социум

Они стоят в обнимку у чёртовой двери вот уже пол часа. Илья всё гладит по волосам, шепча что-то неразборчивое на ухо. Просит прощения, говорит, как ему жаль и обнимает-обнимает-обнимает.

В слабом свете коридорной люстры Денис в этом моменте захлебнуться хочет. Окунуться с головой, забывая всё то, что было раньше.

–Пойдем пить чай, –Мягко берет его голову в руки, заглядывая в глаза, –У меня конфеты есть.

Они сидят за столом, Илья дрожит немного, наблюдая за таким спокойным Денисом. Теперь тепло внутри выходит наружу в смущённой улыбке.

–Что случилось? –Денис приподнимает брови, пока Коряков непонимающе сводит свои к переносице, –Что изменилось за два дня?

Тот лишь опускает голову, прикусывая губу.

–Ты знаешь, что Ариша, –Не договаривает. Произносить всё ещё неловко и он устремляет свой взгляд прямиком на Дениса, надеясь, что тот поймёт.

–Знаю, уже давно, –Тот усмехается. А Коряков ещё больше смущается, –С тех пор, как они с Ксюшей начали встречаться.

–Что? Ксюша? –Он подносит руку ко рту, с испугом смотря.

–Да. –Чёрт, этого он не знал.

–Почему вы мне не говорили? –Обиженно пялится в свою чашку чая, на что Денис поднимает брови в возмущении.

–Ты что, издеваешься? Ты бы их отпиздил –Коряков поджимает губы. Он прав.

–Ну, блять.

Денис только смеётся, звонко разнося звук по кухне.

–Я так понимаю, вы были у Артема, –поднимает голову, ища ответ в эмоциях на чужом лице. И видит слабый кивок, –ты довел Аришу домой? Она сильно пьяная?

–Мы, в общем, поговорили. Я побежал к тебе, она там осталась.

Договорить не вышло, потому что за дверью послышался дикий шум. Подходя к двери, Денис с опаской посмотрел в глазок, и никого не увидев, осторожно приоткрыл дверь.

Ариша лежала прямо под ногами, в одной кофте, вся мокрая от снега и с абсолютно нечитаемыми мёртвыми глазами.

–Блять, боже, –Илья подбежал, оглядывая ту. Они оба переглянулись, испуганно затаскивая тело в квартиру.

–У неё автопилот, конечно, хорошо работает, –Илья поднял Шикину на руки, неся в ванную, –Как она успела так накидаться за час?

Ариша только мычала, махала руками и пыталась вырваться из хватки, что-то бубня себе под нос.

Илья кое-как её умыл, усаживая на бортик.

–Давай, неси сухую одежду, –Видит, как пьяное тело дрожит от холода, пытаясь встать, –Да сядь ты.

Илье не по себе становится – видеть кого-то близкого таким пьяным больно.

Денис поспевает с одеждой, испуганно смотря: пытается понять, что делать.

–Это алкогольная кома? –Взгляд мечется по напряженному лицу Ильи, очерчивая каждый мускул.

–Скорее, она просто в пизду пьяная, –удерживая ту в сидячем положении рукой, заключает, –Дошла же как-то. У тебя есть номер Артема?

–Сейчас посмотрю, –И бежит за телефоном, заходя во все возможные чаты. Набирает, судорожно передавая телефон в руки Корякову.

–Алло, Артем, ты можешь мне сказать, не осталась ли куртка Ариши у тебя? –И слышит в ответ положительный ответ.

–Я понял, завтра заберём, –Выключая звонок, издает смешок, и смотрит прям на Дениса, –Она пёрла к нам на морозе в одной кофте.

–Пиздец. Надо её уложить.

Они её переодевают, снимая штаны и кофту, натягивая шорты Дениса – одни из тысячи, кажется.

И, закидывая подругу себе на плечо, Илья устало несёт её в свободную комнату, где Денис предварительно расстелил постель.

На часах поздняя ночь и они снова идут на кухню, переговариваясь обо всём произошедшем. Илья рассказывает про Вову и Денис обещает его убить.

–Пойдём спать, –Тянет за руку Денис, а Коряков отказать не может.

Уже укладываясь поудобнее, Илья кладёт свою руку на чужое лицо, будто рассматривая в слабом свете уличных фонарей. Будто не насмотрелся.

Денис только улыбается, и в ответ касается костяшками виска – просто гладит, любуясь. Илья красивый. Ему не идут слёзы – только мягкая улыбка и искорки в глазах.

–Насколько ты злишься за всё то, что я натворил? –Голос Корякова слегка дрожит, хоть и говорит шёпотом.

–Ни насколько, если поцелуешь ещё раз. –И просить дважды не нужно.

Он аккуратно льнётся ближе – совсем вплотную. Прикрывает глаза, а за ним Денис; ресницы дрожат, а эмоции бьют через край настолько сильно, что дышать становится тяжелее.

Илья подвигается совсем близко, так, что улавливает чужое дыхание, а потом касается губами, накрывая их почти полностью. Это не так, как пару часов назад, наоборот, – нежно и трепетно.

Ему хочется сжать Дениса в объятиях и расцеловывать каждый сантиметр лица.

Коряков только крепче сжимает, опуская руку куда-то на спину. А Денис почти плачет от нахлынувших чувств. И всё кажется чем-то нереальным, в стуке секундной стрелки на часах помутнением, когда он гладит чужую щеку и сквозь застелившую её пелену слез, улыбается.

–Больше не боишься? –Рассматривает зеленые глаза, которые, впрочем, почти не видно.

–Боюсь, –Илья в своём волнении только взгляд вверх поднимает, рассматривая стену, –Но это того стоит.

Они засыпают в обнимку, прижавшись друг к другу, что есть силы. И обнимая его талию руками, Илья хочет больше никогда не отпускать.

***

Ариша просыпается вся в холодном поту, не понимая, где она. Аккуратно встаёт с дивана, видит на тумбе стакан воды и непонимающе чешет голову.

Выходя из комнаты, понимает, что она у Дениса дома. Бредёт, думая, что ещё раннее утро, но телефона нигде не находит.

И решается разбудить Дениса, заходя к тому в комнату. От картины умиляется – Денис вплотную прижался к Илье, который заботливо его обнимает.

Она хочет завизжать от радости, но не находит ничего лучше, чем взять с тумбы телефон Ильи и сфотографировать момент. А потом аккуратно будит, видя, что на часах девять утра.

Коряков подскакивает моментально – выработанная привычка за множество лет. И потирает сонные глаза, плетясь за Аришей на кухню.

–Пусть Денис ещё поспит, всё равно никуда не надо.

А Арина выпячивает глаза в осенившей её широкой улыбке и пялится.

–Вы встречаетесь? Вау. –Только обнимает, говоря, что это победа.

–Заткнись, –Смущается, да так сильно, что даже немного краснеет.

Они сидят все утро, Арина бежит к Артему за телефоном в куртке Ильи, а возвращается с новой пачкой сигарет, которую они решают выкурить на балконе.

–Вы встречаетесь, –Она хлопает в ладоши, подпрыгивая на месте, –Даже можешь не пиздеть мне. Я всё видела.

И Коряков лыбится, сбрасывая пепел в окно.

***

Конец января — морозы такие дикие, что кожа трескается. Но Денис упорно тащит Илью за руку вглубь леса, не обращая внимания на все возмущения.

–Тебе понравится, это мое любимое место, –Перебирает ногами, поправляя шапку.

А когда приводит его к каланче, тыкает на самый верх и заговорщески потирает руки.

–Ты серьёзно? Мороз же, по этой лестнице хуй залезешь, –Илья только головой качает, но, всё же, лезет.

И когда они садятся на самом верху, где места впритык, не может отвести взгляд.

Он обнимает Дениса, позволяя ему почти полностью на себя лечь. И когда видит улыбку, даже не может притвориться, что злой.

–Здесь красиво, –Подаёт голос, приобнимая сзади за плечи.

–Да, так спокойно.

Слышится только эхо леса, что остался внизу. И момент хочется оставить в памяти.

А когда они возвращаются домой, делают уроки, смеясь со всего подряд, Денис не может оторвать взгляд.

Он наблюдает за тонкими руками, которые аккуратно пишут конспект, и если быть очень честным с самим собой – ему хочется прикоснуться губами к каждой его родинке.

–Что? –Илья смущенно улыбается, смотря прямо на него – с умилением, скорее.

–Ты красивый, –Вкрадчиво, тихо и очень искренне. Так, что шестерёнки в голове заедают.

И Илья готов взорваться на тысячу осколков.