Глава 10
Зия весь день смотрела на своего старшего брата и его жену, сердце обливалось кровью от осознания, что Лукас уже не тот мальчик, к которому она бежала, чтобы поиграть.
Теперь в его жизни есть человек, за которого он тоже будет переживать и с которым заведет свою семью.
Коронация Оливии, этап благословения, трапеза, разговор с гостями - Зия должна была быть рядом с ним в эти моменты, должна была сидеть по правую сторону от Лукаса. Она ждала этот день, хоть и узнала о нем недавно. Но судьба была другая: ей пришлось быть служанкой, чтобы хотя бы со стороны видеть, как ее брат вступает в брак.
Сжав подол белой рубашки, Зия с теплом в груди наблюдала, как Лукас с Оливией танцуют свой первый совместный танец. Его рука на ее талии, глаза обоих смотрят друг на друга, на лицах - счастье. Разве не этого хочет каждая сестра своему брату? Хочет.
Зия всхлипнула, закрываясь ладонями. Тут же на ее плечо ложится тоненькая рука.
— Так и знала, что не сможешь удержаться, — хихикает Джуд и протягивает ей платок. Зия благодарит, обнимая подругу.
Джуд отказалась от идеи быть на свадьбе в качестве гостьи. Сказала, не хочет, чтобы ее терзало осознание, что Зия вынуждена бегать тут, как прислуга, пока другие отдыхают и веселятся.
— Давай уйдем, нас же не отчитают? — рвано выдыхает Зия, — Хочу умыться, кажется, у меня макияж испортился.
Джуд в изумлении вскидывает вверх брови.
— Зия Вэйлер переживает за свой макияж? Я точно не сплю?
Зия фыркает, понимая такую реакцию, ведь красилась она редко, а беспокоилась об этом еще реже.
Несмотря на удивление, Джуд согласилась покинуть зал.
В покоях Зия не спеша умыла лицо и постаралась успокоиться, хотя из груди все равно иногда выскакивали отголоски недавнего плача в виде рваных вздохов.
— После танца жениха и невесты что бывает? — вопрошала она, нарушая тишину, повисшую в комнате.
Джуд, лежащая на диване, пожала плечами.
— Насколько я знаю, это почти конец свадьбы. Многие гости уже разъехались, остальные просили себе гостевую спальню, часть все еще сидела там. Думаю, еще полчасика, и зал опустеет.
Зия знала, что по традициям свадьба, особенно у королей, проходила пышнее некуда. Созывали все королевство, клятва приносилась перед всем народом, собравшимся перед замком, потом уже начиналась трапеза на несколько десятков, а иногда и сотню столов. Это считался праздник, в который люди встречают невесту, ожидая, что в будущем она станет причиной для новых достижений королевства.
Сегодняшняя церемония была очень скромной по сравнению с тем, что должно быть, чему Зия, частично, была только рада.
— Надеюсь, нас не позовут, чтобы убираться.
— Я сегодня так запарилась, ни за что не соглашусь на это снова! — Джуд с возмущением садится, собрав ноги под себя, — Я ног не чувствую от количества шагов туда-обратно! С кухни в зал, с зала на кухню. И это даже не медленным шагом, я почти бегала!
Зия смотрит на нее с благодарностью и, садясь рядом, обнимает.
— Спасибо тебе, что согласилась на это. Ты могла просто наслаждаться вечером, но решила быть со мной.
Та довольно улыбается.
— Не могла же я тебя бросить.
Время пролетело быстро, особенно учитывая, что церемонию начали только под вечер, как это бывает обычно. Сейчас почти полночь, Зия ожидала, что все продлится еще дольше, но реальность была куда приятнее.
Из коридора слышались шаги расхаживающих слуг, иногда то была охрана. Закрыв дверь на замок, Зия спокойно уселась в кресло. Джуд тихо сопела, свернувшись в комок на диване: устала.
Прикрыв глаза, Зия думала о сегодняшнем дне. Несмотря на сложившиеся обстоятельства, ей было весело и в какие-то моменты грустно. Когда Лукас с ней поговорил, это была последняя капля, и слезы потекли из глаз, хоть она и сдерживала их весь день.
К счастью, он не видел ее такой. Только Джуд.
Слышится стук в дверь. Вскочив, Зия глянула на подругу и, не захотев ее будить, медленно шагнула к выходу.
— Кто там? — спросила она, надеясь, что ответит прислуга или кто-то знакомый.
— Маркус Волт, — отзывается веселый голос.
Выдохнув с облегчением, та поворачивает ключ и впускает друга.
Тот выглядел немного странно: красные щеки, теплый плащ поверх кафтана, волосы в снегу. Зия уставилась на него с вопросом.
— Обычно ты заявлялся в комнату без спроса. Через телепорт.
— Это все Бреккер и его надоедливые манеры, — Маркус встряхивает волосы и лыбится, глядя на спящую Джуд, — Давно спит?
— Нет, — качает головой Зия, закрывая дверь, — А где Фитц?
Ответом служит появление юноши из ниоткуда. Хотя Зия и подозревала, что он здесь, не думала, что это точно так.
Фитц тоже был тепло одет.
— Вы где были? Неужто решили прогуляться?
— Принцесса, только не злись, но мы пролезли в лабораторию твоего отца, — будничным голосом говорит Маркус, усаживаясь в кресло. Его улыбка пропадает, когда он видит скосившееся выражение лица Зии.
— Вы что?!
— Тише, подругу разбудишь, — прикладывает указательный палец к губам Волт, бегло смотря на соучастника, — Я думал, ты будешь не против, если я проведу проверку и посмотрю, есть ли там препарат.
Зия быстрым шагом оказывается над ним, хватает его за воротник и трясет.
— Я же говорила, что против этой затеи!
— А я думал, что тот разговор с Фитцем все решил.
Зия краснеет, выпуская его и оглядываясь на Бреккера.
— Ты все ему рассказал?!
Тот качает головой, отрицая ее догадку.
Яростный взгляд Зии вновь возвращается на Маркуса.
— Ладно, может, я немного любопытный, раз подслушал вас, но как же мне было радостно, что вы, наконец, поговорили, — его ехидная и безвинная улыбка так и просится, чтобы по ней прошлись кулаком.
Но Зия закрывает лицо руками, унимая злость.
— Вы невыносимы... — шепчет она под нос и поднимает голову, — Что-нибудь нашли?
— Ничего, — Маркусу явно нравится, что она начала уточнять что-то, хоть и злится, — Все осмотрели: кроме книжек и странных аппаратов, ничерта нет.
Зия плюхается на свободное место на диване, скользя взглядом по сопящей подруге, носом уткнувшуюся в плащ Фитца.
— А вы смотрели в люк?
— Люк? — выгибает бровь Маркус и, заметив, как Фитц отводит взгляд, скалится, — Вот тварь, ты знал и не сказал мне, что там есть тайный ход!
— Больно мне хотелось помогать тебе в краже, — язвит тот.
— Ты уже это сделал, когда своей силой сделал нас невидимыми.
— Закрой пасть, Волт, иначе...
— Что? Иначе что, Бреккер? Угрожать мне вздумал?
— Прекратите уже! — шикает на них Зия, стараясь быть громче, но не так, чтобы случайно разбудить Джуд, — Сцепились, как голодные псы из-за ничего!
Маркус недовольно хмурится, когда на губах Фитца появляется ухмылка. Зия не понимает, что это между ними, но и не спешит спрашивать.
— В любом случае, думаю, там ничего не нашлось бы, — она теребит воротник формы, — Хотя, конечно, стоило бы проверить...
— Принцесса, ты сейчас серьезно раздумываешь над планом кражи таблеток?
— Маркус, я сейчас еле держусь, чтобы не врезать вам обоим за испорченное настроение, — она идет к кровати и, сняв одеяло, накрывает им Джуд, а плащ возвращает Фитцу.
— Ты пойдешь со мной, — командует она, смотрит на Маркуса, — А ты, пожалуй, проверь люк. Он в дальней части лаборатории, около стола. Возможно, придется немного покопать землю.
Маркус странно хмурится, но не перечит, и Зия с Фитцем покидают комнату через дверь, пока Волт — через телепорт.
— Что ты собираешься делать?
— Проверим кабинет Джеймса, думаю, у нас есть немного времени, пока он не закончит с гостями.
Короткая пауза, пока они идут к покоям родителей Зии, ощущается неловко.
— Почему ты решила вдруг пойти на поводу Волта?
Зия останавливается, и Фитц чуть не врезается ей в спину. Ее колкий взгляд смотрит на него, будто он сказал нечто ужасное.
— Я не иду на чью-то поводу.
Снова начав шаг, уже более быстрее, она сжимала кулаки. Она до последнего держалась за остатки совести, чтобы не подвести Джеймса, но слова Лукаса стали последней каплей.
Может, ей действительно стоит рискнуть, не боясь реакции отца? Может, так все будет только к лучшему? Надеясь на это, она решилась пойти на такое, мысленно прося прощения перед Джеймсом.
Оказавшись в покоях короля и королевы, дверь которых, к счастью, не была заперта, Зия медленно идет к рабочему столу отца и начинает рыскать в выдвижных ящиках. Кроме документов и книг с чернилами, ничего.
Открыв шкаф, она искала и в нем, пока Фитц осматривал под кроватью и в тумбочках.
Внутри Зии горел стыд: она роется в чужих вещах, прекрасно зная, что это никому не понравилось бы. Игнорируя одежду отца и матери, она открывала разные шкатулки и коробки, открывала все баночки из аптечек с лекарствами, пытаясь наткнуться хотя бы на что-то похожее на те препараты из ее воспоминаний.
Голубовато-белые, твердые таблетки, с виду безобидные, но на самом деле мощные.
Зия даже не догадывалась, как Джеймс смог разработать их, а состав — тем более. Судя по рассказам, потратил мужчина на это немало времени, несколько лет, а, значит, и рецепт был сложноват.
Не удивительно, что препарат так силен, после стольких исследований-то.
— Я что-то нашел, — раздается сзади, Зия наблюдает, как Фитц достает из нижней полки железную коробку, похожую на сейф.
Приблизившись, Зия стирает краем плаща пыль с него и проводит пальцами по крышечке, закрытой на ключ. Его, конечно же, нигде не нашлось.
Достав кинжал, Фитц попытался сломать замок, но не вышло. Тогда, приставив к нему пальцы, Зия сосредоточилась, и спустя пару секунд огонь из ее рук обвил железную преграду. Понадобилось около минуты, чтобы увидеть, как железо из твердого состояния переходит в жидкое.
— Осторожно, — остановила руку Фитца она, пытающуюся открыть коробку. Замок превратился в жижу, теперь можно было легко открывать ее.
Подождав немного, Зия взглянула внутрь, сердце застучало так, что стук отдавался в ушах.
Дрожащими руками она взяла баночки, через которые были видны таблетки.
— Это они? — вопрошает Фитц наблюдая за реакцией Зии.
— Да... — она может достать их, бросить в рот, наконец покончить со всем.
Но страх окутал ее с новой силой. Все тело оцепенело: внутренности сжимает странное чувство. Вина? Стыд? Или она настолько боится последствий? Если так подумать, тогда, в детстве, ей было сильно больно. Легкие так горели, что смерть казалась единственным, что ей светит.
Но Джеймс помог ей, дав другой препарат.
— Эй, — касается ее плеча Фитц, глядя с тревогой.
Зия сглатывает, кажется, осознание сделанного полностью накрыло ее только сейчас.
Она вломилась в комнату родителей.
Копалась в их вещах.
Без колебаний использовала пирокинез, дабы открыть надежно замкнутый сейф.
И при этом всем она привела с собой Фитца, а Маркуса отправила в лабораторию.
— Прости, Фитц, — ее голос дрожит, как и все тело. Она кладет банку обратно, закрывает коробку. Ей не вернуть ее в прежнее состояние, но, может, Джеймс и не заметит?
— Зия, ты чего?
— Это неправильно, отец мне доверился, а я...
Вдруг, дверь с громким хлопком распахивается, ударяясь об косяк. Непроизвольно пискнув, Зия смотрела на ворвавшегося человека.
Джеймс выглядел таким злым, что она испугалась: ее точно выбросят отсюда, и то в лучшем случае.
Его глаза горели оранжевым, и это пугало еще больше.
Подлетев к сидящим на полу, он сначала схватил Фитца, пытавшегося закрыть Зию.
— Что вы тут делаете? — рявкнул он, хотя точно знал ответ.
— Господин Вэйлер...
— Не смей, грязный щенок! — он резко бьет его по лицу, оставляя красный след.
— Отец!
— Я тебя растил, как сына, вот чем ты мне отплатил? Вразумил моей дочери, что красть у родного отца — нормально? — новый удар сильнее прежнего, а Фитц и не противится, будто уже привык к такому. Зия замирает. А ведь это действительно так.
Схватив Джеймса за руку, замахнувшуюся для нового удара, она приковывает к себе взгляд, полный злости.
— Прошу, не бей его, я сама на это решилась! — она чувствует, как по щекам бегут слезы страха, — Он был вынужден согласиться, я попросила его!
Джеймс не спрашивает, правда это или нет, лишь выпускает юношу. Тот падает, больше, наверное, напуганный, чем от боли. Зия бросается к нему и просит посмотреть на себя, надеясь услышать ответ, боясь, что он в отключке.
— Я в порядке... — говорит Фитц, хоть и мотает головой в разные стороны, стараясь сфокусировать взгляд. Кулак у Джеймса сильный, удар, соответственно, тоже. Не останови его Зия, Бреккер точно лежал бы без сознания.
Слышится, как чье-то массивное тело плюхается на край кровати. Осторожно оглянувшись, Зия видит, что Джеймс сидит, опустив голову в пол и прижав кулаки к макушке.
Она знает, что поступила ужасно.
Знает, что больше не сможет вернуть то доверие, что было совсем недавно. Джеймс собственными глазами увидел, как она, его любимая, если это до сих пор так, дочь роется в его вещах.
Дала бы сама она кому-то еще один шанс после стольких провалов? Конечно, нет.
— Почему? — его почти пустой взгляд, в котором нет ничего, кроме отчаяния, поднимается на нее, — Почему ты так поступила?
Зия кусает внутреннюю часть щеки.
— Я лишь хотела проверить...
— Проверить что?! — внезапно начинает кричать он, пугая ее, — Проверить, насколько сильно я тебе доверяю?!
Он опускается перед ней и хватает за тонкие плечи.
— Я ведь не из чистой прихоти запретил тебе их пить! Не от нечего делать просил не делать ничего такого! — он сжимает пальцы, Зия чувствует, как его ногти царапают кожу, — Неужели мои слова настолько ничего для тебя не значат, что ты плюнула на них и действовала так, как угодно тебе?
Она хочет отрицать все, хочет сказать что-то длинное, убедительное, что-то, что даст Джеймсу понять: она уже передумала брать эти несчастные лекарства, побоявшись расстроить его, хоть и было поздно. Но из ее рта вылетело лишь короткое, слабое, ничего не значущее:
— Нет...
Зия надеялась, что он читает ее мысли. Надеялась, что вот-вот он обнимет ее, скажет что-нибудь хорошее, дающее надежду на прощение.
Но Джеймс, вопреки всем желаниям, грубо взял ее за руки и, заставив встать, повел за собой. Сначала остановился, глянув на оставленную незакрытой аптечку, взял оттуда какую-то баночку и пошел дальше к выходу, бросив приказ одному из солдат схватить Фитца.
— Куда мы идем? — Зия боялась что-либо говорить, но не могла удержаться, не спросив. Сейчас Джеймс был так зол, что уверенность, что пирокинез взял над ним верх, была высокая.
Он молчал, таща Зию за собой. Ее запястья были так сильно сжаты одной его рукой, что она подумала, ее пытаются вышвырнуть из дома.
Но, видимо, у мужчины были совсем другие планы.
Распахнув дверь комнаты Зии, он бросил ее на пол. К счастью, мягкий ковер спас от неприятного падения.
— Господин Вэйлер?.. — Джуд сидела в кресле, но тут же встала, увидев такую картину. Видя ярость в глазах Джеймса, она смотрела то на него, то на Зию, — Что вы делаете?..
— Выйди, Джуд.
— Но вы же сказали...
— Выйди!
Двинувшись к выходу, она, дрожа, выполнила приказ.
— Зия, прости... я хотела как лучше, — последнее, что она сказала, прежде чем закрыть за собой дверь.
И тут Зию будто током ударило. Понимание смысла извинений подруги пришло машинально: это не случайность, что Джеймс застал их с Фитцем в своих покоях. Джуд ему все рассказала.
Внезапно, внутри начала расти обида.
— В темницу посадить тебя я не осмелюсь, — говорил Джеймс, доставая откуда-то из ящиков шкафа плотную веревку. Зию окутала паника, когда он больно свел ее руки за спиной и стал обвивать запястья. И откуда это у нее в комнате?
Спрашивать, что он делает, она не стала: все было понятно и без объяснений.
С каждым оборотом и узлом руки чувствовали все больше и больше боли. Дернув за веревку, Джеймс повел Зию к кровати. Стоя, она наблюдала, как он привязывает ее к ее спинке.
— Это глупо, я могу с легкостью их сжечь, — говорит Зия, зная, что выдает свою возможность выбраться, но хочется понять, настолько ли Джеймс отчаялся удержать ее от ослушания.
— Не волнуйся, я об этом тоже подумал.
Подойдя, он так внезапно впихнул в ее рот какую-то таблетку, что ей оставалось лишь проглотить.
— Что это?!
— Подавитель. Думаю, времени, пока он действует, хватит, чтобы ты пришла в себя.
Зия в шоке. Этот мужчина разработал нечто такое, а она узнала об этом только сейчас! Но, остерегаясь, что ее могли обмануть, она попыталась зажечь огонь, однако ничего не вышло.
Даже искры не наблюдалось.
Видя удивление в ее глазах, Джеймс сильнее завязал узел на кровати и отошел, глядя, как она пытается выйти.
— Отпусти меня! Я уже пожалела о том, что сделала, отпусти!
— Я давал тебе свободу, но ты решила пойти против, — качал головой тот, стоя совсем близко, но недостаточно, чтобы руки Зии могли добраться до него.
— Говорю же, я уже хотела оставить эту идею, я уже закрыла тот ящик!
Но Джеймс не слушает ее, только смотрит пустым взглядом.
И Зия теряет весь смысл сдерживать себя.
— Это все из-за тебя! Ты не даешь мне спасти остальных! Ты думаешь, что умнее, раз удерживаешь мою способность! — она шипит от боли в запястьях, — Я хочу вернуть все, как было... Хочу, чтобы Абелия по прежнему любила Рикардо, чтобы народ вспомнил истину!
Лицо мужчины вновь искажает гримаса злости.
— Думаешь, я этого не хочу?
— Нет, раз не даешь мне эти таблетки, зная, что я в силах все исправить.
— Да, ты в силах, — не отрицает Джеймс, — Однако, если бы ты знала, что тебя ждет, вряд ли так рвалась к этому.
Зия хмурится.
— Расскажи тогда! Разве я не могу знать причину, почему должна тебя слушать?
— Ты умрешь.
Это было сказано так резко и при этом спокойно, что Зия на секунду забыла, как дышать. Ее губы открылись в попытке сказать что-то, но она не нашла слов. Все было написано на ее лице: ужас. Она умрет? Все умрут, и это известно каждому. Но почему, когда говорят это в лицо, в такой ситуации, это так шокирует?
Опустившись на край кровати, она впервые за это время теряет желание бороться с веревкой.
Подняв на отца растерянный взгляд, она вопросительно кивает.
— Умру? — будто ей послышалось, — Когда?
— Я не буду говорить подробностей.
— Пап, пожалуйста... — просит она, не узнавая своего же голоса, настолько он тихий и сломленный сейчас.
Мужчина тянет с ответом, кусая губы. Видно, что не решается, но и отказ озвучить сложно.
Зия не давит, прекрасно зная, что этим может лишь усугубить ситуацию.
Она и так достаточно сделала, чтобы он молчал даже о том, что сказал, и терять этот шанс не хотелось совсем.
— Ты воспользуешься силой и захочешь все исправить, но Эрик перехватит тебя и заставит переместить себя во времена начала Абелии. В то время, когда произошел конфликт между братьями Рикардо и Берхард. — Джеймс хмурится, — Знаю, Эрик ловко манипулирует людьми, я и сам попадался на его крючок и еле как спасся, хотя и то не факт. Но то, что он сделает с тобой, не может меня не пугать.
Зия сглатывает, не веря своим ушам и поступающей информации. Однако она осознает, что Джеймсу нет смысла врать ей о чем-то подобном.
— Там он начнет месть. Я видел, как ты пыталась остановить его и пожертвовала собой, Зия, — мужчина смотрит так жалостливо, что удивительно, — Я сотню раз видел твою смерть и не смог ничего сделать. Хотя бы сейчас дай мне закончить план до конца, Зия. Дай мне запереть себя и не уходи.
Та дрожит. Безысходность — вот что она чувствует на данный момент. Зия не думала, что причина настолько масштабная. Думала, может, Джеймс боится, что ей будет больно от таблеток, как было раньше. Думала, что он проявляет типичную для любого отца заботу о своем ребенке.
Да, он проявляет заботу, но не такую маленькую. И он не просто переживает за ее жизнь. Он знает, что она должна скоро умереть.
— Но ты сам говорил: от судьбы не убежать. — ее серые глаза теперь полны вопросов, — Сам сказал, что нельзя изменить то, что уже произошло.
— Этого еще не произошло.
— Если я умру во время, когда правил первый император Абелии, я, считай, уже мертва, просто проживаю дни, которые должна прожить.
Джеймс нервно выдыхает.
— Не думай об этом, в конце концов, если ты будешь действовать так, как сказал я, мы сможем этого избежать.
Зия прикрыла глаза, понимая: ее отец сейчас противоречит сам себе. Если ее смерть действительно так близко, она готова это принять, но, если от этого пострадает кто-то из близких... она постарается предотвратить такой исход.
— Почему я так сделаю? Разве моя жизнь что-то исправит?
— Ты выпытываешь причину продолжать бороться, Зия.
— Я ищу причину верить тебе! — вновь она кричит. Истерика накатывает так, что в глазах появляются слезы. Опять.
«Какая же ты плакса».
— Я не знаю, зачем ты так поступишь, — отвечает Джеймс, смотря в сторону, и Зие знаком этот взгляд: ее отец врет.
— Скажи мне, пап.
— Все, с тебя хватит того, что я рассказал, этого тоже много. Сиди и не смей убегать.
— Нет-нет-нет! — она снова тянет веревку и снова ничего.
Джеймс покидает комнату, закрывая дверь на ключ.
— Пожалуйста, выпусти меня! Джеймс! Пожалуйста!
Но никто ее не слышит и не будет слушать. Сейчас она заложница в собственном доме. Если кто и захочет выполнить ее просьбу отпустить, так это Фитц и Маркус, которые, как она догадывается, тоже будут взяты в плен и заперты.
Возможно даже в темницу.
Она должна была бы быть благодарна, наверное, по мнению Джеймса, что он оставил ее в теплой комнате. Однако Зия не планировала говорить ему спасибо.
Спустя час ее запястья, которые стали красными еще в самом начале, начали кровить от раздражения. Никого, кто мог бы помочь, не было рядом, поэтому Зия дала слабину и рухнула на мягкий матрас, удивляясь, как же она измотана.
Ее мокрые и опухшие от слез глаза слиплись, совсем скоро ее накрыл сон.