Бензином пропахшие сны

Ночь перед походом в "Север-5" была не как остальные. Мы не спали. Слишком много мыслей, слишком мало времени. Сато ушёл готовиться, а мы с Дэнджи остались в старом госпитале — как в последнем пристанище перед настоящим адом.

– Ты боишься? – спросила я, сидя на полу, уткнувшись в карту.

– Нет, – ответил он слишком быстро. – Хотя... может, и да. Не за себя. За тебя.

– Я не из хрусталя, – усмехнулась я.

– Знаю. Ты как ржавая бритва: может поцарапать, а может и по горлу.

Я рассмеялась — впервые за долгое время. В его словах была правда. И немного флирта, как он умел. Но в них была и тревога.

Сато вернулся до рассвета. На нём был старый бронежилет, натёртые ботинки и рюкзак, в котором что-то гремело.

– Пора. У нас шесть часов до следующего патруля в зоне. Дальше — не угадаешь. Узел охраняется не только людьми. Макима хранит свои тайны чудовищами.

Мы шли по туннелям, потом через покинутую станцию, потом вглубь — всё дальше от поверхности. Воздух менялся. Становился вязким. Пропитанным чужой волей.

– Здесь начинается зона-паразит, – прошептал Сато. – Пространство тут не стабильное. Оно само решает, как выглядеть. Ты можешь идти вперёд, но снова оказаться у входа. Или провалиться в день, когда ты умер. Не теряйтесь.

Он передал нам каждому по кристаллу — тусклому, серому.

– Фокусируйтесь на нём. Он сохранит ваш путь. Пока не разобьётся.

Зона "Север-5" была как гниющий мозг города. Сложный лабиринт из труб, шахт, полуразрушенных лабораторий и шепчущих теней. Я видела, как тени двигались, даже когда не было света. Иногда слышала своё имя. Иногда — не своё.

– Не смотри назад, – шептал Дэнджи, когда я замирала. – Они хотят, чтобы ты вспомнила страх. А мы идём за правдой.

Мы спустились в центральный коридор, где воздух звенел. И где из стен начали вырастать... фигуры. Похожие на людей, но без лиц. И каждый из них... был как воспоминание. Один — мужчина в пальто. Отец? Другой — девочка с глазами Макимы. Я зажала уши, но голоса были внутри.

Сато бросил в них светошумовую гранату, и они рассыпались в пыль.

– Это ещё не узел. Это его защитный барьер. Она не хочет, чтобы вы дошли. Вы — её ошибка. Она это знает.

Мы шли дальше. Туннель сужался. Впереди — бронедверь с символом: глаз, пронизанный треугольником. Дэнджи толкнул её, и она медленно открылась.

За дверью был зал, наполненный проводами, экранами и... телами. Люди — или их остатки — сидели в креслах, подключённые к системе. Они не двигались. Но их глаза горели — так же, как у Макимы.

– Это её узел. Центральная система контроля. Здесь хранятся все контракты. Все привязки. В том числе — и ваши души.

Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Будто тень внутри меня шевельнулась. Как будто Макима почувствовала, что я рядом.

Сато подошёл к панели и начал вводить команды. Один за другим мониторы вспыхивали. Контракты, имена, даты. Лица.

И среди них — моё.

– Вот. Она создала тебя из трёх фрагментов. Три личности. Три страха. Один — её. Ты — её отражение.

– И я могу это изменить? – прошептала я.

– Если сотрёшь себя из системы. Или перепишешь код.

– А ты?

– Я останусь здесь. Удержу двери. Пока вы делаете выбор.

Дэнджи сжал мою руку. Я посмотрела на него. В его глазах не было страха. Только... вера. В меня.

Мы стояли на пороге выбора: уничтожить себя, чтобы стать свободными. Или переписать всё — и стать кем-то новым. И каждый шаг чувствовался, как прыжок в бездну.

Но иногда именно из бездны вылетают те, кто научился летать.