Пролог
Прошла уже пара дней с тех пор, как я покинула Севрид. Сбежала, поджав хвост, как жалкая трусливая псина, способная только скулить. Это чувство — вязкое, тягучее — гложет меня изнутри. А временами и вовсе хочется выть — от тоски по утраченному дому. Но мне нельзя возвращаться.
Неторопливо перебираю лапами по тонкому настилу из жухлых листьев и редкой травы. Лес не похож на привычный мне. Тут суше и куда прохладнее, особенно в ночную пору. Шерсть, конечно, греет, но... Лето ли это вообще? В Севриде сейчас жарко, солнечно, а в этом мире, Бринстоке, даже зеленая листва не выглядит сочной.
Деревья здесь другие: скудные кроны, вытянутые голые стволы, покрытые грубой серой корой. Попадаются и знакомые хвойные виды. И все равно не родные мне леса Зефрала — чащи там гуще, да и живности куда больше водится.
Я закрываю глаза и глубоко вдыхаю. Нос улавливает десятки смешавшихся запахов. Воздух, истосковавшийся по дождю, переполнен следами лесных обитателей. А значит, выследить зайца и сегодня не составит труда. Кажется, эти проныры существуют в любом из миров.
И, кстати, не только они. Время от времени я слышу шорохи и ощущаю взгляды волчьих «сородичей». Гостю на своей территории они совсем не рады. Тем не менее стая наблюдает лишь издали, не рискуя приближаться. Боятся меня как огня. Правильно боятся.
Мысль о собственном превосходстве растекается внутри сладким медом. Я даже фыркаю от удовольствия. Но вдоволь предаться самолюбованию не выходит: ухо дергается, уловив нечто непонятное. Тепло в душе сменяется тревогой, и я замираю, прислушиваясь.
Гул нарастает пугающе быстро. Земля подо мной начинает дрожать. Череда глухих ударов становится все отчетливей, и я вдруг различаю в ней лязг металла.
Догадка приходит мгновенно. Срываюсь с места и что есть мочи несусь к источнику звука. Я не могу ошибаться! Это должна быть она — та самая железная дорога, о которой рассказывал Фо!
Цепкие ветви кустов царапают морду и бока, но я не останавливаюсь. Пересекаю заросший холм и вылетаю на прогалину как раз в тот миг, когда огромная механическая змея выныривает из-за деревьев. Она стремительно приближается, а поравнявшись со мной, с оглушающим свистом несется мимо.
Прижимаю уши, щурюсь от поднявшегося ветра и шума. Впервые в жизни я вижу поезд! Вагоны мелькают так быстро, что я едва успеваю различать в окнах человеческие фигуры. Сердце бешено колотится от восторга, а в теле просыпается звериный порыв — помчаться вместе с цепочкой железных громадин. Но мне ни за что не угнаться за ними!
С трудом сдерживаю этот инстинкт: переступаю с лапы на лапу, тихо поскуливаю. Взгляд все прикован к поезду. Даже когда тот скрывается из виду, я смотрю ему вслед до тех пор, пока последний стук колес не смолкает.
Что ж, все, что мне нужно — идти за ним.
Я не знаю, куда приведет эта дорога, но, потянувшись и стряхнув с шерсти мусор, бодрой рысью пускаюсь вдоль двух бесконечных железных полос.