IV
Придворный Лекарь называл это последствием периодического голода. Он входил в узкий круг тех самых людей, которые знали правду. Ему же они были вынуждены рассказать, всё же, если бы он не знал в каких условиях она жила раньше, думая, что всю жизнь выросла на пирожных и Мерингемском чае, он мог бы поставить неверный диагноз. Этого опасалась не только Розмари, но и Герцог. Всё же, фальшивая болезнь ни в коем случае не должна была стать правдой.
У «герцогини» обнаружилась недоброжелательная, в каком-то смысле даже губительная, зависимость. Она не знала, можно ли было её таковой назвать, но она была.
Садясь за стол, она раздумывала с минуту как будет уминать этот стейк по кусочку, как постарается не подвести своего учителя по этикету и раскрыть свои простолюдинские манеры, которые она пыталась забыть. Но только почувствовав вкус еды во рту, будь то мясо, салат или сладкое, неважно, только моргнув, она не могла обнаружить его перед собой.
Она теряла контроль.
Герцог, конечно же, пытался ей помочь, но лишь оставляя её одну, всё повторялось. Пришлось сократить порции. Так она ела меньше, но от того ещё быстрее.
Со временем Рози привыкла. Всё же, за пол года многое можно вылечить или изменить. Она даже успела забыть, какого это, не есть каждое утро пироги с кремовой начинкой, а по вечерам сладко потягивать чай. Раньше она и думать не могла о пирогах, тем более, чай они пили только по праздникам, всей семьёй.
Всё же, она пристрастилась к нему, могла бы просидеть за столом пару часов, всё прося прислугу налить ей снова немного зелёного чая с ароматом белого персика, желательно, без закусок.
И за это она возненавидела себя. Как Рози может спокойно оставаться в этой роскоши, пока где-то там мёрзнут от холода её родные? Она и не могла. Каждый час она думала о больших, слишком рано повзрослевших, глазах тринадцатилетнего брата, крохотных пальчиках четырёхлетней сестры и пряных обьятиях родителей, которых ей так не хватало. Она утешала себя мыслью, что всё это ради них, ради их лучшей жизни. Но неведение постепенно съедает её изнутри.
Что они подумали, когда она пропала? Рози даже не удивиться, если по возвращению обнаружит дюралевый крест с её инициалами. Обычно на пропавших людей падало клеймо «умерших», если их не находят после трёх месяцев. Она сильно волнуется за здоровье родителей. Однажды они уже перенесли смерть своего ребёнка, но во второй раз... Она боялась, что они сломаются. Она боялась, что лишиться их, что младшие останутся одни, что она придёт слишком поздно.
— Госпожа, — вздрогнув, черноволосая повернула голову в сторону прислуги. — Ох, я вас напугала?
— Нет-нет, всё в порядке. Что такое?
— Господин желает видеть Вас. Он на заднем дворе.
Немного прищурив зелёные глаза, она поморщила нос от неприятного предчувствия, а потом тихо вздохнула и привстала.
— Принеси мне накидку. — Улыбнувшись, девушка пару раз мигнула, наблюдая за поспешно достающей верхнюю одежду женщиной.
Пока Хэйзел, или как там звали эту женщину, застегивала пуговицы на её воротнике(ей пришлось смириться с тем, что кто-то делает всё за неё), Рози думала о причине, по которой её хотели видеть. И она догадывалась.
Раньше, может, не было бы и мысли, но ведь сегодня особенно синее небо, с особенно сильным морозом. И, к сожалению для Розмари, на циферблате показывает три часа пятьдесят шесть минут.
Именно с этих вещей начиналась шестая глава в середине книги с толстым переплётом. И, к сожалению, времени у неё осталось слишком мало.
***
— В чем дело? — Расслабив лицо, она подняла голову к собеседнику. Разница в росте даёт о себе знать.
Он промолчал, взял темноволосую за руку и повёл в сторону сероватой арки, под которой возвышался тот самый столик.
Усадив её на принесенное деревянное кресло, а потом, сев напротив, обладатель алых глаз дёрнул рукой в непонятном знаке. В следующую секунду вся прислуга скрылась в особняке. Теперь на улице были лишь «пара» Дэрроу и личный секретарь Лиама, стоящий в полуметре от них.
Высокий, довольно молодой, русоволосый парень с мечом в ножнах и двумя папками в руках. Эллай Нисо.
— Как ты, должно быть, знаешь, в последнее время либералы нарываются на сильные репрессии с королём... — Только когда сидящий напротив заговорил, девушке удалось оторвать взгляд от секретаря. Он был самым доверенным лицом «мужа», его правой и левой рукой, а так же один из первых, кто был в курсе всей этой игры.
— Что? Разве ты не входишь в их ряды? — Немного опешив от услышанного, она примостилась удобнее, прислушиваясь.
Одобрительно кивнув, он сложил руки в замок, оперевшись локтями о край.
— Верно. — Глубоко вздохнув, он облизал губы, поправляя свои темные волосы. Неужели он не может подобрать слов? Скорее всего, он пытается сформулировать всё так, чтобы не сказать лишнего. — Подробностей тебе знать не надо... В общем, скоро мы с королевской гвардией пойдём на них, либералы задумали неладное, связавшись с соседями*.
Лже-Беатрис неосознанно начала дрожать. Невероятно, герцог работает на короля. Вся его чертова жизнь — сплошной обман, безропотное враньё.
— Зачем ты рассказываешь мне это? — Всем своим видом она показывала, как стало противно. Зачем втягивать её в этот политический фарс? Ей хватает своих забот с головой.
Несмотря на противоречивые мысли, она знала. Знала, зачем она здесь. Но ей приходиться играть.
В шестой главе говорилось, как он медленно наклоняет голову, вглядывается в её изумрудные глаза и просит секретаря подать пару бумаг, а после рассказывает про то, что ей придётся сыграть в «шпиона», подвергая себя опасности. Печатные буквы жёлтых страниц неприятно всплыли в голове, готовясь вот-вот быть озвученными.
« Тебе надо будет провернуть кое-что в моё отсутствие, так как подозрений ты не...»
— Просто хочу, чтобы моя жена знала. — Сладко улыбнувшись, он встал из-за стола, обошел его и, максимально приблизившись к побледневшей «супруге», приподнял её голову за подбородок так, чтобы между ними оставалось лишь несколько сантиметров. — Надеюсь, ты не будешь сильно переживать.
— Нет. — Вскочив, она отшатнулась от него. Что-то идёт не так. Нет, всё не так! Эта чертова книга...
— М? Извини, я был слишком резок... Я... Я хотел тебе кое что отдать. — Кивнув Эллаю, он достал что-то из-за стола.
Всё, что она читала, вплоть до сегодняшнего дня, всё сбывалось. Во второй главе рассказывалось, как садовник сломал ногу, буквально на второй день она видела его в гипсе; в четвёртой о том, что прислуга разбила её любимый чайный сервиз, и тем же вечером у её ног лежали фарфоровые осколки. Она не смоневалась, что всё, что там написано — правда. Что всё это — будущее. Она не знала откуда и почему, но благодаря « Тайне Беатрис » у неё был безумный козырь, который давал ей надежду, давал повод не умирать. Так почему же сегодня её решили подвести?
Из-за этого задания, которое герцог должен был поручить Рози, она могла бы стать счастливой. Слов про «жену» и «волнения» не было на страницах и в помине, хотя она перечитывала их много раз, стараясь не упустить ничего. Она сильно жалеет, что так и не начала читать седьмую главу. Но сейчас это не так важно. Ей грозит опасность из-за этой чертовой сделки, про которую, по идее, она знать не должна.
Она провалит задание. Именно по этой причине Лиам Дэрроу должен будет лишиться жизни.
Она станет свободной.
Так почему же сейчас, вместо бумаг для подписи, он протягивет Розмари велюровую коробку с ожерельем?
•••
Прим. автора:
*Соседи — в этом случае имелись в виду соседние страны.