. Некоторые из них попали в Клеопатру, разрезав кожу в нескольких местах. Её оболочка уже не была годной.

– Чёрт! – выругалась она. – Вот что с людьми делают злость и ненависть... Теперь нужно искать новое тело... или...

Она подняла один кусочек осколка и посмотрела в него, вспоминая слова Селены про её мать...

– Пора возвращаться, но сначала...

Она подошла к телефону и набрала чей-то номер.

– Будьте добры, принесите в мой номер курицу... с кровью, – проговорила она в трубку. – Хорошо, я подожду.

Через десять минут в дверь постучали. Клеопатра открыла, на пороге, держа поднос на одной руке, стоял мужчина. Он ошарашенно рассматривал разорванные участки тела девушки, но ничего не сказал. Клеопатра заплатила разносчику деньги и дала немного чаевых, а затем взяла у него поднос и, захлопнув дверь, поставила его на стол. После этого девушка небрежно переложила курицу на стол, поднос промыла и налила в него немного горячей воды из-под крана. Затем Клеопатра разрезала курицу, нарочно испачкала палец в крови и начала выводить им что-то по воде на подносе. Следы крови стали складываться в узор, напоминающий символ бесконечности. Через пару секунд узор засветился ярко-красным цветом, и вместо дна подноса Клеопатра увидела лицо женщины.

– Здравствуйте, Кровавая Мэри, – поприветствовала Клеопатра изображение на воде.

– Кто вы и как смогли со мной связаться? – строго спросила женщина.

– Я связалась с вами с помощью старого обряда: нарисовала символ кровью по воде... Вот только пришлось использовать кровь курицы, своей-то у меня нет, – ответила Клеопатра. – И вы меня, наверное, не знаете. Я – Клеопатра, дочь Госпожи Смерти.

– А, – понимающе закивала Мэри. – Так ты из Царства Теней, царства, появившегося после моего изгнания... Что же тогда случилось?

– Лоней запрещает об этом рассказывать.

– Ох, куда не глянь, везде этот выскочка со своими запретами! Ну ничего, ему уже не долго править осталось... – злорадно прошептала Мэри. – Так с какой же целью ты со мной связалась?

– Пару месяцев назад я сбежала из Царства Теней на Землю. Мне нужно было принять вид человека, а для этого я должна была вдохнуть чьи-нибудь остаточные частицы жизни. Сейчас я решила вернуться обратно, а этих частиц осталось немало.

– К чему ты клонишь? – Мэри нахмурила лоб.

– Я хотела бы произвести обмен, – прямо ответила Клеопатра.

– Обмен? Хм... – Мэри задумалась. – Частицы жизни – хороший товар, особенно учитывая то, что моё тело опять начинает стареть. Но на что ты хочешь меняться?

– Вы ведь раньше были Царицей Жизни, так? А значит, обладаете способностью узнавать происхождение человека. Я хочу, чтобы вы мне показали моих настоящих родителей.

– Настоящих? Ну надо же, до чего дошло... – фыркнула Мэри. – Царевна – не дочь царицы...

– Прошу не говорить об этом в таком тоне, – строго произнесла девушка.

– Извини... Хорошо, это нетрудно сделать.

Глаза Мэри опустились вниз. Наверное, в это время она что-то делала руками, может, проводила какой-то обряд или что-то в этом роде. Клеопатра не могла быть в этом уверена, потому что на подносе было видно только голову женщины.

– Я вижу твоего отца, тебе его показать?

– Нет, спасибо, мама часто рассказывала мне о нём. И отнюдь не хорошенькие истории. В глаза знать этого мерзавца не хочу.

– Твоё право... А вот и твоя мама.

– Покажи мне её! – тут же приказала Клеопатра.

Вместо лица Мэри на воде появилось изображение женщины в чёрном балахоне с капюшоном, полностью скрывавшее её лицо.

– Это Госпожа Смерть... Если она действительно моя мама, значит, Селена обманула меня!

– Селена? О, моя старая подруга... Ей никогда не стоит доверять. Она всегда врёт, даже если ей это не нужно. Некоторые так часто скрывают правду, что лгать становится их привычкой.

– Это я уже поняла, – грустно вздохнула Клеопатра.

Кровавая Мэри на это никак не отреагировала.

– Что же, я выполнила твою просьбу, теперь исполняй своё обещание, – напомнила женщина.

Клеопатра кивнула головой, затем сложила руки лодочкой, поднесла их к губам и сделала глубокий выдох. Из её рта вылетели маленькие красные частицы чужой жизни. Чем больше их появлялось снаружи, тем меньше Клеопатра становилась похожа на человека. Когда все пылинки были собраны в её ладонях, она вновь выглядела, как обычная тень. Лишь странное белое пятно на затылке отличало Клеопатру от остальных жителей Царства Теней.

Клеопатра раскрыла ладони прямо над поверхностью воды. Сначала частицы направились кверху, но затем Мэри сделала глубокий вдох, и частицы, полетев вниз и пройдя сквозь поднос, через рот залетели внутрь женщины. Её кожа стала растягиваться, и Мэри, до того выглядевшая почти на пятьдесят, вновь стала казаться двадцатипятилетней.

– Давно я не чувствовала себя так хорошо, как сейчас! – удовлетворённо сказала Мэри и вновь опустила глаза вниз. – Ты точно не хочешь взглянуть на своего отца?

– Спасибо, не надо, – снова отказалась Клеопатра.

– Очень жаль, на твоём месте я бы потребовала это непременно, – ответила она спокойным тоном, но тут она выпучила глаза, продолжая смотреть вниз.

– Что-то случилось? – тревожно поинтересовалась тень.

– Я... я вижу твою мать...

– Вы мне её уже показали, это Госпожа Смерть, – сказала Клеопатра, а про себя подумала, что, несмотря на молодую внешность Мэри, у неё явно были проблемы с памятью, как у пожилых людей.

– Нет, я вижу твою вторую мать! – воскликнула она. Клеопатра заметила, как та тревожно прикусила нижнюю губу.

– Две матери? Кто из них моя биологическая?

– Они обе биологические! – изрекла она невероятную новость.

– Ничего не понимаю, – Клеопатра замотала своей полупрозрачной головой.

– Я и сама вижу такое впервые, но... У тебя действительно родные отец и две матери.

– Покажи мне её! – потребовала Клеопатра. – Покажи мне вторую мать!

Изображение на воде вновь сменилось. От увиденного у Клеопатры пробежали мурашки по призрачной спине.

– Не может быть, – потрясённо произнесла она. Тень провела рукой по воде, изображение тут же исчезло, но вместе с этим прервалась и связь с Мэри.

Клеопатра озадачено смотрела на белое кресло, на котором всего полчаса назад сидел Акио.

– Ох, Эльмия... – сочувственно вздохнув, проговорила она. – Что же я наделала?!

***

Торжествующий Акио покинул гостиничный номер с злорадной ухмылкой на лице. Насмешливо осмотрев дверь, он вынул из кармана брюк кольцо с синим камушком.

– Как легко удалось её провести, – парень еле сдерживал ироничный смех. – Не думал, что дочь Верховного Духа купится на дешёвую подделку.

Он ещё раз осмотрел кольцо и протёр танзанит до блеска об рукав.

– Теперь я знаю, что в тебе такое ценное, – усмехнулся Акио. – Теперь никакая Селена мне не указ! Теперь я стану новым правителем Зеркального царства! Осталось подождать всего семь дней, чтобы вернуться в родной мир, и тогда я смогу захватить власть.

И, довольно рассмеявшись, парень спустился по лестнице гостиницы, возвращаясь к обыденной людской жизни.