Мора
Персонажи 3 и 5 оказываются запертыми в комнате. Что произойдет?
Мельница — Мора
Ирондель мерила комнату шагами, злилась на саму себя — это же надо, попасться, как глупая девчонка, в западню. У дальней стены сидела фарерская ведьма, шептала что-то под нос. Дель нахмурилась, прикрыла глаза, пытаясь выйти за пределы реального мира, и увидела, что делает девчонка. Та все так же сидела у стены, раскачиваясь едва заметно, волосы ведьмы белой рекой стекали по плечам той на пол. Глаза ведьма закрыла, чтобы не отвлекаться на время чаровства. Дель, наоборот, свои открыла. Подошла тихо, ладонь кладя на предплечье Свэль, и увидела...
...Между камней стелется молочный туман, змеями проползает по мху и сворачивается клубком возле могильных камней, из-под которых выползают наружу бледные призраки тех, кто был под ними захоронен. Мертвое войско становится плечо к плечу, озирается озлобленно по сторонам, рычит недовольное тем, что их покой потревожили и, огоньки на холме заметив, движется на них. Стоит на холме ведьма — белоснежные волосы опускаются ниже колена, глаза сияют холодным синим светом. Ведьма шепчет заклинание за заклинанием, улыбается мрачно — вечно старая и вечно юная одновременно...
Ирондель отшатнулась от Свэль. Даже для гвальк'хийской рены такое колдовство слишком темное. Нельзя безнаказанно взывать к духам умерших. Да и может такое сделать не всякий. Свэль медленно открыла глаза и улыбнулась женщине лукаво.
— Ты кто такая вообще? — нервно облизнула губы Дель. Девчонка плечами пожала.
— Моранин выродок, если верить некоторым, — напряглась вдруг, что-то почуяв. — Слышишь? Пришли. Скоро свободными снова станем.
Дель прислушалась. И правда, за дверью клети сталь о сталь ударяет, хрипы слышны и крики умирающих. Скрежет отросших ногтей по стене.
— Нас не тронут?
— Нас — нет. Они послушные, — ведьма отвернулась, напрягая слух. — Скоро кончится все, — и словно выплюнула, — ненавижу норвегов! Поделом.
Дверь в клеть зашаталась, а после и вовсе слетела с петель. На пороге — никого. Дель снова выскользнула из реальности, проверить, что же там. Действительно, стоит на пороге мертвец, щерится оголенными зубами на черепе, а после, поклонившись своей негаданной хозяйке и вздохнув шумно, разлетается клочками тумана.
— Кто такая Морана? — глаза распахнула.
— Госпожа кощная. Хозяйка Смерти, Зимы и Мора болезненного. Уж не знаю, кто первым меня ее порождением назвал, но как в воду глядел, — усмехнулась косо Свэль, поднимаясь с пола. — А может и не ее я детище, а Хель — дочери смешливого Локи. Та тоже хозяйка Другой Стороны. Разница не велика, кто наделил меня такой способностью, к мертвым взывать. Я обеих почитаю. По-своему...
Ирондель зябко плечами передернула.
— У меня на родине дева есть, тебя немногим старше. Морриган зовут. Тоже может так, но о ней другие слухи ходят.
— Какие же, — ведьма подошла к выходу, носом потянула сырой воздух и, заметив не ушедшего духа, руку протянула, погладить, отпуская.
— О Морриган говорят, что она Хозяйка Судеб, жена бога Смерти, оттого и колдовство ее сильное.
— Может и так, — улыбнулась Свэль. Шагнула смело за порог и, увидав плоды своего чаровства, в ладоши радостно хлопнула. — Идем, что ли. Я лодку видела, надо на Скувой идти, предупредить, что на Кольтур напасть пытались. Пусть Форьяр готовится к набегам. Ну этот запрет Эйвиндов, норвегов не бить. Совсем распоясались, скот больной.