Игрушка дьявола

Часть 21

Вечность меньше секунды

Раньше я была так называемым телохранителем, а теперь приходилось охранять меня. Адам был рядом со мной чуть ли не все двадцать четыре часа в сутки. Мои силы начали выходить из-под контроля. Я не знала, что с этим делать. Я просто начинала с кем-то разговаривать, а после человеку уже становилось плохо. Розерро в такие моменты хватал меня за руку, сильно сжимал её, и я снова приходила в себя. Никакого вреда я человеку таким образом не наносила, но лишь благодаря парню. 

Но так же не может продолжаться вечно! А под «вечно» я имею в виду именно вечность. Несколько столетий и тысячелетий.

Я ужасно боялась, что не выдержу. Что в следующий раз я убью кого-то. Будь то страж или гость.

Ответного письма от Диаваля я не получила. Но больше таких видений не было. Хотя нет, лгу. Были. Но он не убивал их. Он лишь мучил, а после отпускал. Точно так же, как я напугала совет.

Но это ведь неправильно!

Целыми днями во мне бушевал ураган мыслей и чувств. Я не знала, как мне нужно поступить. Адам всё говорил про время. Он говорил, что скоро всё пройдёт, и я смогу этим управлять. Что больше ни один человек не пострадает.

Поэтому мне приходилось лишь ждать.

Скоро уже полнолуние. Уже завтра, а я всё ещё не освоилась. Я уже несколько раз встречалась с советом и подписывала нужные бумаги. Я пока не собиралась лезть в законы и что-либо менять. Я сделаю это позже. У меня достаточно времени.

Отца я почти не видела. Если только мельком где нибудь. Но за всё это время я ни разу не разговаривала с ним. Похоже, у него было много дел. Я знала, что могла вызвать его в любой момент, но не хотела отрывать его от работы.

Всё, что происходило со мной каждый день, очень давило на меня: видения, как Диаваль мучает других, то, как я сама была угрозой для окружающих, все насмешливые взгляды людей, которые меня ненавидели, страх людей, которые меня боялись, совет, который хоть и не говорил, но всем своим видом давал понять, как ему не нравится моё правление, и бессонные ночи. Я не понимала, как ещё вообще держалась на ногах. Я не спала, а если и спала, то не дольше трёх часов. Голоса каждый день круглосуточно изводили меня. Они смеялись и издевались надо мной. Адам твердил, что я лишь из-за нервов и перенапряжения чуть не убиваю людей, и что в скором времени, когда замок опустеет и я освоюсь, всё снова станет хорошо. Мне нужно лишь меньше нервничать.

Каждый раз, когда я словно перемещаюсь в Мильдоур, Адам смотрит на меня такими глазами, будто готов задушить Диаваля голыми руками.

А самое страшное то, что я начала закрываться даже от него. Он слишком переживал за меня и каждый раз так заводился, что мне казалось, он готов убить всех, кто посмеет кинуть на меня лишь косой взгляд.

То, что произошло примерно недели две назад, должно было окончательно меня сломать. Может, это так и было, ведь от Адама я почти совсем закрылась. Я закрылась ото всех, делая лишь самое нужное и не высовываясь.

Тем вечером я поднялась к себе в комнату и, наорав на ни в чём невиноватых служанок, наконец осталась одна. Я упала на ковёр, перед окнами, а корона слетела у меня с головы. За окном, как всегда, шёл снег, но даже эта картина меня не успокаивала. Я закрыла лицо руками, пытаясь таким образом исчезнуть.

Я была зла абсолютно на всех. Но, в этот раз, на Адама меньше всего. Я была уверена, что он не рассчитывал на такой конец. Просто так получилось. Он не был виноват.

Голоса в моей голове твердили мне всякую чушь и лишь ещё больше на меня давили.

Я не выдержала и схватилась за голову:

— Заткнитесь! — закричала я, но мой голос оборвался на полуслове. Он был хриплым и тихим. Таким беспомощным и усталым. — Прошу... — прошептала я, переполненная ненавистью.

Мне было так холодно на душе. Казалось, что внутри меня пропасть, которая засасывает меня всё дальше вглубь. Пауза. Я смотрела перед собой в пустоту и не чувствовала ничего. Словно на мгновение замер весь мир. Я закрыла глаза, а дыхание остановилось.

Резко набрала в лёгкие воздух и почувствовала боль.

Она пронзила всё тело, и я зажмурила глаза лишь сильнее, чувствуя, как к ним подступают слёзы. Они горели, но я всё ещё пыталась совладать с собой. Я снова перестала дышать, словно это могло избавить от боли, но она становилась лишь сильнее.

Один.

Два.

Три.

Но ничего не происходило. Я пыталась сосредоточиться лишь на цифрах. Пыталась не думать ни о чём, что так давило на сердце. Но эти губительные мысли сами лезли ко мне в голову, захватывая мой разум. И я снова находилась в плену у боли и отчаяния.

Четыре.

Пять.

Шесть.

Я всё ещё пыталась сопротивляться. Чувства не должны взять надо мной верх. Мне нельзя сломаться.

Я резко наполнила свои лёгкие воздухом и...

Семь.

Восемь.

Девять.

...провалилась в рыдания. Закрыла глаза и, уткнувшись лицом в колени, мечтала исчезнуть.

Глаза были уже горячие, а щеки щипали от слёз, но я уже не могла остановиться.

А вы знаете, когда рядом нет никого... Полная отчуждённость. Когда ты постоянно одна, несмотря на обстоятельства и время. Лишь потому, что ты не хочешь доставлять боль тому, кого любишь. Зачем мучиться вместе? Боль не делится на двоих, она лишь раздваивается и захватывает всё больше и больше. Она лишь растёт, поглощая всё доброе и хорошее в человеке.

Я чувствовала, как всё выходит из-под контроля, и уже ничего не понимая, заливалась слезами, но уже точно не знала из-за чего именно. Просто из-за всего. Горячие слёзы одна за другой скатывались по моим щекам. Внутри бушевал шторм мыслей и эмоций.

Вы знаете это странное чувство, когда не хватает воздуха, но ты всё равно перекрываешь путь к лёгким, словно задыхаясь. Словно ты что-то пытаешься выдавить из себя. Всю темноту и боль. Но этого не происходит.

И тут в комнате стало темно. Камин погас и свечи тоже. Я почувствовала, как мои руки начали становиться тёплыми. А потом горячими. Сами ладони это не чувствовали, но, когда я коснулась одной из них моей ноги, я обожглась. Коленка покраснела и начала неприятно ныть. Я вскочила от страха. Мои ладони загорелись. В них были красные и синие языки пламени. Настоящие. Это было не моё воображение. Это была я.

Я настоящее чудовище, а голоса в голове лишь подтверждали это. Огонь погас, а я, упав обратно на пол, разревелась ещё сильнее.

И с тех пор так происходило каждый вечер. Я прибегала к себе в комнату, а мои ладони озаряло пламя. Так загорелось одно из моих платьев, и мне пришлось его тушить водой. Мои руки становились после этого красными, но утром от этого не оставалось и следа.

Когда-нибудь я спалю замок. Когда-нибудь я всех убью.

Время? Адам сказал время? У меня нет времени! Вечность — это всего лишь иллюзия. У меня же нет ни секунды.

С каждым днём я всё дольше не могла погасить пламя на руках. С каждым днём оно становилось всё ярче и сильнее. С каждым днём я была всё опаснее, а Адам об этом даже не подозревал. Об этом не подозревал никто.

У Диаваля такие же проблемы? Он тоже слышит голоса? Он тоже вспыхивает синим пламенем?

К сожалению, этого я не могла узнать. Отправить сокола было слишком опасно. Да и что бы мне это дало? Даже если это и так? Что дальше?

Я угроза. Я угроза для всех.

Ты чудовище, Агния.