ожидание
После похода к новой школьной медсестре, пара зашла в женскую спальню, где уже собрались все друзья, знающие последние новости. Тишину прорвал единый вздох облегчения, когда они увидели её относительно невредимой. Взволнованные девушки тут же подскочили с мест, окружая Алису.
– Ну наконец-то! – Лиза заправила прядь светлых волос за ухо, внимательно оглядывая подругу, – Ты как?
– Ерунда, – отмахнулась Барышникова, устало опускаясь на кровать. Бледное лицо выдавало пережитый стресс. Максим теперь не отходил ни на секунду, прижимал её к себе, наверное, боясь, что с ней снова случится что-то плохое.
– Ну нихрена себе ерунда, – иронично усмехнулся Рома, и его брови сошлись на переносице, – Мы слышали, что этот псих тебя прирезать хотел!
– Что с ним сделали? – спросил Андрей.
– Накачали транквилизаторами и в машину, – объяснил Максим, поглаживая свою девушку по волосам, – Не знаю, где они будут его держать, но пусть только попробует попасть мне на глаза...
– Ладно, ребят, давайте пока не будем об этом, – Алиса устало прикрыла глаза. Воспоминания о ледяном блеске ножа и безумном взгляде нападавшего накатывали волнами тошнотворного ужаса. Хотелось забыть об этом инциденте поскорее.
– Хочешь, я тебе чая с ромашкой принесу? – заботливо предложила Савельева, которая всё чаще становилась активным участником разговоров сыщиков.
– Спасибо, – с натянутой улыбкой ответила шатенка.
Осознавая, что пришлось пережить подруге, ребята понимающе покинули комнату, позволив ей отдохнуть.
– Я могу остаться, – задержался Максим, поглаживая тонкие пальцы любимой.
– Всё хорошо, – уверила его Лиса, устраиваясь на кровати, – Я сама зайду позже, ладно?
– Договорились, – прошептал Максим, нехотя отпуская её руку.
Нежно поцеловав её в висок, брюнет последовал за остальными, бросив взгляд на Вику. Та, словно понимая его без слов, чуть заметно кивнула, обещая присмотреть за подругой.
Вскоре вошла Женя, в руках неся дымящуюся чашку горячего ромашкового чая, источавшего успокаивающий аромат. Она поставила её на тумбочку рядом с кроватью, и они с Лизой ушли помогать Маше - с начала карантина работы у неё стало только больше. Кузнецова, не пряча сочувствия и переживания во взгляде, немного поболтала с подругой, пока та пила успокаивающий напиток, а после вернулась к своей постели.
Алиса отвернулась к стене, свернувшись калачиком. Она закрыла глаза, но это не помогло. В голове, как заезженная пластинка, снова и снова прокручивалась одна и та же сцена: бесчувственное лицо Куриленко, и Вадим, наносящий удар за ударом. Она видела его раньше в разных состояниях – задумчивым, печальным, даже злым. Но таким... таким неконтролируемым – никогда. Шатенка понятия не имела, как Уваров вообще оказался в лесу. Она даже не спросила об этом брата, предпочитая не ворошить и без того взбудораженное сознание. Слишком много переживаний. Главное, что они с Вадимом оказались там очень вовремя.
Вадим снова помог ей.
Тихий стук вернул девушку в настоящее. Вернул, но не заставил разлепить тяжёлые веки.
Лёша скромно проскользнул в комнату, тихо прикрыв дверь.
– Заснула? – шёпотом спросил он.
– Кажется, да, – последовал ответ Вики. В её голосе прозвучала какая-то... особая мягкость? Алиса прислушалась, стараясь уловить ускользающие нюансы, – Представляю, как она перепугалась...
– Теперь всё будет хорошо. Хотя кого я обманываю? Пока мы здесь, пока всё это продолжается, ничего не может быть по-настоящему хорошо.
– Рано или поздно это закончится, – тихо ответила Вика.
– Я не должен был допустить и этого.
– Не говори так, словно в этом есть твоя вина, – возразила Вика. Алиса услышала, как она подошла ближе к мужчине, – Ты здесь. Рядом с Алисой. И мы все точно что-нибудь придумаем.
– И с тобой, – тихо добавил Лёша.
– Что?
– И рядом с тобой.
Повисла тишина. Долгая, напряженная тишина, в которой, казалось, можно было услышать биение сердец. "Спящая" чувствовала, как Вика замерла, словно в ожидании чего-то.
– Лёш... – прошептала она, и в её голосе прозвучало нечто, чего Алиса раньше не слышала. Тёплое, нежное... Не оставляющее сомнений, что между её братом и лучшей подругой было что-то, о чём она даже не догадывалась. И этот момент, этот тихий разговор в полумраке спальни, стал их откровением.
– Увидимся позже?
– Хорошо.
Алиса услышала, как Лёша тихо вышел из комнаты, как Вика заботливо поправила её одеяло, и наконец, провалилась в сон.
***
Парни не успели дойти до своей спальни, как Максима пронзил приступ кашля. Он согнулся пополам, хватаясь за грудь. Когда кашель немного стих, Максим разогнулся и взглянул на свою ладонь. На ней алела кровь.
– Ты что не выпил лекарство? – нахмурился Авдеев, остановившийся рядом.
– Оно в рубашке.
Но карман рубашки, всё это время покоящейся на его кровати, был пуст.
– Может ты ампулу в другое место убрал? – спросил Рома.
– Нет, она должна быть здесь, – Максим ощупал покрывало, надеясь что антидот просто выпал. Пальцы перебирали ткань, но безрезультатно.
– Выходит, кто-то взял её, – подумал Андрей, – Тот, кто знал что она здесь.
***
Взгляд парня метнулся в сторону открывающейся двери библиотеки и тут же помрачнел. Оттуда, уставшие, в пыльной одежде, вышли Вадим с Антоном, явно только что закончившие разбирать завалы. Видимо, им, волей судьбы, пришлось заключить хоть какое-то перемирие. Антон, увидев их, приветливо улыбнулся новым знакомым, кивнув в знак приветствия, прежде чем скрыться в одном из коридоров, а вот его близнец, напротив, ненадолго застыл на месте, сверля их взглядом.
Барышникова, допив последнюю каплю горького лекарства, перевела взгляд с Вадима на своего парня и отрезвляюще позвала его по имени.
– В комнате выпью, – буркнул брюнет и положил ампулу в карман своей рубашки, – Мы пойдём, ладно?
– Идите, конечно, – улыбнулась Мария.
***
– Уваров, – без сомнений произнёс Макс, вспомнив их встречу.
***
Трое устремились к комнате физрука. Максим, с пылающим взором, шёл впереди. Подойдя к нужной двери, он без стука вошёл. Она поддалась с лёгким скрипом, открывая взору картину прокуренной комнаты, в которой царила тягучая тишина. Уваров сидел в мягком кожаном кресле, откинувшись на спинку. Едкий дым окутывал его силует.
– Ух ты, какие мы грозные, – усмехнулся Вадим, медленно выдыхая дым в потолок. Он слегка прищурился, пытаясь понять, что привело сюда старшеклассников, – Кто-то умер, а линчевать вы пришли меня? Я вам не советую.
– Отдай лекарство, – прорычал Максим, вызывая у мужчины удивление.
– Мы знаем, что это вы взяли ампулу Макса, – вовремя вмешался Андрей.
– На кой черт она мне сдалась? – свёл к переносице брови Уваров. Тихий смешок, сорвавшийся с его губ, привёл к лёгкому кашлю.
– Ну, может, попал в свою же ловушку и тоже подхватил заразу.
– Морозов, в какой момент ты потерял уважение к преподавателю и перешел на "ты"? – учитель демонстративно потушил сигарету, и теперь полностью развернулся в сторону ребят, – Ты ошибаешься, я абсолютно здоров.
В голове брюнета пронеслись обрывки воспоминаний. Уважение к гребанной правой руке Вульфа? К тому, кто посмел прикоснуться к его девушке?
Вслух он произнёс другое.
– А я так не думаю, – прорычал Максим и шагнул вперёд.
– Слушай, дай мне повод, и я выбью всю дурь, что в тебе накопилась, – угрожающе проговорил Уваров.
– Попробуй.
Был ли он зол из-за лекарства или дело в чём-то ещё? Этот физрук снова влез туда, куда не должен был. Снова крутился рядом с Алисой, словно магнитом притягивая ее внимание. Он был уверен, что сегодня они справились бы и без его помощи, но Уваров опять зарабатывал очки, строил из себя героя.
Брюнет будто хотел наброситься на хозяина спальни, но к горлу тут же подступил новый приступ. Андрей, положив руку на его плечо, отвёл друга в сторону, спрашивая о самочувствии.
– Да тебе смотрю вообще плохо... – протянул Вадим, даже не шелохнувшись.
– Что здесь происходит? – на пороге появился Лобанов, видимо, проходивший мимо, и услышавший повышенные тона из-за открытой двери.
– Он украл у меня ампулу!
– Парнишка бредит, – безразлично отозвался мужчина.
– Почему же? – Павел подозрительно взглянул на Уварова, скрестив руки на груди, – Если ты болен...
– А если бы я был болен, я бы сам об этом сказал и получил свою дозу, – перебил его Вадим.
– И прямиком отправился в больничный бокс, что тебя бы не сильно устроило, – закончил Лобанов, легко поверивший, что раздражающий его мужчина мог совершить подобный поступок. Неприязнь к Уварову у него была уж очень искренней. Наверное, если бы он мог, обвинил бы его во всех смертных грехах, не задумываясь.
– Слушай внимательно, – вся эта ситуация и пустые обвинения капали на и так кипящие мозги, поэтому, не выдержав, обвиняемый поднялся с кресла и процедил сквозь зубы, – Я абсолютно здоров.
– Это можно проверить, – спокойно ответил Павел, выходя вперед, – Руку.
– Убери, пока я её не сломал, – ответил Уваров, с раздражением глянув на протянутую ладонь.
Бывшего учителя физической культуры такой ответ не устроил и не давая Вадиму опомниться, он, действуя быстро и слаженно, заломил Уварову руки, справившись не без помощи старшеклассников. Все вместе повалили его на кровать, укладывая лицом в матрас, и Лобанов приложил аппарат, который передала ему новая медсестра, к пальцу. Индикатор быстро показал результат, окрашиваясь в зелёный. Вадим был абсолютно здоров.
– Паша, что здесь происходит? – непонимающе оглянулась застывшая Крылова.
Воспользовавшись общим замешательством, Вадим растолкал компанию и выбрался из их хватки. Сдерживая злость и раздражение настолько, насколько это было для него сейчас возможно, он поднялся и снова подошёл к столу, стараясь восстановить самообладание.
– Довольны?! – говорил он о результате теста, – А теперь свалили все отсюда! Кроме вас, Елена Сергеевна. Вас я вежливо попрошу уйти!
***
Максим возвращался в свою комнату словно в каком-то тумане. Как он мог забыть, что действительно сам убрал ампулу в карман другой кофты, пока готовил сюрприз для Алисы? Если бы не мама, случайно заметившая ее, когда хотела бросить испачканную в пролитой газировке толстовку в стирку, он бы абсолютно точно и не вспомнил об этом.
Мария заставила сына выпить лекарство под её строгим взглядом и попросила относится к таким важным вещам, от которых буквально зависит его жизнь, внимательнее. Он бы относился... Если бы попросту не забыл.
Какой же глупой теперь казалась сцена в комнате Уварова...
***
Алиса проспала до самого утра, сама такого не ожидая. Сон, глубокий и безмятежный, словно плотная завеса, укрыл её от кошмаров и тревог. Этот отдых был ей правда необходим, потому что сразу после пробуждения она почувствовала, что ей стало намного лучше. Лёгкость, словно сброшенная с плеч тяжесть, вернула ей способность дышать полной грудью.
Солнце уже взошло, и его первые лучи освещали пустые безмолвные коридоры Логоса. Так спокойно, умиротворённо... И если бы не вся эта история, если бы под школой не было холодных лабиринтов, единственными проблемами девушки были бы экзамены и поступление в университет.
Вынув из кармана шорт записку, которую нашла на прикроватной тумбе и на автомате взяла с собой, Алиса развернула бумагу. Аккуратный, немного угловатый почерк Максима сразу бросился в глаза.
Лиск, заходил, пока ты спала.
Даже когда просто спишь, от тебя глаз не оторвать. Мило так сопишь. Смотрел на тебя и подумал, что хочу просыпаться и видеть тебя. Каждое утро.
А ещё я виноват перед тобой. Не должен был допустить, чтобы кто-то вообще на тебя нападал. Этот дурацкий сюрприз обернулся полным...
Прости, ладно?
Зайди, как проснёшься
Макс. Шатенка тихо выдохнула и слегка покачала головой, прочитав его последние слова. Думает, что виноват. Какая глупость. Если в случившемся и есть чья-то вина, так только этого психа из подземелья.
Как-то невольно взгляд девушки тянулся выше, и на губах появлялась скромная улыбка.
Она тоже не прочь встречать с ним каждое утро.
Несмотря на просьбу зайти, шатенка не хотела будить парня в такую рань. Школа пустовала. В полном одиночестве Алиса выпила чашку горячего чая. Время шло, но в коридорах всё было так же пусто. Вернувшись в спальню, Алиса застала проснувшуюся Вику.
– Не поверишь, что мы с Лёшей вчера нашли...
– Ты и Лёша?
Кузнецова осеклась, будто сказала что-то лишнее. Подслушанный разговор то и дело всплывал в воспоминаниях Алисы. Когда они успели сблизиться? И почему оба молчат?
– Ну да. Он вчера смотрел план школы, проверял несущие конструкции здания, а я проходила мимо, – стремительно объяснила брюнетка, – В общем, похоже, мы нашли ещё одно тайное место под школой.
***
Ребята один за другим осторожно спустились по обветшалым ступенькам в сырую, шестиугольную комнату. Первыми шли Вика с Лёшей, показывая остальным путь, освещая его фонарем. За ними шли остальные. Макс помогал своей девушке перешагивать через камни и обломки кирпичей, выхваченные из полумрака лучами карманных фонариков.
Войдя в комнату, все пораженно остановились. Кузнецова и Рома быстро сориентировались и повесили большие фонари на старые, ржавые металлические скобы, торчавшие из стен. Комната осветилась неровным светом, от которого по стенам заплясали таинственные тени.
Ребята разбрелись, осматривая помещение, облепленное густой паутиной. Его шершавые каменные стены были украшены различными символами. Среди переплетения линий и фигур угадывались руны, алхимические знаки, древнеславянские символы.
Поверх стен шли выбитые на камне изречения на латыни, словно предостережения или заклинания. На трёх стенах, словно повторяющийся мотив, возвышался каменный круг с крошечной, изящной лилией в центре и выбитой надписью на латинском языке. Ребята подходили к стенам, касались их пальцами, внимательно рассматривали надписи и рисунки, пытаясь разгадать их смысл.
– Охринеть, – потрясённо произнёс Андрей, его голос эхом разнесся по комнате.
– Я же говорила. Это надо увидеть своими глазами, – заметила Вика.
– Покруче чем в ритуальном зале, – признал Павленко, – Только свастики не хватает.
– Ну почему же? – отозвался Макс, указывая на стену, – Вот это очень похоже.
– Мне кажется это не свастика, – задумчиво кинула Лиза, прищурившись, – В смысле не фашистская...
И действительно, символы, которые были выбиты на стене, очень сильно напоминали свастику, но в то же время отличались от нее. Это были древнеславянские свастики, с которыми ребята прежде, в ходе своего расследования, еще не сталкивались.
– А чья еще? Вот и знак "Гемини".
– Им че часовни не хватало? – возмутился Рома.
– В часовне у них что-то вроде конференц-зала, а это... будто помещение для ритуалов, – подытожила Алиса.
Андрей подошел к стене, на которой был круг с латинской надписью над ним, и изо всех сил надавил на него обеими руками.
– Я уверен здесь есть дверь.
Ребята обратили внимание на запись над каменным кругом.
– Оmnia mutantur nihil interit... — задумчиво прочитал Алексей, – Ну, вся фраза означает примерно, что всё может меняться, но ничто не исчезает навсегда.
– То есть немцы нас покидать не собираются... – усмехнулся Максим.
– Надо всё здесь прочесать, – уверенно заявил Авдеев.
– Я проверил, – вмешался Лёша, включая режим старшего брата, – В фундаменте трещины не опасны, обрушения не будет, но, всё это очень серьёзно, так что будете ходить сюда только со мной, ясно?
***
Решив вернуться туда позже, чтобы более тщательно изучить странные символы и надписи, компания вышла из секретного помещения в холл. И впервые за всё утро они увидели кого-то из педагогического состава. Виктор Николаевич, осунувшийся и особенно напряжённый, шёл в свой кабинет, явно из подземелья. Его взгляд был сосредоточен и мрачен, словно он нёс на своих плечах груз непосильной тяжести.
– Виктор Николаевич, насчет подземных помещений... – начал Алексей, – Трещины в фундаменте не опасны, и обрушение школе не грозит. Но под правым флигелем...
– Хорошо, Лёш, давай поговорим об этом позже.
– Что-то случилось? – сразу понял Барышников.
– У нас новая волна в подземелье, – хмуро произнёс директор.
– Кто-то пострадал? – вмешалась Вика.
– Лена и Вадим Уваров. Их завалило.
Алиса, кажется, на секунду перестала дышать. Не может быть, что с ним что-то случилось. Это же Уваров. Выберется из любой передряги, ведь так?
– Мы поможем, – Авдеев не предлагал, а заявлял.
– Ни в коем случае, – резко отказал Исаев, повысив голос, – В любой момент может случиться новый обвал.
– Но если времени мало.. – начала Алиса, но была строго перебита.
– Я не шучу! – отрезал Исаев, глядя на них с суровым предостережением, – Держитесь подальше от камина. Это опасно.
***
– Аня, если в школе завелся вор, его надо найти и наказать. Иначе это не прекратится.
Голос Галины Васильевны удалился, а Максим с Ромой удивленно переглянулись.
– Круто, – опешил на секунду брюнет, – Сначала военное положение, теперь мародеры... что дальше?
Парни свернули за угол и увидели выходящего из их комнаты Харитонова. Он торопливо прикрыл дверь и направился в противоположную сторону, стараясь ускользнуть. Максим быстро догнал его, схватил за плечо и развернул к себе:
– Какого черта ты забыл у нас в комнате? – требовательно спросил он и взял Славу за грудки, – Ну?!
– Морозов, может хватить меня трогать, а то я уже думаю, что тебе это просто нравится, – с усмешкой бросил парень.
– Очень, – саркастично выплюнул брюнет и замахнулся кулаком. Этот тип будто специально всегда выводит его из себя.
– Макс! – окликнул его знакомый голос.
Алиса и Лиза очень вовремя оказались рядом. Барышникова тут же положила ладонь на плечо Максима и мягко оттянула, пока подруга встала между парнями.
– Что вы снова не поделили? – нахмурилась Виноградова.
– Макс, отпусти его, – тихо попросила шатенка, и парень с какой-то брезгливостью выпустил Харитонова из своей хватки.
– Морозов просто шуток не понимает, – всё ещё скалился Слава, потирая плечо, – Алис, может, тебе его к себе привязать, как собачку, чтоб на людей не бросался?
Брюнет снова наступил, сверля противника ненавидящим взглядом. Рома помог Лисе удержать его на месте.
– Харитонов, ещё одно слово, и я сама на тебя брошусь, – недовольно процедила Барышникова.
– А я перестану общаться, – строго посмотрела на него Лиза.
– Ладно, – сдался Слава, – Я пойду.
Виноградова ушла сразу после него, а Рома, лишь закатив глаза, наконец, зашёл в спальню. Пара поплелась вслед за ним.
– Макс, ну правда, чего вы цепляетесь друг к другу?
– Он вечно суёт свой нос, куда не надо! Бесит меня, – уже спокойнее выдохнул брюнет, беря девушку за руку и разворачивая к себе, так что она оказывается прижата между ним и подоконником, – Не будем о нём.
– Не будем, – согласилась Алиса, и Макс аккуратно перекинул её волосы назад, через плечо.
– Видела записку? – девушка согласно кивнула, – Почему не зашла?
– Не хотела тебя будить слишком рано.
– Неважно, сколько времени, я бы проснулся.
– Знаю, – мягко улыбнулась она, проводя рукой по его плечу, на которое облокотилась, – Чего там? – парень смотрел куда-то в сторону леса через окно.
– Ничего, – ответил Максим, словно отмахиваясь от чего-то неважного.
Максим опустил взгляд на её губы, чувствуя желание почувствовать их вкус. Понимая, чего он хочет, и не желая смущать Рому, Алиса слегка отвела голову в сторону и посмотрела на друга.
– Ромыч, может пойдёшь посмотришь кто там зайчиков в лесу пускает?
– Вообще-то это и моя комната тоже, – буркнул Павленко, лёжа на кровати.
– Макс, давай позже встретимся? Теперь моя очередь делать сюрприз.
Брюнет слегка удивился, но сразу же улыбнулся, всё-таки притягивая Алису ближе, захватывая её губы. Сперва ответив, девушка отстранилась и, быстро чмокнув Макса напоследок, бросила короткое интригующее "Потом".
Идея о сюрпризе появилась ещё с утра, когда она прочла его послание. Хотелось побыть с ним, дать понять, что его вины во вчерашнем совсем нет, сделать так, чтобы мысли о том случае и вовсе испарились.
Но теперь её тревожила ещё одна. Вадим. Алиса не могла перестать думать о том, что он где-то внизу, в темноте, ждёт пока его с Еленой вытащат. Но вот показывать Максу, что она думает об этом, не хотелось.
Задумчиво подняв взгляд, Барышникова сначала слегка отшатнулась. Показалось. Перед ней стоял Антон. Уставший и измотанный. Наверное, всё это время разбирал новый завал. Его жизнь тоже была под ударом.
– Привет.
– Привет, – отозвался он, и, сразу отвечая на следующий вопрос, Уваров отрицательно покачал головой, – Пока ничего.
– Я уверена, всё будет хорошо. С ними всё будет в порядке.
– Да, всё будет в порядке. От Вадима не так просто избавиться, –
Антон даже слегка улыбнулся.
***
В это время Даша сидела в инвалидной коляске у своей кровати, а Женя заканчивала убирать за ней постель, тщательно расправляя накинутое покрывало. Старкова сложила руки на коленях, чувствуя себя неловко.
– Так тяжело, когда не можешь делать самых элементарных вещей, – с грустью призналась она Жене.
– Ну что ты, я с удовольствием тебе помогаю, – с искренностью в голосе сказала блондинка, присаживаясь на кровать, – Хотя обычно ты просишь Алису или Вику... Если честно, я всегда чуть-чуть завидовала вашей дружбе. Вы с ними просто не разлей вода.
– Теперь я для них обуза. Рано или поздно им надоест подстраиваться под меня, и они найдут себе других друзей... поздоровее.
– Ну что ты говоришь! – возразила Савельева, – Не знаю, как они, но Андрей никогда тебя не оставит. Он будет сам себя презирать, если бросит девушку-инвалида.
Даша сжалась от её слов, словно от пощёчины, но Женя сделала вид, что не заметила этого. В этот момент дверь открылась, и в комнату заглянул Андрей. Блондинка, сияя, подалась навстречу ему.
– Андрей! А мы как раз о тебе говорили! Заходи, – она обернулась к Даше и предупредила: – Ну, я пойду.
Выходя, она еще раз улыбнулась Авдееву, тот автоматически улыбнулся ей в ответ и подошел к Даше, поцеловал и только тогда заметил, что она выглядит подавленной:
– Ты какая-то бледная, – с тревогой сказал он, касаясь её лба, – Плохо себя чувствуешь?
– Нет, как обычно, – слегка отстранилась она от прикосновения.
– Извини, что утром не зашёл. Мы в подземелье новом были... Тебе не интересно?
– Ты знаешь не особо. Вся эта история мне очень дорого обошлась.
– Даш... я так виноват перед тобой. Мы столько времени потратили на ссоры, а могли бы все это время быть вместе, – с нежностью произнёс Андрей, беря её руку и прижимаясь к ней щекой, – Теперь всё будет по-другому. Я исправлюсь, обещаю.
– Андрей, – прервала его девушка, высвобождая руку, – Думаю, все это ни к чему. Нам лучше расстаться.
– Почему? – он надеялся, что ослышался, – Я не оставлю тебя.
– Из-за благородства? – с трудом подняла на него взгляд Старкова, – Мне оно не нужно.
– Какое благородство? – нахмурился шатен, – С ума сошла? Я тебя люблю и хочу быть рядом.
– Что ты любишь? – крикнула Даша, – То, что было? Или вот это? – она сорвала плед со своих ног и в ярости ударила по коленям ладонями, – Посмотри на меня, Андрей! Я инвалид! Я возможно никогда не буду ходить, не буду такой, как раньше!
– Даш, успокойся. Уколы обязательно помогут.
– А если нет?! Ты будешь всю жизнь за мной ухаживать? А через время ты меня возненавидишь, будешь проклинать за то, что я испортила твою жизнь!
– Послушай меня, – парень обхватил её лицо своими ладонями, – Я никогда не оставлю тебя! Я люблю тебя вне зависимости от того сможешь ты ходить или нет!
– Мне нужна твоя жалость! Ты мне не нужен! Уходи! Убирайся!
Она разрыдалась, закрыв лицо руками. Андрей несколько секунд молча смотрел на неё, но потом тихо вышел, закрыв за собой дверь. Он не знал, что и думать. Даша была сама не своя после случившейся с ней трагедии.
Он должен помочь ей справиться.