Глава 16. Сонный слет
Всю неделю Фини рисовала для Эллы скучные натюрморты – то блюдо с грушей, яблоком и гроздью винограда, то вазу с пионами, то геометрические фигуры на драпированной ткани. Старшая сестра рисовала плохо, но для поступления требовалось портфолио с рисунками.
Инициатором помощи стала бабушка Эльвира: она как коршун вилась над Фини, планируя каждый день ее летних каникул, и даже запрещала ей гулять, пользуясь любым дождливым днем. Зато Нинель Федоровна подарила Фини свои уникальные китайские кисти – тонкие, узкие, инкрустированные перламутровыми листьями. Рисовать ими было одно удовольствие: мазки ложились ровно и невесомо, рисунки оживали на глазах. Даже Элла, на какой-то миг оторвавшись от своих книг по маркетингу, сдержанно похвалила сестру.
А по вечерам, запершись у себя в комнате, Фини изучала ежесонник. И вот однажды на одной из страниц она нашла список наиболее важных мероприятий, проводимых в городе Ажуре – столице ОбщеСна.
Ближайшим торжеством значился Сонный Слет, который проводили ежегодно двадцать первого июня во время Короткой Ночи. Даже Властители приезжали на праздник, чтобы увидеть сны молодого поколения талантливых соннэров.
Фини задрожала от восторга – вот это удача! Конечно, ей непременно надо побывать на этом празднике, чтобы подобраться к господину Говарду... Только вот как?
Похоже, придется снова выйти в Снореальность. Как все-таки жаль, что Власа так и не дала о себе знать! Фини до последнего надеялась, что, узнав о ее скандальном приходе к Кайлиху, подруга-дрима хотя бы придет поругать ее...
Ну вот почему так получается? Наконец-то Фини нашла себе подобных, тех, кто тоже создает сны и прекрасно понимает снотворчество, тех, кому можно рассказать о своих фантастических видениях, а они не хотят принимать ее в свою компанию!
Наступил вечер двадцать первого июня. Фини легла в постель пораньше, твердо вознамерившись попасть на Сонный Слет. Именно по этой причине несколько часов назад она упросила тетю Лиз испечь блины и открыть варенье из роз – последнюю банку из маминых запасов.
– Вижу, ты успела соскучиться по маминым блинам с розовым вареньем, – улыбнулась тетя Лиз, глядя, как Фини уплетает блины за обе щеки. – Кстати, мама с папой сейчас позвонят, не уходи.
Родители звонили раз в два-три дня. Обычно Фини сама прибегала поболтать и узнать побольше об их жизни в Норвегии. Но сегодня девочка сидела как на иголках, беспокойно ерзая на стуле. Она боялась пропустить начало Сонного Слета, – кто знает, когда у этих соннэров начинается столь грандиозное событие? Поэтому Фини быстро ответила на все вопросы мамы и, как только папа перешел к рассказу о своем проекте, тихонько ускользнула в спальню. К счастью, увлекшись разговором, взрослые этого даже не заметили.
«Ну вот я наелась розового варенья», – сказала себе Фини, укладываясь в постель. Вообще-то она его страшно не любила, но запах ассоциировался у нее с Арт-Хаусом, а значит, соответствовал правилу номер один из ежесонника. Следуя второму правилу, Фини закрыла глаза и, сделав глубокий вдох, расслабилась. А после, согласно правилу третьему, стала повторять про себя: «Сонный Слет, Сонный Слет, Сонный Слет...»
Уже засыпая, Фини представила себя в коротком черном платье и туфлях на низком каблуке, как у Эллы. Если она вновь появится в сарафане и кедах, то будет очень выделяться, что совершенно не входило в ее планы.
Вокруг Фини закрутилась разноцветная карусель из постоянно взрывающихся фейерверков. В какой-то момент яркие веселые огни сменили розы – красные, белые, золотые, серебряные. Цветы вытянулись в длинную, благоухающую дорогу, увлекая Фини за собой, в таинственную бездонную темноту сна.
Преследуемая навязчивым розовым ароматом, Фини обнаружила, что сидит на широких ступенях из белого мрамора, обрамленных рядами хрустальных чаш, в которых ярко сияло пламя. Ступени уходили ввысь, к огромному куполообразному дворцу.
Мимо Фини проходили нарядные мужчины и женщины в странных ажурных костюмах. Судя по всему, здесь в моде были длинные платья со шлейфами, открытые декольте и высокие узорные воротники – тонкие и кружевные, словно вырезанные из бумаги, подобно аппликациям на старинных открытках.
Одно из платьев имело такой длинный и воздушный шлейф, что задело сидящую на ступенях Фини по лицу. В хозяйке платья девочка узнала госпожу Боримо, создательницу снов-медитаций. А может, и Властители ходят где-то рядом? Лучше не попадаться им на глаза лишний раз...
Поспешно поднявшись, Фини отряхнула одежду и чуть не застонала от разочарования: ну конечно, на ней был ее сарафан с заплатками! Правда, волосы вновь стали длинными, с косичками и вплетенными в них бусинами и перьями. Оставалось надеяться, что хоть прическа соответствует празднику.
Стараясь успокоиться, Фини быстренько расправила складки на одежде и как ни в чем не бывало пошла вверх по ступеням. К своему ужасу она поняла, что на этот раз еще и босонога, в отличие от другой публики, – из-под самых длинных платьев дам мелькали острые носы изящных бальных туфель, а мужчины щеголяли в сапогах из тонкой кожи или туфлях с позолоченными носками.
– Похоже, я попала на еще одно великое торжество, – пробормотала Фини, соображая, не прикинуться ли ей опять слиппой-служанкой? Но даже слуги на этом балу были наряжены в бело-черные атласные ливреи и вид имели такой напыщенно-строгий, что в жизни не скопируешь.
Впрочем, на Фини никто не обращал внимания, все спешили внутрь, откуда из широко распахнутых окон звучала приятная, веселая музыка.
Пройдя сквозь невероятно высокие хрустальные двери, Фини не сдержала восторженного вздоха: в центре зала, под огромной хрустальной люстрой, спускавшейся с потолка всего лишь на одном тонком шнуре, размещалась круглая сцена-зеркало в обрамлении алых и белых роз. От входа к сцене спускались ярусы со скамьями из белого мрамора, заваленные мягкими белоснежными и ярко-красными подушками для сидения.
Почти все места уже были заняты зрителями.
Неожиданно кто-то сильно толкнул Фини в плечо, да так, что она чуть не уселась на колени пышно разодетой даме с уложенными в огромный пион розовыми волосами. Грубияном оказался слуга в ливрее, который стелил на лестнице красную дорожку с золотыми кистями по бокам. Он замешкался, извиняясь перед розоволосой дамой, и Фини, воспользовавшись этим, торопливо сбежала вниз по ступенькам и перешла на другую сторону зала.
Неожиданно звонко и торжественно протрубили трубы. По красной с золотом дорожке прошествовала странная процессия: возглавлял ее важный господин в длинном рыжем, уложенном каскадом кудряшек парике. Даже издалека Фини сразу его узнала – господин Говард! На нем был старинный темно-синий камзол с отворотами, густо расшитыми серебряными вензелями. Властитель чинно вышагивал, опираясь на трость с набалдашником в виде грифона, и вовсю наслаждался вниманием окружающих.
За ним вереницей шли парни и девушки, все очень нарядно одетые, и каждый держал на вытянутых руках шкатулку с высокой крышкой, похожую на сундучок. Издалека Фини не видела лиц, только гордо поднятые головы.
Судя по тому, как взволновались люди на трибунах, начиналось что-то грандиозное. Фини поняла, что ей надо срочно найти место, но вокруг не было ни одного свободного!
– Это ученики господина Говарда? – донеслось до нее с какого-то ряда.
– О да, лучшие соннэры Арт-Хауса, топ-команда... Думаю, сегодня мы увидим много удивительных кошмаров!
Невольно Фини подошла к самой сцене – ей хотелось получше рассмотреть эту пресловутую топ-команду, – и вдруг заметила пустое место в первом ряду. Недолго думая она заняла его и, как и все, уставилась на сцену. Но ее неожиданно окликнули:
– Что ты здесь делаешь, синевласка?
Фини скосила глаза. Оказывается, рядом с ней сидел парень – живые черные глаза, темные волосы до плеч, острый подбородок и дружелюбная, но несколько нагловатая усмешка. В ухе у него покачивалась длинная серьга из черно-белых бусин. Но больше всего Фини поразил его наряд: кружевной воротник и широкие манжеты на рубашке были сделаны настолько искусно, будто их соткали из тонких струек черного дыма. Когда парень наклонился поближе, воротник, словно живой, устремился за ним.
– Как ты здесь очутилась? Я имею в виду Театр Снов.
Фини смерила парня презрительным взглядом: он и правда думает, что она ответит ему? Но ей понравилось название – Театр Снов. Наверняка здесь, в этом зале, проходят захватывающие представления.
– Какая злая девочка, – улыбнулся парень, но больше ничего не сказал.
Фини пересела бы от него подальше, но куда? Поблизости не было ни одного свободного сиденья, поэтому пришлось остаться.
Круглая сцена представляла собой гигантское зеркало, окруженное венком из живых белых и алых роз. Правда, по мнению Фини, вряд ли на этой сцене могло происходить нечто грандиозное, – ее диаметр не насчитывал и двадцати метров.
– Дамы и господа! – раздался неожиданно откуда-то сверху громовой голос. – Объявляем открытие ежегодного Сонного Слета! Позвольте мне заранее выразить надежду, что именно в этом году мы увидим лучшие сны столетия!
Фини поискала взглядом господина Говарда и его учеников – они сгрудились возле самой сцены, очевидно, в ожидании своего выхода.
– Итак, позвольте вам представить величайшего соннэра мира, одного из основателей ОбщеСна, главу Арт-Хауса, Властителя Снореальности! Великолепный соннэр, маг зеркал и лабиринтов, господин Говард!
Рыжий Властитель важно поднялся на сцену по специальной приставной лесенке и, подбоченившись, встал в центр зеркала. Его ученики поспешили за ним и выстроились позади своего ментора полукругом. Трибуны взорвались аплодисментами – очевидно, господин Говард был очень популярен. Впрочем, тот не остался в долгу: щедро раздаривал улыбки направо и налево, прижимал руки к сердцу и посылал воздушные поцелуи.
– И не скажешь, что этот позер гнилой насквозь, – пробормотала вслух Фини, глядя, как Властитель низко кланяется зрителям. – Вот же старый козел! – продолжила она, совершенно не заботясь, какой эффект произвели ее слова на окружающих, – сидевшая слева дама в наряде из синего атласа фыркнула и окинула девочку строгим, осуждающим взором, больше всего внимания уделив ее сарафану.
Парень в черном тоже услышал реплику Фини и, повернувшись к ней, заулыбался во весь рот.
– Абсолютно с тобой согласен! – громко заявил он. – Даже с определением «позер», хотя «старый козел» – метафора поудачнее.
Фини уже корила себя за несдержанность – надо быть осторожнее! Все-таки эти сны такие реальные...
Внезапно погас свет. Стало темно, хоть глаз выколи, – ни одного светлого пятнышка.
Фини растерялась, не зная, что и думать. Она выпрямилась, да так и застыла, не двигаясь с места, и только чутко прислушивалась к происходящему вокруг.
– Итак, дамы и господа, сон первый! – внезапно огласил невидимый ведущий. – Прошу вас, располагайтесь поудобнее!
Где-то наверху зажглись люстры – на каждой пылало по сотне свечей, словно на балу. По залу поползли таинственные, мерцающие блики, изредка выхватывая восторженные лица зрителей.
Фини завертела головой и ахнула: оказывается, вокруг нее вырос огромный, дремучий лес! Старые гигантские деревья плотно смыкали ветви над ее головой, а их длинные, узловатые корни переплелись друг с другом, образовав идеально круглую лесную поляну. Фини с изумлением обнаружила себя в самом ее центре, в удобном кресле с высокой спинкой и мягкими подлокотниками, обитыми алой бархатной тканью.
Было тихо, лишь позвякивали хрустальные подвески невидимых люстр, распространяя вокруг мерцающее сияние.
– И что дальше? – спросила себя Фини, радуясь как никогда звуку собственного голоса. – Что будет?
Не успела она это выговорить, как где-то невдалеке, за деревьями, завыли волки – страшно и пронзительно, Фини мороз пробрал по спине. В один миг лес наполнился встревоженными птичьими голосами, где-то беспокойно заухала сова и громко застрекотали цикады. Но самое страшное – сквозь всю эту какофонию звуков прорывался оглушительный топот, словно сюда бежало огромное стадо.
Фини хотела вскочить с кресла, но не смогла: ее словно приковало к сиденью и подлокотникам. И вдруг где-то рядом послышался рев – долгий, протяжный, переходящий в пронзительный свист.
Это что такое вообще?!
Ломая ветви и сучья, на поляну выбежали гигантские черные олени и понеслись по кругу. Фини вжалась в спинку кресла – они казались настоящими монстрами! Красные, как уголья, глаза, мощные торсы, копыта, гулко ударяющие о землю... Огромные ветвистые рога увешаны черепами, костями и даже мертвыми птицами, – вообще никакого сравнения с оленем Эдвардом, подарившим Фини лунный знак!
К счастью, олени девочку не заметили. Тут же на зверях появились наездницы – птицы-дримы с яростными женскими лицами в ореоле черных и синих перьев. Ловко управляя черными оленями, они принялись драться между собой, колошматя друг друга крыльями и сталкивая своих животных, – завязалась битва! Когда какой-нибудь олень падал, его всадница-дрима с ужасным, душераздирающим криком взлетала ввысь, пропадая среди люстр.
Фини во все глаза наблюдала за сражением, поражаясь, насколько кровожадны эти дримы. Она вспомнила о Власе: неужели и ее подруга ведет себя так же на службе у госпожи Уны Вальсо?
Но вот остался последний олень. Он был самый рослый, сильный и яростный, его рога напоминали широкие ажурные ворота. Дримы ничего не могли ему сделать, он скидывал их одним движением рогов и могучего торса. Затем на поляну выехал всадник верхом на огромном волке. Олень взревел и низко наклонил голову, намереваясь обороняться от нового врага. Волк взвился на задние лапы, в руке всадника блеснул кинжал. Уверенным движением он метнул кинжал в оленя и попал прямо в горло.
Фини вскрикнула от ужаса. Она узнала всадника – это был Крис Вальсо. Издав победный клич, парень спрыгнул с волка и, красуясь, поставил ногу прямо на оленью голову.
Вспыхнул яркий свет, Фини заморгала и тут же вздохнула от облегчения, увидев знакомую зеркальную сцену.
– Прошу вас, дамы и господа, аплодисменты юному создателю кошмарного сна – Крису Вальсо!
И действительно, парень уже раскланивался, стоя на самом краю сцены. С его лица не сходила самодовольная усмешка.
Фини состроила кислую мину – Крис Вальсо все больше ее раздражал.
– Ты слишком бурно реагировала на театральный сон, – неожиданно заметил ее сосед, все так же усмехаясь во весь рот. – Неужели тебя так поразил этот напыщенный сын Властительницы?
– Вот еще! – фыркнула Фини. – Он придурок, и, судя по всему, сны у него такие же.
– И все же он произвел на тебя сильное эмоциональное впечатление, – гнул свое парень. – Ты очень громко заорала, когда он метнул кинжал, – наверняка из своей знаменитой коллекции.
– Что-что? – нахмурилась Фини. – Какой еще коллекции?
– Разве ты не слышала про знаменитую коллекцию холодного оружия Вальсо? Один из их многочисленных замков полностью оборудован под Арсенал. Там собраны все виды холодного оружия – от мечей и секир до метательных ножей и охотничьих кинжалов... Впрочем, у семьи Вальсо только фамильных кинжалов несколько тысяч... И у каждого своя потрясающая история: одним закололи короля, другим спасли королеву от подосланного убийцы, третьим – размешали яд в бокале какого-то генерала... Говорят, Крис Вальсо хочет прославить какой-нибудь из этих родовых кинжалов новой жуткой историей... Бред, конечно, у таких трусов, как он, дальше слов дело не пойдет.
Фини хмуро промолчала. Уж она-то знала, что этот напыщенный Крис Вальсо способен метнуть кинжал в человека... пусть и во сне.
– А теперь поприветствуем следующих участников Сонного Слета – госпожу Морфею Целестин и ее сыновей! – вновь огласил ведущий.
И свет в зале вновь погас.
Спустя какое-то время Фини потеряла счет снам-представлениям, все они превратились для нее в пеструю, бессмысленную карусель. Ее мягкое кресло из алого бархата оказывалось то в саду с хищными цветами, то в пещере с гигантскими циклопами, то посреди бушующего океана. Сны-полеты чередовались со снами-лабиринтами, за ними шли сны-песни, сны-загадки и даже сны-угощения, где зритель мог взять любое блюдо, пролетающее мимо его кресла.
Но в основном участники представляли кошмары всех видов и мастей: из темных углов комнат вылезали призраки, над головами зрителей летали хищные птицы, а из ночных озер выползали страшные осьминоги.
Вскоре Фини поняла, что Инфанта, виденная ею в мастерской Арт-Хауса, была права, – кошмары в Снореальности в большом почете.
В конце концов, устав пугаться, Фини даже вздремнула под завывание какого-то многоглазого чудовища, обвивавшего ее мягкое, уютное кресло.
И вдруг наступила тишина.
Фини открыла глаза и увидела прямо перед собой фарфоровую куклу ростом с нее саму. На кукле было короткое черное платье с белым воротничком и панталоны с кружевами, волосы заплетены в две косички. Стеклянные голубые глаза на бледном выпуклом лице пристально смотрели прямо на Фини.
– Это мое место, – сказала кукла и вдруг резко приблизила к Фини лицо: ее глаза выпали из глазниц и затерялись где-то в траве, а из пустых черных дыр прямо на сарафан Фини посыпались уродливые рыжие многоножки.
– Пусти меня на кресло, – сказала кукла, равнодушно двигая ртом. – Не видишь, я устала, у меня нет ног.
И действительно, фарфоровые ноги куклы подкосились и выпали из панталон, а сама она повалилась прямо на Фини – холодные, твердые пальцы монстра так и впились в ее кожу, крепко стиснув в объятиях.
Фини завизжала от ужаса. Но тут вспыхнул свет, и девочка облегченно вздохнула. Впрочем, рядом продолжали вскрикивать люди – очевидно, они тоже поддались пугающему действию кошмара.
К счастью, все тот же невидимый ведущий объявил о конце представления и сообщил, что имя лучшего соннэра прозвучит в самом финале Сонного Слета, сразу после праздничного фейерверка. По рядам стали ходить официанты, разнося напитки и тарелки с закусками.
– Понравился кошмар? – участливо спросил парень в черном.
– Нет, – коротко ответила Фини.
– Но впечатление произвел, не так ли? Инфанта – мастерица кошмаров.
Фини лишь пробормотала что-то невразумительное. Ну конечно, кто еще мог придумать что-то более мерзкое? Эта Инфанта очень странная особа...
Настроение испортилось, и Фини даже подумывала покинуть зал, а еще лучше – резко проснуться. Все равно у нее нет шансов подойти к господину Говарду и хоть как-то завязать «знакомство». К тому же ей не нравилось, как в этом обществе обращались со слугами: официантов обзывали, пинали, подшучивали над ними, опрокидывая подносы в их руках, и даже «испаряли» – она сама лично видела, как уже знакомый ей господин Морши со всей силы огрел тростью слугу, оказавшегося к нему слишком близко, и тот мгновенно исчез.
– О чем задумалась, синевласка? – снова спросил сосед, внимательно наблюдавший за девочкой.
Очевидно, все же придется перекинуться с ним парой слов – молчать подозрительно.
– Интересно, кого же выберут победителем? – пробурчала Фини.
– Да из кого тут выбирать? – тут же ответил парень. – Все, что мы здесь видим, это подделки под сны учителей, даже смотреть скучно. Ну разве что многомерный сон Инфанты... Она же творческая личность, известная на весь Арт-Хаус кошмаристка. Умеет сделать так, что каждый видит свой кошмар. Мне вот приснился пустой старый дом... А ты что увидела?
– Куклу.
Парень поднял брови.
– Интересный образ. Наверное, это была страшная кукла – ты так заорала, что дама, сидевшая рядом с тобой, подхватила свои юбки и убежала. – Фини промолчала, и парень продолжил: – Надеюсь, она найдет свободное место... Да и главная часть завершилась, после банкета в праздничном зале начнутся представления опытных соннэров, вот там будет на что посмотреть. Ну а тут победитель заранее известен.
– Ну и зачем же ты смотрел? – хмыкнула Фини. – И раз ты такой всезнающий, может, скажешь, кто станет лучшим?
– Конечно! Выиграет Крис и его кошмар про черных оленей. Это же сын Уны Вальсо. Даже Инфанта со своим многомерным кошмаром окажется на втором месте.
Фини поморщилась. Она бы отдала первый приз сну-полету, где каждый из зрителей летел над океаном на большом серебристом драконе. Может, это сновидение и было сотворено по чужому шаблону, но оно дарило радостное настроение. А вот кошмар с оленями, где Крис метал свой идиотский кинжал, – «самолюбование чистой воды», как сказала бы бабушка Эльвира.
– И все-таки, откуда ты знаешь, кто выиграет? – спросила Фини недружелюбно. – Может, ты сам из жюри?
– Откуда я знаю?! – Парень в черном явно удивился. Он недоверчиво прищурил один глаз, взглянув на Фини так, словно подозревал, что она его разыгрывает. Но продолжил: – Мать Криса – Уна Вальсо, Властительница, влиятельная персона в нашем мире, а это ее любимый единственный сынок. После того как у нее из-под носа увели самый таинственный Дом, она недовольна, очень недовольна... Ох и не повезет же тому, кто стал Хозяином Дома... – Он участливо цокнул языком. – Конечно, жюри Сонного Слета попытается ее задобрить, тем более что состоит оно сплошь из менторов Арт-Хауса, которые давно все в кулаке у господина Говарда. Видишь, долго думать не надо... Хотя лично я отдал бы первое место сну про лестницы – идея не нова, но чувствуется размах.
Фини тоже понравились лестницы – они парили в небе, переходя одна в другую и даже переплетаясь друг с другом, и по ним ходили разные люди, но никак не могли встретиться... Впрочем, Фини было все равно, кто победит, она уже думала о другом.
– Ты про какой Дом говоришь? – спросила она отстраненно.
Но у самой сердце екнуло: она хорошо запомнила мать Криса, которая так любезно подвезла их с тетей Лиз. Интересно, как бы повела себя госпожа Уна Вальсо, если бы знала, кому оказала услугу... наверняка не повезла бы их с тетей на свою виллу.
Раздумья Фини снова прервал ее сосед:
– Теперь я абсолютно уверен, что ты решила меня разыграть. Каждый знает про новый Сонный Дом. Вернее, про последний из пяти старейших Сонных Домов.
– А, ты про этот, – уклончиво произнесла Фини. – А почему это новому Хозяину не повезет? Ведь ему уже повезло получить Дом, разве нет?
Парень в черном снова усмехнулся:
– У этого соннэра в запасе один год, чтобы защитить себя от гнева Новых Властителей. Когда все вспомнят, кто он такой, за ним начнется настоящая охота. Надеюсь, Хозяином бывшей виллы «Сфумато» окажется сильный мастер, тогда хотя бы интересно будет наблюдать за сражением. Хоть повеселимся, не так ли?
Фини нахмурилась. Честно говоря, она едва сдерживалась, чтобы не закатить этому весельчаку хорошую затрещину, – тоже наблюдатель нашелся! Это ведь не за ним охотился во сне-ловушке господин Говард и все остальные Властители... Девочка вспомнила господина в белой маске с синими прорезями для глаз – и невольно содрогнулась. Парень заметил перемену ее настроения.
– Что-то ты пригорюнилась, синевласка. Сама-то откуда? Я тебя раньше не видел.
– А ты что, всех здесь знаешь?
– Конечно.
Фини мысленно чертыхнулась. Ну надо же было ей присесть возле человека, который все и вся здесь знает, да еще и разговориться с ним. А смотрит как – явно ждет ответа.
– Я пришла по делу, – пробурчала она. – По личному.
– Только не говори, что ты ищешь ментора! – В голосе парня проскользнуло искреннее удивление.
Фини не выдержала и смерила его презрительным взглядом.
– Чего я точно не ищу, так это новых друзей.
– И все же позволь представиться. Арт. – Парень шутливо поклонился. – И я тоже не ищу друзей. Никогда бы этого не сказал, но, знаешь, мы чем-то похожи. – Он наклонился к ней и прошептал: – Видишь ли, какое дело...
Внезапно улыбка сползла с его губ. Он резко встал с места и глянул куда-то далеко, поверх голов.
Фини проследила взглядом в этом направлении, но ничего особенного не увидела – так, несколько людей беседовали между собой.
– Ты не подержишь мне место? – уверенно бросил он, словно не сомневался в положительном ответе. – Я должен сделать звонок.
И удалился куда-то по направлению к сцене.
Фини фыркнула себе под нос. Ага, размечтался. Она вообще собралась уходить – хватит с нее сегодня кошмаров.
– Это Арт, его все обожают, – вдруг произнес кто-то слева. – Даже те, кому он не нравится.
Фини удивленно скосила глаза: равнодушный голос принадлежал девчонке лет шестнадцати с волосами цвета лаванды. На ее курносом носу красовались очки в золотой оправе с круглыми стеклами.
– Ты тоже входишь в круг его почитателей?
– Только не я, – покачала головой девчонка. – Я ненавижу людей.
К удивлению Фини, волосы той неожиданно посерели.
– Почему?
Золотые очки передвинулись на кончик носа.
– Разве нужна причина? Это же люди.
Но Фини было непросто сбить с толку.
– Тогда почему ты здесь? Среди людей?
Волосы девчонки стали оранжевыми.
– Потому что иногда без людей скучно.
Волосы снова поменяли цвет – стали зелеными, и Фини не выдержала:
– Что это все время происходит с твоими волосами?
– А что с ними?
– Они разные – то серые, то оранжевые.
– Ну и?
– Да ничего, просто я такого еще не видела, – терпеливо пояснила Фини.
– Так получилось, что мои волосы отражают мой лунный знак. – Привычным жестом девчонка подвинула свои очки ближе к переносице.
– Твой лунный знак – очки?
– Да. Но они всегда золотые, а меняются только волосы... Они показывают мое настроение и предупреждают, когда я забредаю в чужие сны. В такие моменты волосы удлиняются и становятся угольно-черными. У тебя разве не так? У тебя тоже странный цвет волос...
– Мой лунный знак – брошка с кленовым листом, – поделилась Фини. Девчонка ей понравилась, и она решила быть с ней откровенной. – Кленовый лист меняет цвет с красного на серебряный, когда я попадаю в Снореальность. Хотя, да, однажды острие стало черным, когда я... гм, забрела в плохой сон.
– Почаще посматривай на свой лунный знак, – посоветовала девчонка. – Это твой самый верный помощник. А теперь извини, мне надо подготовиться.
Она скинула с плеча черный рюкзачок, выудила из него какую-то книгу и углубилась в чтение. Фини прищурилась – очевидно, рюкзачки были здесь в моде, Власа носила такой же. Кажется, его называют сонницей... Может, и себе раздобыть?
Неожиданно вернулся Арт, но не один, за ним шла высокая темноволосая девица с симпатичным, но надменным лицом. Правда, сейчас она то и дело обиженно поджимала губы.
– Ты обещал мне, – канючила девица, не обращая внимания на окружающих, – что научишь сотворять грозу! Я все еще жду приглашения.
– Извини, но я очень занят, Злата. И я не обещал тебе ничего... И точно не приглашал в свои сны.
Арт уселся на свое место и устремил взгляд на сцену – там снова что-то затевалось: три молодых соннэра, ловко орудуя палочками-кистями, создавали панораму цирка. Над сценой проступил красочный тканевый купол, под ним протянулись мостики, трапеции и канаты.
– Я от тебя не отстану, – продолжала напирать Злата. – Ты должен помочь мне. Ради наших чудесных бывших отношений.
Арт улыбнулся, но промолчал. Девушка посмотрела на Фини.
– Убирайся! – резко приказала она и даже толкнула Фини в плечо. – Это мое место.
Арт снова прищурил глаз и с интересом уставился на Фини, по всей видимости ожидая, что же она ответит.
– Это мое место, – не стала разочаровывать его Фини. – Я пришла первая. А будешь толкаться, получишь в ответ.
– Ты хочешь неприятностей? – вызывающе спросила Злата, гневно хмуря брови.
– А ты? – в тон ей ответила Фини.
Девица чуть не задохнулась от возмущения.
– Ты что, идиотка? – вдруг перешла она на визгливый крик. – Ты хоть знаешь, с кем говоришь?!
– Не знаю и знать не хочу.
– Ненормальная!!! Я – Злата Фонтеблайн!
– Бедное дитя.
Арт не выдержал и засмеялся. Рот девицы округлился:
– Что-что?!
– Сходила бы ты к врачу, – посоветовала Фини. – У тебя не все в порядке с нервами.
Этого Злата Фонтеблайн не выдержала – растопырив пальцы, она шагнула к Фини, чтобы, очевидно, вцепиться ей в лицо. Но Арт перехватил ее руку.
– Великие сновластители, достойная соперница, – рассмеялся он. – Извини, Злата, но это действительно ее место, и уйти придется тебе. – И он слегка подтолкнул девушку к проходу между трибунами.
Казалось, Злата молчала целую вечность.
– Ну хорошо, Арт, считай, я оценила твою шутку. – Она смерила Фини уничижительным взглядом. – Еще встретимся, синеголовая.
И она ушла, гордо задрав нос.
– Это прекрасно, у тебя есть первый враг, – лучезарно улыбнулся Арт. – Да какой, из топ-команды Арт-Хауса! Такими темпами ты добьешься многого, синевласка.
– Не надо иронизировать, – осадила его Фини. – Твоя подруга...
– О, привет, Эли, – перебивая ее, обратился Арт к соседке Фини. – Не заметил тебя, извини. Ты давно здесь?
Вместо ответа девчонка встала, зажала свою книгу под мышкой и ушла. Ее волосы снова стали лавандовыми.
– Ну и странные вы все, – сделала вывод Фини, глядя ей вслед.
– Вы все-е? – поднял бровь Арт. – А ты, значит, не с нами? Неужели ты недавно в Снореальности?
– Знаешь, мне тоже пора.
И Фини решительно встала. Пожалуй, на сегодня знакомств с нее хватит – надо возвращаться домой, в реальность. Она и так увидела более чем достаточно. Хотя... может, все-таки стоит походить возле сцены и как-то поговорить с этим Говардом? Фини очень надеялась, что защита Дома все-таки работает и он ее не узнает... Кстати, может, спросить у Арта? Этот всезнайка наверняка мог бы дать ей пару дельных советов.
– Скажи, пожалуйста, – начала Фини миролюбивым тоном. – Ты не знаешь, к кому мне лучше обратиться, чтобы найти себе ментора? Я бы очень хотела учиться в Арт-Хаусе.
– У господина Старого Козла? – уточнил Арт с совершенно серьезным лицом.
– Может, и у него, – пробурчала Фини, невольно краснея. По всей видимости, у этого парня отличная память.
Арт снова заулыбался – кажется, после прогулки к нему вернулось хорошее настроение.
– Если хочешь учиться настоящему сночарству, тебе надо попасть к независимому ментору, – доверительным тоном сообщил он. – Тебе не место в Арт-Хаусе. Вся эта топ-команда, которая выступает на разных представлениях вроде Сонного Слета, – обычные соннэры, возомнившие себя волшебниками. Хотя на самом деле они создают то, что им прикажут, – жалкие копии уже состоявшихся, прославленных сновидений их менторов. Никакого творчества, все сделано по шаблону.
– И где же найти независимого ментора? – заинтересованно спросила Фини. – Ты знаешь хотя бы одного достойного?
Арт молчал целую минуту.
– Кайлих, – наконец произнес он. – Лучшего ментора не найти.
Фини вздрогнула. С ума сойти! Даже этот тип говорит о Кайлихе! Да, этот голубоглазый соннэр-бородач весьма популярен...
– Что я слышу? – раздался вдруг смутно знакомый голос. – Ты назвал Кайлиха лучшим ментором? Как же низко ты пал, Арт!
Фини обернулась и с удивлением узнала в говорившем Криса Вальсо.
К счастью, он ее даже не заметил, его взгляд был направлен только на Арта.
– Впрочем, переживания излишни, – продолжил Крис, видя, что ему не собираются отвечать. – Кайлих собирает одних чудиков, а ты из уважаемой сонной семьи. Тебе просто не позволят уйти из Арт-Хауса к этому жалкому простаку.
– Куда же я денусь от вас, родные... конечно останусь, – спокойно ответил Арт. – К тому же мне хотелось бы и дальше мозолить тебе глаза. Ведь я талантлив практически во всех дисциплинах, а ты умеешь создавать лишь кошмары, рожденные собственными страхами.
У Криса дернулась щека. Неожиданно он обратил внимание на Фини: возможно, ему не понравился ее взгляд исподлобья, – она-то хорошо помнила, как он метнул в нее свой фамильный кинжал.
– А это еще кто? Новая подружка?
Крис бесцеремонно разглядывал девочку с каким-то брезгливым интересом.
– Кто ты? – надменно спросил он. – Не припомню тебя среди наших.
– Я не соннэр, если ты об этом, – ответила Фини.
– И что же ты забыла на Сонном Слете? – Неожиданно его лицо стало изумленным. – Святые властители, это что, слиппа? Как низко ты пал, Арт! Твой вкус ухудшается с каждым днем. Где ты нашел эту замухрышку?
– Выбирай выражения, идиот, – сказала ему Фини.
– Ты это кому говоришь?
Парень так изумился, что у него даже приоткрылся рот.
– Ты и слышишь плохо? – ласково осведомилась Фини.
Арт вдруг захохотал, но у Криса снова поменялось выражение лица – видимо, давно не слышал подобных слов в свой адрес. Фини предпочла спрятаться за спину Арта, – он хоть дружелюбный.
В следующую секунду произошло сразу несколько удивительных вещей: Крис неестественно выгнулся, скрутив тело в спираль, и вдруг опал на пол черной дымкой. Из дымки вырвался столп огня и, превратившись в огромную огненную змею, ринулся на Арта. Но его встретила птица с огромными крыльями, сотканными из тугих водяных струй. Огненная змея заметалась в разные стороны и вдруг стала трехголовым змеем, красно-желтым веером полетели ослепительные искры. Но водяная птица не растерялась; захлопали огромные, сверкающие крылья – змеиные головы окутал сизый дым, замелькали вспышки, вверх поднялся белый пар.
Фини застыла на месте. Ее сердце запылало от восторга – вот это настоящая схватка! Только странно, что окружающие не обращали никакого внимания на грандиозную битву. Отвлекшись, она повела головой из стороны в сторону и вдруг снова увидела Арта и Криса, стоящих друг напротив друга.
– Доволен? – весело спросил Арт, хотя глаза его оставались холодными.
Крис прошипел что-то по-итальянски, очевидно, какое-то мудреное ругательство, и, нарочито резко развернувшись, удалился размашистым шагом. Арт остался на месте, но, прищурившись, долго смотрел ему вслед.
– Как ты это сделал?! – не выдержала Фини. – А такому... можно научиться?!
Но у Арта, кажется, испортилось настроение. В глубине его черных глаз застыла жуткая, чернильная темнота, настолько пугающая, что первой мыслью Фини было дать стрекача. Но она осталась и даже не отвела взгляд, хотя внутри у нее все затрепетало от страха.
Неожиданно взгляд парня изменился.
– Постой... Чему научиться?
Но Фини уже поняла, что снова сболтнула лишнего. Наверняка эта битва происходила на каком-то другом уровне сна, – возможно, на той самой Глубине, раз никто ее не видел. Никто, кроме Фини. Арт не сводил с нее задумчивого взгляда.
– Я просто крикнула первое, что пришло в голову, – схитрила Фини. – Хотела вас отвлечь, чтобы вы с этим Крисом не подрались.
– Ну да, ну да... – хмыкнул Арт. И добавил неизвестно к чему: – Теперь мы точно знаем, что ты не слиппа. Понимаешь ли, в чем дело... – продолжил он. – Я тоже в топ-команде, как и этот придурок Крис.
Фини позволила себе насмешливый взгляд.
– Да я уже догадалась... Выходит, ты тоже делаешь шаблоны? Копируешь сны по шаблонам своих менторов?
Арт глянул на нее с удивлением.
– Теперь я вижу, что ты новичок. Никогда не говори таких вещей соннэру, иначе вылетишь из Снореальности в один пинок.
– Но ты говорил то же самое про других.
– Потому что все это правда. Но плох тот соннэр, который не желает быть особенным и создавать личные сны, а не работать на общий. Ты знаешь, что из себя представляет ОбщеСон?
Фини решила промолчать, чтобы вновь не выдать себя лишней фразой. Арт вежливо ждал ее ответа, но его губы уже растянулись в ухмылке. Фини решила, что пора прощаться.
– Ну, мне пора. Рада была познакомиться.
Она повернулась, ища глазами выход, но Арт внезапно схватил ее за локоть.
– Знаешь, что? Я приглашаю тебя в свой сон. Возьми это и вечером, перед тем как заснуть, положи под подушку.
Он протянул ей длинное черное перо, и Фини осторожно взяла его в руки.
– Поговорим в нормальной обстановке, здесь многовато знакомых. Ты ведь не против? Кстати, ты так и не назвала мне своего имени, синевласка.
– Меня зовут Фини.
– Просто Фини?
– Проще не бывает.
– Ну что же, приятно познакомиться, Фини. – Арт протянул руку, и девочка аккуратно пожала ее. – А сейчас уходи. Не знаю, как у тебя получилось, но ты наговорила гадостей сразу трем лучшим соннэрам из топ-команды. И это включая меня. Для одной ночи более чем достаточно. И будь поаккуратней со Златой, не попадайся ей на глаза. Она очень мстительная особа, поверь мне на слово.
Арт ушел, а Фини, окинув взглядом трибуны, полные воодушевленных предстоящим представлением зрителей, решила оставить поиски господина Говарда на следующий раз.
Но тут ее снова окликнули:
– Умеешь же ты попадать в неприятности, Фини Велесон.
Фини радостно обернулась: так и есть, на одной из подушек умостилась Власа Валенте. Красный рюкзачок лежал рядом с ней.
– Не ходи к нему в сон, – заявила она, сложив руки на груди. – Ты не знаешь о его репутации. Я уж молчу о том, что у Арта подружек больше, чем звезд на небе. А вдруг он тебя очарует? И погубит... Ты же сама видела, какой он опасный.
Фини недоверчиво покосилась на Власу:
– Что я видела?
– Передо мной можешь не притворяться, – хмыкнула та. – Я сразу поняла, что ты наблюдаешь за битвой их сноватаров... Сноватар – это сущность соннэра, его истинный облик. Чтобы спускаться на более тонкий, более глубокий слой сна, требуется мастерство. Люди годами этому учатся. А тебе это, как говорится, щелчком пальцев... И мой сноватар тебе тоже известен, не так ли?
– Да, иногда ты появляешься в облике птицы, – не стала отнекиваться Фини.
Она решила, что перед Власой у нее не должно быть секретов. В конце концов, та – чуть ли не единственный ее друг.
– Я так и знала, – удовлетворенно кивнула Власа. – А насчет Арта я говорила серьезно. Не знаю, чем ты ему приглянулась, но он может изрядно навредить.
Фини с удивлением посмотрела на Власу. Вообще-то Арт ей понравился, возможно, она даже хотела бы с ним дружить. Да и приглашение побывать у него во сне ее заинтриговало.
Власа вздохнула, очевидно, все прочитав на ее лице.
– Если ты все-таки пойдешь, то запомни: не смотри ему в глаза. И не отдавай перо до того, как произнесешь свою кодовую фразу просыпания, иначе не выйдешь из сна самостоятельно. И еще... ничего не рассказывай ему. Особенно если все-таки посмотришь в глаза. Да, и чтобы никакой романтики.
– Да я и не собиралась! – Фини возмущенно фыркнула.
– Ну вот и отлично... Пока.
Власа встала, накидывая рюкзачок на плечо.
– Послушай, Власа, – остановила ее Фини. – А у меня есть этот сноватар? Я могу увидеть себя в другом облике?
– Тебе надо найти ментора, без чужой помощи никак.
– А ты могла бы мне помочь?
– Нет, я не умею. К тому же тебе придется совершить путешествие в Чашу Снов. А перед этим – найти свою истинную магию... Это что-то вроде призвания, твой особенный талант. Но знаешь, не спеши это делать, – добавила она с какой-то неожиданной горячностью. – А вдруг тебе не понравится твой дар?
– Тебе не нравится быть птицей? – тут же спросила Фини.
– Я не птица, а дрима, – машинально поправила Власа. – Нравится... Но мне не нравится быть в услужении... Ведь дримы не всегда были такими... охотниками. Ладно, мне и правда пора.
И она просто исчезла, вновь оставив после себя несколько черных перьев.
– Я просыпаюсь, – четко произнесла Фини и схватилась за кленовый лист на лямке сарафана.
Тотчас трибуны подернулись серо-белой дымкой, побледнела сцена, погасли праздничные люстры – Снореальность исчезла.
Когда Фини проснулась, в руках у нее оказалось длинное, гладкое и блестящее птичье перо – подарок Арта. Фини долго смотрела на него – идти или не идти в чужой сон? И в конце концов дала себе слово подумать до вечера.