Глава 6
До своей смерти Энтони был никем. Работал чуть ли не попрошайкой, а на выручку покупал порошки для "лучшей" жизни. Родственники особо с ним дел не водили, сестра лишь приходила в гости.
Его смерть была ожидаема. Не выдержал дозы, и лёг прямо на месте. В Аду оказался моментально — даже не понял, что сдох. Самое неожиданное было понять, что его грешной облик это его самый главный страх детства. Он был огромным пауком.
После смерти дела в каком-то смысле пошли в гору. Работать проституткой в преисподней оказалось не так уж и плохо, а новое имя Энджела Даста полностью закрывало личность при жизни. Деньги шли, работа была не самой тяжёлой, а любимая наркота всегда была по доступной цене под рукой. Здесь он был в достатке.
А потом...
По ошибке продал душу. Погнался за бо́льшим спросом, за большой зарплатой, а в итоге зачах быстрее, чем сам это понял. Хотел всего, а получил цепь на шее, и прикованность к одному месту. Одно снятое видео потянуло за собой второе, третье, четвёртое, а там уже и звание Известной Порнозвезды пришло. Вроде и здорово — его узнают, в каком-то смысле любят, деньги есть как и работа. Но после стольких лет... Стало понятно, что это не то. На него смотрели как на вещь. Продавали, покупали, осматривали, и имели. У него был хозяин. Жестокий хозяин. Его душа не спокойна, потому что она не у него. Стало карать чувство грёбаного стыда и осознание происходящего.
В конце концов он не выдержал. Не смотря на все предостережения ушёл из Пентаграмм Сити, и засел глубоко в адских пустошах.
Одна из главных легенд этих мест — здесь теряются души, вне зависимости от их статуса принадлежности. Грешники часто уходили сюда, чтобы прекратить попытки сопротивления. Те, кто продали душу, не думая о последствиях. Страдальцы. Из леса им обратно дороги нет. С каждым новым днём в адских пустошах, грешная душа только сильнее притягивается в это место. Иногда таким способом можно разорвать контракт. Но только выбраться из леса, уже не выйдет. Он будет тебя держать. А чтобы ты не смог бежать, всё больше тебя изменять. Чем ты дольше тут находишься, тем сильнее меняешься. Огромный станет маленьким, грозный будет милым, а добрый почувствует в себе хищника. Здесь главное не потерять себя. Без души, но с сознанием. Без человеческого тела, но со знанием дела.
Энтони повезло. Лес забрал душу, дав невидимую свободу. Но дал близкое сердцу существо.
* * *
– Это одна из самых твоих тупых идей, Энджел.
На берегу озера сидел кот. Большой, пушистый, до невозможности чёрный, но с белой мордашкой и лапками.
Своими большими жёлтыми глазами он следил за паучком. Тот бегал у самой воды, треся своим белым брюшком, иногда махая ему лапками.
– Ты всегда так говоришь. – Увернувшись от небольшой волны неспокойного озера, паучок вдруг остановился, и посмотрел на друга. – Но при этом, мои идеи нас спасают!
– Это скорее я спасаю твоё брюхо от этих идей. – Скептически заметил Хаск, приняв лежачее положение, и вытянув ноги вперёд, положил на них голову.
– Много фантазируешь – Энджел фыркнул. – Как ты не понимаешь? Ему сейчас очень плохо! Эта ведьма опять приходила к озеру, и опять его шантажировала!
– Ну а нам какое до этого дело? – Зевнув и закрыв глаза, кот качнул своим большим хвостом, и слабо шевельнул раскрытыми крыльями. – Нас не трогают, и ладно.
– Люцифер наш друг!
– Твой друг.
– Наш! – Быстро подбежав к самой кошачьей морде, паучок стукнул его по носу. – Он и с тобой дружит! И тобой он дорожит. Разве не понятно, что мы его единственные друзья на данный момент? Мы должны помочь ему!
– М, ну валяй. Предлагай свои идеи. – Хаск поморщился, перекладывая голову на левую лапу.
– Для начала нужно его успокоить. – Опять убежав к кромке воды, паук поднял лапку, и указал на небольшой островок в нескольких метрах от берега, точно уткнувшийся в стены большого особняка на озере. – Подарим ему те цветы! Он обрадуется, и ему станет заметнее лучше. Плюс настроение, плюс покой, плюс одно очко дружбы!
Посмотрев куда указывал друг, кот скептически дёрнул ухом.
– Почему не подарить вот эти цветы. – Он указал на точно такие же бутоны, что росли рядом с кустами позади них.
– О нет! Они бледного оттенка, что совершенно не подходит глазам Люцифера!
– А те?
– Они яркие, и свет луны окрашивает их в нежно-розовый, с блестящими лепестками, но при этом до безумия красочными. – Вдохновлённой пропел Энтони, чуть не падая в воду. – Нам нужно их достать!
– Ага. Только ты забыл об одной детали. Совсе-е-ем маленькой. – Поднявшись, Хаск фыркнул. – Воду вокруг особняка охраняют они.
Сзади послышался плеск воды. Энджел обернулся, во время отскакивая от берега, и избегая встречи с зубастой пастью. Крокодил действительно всё это время поджидал нужного момента?
– Ногиногиноги! Уносим ноги! – Воскликнул паучок, прыгая на пушистую спину товарища.
– Как я говорил... – Спокойно и без малейшего испуга заговорил Хаск, наблюдая за огромным крокодилом на берегу. – Ты забыл об этой проблеме. Этих зубастых всего два, но одного их зуба хватит чтобы перекусить твоё пушистое, маленькое брюхо.
– Ты так и будешь болтать?!
– Они дальше не пойдут. – Зевнув, Хаск опять удобно устроился на земле, поджимая под себя лапы. – Слишком приучены к воде.
И правда.
Большой крокодил с переливающийся на свете луны мокрой чешуёй, лишь смотрел на них, иногда щёлкая пастью для грозного вида. Это было действительно страшно, но по правде говоря не настолько, чтобы переживать за свою жизнь. И Хаск это понимал, в то время как Энтони только и находил повод, чтобы испугаться, хоть сам не был таким уж и пугливым человеком. Наверное, лес всё же изменил не только его внешность.
– А ну брысь! – С глубины леса послышался хруст старых листьев под тяжёлой стопой, и через секунду, к берегу чуть ли не вылетела белая фигура, направляясь к самому крокодилу. – Сколько раз повторять, чтобы ты ушёл с этого берега?! – Хмуро указав вытянутой рукой прямо в крокадилью морду, он фыркнул. – Брысь! На сумку пущу!
И как бы абсурдно это не было, животное постепенно и правда уходило. Медленно погружаясь вглубь, оно не сводило взгляда с высокой фигуры перед собой, кажется, впечатлившись словами о сумке. Всё же, лучше не связываться с райскими принцами, пусть и те без своих сил.
– Принц Люцифер! – Хаск аж подпрыгнул на месте, чуть не стряхивая паука со своей спины.
– Хаск, Энджел, всё в порядке? – Ангел присел на корточки, равняясь с котом ростом. Всё же, Хаскер был большим котом.
– Да, наш ангельский друг! – Взобравшись на кошачью голову, и едва там помещаясь, паучок помахал лапками. – Спасибо что пришёл на помощь, хотя она не была нужна, потому что они бы дальше не зашли!
Кот фыркнул, встряхиваясь от морды до хвоста, и роняя Энджела вниз, на землю.
– Я просто... Испугался, что они сожрут вас. – Смущённо прикусил губу Люцифер, протягивая руку, и смотря как паучок забирается в его ладонь. – Простите.
– Вам не за что извиняться, ваше высочество. – Хаск кивнул. – Энджел сам виноват. Ходит, и провоцировал их по всему берегу!
– Что?! Не правда! – Махнув лапкой в сторону друга, и повернувшись к Люциферу, Энджел возмутился. – Я придумывал план по поднятию твоего настроения, а он сидел и скептически отгонял все идеи!
– Ты просто обсуждал цветы.
– Я обсуждал их красоту, и подходящие оттенки к лицу принца!
– Они одинаковые.
– Нет же! Разные!
– Это один оттенок, просто на него по разному падает свет.
– Ты дальтоник?
– Подождите! – Пока этот спор не переросло во что-то большее, Люцифер поднял правую руку в знак тишины. – Что ты только что сказал, Энджел?
– Ээ... Ты дальтоник?..
– Не-не-не. Чуть раньше.
– Про поднятие настроения?
– Да! Оно! – Улыбнувшись, ангел наконец сел на колени, более удобно устраиваясь на земле рядом с Хаском. – Вы хотели поднять мне настроение... Зачем?
– Ну как же! – Перебравшись с ладонь на правое плечо, грешник свесил две лапки вниз. – Лилит опять приходила к тебе. Я слышал как она опять пыталась добиться твоего согласия на свадьбу.
– Она приходит каждую ночь. – Скорее с грустью, кивнул Люцифер.
– Но сегодня ты выглядел так подавлено, что я решил, что тебе нужна помощь! – Он указал в сторону озера, гре недалеко виднелся островок с заветными цветами. – И решил подарить тебе те цветы!
– Но это же опасно!
– Он не знает этого слова... – Скептически заметил Хаск, оставаясь никем не услышанным.
– Ради тебя, я готов хоть сейчас нырнуть в это озеро, и сразиться с этими водными лягушками! – Гордо подняв голову, Энджел уже даже сделал шаг в сторону озера.
– Дурак, что ли? – Аккуратно хватая паука за брюшко, и пересаживая его на голову Хаска, Люцифер фыркнул. – Это конечно похвально, но жизнь дороже каких-то цветов. Мне приятно, что ты хотел меня порадовать, но узнав о твоей кончине, я бы не сильно развеселился.
– О чём я и говорил. – Хаск закатил глаза.
– Вы сговорились?!
Оба промолчали, будто пропустив высказывание мимо ушей.
Люцифер находился здесь уже долгое время. По внутренним подсчётам, шла уже вторая неделя, но верить внутренним часам было сложно, ибо на самом деле по ощущениям, дней прошло гораздо больше.
В первые же дни Люцифер познакомился с Энджелом и Хаском. Два грешника, что заплутали в адских пустошах, потеряв свои души. Кажется, ни тому, ни другому, это неудобства не доставляло, и хоть до этого, они были сильными грешниками, а сейчас просто двое необычных зверьков, они вполе всем довольны. Хаск был реалистом. Видел мир таким какой он есть, но при этом был хорошо образован, и даже неплохо разбирающийся в психологии. Судя по разговорам, он знал и толк в выпивке, да и про азартные игры не раз упоминал. Парнем Хаскер был хорошим, Люциферу он нравился, хоть иногда он его и не понимал. Энджел был полной противоположностью своего друга. Активный паучок, что хоть и не плёл паутины, постоянно умудрялся куда-то впутываться. Ещё при знакомстве рассказал о своей судьбе от А до Я, начиная людской неудачей, заканчивая проституцией в Аду, (на удивление, Люцифер вспомнил как годами ранее слышал о порнозвезде Энджеле Дасте, и даже видел пару его фоток). Принц сам по себе активным особо не был, и не очень одобрял подобный образ жизни, но Энджел был приятен, хоть и его шуточки шли вразрез с этими словами.
Хаск и Энджел были единственными существами помимо Лилит, с которыми он мог поговорить. Та же Ева, всё время молчала, и открывала рот разве что для нескольких слов своей "госпоже". Бесит? Очень.
Люциферу сложно принять факт, что его до сих пор не нашли. Он с самого первого дня был уверен, что Рай на уши встанет, и обыщет все Адские Пустоши, лишь бы найти его и отца. Он не сомневался, что тётя Юберта пошлёт и от Ада немало воинов для поиска. Но с каждым днём, всё больше казалось, что в лесах не пахнет ни единым ангелом, а демоны и вовсе уже забыли о его существовании. А как же отец?.. Он же... Ну, бог. Куда делся его отец? Дома ли он, или тоже Лилит и с ним смогла что-то сделать? Можно ли забрать сущность Создателя? Куда он пропал, если не у Лилит и не дома? А если он дома, то почему не исчет его?..
– Люцифе-ер!
Из раздумий его вывел голос Энджела. Он уже успел залезть ему на плечо, и удобно устроился на жилете. Для Люцифера стоило многих усилий не дёрнуться, и не прибить друга. Слишком резкое возвращение в реальность.
– Да-да?
– Ты скучаешь по дому? – Уже в третий раз спрашивает Энджел, недовольно постучав лапкой.
– Ох...
Скучает ли он по дому? По Раю он скучает разве что в стенах адского дворца в летние месяца. Даже находясь здесь, такой ярко выраженной тоски у него нет, однако...
– Дом — понятие относительное. Я не сильно скучаю по белым стенам ангельского замка. Но я скучаю по своим друзьям. – Удобнее сев на землю, чуть наклоняясь в бок, Люцифер посмотрел в красное небо, что над адскими пустошами было похоже на цвет застывшей крови. – А к чему вопрос?
– Вообще, до того как вы нас покинули в мир своих раздумий, мы разговаривали на тему того, что вам с нами некомфортно. – Дёрнув ухом сообщил Хаск, тоже невольно взглянув в небо.
– Бред. – Потянув руку, принц осторожно огладил кошачье ухо, немного его помяв. – Если бы мне не было комфортно, я бы с вами не общался, и даже не обращал бы на вас внимания.
– Конечно. Кому нужны грешники, что продали душу, да ещё и не смогли за неё расплатиться.
– Хаск!
– Что?
– Прекрати занижать себя и Энджела. – Осторожно подставив руку, и пригласив на неё паучка, Люцифер поднёс его к своему лицу. – Я не понимаю твоей психологии о том, что вы два бомжа-лузера.
– О, детка, со временем поймёшь. – Игрово протянул Энджел, одной из лап поглаживая Люцифера по щеке. – Ты и сам такой как мы.
– Энджел! – Без раздумий вскочив на лапы, Хаск тут же подошёл к принцу, и без особого труда зубами схватил паука, забрал с рук Люцифера, поставив его на землю, и возмущённо топнув. – Фильтруй свою речь!
– Нет-нет! Всё нормально! – Замахав руками, ангел выразил протест. – Он в чём-то прав, и... И... Я чем-то сейчас похож на вас, у меня нет ничего такого, чтобы нас так сильно разделяло.
– Ваше Высочество, конечно простите, но я всё же больше смотрю на ваш статус. – Сев на место, и чуть не придавив лапой пока не пришедшего в себя Энджела, кот фыркнул. – Не подумайте, вы очень хороший ангел, но остаться без своей кошачьей головы за неправильные слова, я не хочу.
– С чего вы взяли, то что я вас буду казнить за "не отфильтрованную" речь? – Люцифер недоумённо вскинул брови. – В Раю с роду практик казни не было, а уж тем более за слова! Самое большое, что я могу вам сделать по прибытию обратно домой, это забрать вас с собой, и попросить отца помочь вам. Я уверен, он сможет решить вопрос с потерянными душами.
– Помочь? Нам? За что? – Паучок три раза моргнув, всё же решил отставить на потом свои возмущения по поводу действий Хаска.
– Вы единственные мои друзья на данный момент. – Сложив руки домиком, он посмотрел на свои пальцы. – Я слышу от вас поддержку, могу с вами разговаривать, чтобы окончательно не сойти с ума, вы очень приятные грешники, если не считать то, за что вы при жизни попали в Ад. Вы оправдываете свои грехи, но делаете это так, что больше походите на каких-нибудь ангелов. Вы приняли себя, и смирились с судьбой, живёте на каком-то болоте с крокодилами по соседству, но продолжаете не жалуясь радоваться чему-то, и даже с моим тут появлением, не отчаивались, и помогали мне. Ребята, это очень сильно, и я правда вам благодарен.
– Вы нам льстите.
– Ни чуть. Как только меня найдут, я отдам приказ о вашем награждении.
– За то что мы просто побыли рядом с тобой?
– Энджел, для меня это правда важно! – Люцифер даже вскинул руки. – Я с самого дня своего рождения не был один. Со мной всегда был кто-то рядом. Отец, няньки, Адам, Лют, да даже та же тётушка Юберта или Аластор, пусть и относительно, но были со мной. Я просто не могу быть один, понимаешь? Если бы вас тут не было, я точно начал бы сходить с ума. Вы знаете, что такое сумасшедший принц?
– Нет, но знать как-то и не хочется. – Хаск подмял под себя лапки.
– И я о том же.
– Ты правда веришь, что тебя найдут? – Вдруг спросил Энджел, подбегая ближе.
Странная привычка этого паука скакать с темы на тему иногда убивала. Сложно было постоянно переключать мозг на новую волну раздумий и мыслей.
– Ну... Конечно. А почему нет?
– Ты здесь уже около двух недель. Люцифер, не пойми неправильно, но... Никто может и не прийти. – Покачав головой, паучок осел на землю. – Я тоже когда-то ждал. У меня есть родственники в Аду, и... Ну, я ждал. Был уверен, что они хотя бы попытаются меня найти. Но уже как несколько лет, я и слышать ничего не слышал о поисках кого-либо, а уж тем более известной порно звезды. А ты и сам подтвердил, что никаких поисков не было. Пропал, до и хуй с ним.
– Но ведь, я принц. – Вдохнув полной грудью, Люцифер неожиданно засомневался и сам. – Меня должны найти.
– А что если нет. Что если, в Раю уже есть новый правитель?
– Люцифер, правда, не хочется тебя ещё больше расстраивать, но... – Хаск вздохнул. – Ты и сам знаешь, какие легенды ходят об адских пустошах. Не то что ангелы, сюда и демон какой не зайдёт. Бесы и вовсе, насколько я знаю, эти места по сей день стороной обходят.
– Ну не могу же я всю жизнь здесь.. – Испуганно прощебетал Люцифер, притягивая к себе колени. – Лебедем плавать в озере, и по ночам шляться по окрестностям. Я не могу от сюда никуда уйти. Я не знаю где я. И если вечером, я не буду на озере, то не смогу принять свой облик, и останусь птицей. Это как замкнутый круг.
– В этом то и дело. Даже если они найдут это место, не факт, что найдут и тебя. Вдруг ты будешь в этом моменте лебедем?
– Хаск, не накручивай ситуацию.
– Энджел, я говорю как есть. – Кот сел прямо, и уверенно посмотрел на друзей. – Нельзя просто ждать спасения. Нужно самому искать выход. Хуй кто тебя спасёт, пока ты таишь надежды. Не будьте наивным, Ваше Высочество.
– Я всегда наивен, Хаск. – Люцифер вздохнул, и положил голову на колени. – Просто я всегда верю во что-то. Мне нужно во что-то верить. Да, я наивный принц, что верит в спасителя на белом коне, или хотя бы на обычного спасителя, без коня. Хоть плетью бейте, но я больше похож на принцессу.
– В твоей ситуации, ты Рапунцель. – Энджел хмыкнул, складывая две передние лапки вместе.
– Кто?
– О, ну... У людей есть такая сказка. Или мультик... И то и то, вроде. Мультик я видел уже здесь, в Аду, где-то на пиратке с земного интернета смотрел, а сказку мне сестра рассказывала. Если коротко, это истрия о девушке с длинными волосами, что была заточена 18 лет в башне, и ждала своего спасения, желая свободы, а злая мачеха не давала ей выйти из башни, прячась за маской доброй матушки.
– Я не хочу сидеть тут 18 лет. – Испуганно проговорил Люцифер, вжимаясь в свои колени.
– Вообще, очень даже похоже. – Прокомментировал Хаск, задумчиво дёрнув усами. – Башня в нашем случае озеро, мачеха это Лилит, а спаситель... А кто был в сказке спасителем?
– В сказке вроде принц. – Протянул Энджел, вспоминая детали. – А в земном мультике какой-то варюга. Сексуальный варюга.
– Фу, блять. – Хаскер сделал вид, что его сейчас стошнит, и склонил голову.
– Принц? Но я и сам принц. В своей сказке, я должен стать собственным спасителем, получается?
– Ну почему же. У нас есть ещё один принц.
– Ха? – Люцифер даже в изумлении поднял брови, и поднял повыше голову. – Аластор?
– А почему нет? Ты у нас в роли принцессы, так что идёшь не в счёт. Остаётся адский наследник! – Весело пропев какую-то мелодию, паук покачался из стороны в сторону. – Я мало что знаю о нём, но он подойдёт на эту роль. У вас же с ним брак по расчёту, да? Ну и супер! Вот и мотивация.
– Энджел, ты кое-что забыл. Мы с ним больше не имеем общих планов. Отец и тётя Юберта расторгли договор о нашей помолвке сразу после неудачного бала, и нескольких лет попыток. В нас разочаровалась знать адского общества, поэтому... Нас ничего не связывает. У Аластора нет причин спасать меня из "заточения".
– Но ты же рассказывал, как у вас там было всё на балу! – Паучок не унимался, и вскочил на лапы. – Красиво, мелодично, вы танцевали, смотрели друг на друга, а потом поцеловались! Разве это не похоже на что-то вроде любви? Причина Аластора найти тебя — любовь!
– Да какая там любовь, Энджел, не смеши. – Люцифер даже улыбнулся. – Он просто засмотрелся на мою красоту.
– Да какая там красота, Ваше Высоче...
– Энджел!
– Нет, правда. – Люцифер прыснул от смеха, наблюдая как Хаск вновь чуть не задавил своего друга. – Мне обидно, что столько лет у нас ушло зря. Но всё же. На балу он не смог даже ответить на вопрос, что ещё кроме красоты его во мне привлекает. Он поцеловался с райским принцем. Но не со мной. Кто для него Люцифер? Если просто красивый ангел, то он может меня и не думать искать. Сейчас он этого не найдёт.
– А может ты просто на него надавил, и поэтому на балу он просто не нашёлся с ответом? – Хаск осторожно убирает лапу с брюха Энджела, давая ему возможность наконец двигаться. – Ты сам то что чувствуешь?
– К Аластору?
– Да.
– Ну... Знаете, мне просто обидно. Столько лет вместе, столько всего друг о друге знаем, а он просто назвал меня красивым. Глупо.
– Ты очень любишь это слово. – Энджел улыбнулся. – Для тебя всё "глупо".
– Но правда! 14 лет вместе, а назвали лишь красоту! Мог бы хотя бы смелость назвать, серьёзно. – Насупившись, Люцифер скрестил руки.
– Смелость?
– Я ему в первый день знакомства чуть глаз не выколол. Да и мы часто дрались из-за всякой ерунды. Чаще всего побеждал я. Поэтому... Да, смелость. – Гордо хмыкнул Люцифер, вспоминая те деньки, когда его ещё юный мозг не заморачивался над проблемами серьёзнее некрасивой игрушки.
– Ну прямо повод для гордости!
– Лучше, чем гордость за порно.
– За отличное порно, попрошу заметить! – Энджел насупился. – Да в Аду и по сей день нет такого же таланта как я!
– Сосать хуи каждый может. – Хаск даже рассмеялся, хотя насколько Люцифер знал, подобные темы ему были не очень приятны, особенно с разговорами о них на постоянной основе.
– Сосать надо уметь правильно! – Возмущённый принижением своего "благородного статута порно звезды", Энджел подскочил на лапы, и даже подпрыгнул. – Вот ты знаешь, что быстрый темп долбёжки в рот, не означает сто процентное удовольствие? А вот если медленно, иногда оттягивая кожицу...
– Энджел! Фу! Нет! – Люцифер закрыл рот рукой, и отвернулся, чувствуя как к горлу подступил тошнотворный комок.
– Да ладно! Тебе же в любом случае когда-нибудь это надо будет узнать! – Паук рассмеялся, помахав лапкой перед собой, и привлекая к себе внимание. – А с мужем как жить будешь?
– Точно не снимаясь в порно, и не рассказывая о минете своим друзьям. – Сквозь не отошедшую рвоту проговорил принц, прикусывая губу, и чувствуя на языке собственную кровь. Грёбанные клыки.
– Ну скучная у тебя жизнь конечно – он лишь закатил глаза, поворачиваясь к Хаску. – Ему ещё учиться и учиться.
Кот лишь покачал головой.
– Надеюсь его учителем будешь не ты.
* * *
– ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?!
Вокс негодующе догонял шедшего впереди Аластора, и осуждающе что-то щебетал себе под нос. Кажется, Аластру не стоило говорить ему о своих планах.
– Связался с Лют. – Сквозь зубы проговорил принц, вышагивая в сторону небольшого дворцового сквера. – Завтра она прилетит во дворец.
– Ты вообще с катушек слетел? А спросить Рози? Её Величество?
– Матушка и Рози наверняка бы выразили протест, так же как и ты. – Удивляясь глупости грешника, Аластор сжал крепче в руке свой лук. – А мне это нужно.
– Для чего? Чтобы заработать себе новых побоев? Сорвать ещё одну нервную клетку этой ненормальной? Что? ЧТО? – На экране Воска всеми цветами радуги поочерёдно горели пиксели. – Что тебя сподвигло на этот поступок?!
– То что я уже две недели бездействую! – Наконец вспылив, принц остановился, и развернувшись, ткнул в Вокса концом оружия. – Я терплю ради матушки! Я надеялся, что солдаты отправленные на поиски королевской пропавшей семьи смогут их найти! Она дала мне на это надежду, сказав что "Мы помогаем ангелам, чем можем", а сама всё равно поставила королевство превыше всего, и уже наверняка и забыла о Люцифере и Всевидящем! Вот, ты помнишь, чтобы матушка хоть раз за эти две недели упоминала о райском правителе?
– Нет... – Задумчиво ответил грешник, вспоминая посление дни.
– Вот именно! Такое чувство, что ей всё равно на это. "Поматросил, и бросил". Пока была выгода выдать меня замуж, она помнила о Всевидящем и его сыне, а как только договор расторгли, она и помнить о них не помнит!
– Но она королева целого, можно сказать, мира! – Вокс убрал от себя лук, и вскинул руками. – Ад — огромное королевство, полное не то что опасностей, а банального страха и несправедливости. Мы, грешники, всё больше создаём проблем, у нас перенаселение, чем страдает не только круг Гордыни, а те же бесы, что адские пустоши то вырубить не могут, чтобы предоставить себе больше пространства! Да, она заботиться в первую очередь о своём народе. Всевидящий сделал бы так же, Аластор. Он правитель. И она тоже правитель. И ты, блять, тоже!
– Я принц. У меня нет ещё многих прав целого правителя. – Скорее капризно, возразил Аластор. – Поэтому, – более насмешливо добавил он – я и ищу Люцифера. Хочешь чтобы я правил? Да пожалуйста. Только после того, как со мной на трон сядет и райский наследник!
– А если он тебя не любит? – Грешник сокрушительно приложил руку к горячему монитору.
– Если ответил на поцелуй, значит любит! Да и если бы не любил, не расстроился бы так, чтобы уговорить отца уехать от нас. Если бы не любил, продолжил бы издеваться, не закрылся бы в комнате, не донимал бы своих ангелов, и просто бы не спросил меня о "красоте". Это банальная логика, Вокс!
– А если это просто привязанность? Если он просто привязался к тебе?
– А потом после ответа "Ну а что ещё", сразу чуть ли не в слёзы кидался, да? Боже, какой ты тупой...
– Спасибо, Ваше Высочество, я это учту.
Оставшиеся дорога до сквера прошла в тишине. Вокс не смел больше возмущаться, на что Аластор лишь благодарно вздохнул.
Две недели. Две недели, он ничего не делал. Ждал, надеялся, — попросту тратил время. С каждым днём слова матери всё больше казались скорее просто отвлекающими, чем утешительными. Никто не говорил о поисках. Солдаты, что возвращались с лесов, молча качали головами. Было ощущение, что всем на всё всё равно. В конце концов нервы сдали, и вопреки всем своим принципам, Аластор связался с Лют. С тем ангелом, что единственный выжил после той ночи. Объяснил ситуацию, сквозь зубы просил прибыть обратно в Ад, и помочь в поисках Люцифера. Ангел не была против помогать, но очень не хотела делать это рядом с ним и другими демонами. Она не верила, что Аластор делает это по своей воле, что тот испытывает какие-то чувства к Люциферу. Но найти друга она хотела. Они сошлись на том, что в адские пустоши пойдут только вдвоём. Аластор и Лют. Аластор поклялся не брать с собой ни одного своего солдата, а в случае неисполнения своей клятвы, дал разрешение убить тех грешников, что будут с ним. Лют поверила, так и договорились.
Матушка об этом пока не знала. Аластор ничего не говорил. Рози он хотел предупредить сразу после своей тренировки в сквере, но не был уверен, что стоит говорить правду. Мало ли, ещё как Вокс отреагирует — и пиши «пропало», план провален. Скажет, что завтра на весь день уедет на круг гнева, повидаться с одним из знакомых бесов. Можно даже сказать, что он поедет к Столасу, так же будет меньше подозрений? В любом случае, о том что он вместе с Лют едет в место, где пропала целая королевская семья, он не скажет.
Сквер за дворцом был в каком-то смысле территорией что принадлежала всем. Тут не было запрещено гулять обычным грешникам, но и свои правила были. К примеру, запрет на любые виды драк и сражений. Это нейтральная территория, на которой все равны, вне зависимости от своей силы. Королева Юберта любила проводить чаепития на одной из площадок в секвере. Собирала своих богатеньких-высшихдемонов, и за чашкой чая обсуждала с ними адские сплетни, на свежем (если таким можно назвать) воздухе. Единственное место, за исключением дворца, где королевская семья так же была равна перед всеми, и где можно чувствовать себя в безопасности. Аластор любил здесь тренироваться. Правилами же не запрещены тренировки со слугами, верно? Рози ещё долго проклинала принца, за его способность находить лазейки в запретах.
– А вот и наши! – Наконец вздохнул Аластор, подходя к обширной поляне со множеством грешников. Все они работали во дворце, поэтому особо незнакомых лиц не было.
– Аластор, Вокс! Вы опоздали. – Рози постучала пальцем по свитку у себя в руках, и вкрадчиво кивнула на небольшую толпу грешников. – Мы заждались.
– Прошу нас простить, но у нас с Воксом произошёл некий конфликт, который мы уже уладили. – Улыбнувшись, принц оглянул местность вокруг себя, и удовлетворённо выдохнул.
Это место он любил. Адская трава была здесь менее жёсткой, деревья не стояли голыми, а тёмными оттенками зелёной листвы отдавались на фоне красного адского неба. Странный негармоничный казус цветов. Но деревья вырубать запрещено, пусть и режут многим глаза, а единственные зелёные во всей преисподней. Иногда матушка решалась на мелкое колдовство — над сквером небо светлело, окрашиваясь голубым. Аластору говорили, что на Земле так и выглядит небосвод. На это было непривычно смотреть, хотя сказать что это не красиво — соврать. Сегодня матушка не колдовала, хотя насколько Аластор знал, проводила именно сейчас чаепитие в этом сквере. Что ж, хотя бы отвлекать не будет.
– Погодите-ка... – Посмотрев на грешников, принц только сейчас заметил изменение в составе слуг. – Рози, но это же не солдаты, а...
– У солдат сегодня выходной, поэтому я попросила музыкантов заменить их! – Улыбнувшись, Рози хлопнула в ладоши.
– Ты нас заставила! – Грешник низкого роста, и широкого телосложения вышл вперёд своих друзей. Насколько помнил Аластор, в дворцовом оркестре он играл на трубе.
– Это не важно. В итоге же вы всё равно здесь. – Отмахнувшись, и развернув свиток у себя в руках, девушка пробежала по строчкам написанного, и опять вернулась к разговору. – Думаю, ничего же страшного, что твоя тренировка пройдёт чуть иначе, да, Аластор?
– У меня нет предпочтений, в кого стрелять — в солдата, или музыканта. Если у вас, – он повернулся к грешникам, – быстрые ноги, то думаю сегодня обойдётесь без травм.
– А могут быть травмы? – Испуганно спросил один из музыкантов.
– Психологические да, про физические пока не знаем. – Скептически подметил Воск, ровняясь с Аластором.
– Вокс!
– Что? – Он повернулся к осуждающей Рози – я третий раз за две эти недели на подобную тренировку прихожу, а у меня уже травм, на психологов 10!
– Психолог? В Аду? – Опустив уши, Аластор взглядом принизил Вокса.
– А может я с райским психологом общался.
– Искупиться хочешь?
– Упаси господь.
– Не знал, что ты верующий. – Аластор хмыкнул, больше не заинтересованный в разговоре, и повернулся к Рози. – Начинаем.
* * *
Обычно на тренировках им помогали бесы. Аластор наотрез отказывался стрелять просто в бесов, поэтому заставлял одевать тех звериные маски, чтобы на душе хотя бы немного становилось спокойней. Он любил этих чертят, и стрелять прямо в них для него было сложно. Легче было представить на месте беса какого-нибудь зверя. Но сейчас в его распоряжении были грешники. Это другое дело. Сами по себе, они чаще всего походили на каких-нибудь земных зверей разных видов, поэтому особого сожаления на стрельбе не вызывали. Да и, они же грешники. Их Аластор не любил. Даже к приближённым грешникам в виде тех же Ви он относился с опаской. Из этой расы адского населения, он доверял лишь женским особям, и то не всем. Те же Ниффти, Рози и Вельвет заслужили куда больше уважения к своим персонам.
– Я музыкант, а это дело тонкое! А я зверей играю целый день! – Возмущался долговязый грешник, что мордой был похож на волка. – Не нужно мне никакого сражения, это чёртово унижение для меня и моего статуса!
– Ещё слово, и у тебя не будет статуса. – Аластор нахмурился, жмурясь сильнее. Повязка на глазах полностью закрывала возможность смотреть на мир.
Грешник замолчал, так же как и несколько других.
Рози стояла чуть поодаль, дожидаясь готовности к началу. Пока слуги собирались в кучку, Вокс безуспешно пытался завязать свои глаза.
– Может мне тебя выключить? – Вдруг не выдержала Рози, нетерпеливо смотря как повязка постоянно спадывала с квадратного лица. – Столько времени теряем.
– Если выключить, я вообще ничего не буду видеть. – Упрямо возразил Вокс, включая чёрный экран.
– Прошу меня простить за столь громкие слова, но ты и так плохо стреляешь из лука. Может, наслепо хотя бы в кого-нибудь попадёшь?
– Что?!
– Вокс, успокойся. – Аластор дёрнув ухом вытянул левую руку, преграждая грешнику путь в сторону Рози. – Просто смотри в пол. Давайте уже начинать!
Все согласно кивнули.
Рози достала из кармана своей длинной юбки небольшой секундомер. Аккуратно наклонившись, и положив на землю рядом с собой свиток, девушка приподняла руку, и начала молчаливый отчёт о начале "боя". Через секунд 10, она махнула рукой, и все грешники в немом ужасе рванули со своих мест, разбегаясь в разные стороны. Подождав в две секунды, Роза вздохнула, и обернулась к Аластору и Воску.
– Вперёд!
Правила этой игры просты. Грешники — теперь добыча. Их задача не попадаться под стрелы охотника. Убегать далеко нельзя, прятаться долго под запретом. Основная задача — быть мишенью. У Воска и Аластора задача легче. Бегать за грешниками не нужно, но стрелять обязательно. Здесь они охотники. У обоих на поясе висит колчан с тренировочными стрелами. Наконечники стрел специально заменены на мягкие упругие насадки, перепачканные в красках. У Аластора — красные стрелы, у Вокса — синие. Цель игры ещё более проста. Попасть как можно больше раз в добычу. Научиться слышать, видеть, целиться, и не жалеть своих сил для победы.
После команды Рози, Аластор срывает с себя повязку, наконец открывая себе глаза. Повязка нужна, чтобы не видеть куда бежатьгрешники. Вот только, половина из них — даже бо́льшая часть, — и до ближайших кустов убежать не успела. Хватая первую стрелу из колчана, Аластор прикрывает её к луку, и целится. Под прицел попадает тот самый волк. Грешник что-то копошился, метаясь из стороны в сторону, не зная куда себя деть. Долго зацикливаться на нём было пустой тратой времени, поэтому резко опустив тетеву, принц пустил в полеёт первую стрелу этой игры. Летел снаряд недолго, и прилетел в самое яблочко. Стрела попала грешнику в самый нос, упрямо отскочив назад, и отлетая в сторону. На носу остаётся красное пятно от покрашенного наконечника, что означает первые баллы зачисленные на счёт Аластора.
Он с детства увлекался стрельбой. Особой проблемы в быстрых действиях у Аластора никогда не возникало, поэтому его стрелы метались по всей поляне, постоянно попадая в тела нясящихся из угла в угол грешников, и помечая их красными пятнами попаданий. Где-то в стороне Рози восторженно хлопала в ладоши, выкрикивая восхищённые слова. С боку слышалось недовольное бормотание Вокса. Его стрелы летали редко, и не очень метко, попадая разве что в деревья или траву под самыми ногами. Один из смылых грешников это заметил, и смеясь не побоялся даже подойти к Воксу, что неуклюже пытался прислонить стрелу к тетеве. Грешник, по сравнению с Воксом — совсем маленький. Кролик на коротких лапках. Не смотря на рост, не боялся смеяться прямо сопернику в экран. А Вокс и сделать ничего не мог — лишь спустя секунды зарядил лук, нацелился, и отпустил снаряд. И то промазал, а смеющийся грешник весело повилял хвостом и упрыгал дальше. Так одного из Ви ещё не оскорбляли.
– Десять секунд! – Посмотрев на секундомер, Рози подняла руку, и в голове начала отчёт до нуля.
Суматоха на поляне ускорилась. Грешники прятались за деревья, высовывая головы, и получая в морды красными стрелами. Бегали туда-сюда, то и дело с молитвами и призывами к богу уворачиваясь от стрел. Почти каждый из них был похож на тех самых красных чертей из народных сказаний. Чаще всего, Аластор попадал грешникам в голову, поэтому то выглядело странно.
– Пять секунд!
– Да блять! – Вокс всё целился в неугомонного кролика перед носом.
Тот вертелся как хотел. Два передних выпирающих зуба постоянно сверкали в широкой улыбке, и тело постоянно уворачивалось от синих снарядов придворного грешника. Вокс злился, даже не обращая внимания на других оставшихся целей. Этот неугомонный кролик стал для него главным соперником. Пустив последнюю стрелу, он с надеждой замирает, смотря за её полётом.
Вокс пустил свою стрелу идеально. Она летела без малейшего колебания прямо в голову нахальному грешнику, что последние минуты донимал Вокса своим грёбанным задом. Оставалось всего несколько секунд, до завершения игры. Единственное попадание, но самое лучшее, за всю его жизнь. Секунда, вторая... И стрела не делетая до цели, меняет своё направление, сбирая с курса. Падает куда-то под кусты, и больше не несёт в себе надежды. За то вместо неё, до цели долетает другой снаряд, окрашенный в красный цвет.
Стрела Аластора попадает кролику между глаз.
– Время!
– Ды вы блять издеваетесь?! – Вокс возмущённо откидывает в сторону свой лук. – Это невозможно! Аластор, они носятся как кролики, в них хуй попадёшь..!
В этот момент он наконец обращает внимание на других грешников.
Угрюмой толпой, слуги выходит из-за деревьев и кустов. Все в красных пятнах, на одежде и коже, некоторые падают прямо на землю, бессильно раскидывая руки, кажется, благословляя небеса за то что они живы (пусть и в относительном смысле). Среди всех этих красных пятен, не было не одного синего. Ни единого попадания.
– Ну не знаю. Сложновато, но вполне выполнимо. – Гордо закинул подбородок Аластор, усмехаясь, и оборачиваясь к товарищу.
– Да вы издеваетесь... – Сокрушительно повторяет Вокс, опустив руки, и включая на своём экране значок загрузки.
– Это просто прекрасный результат, Аластор! – Рози весело подобрала несколько стрел с земли, складывая их в красный колчан принца. – Если так подсчитать, тот будет около шестидесяти очков!
– Да откуда у вас столько стрел?! – Ни кем не услышанный, один из Ви гневно топнул ногой.
– За пять минут, это просто отличнейший результат! Молодец, Аластор.
– Лют говорила, что нападающий на них двигался очень быстро. Чем быстрее я научусь стрелять, тем больше вероятности подстрелить этого гада. – Сжав лук одной рукой, Аластор посмотрел в небо. – Это в лучшем случае.
– Ты всё ещё надеешься найти Люцифера? – Вздохнув, Рози подняла взгляд вслед за принцем. – Всё королевство уже говорит, что его нет в живых.
– И вы все неправы. – Он нахмурился. – Он жив. И когда я найду его, я вам всем это докажу.
– Ты две недели готовишься ко встречи с неизвестно кем, зная о нём только то, что он быстро двигается, и бьёт точно в сердце. Не бредово ли это?
– Бредово — это сидеть две недели без дела.
– Наши солдаты помогают в...
– Да-да, я уже слышал это. "Наши солдаты помогают в поисках Люцифера и Всевидящего райским войскам, но к успеху это пока не приводит". Признай, что вы все уже просто смирились, вот и всё. – Сокрушительно посмотрел на советницу, Аластор вздохнул. – А я ещё нет. Я верю, что они оба живы. Всевидящий бог. Он создал всё что мы видим. Он не мог просто раствориться, как это говорила Лют. А Люцифер его сын. Частичка души бога. Это не делает его бессмертным, но и не даёт повода думать, что его так просто убить. Правда, вам же на это всё равно...
– Нет милый, нам не всё равно. Просто...
– И это я тоже слышал. "Просто мы думаем о своём королевстве". Вы с матушкой говорите на одной волне.
– Я её советница, Аластор. Что говорит она, говорю и я.
– Логично. – Повторно вздохнув, принц, наконец разжал хватку на своём оружии.
Грешники на поляне непонимающе топтались. Стоило взглянуть на них, и Аластору становилось ещё тяжелее на душе. Вот он, — его народ, избитый собственным правителем. И где гарантия, что они в будущем ему не отомстят? Не поднимут бунт, не свергнут с трона? Да, они обычные грешники. Что может грешник? Ничего. Но если найти единомышленников, станет уж гораздо больше одного. Грешники это часть Ада. Часть его дома, и королевства. Он должен заботиться об этих выродках, как бы ему они не были неприятны. В прошлой жизни люди, в этой жизни слуги, но всегда под властью. Голос разума Аластора так и кричал о справедливости дальнейших действий.
И он его послушал.
– Возьмите три дня выходных. – Снимая с пояса затянутый на ремень колчан, Аластор обратился к грешникам. – Тренировок в эти дни уже не будет, да и мероприятий никаких не запланировано. Сходите в город, развейтесь, или просто полежите у себя в комнатах.
Грешники переглянулись. Неужели не ожидали такой милости? Кажется, Аластор перестарался с образом хмурого принца.
– Спасибо, Ваше Высочество. – Вперёд вышл тот самый кролик. С красным пятном на носу, он выглядел смешно.
Аластор улыбнулся, и кивнул. Было приятно слышать слова благодарности, спустя такое долгое время.
– Ну вообще-то... – Рози показалась прямо из-за спины. – Послезавтра у нас бал. Музыканты будут нужны, но это будет вечером, хотя, если я немного напрягусь, то смогу найти им достойную замену..
– Какой ещё бал? – Аластора передёрнуло от одного только слова. Прошедший неделями ранее бал не вызвал у него никаких положительных эмоций, и поэтому сейчас, слыша эти слова, хотелось с концами выдрать свои рога.
– Королева Юберта устраивает бал. – Вежливо, будто бы напоминая, начала советница. – На бал приглашены все демоны королевства из знатных семей, естественно незамужние. Тебе предоставят выбор из множества достойных партнёров, для того чтобы ты выбрал себе жену, или же мужа, и...
– ВЫ ХОТИТЕ МЕНЯ ПОСВАТАТЬ ПРОСТО ТАК?! – Рога резко взросли не менее чем на 20 сантиметров. Последний раз такой абсурд он слышал неделями ранее, перед "роковым" балом.
– Тебе уже 17, Аластор. Твоей матушке несколько тысяч лет, с момента создания Земли. Аду нужен король, а чтобы был король, нужен брак. Только в таком случае, матушка отдаст тебе престол...
– Да нахуй мне этот престол?! Вы хотите, чтобы я за один вечер просто так решил кого мне взять в брак на всю жизнь, и потом править с этим существом целым королевством? Рози, ты сама то понимаешь, что говоришь? Какой это бред?
– Аластор, я всё прекрасно понимаю. Но таковы правила. Если до 18-и не найдёшь себе половинку, за тебя это сделает твоя матушка. Она даёт тебе возможность выбрать это сейчас, понимаешь? – Как можно мягче, Рози положила руку на плечо принца.
– Ах, так сейчас, когда я уже определился, она дала мне возможность выбрать, спасибо! – Капризно топнув ногой, и скинув с плеча руку, Аластор фыркнул. – Она мне говорила, что мы будем ждать возвращения Всевидящего! Она мне многое говорила! Все эти дни, она только и говорила о том, что нужно "жить и надеяться"! А в итоге, сама просто взяла, и всё перечеркнула. А моё мнение? Вам опять нет дела до меня? Ну же, Рози, ты же её советница! Что говорит она, говоришь и ты!
– Аластор, ты просто не понимаешь всей значимости этого всего. – Вздохнув, она покачала головой. – Прошу тебя, хотя бы приди послезавтра на бал. Просто приди. Сделай вид, что кого-то выбираешь. Покажи матери, что хотя бы что-то делаешь ради неё...
– Я ВСЁ ДЕЛАЮ РАДИ НЕЁ! – Лук улетает куда-то в сторону. Непроизвольно, тело увеличивается в размерах, и уже приходится смотреть на Рози сверху вниз. – Я даже сейчас нахожусь здесь ради неё, Рози! Все эти две недели! Я 14 лет терпел ради неё, и сейчас тоже это делаю! Она делает это не ради меня, а ради королевства, ради трона!
– Она любит тебя, Аластор! – Вспыхнув, и не прикрывая зрительного контакта, девушка нахмурилась.
– Если любит, тогда почему никогда не слушает? – Вернувшись к прежнему размеру, Аластор горько закусил губу, опуская уши. – Почему я постоянно иду ей на уступки, отрезая собственные желания и комфорт? Я хочу жить, Рози! Хочу любить, и хочу чтобы любили меня; хочу чтобы я не ходил на балы, только потому что так сказала матушка, а хочу чтобы эти балы устраивал я, по своему желанию, и в удобное для себя время. Я просто хочу, чтобы хотя бы кто-то из вас слушал когда-нибудь меня. Ты советница моей матери, ты знаешь как мне плохо, но почему же ты не советуешь ей хотя бы раз послушать моего мнения?
Он даёт возможность ответить. Но Рози молчит. Грустно качает головой, но всё ещё смотрит на него.
Аластору обидно. Кошки на душе скребут, хотят разорвать её к чертям, и больше никогда не собирать.
Он молча уходит прочь. Слышит как его зовёт Вокс, что всё это время молча стоял в стороне. Слышит как Рози останавливает грешника. Слышит как грешники перешёптываются между собой, и как расходятся в сторону дворца.
* * *
В сквере было место, куда не ступала нога грешника. Красивое, и скрытое от людских глаз, в зарослях небольшого лесного островка.
Между деревьев тёк ручей. Вода на удивление тут была чистой, да настолько, что можно было увидеть камушки на глубине. Деревья здесь росли близко друг к другу, кронами закрывая всё что происходит внутри "леса". Тут никогда никто не гулял. Все предпочитали пройтись по чистым полянкам внутри сквера, но никто не любил его окраины. За то их любил Аластор.
В этом месте он бывал редко, но приходил только когда ему было плохо. Как сейчас.
Когда-то, он приводил сюда Люцифера. У них в тот день выдался на удивление хороший день, без единого спора и перепалки. Даже наоборот, они просто могли пообщаться, пусть и натянуто. Тогда, Аластор решил показать ему это место. Было забавно смотреть на искрящиеся ангельские глаза, что с восхищением смотрели на красоту забытого всеми места, прямо посреди Ада. Ангел метался от дерева к дереву, босыми ногами ступал в ручей, и игриво брызгался на Аластора. Был похож на ребёнка, коим и являлся.
Это было не так давно, всего пару лет назад, а кажется что прошла вечность.
Сейчас он лишь мог вздыхать, вспоминая даже обычные перепалки между ними. Если бы он мог, он бы привёл Люцифера сюда ещё раз. За два года, ничего тут конечно не изменилось, но так хотелось вновь увидеть искры в голубых глазах. Услышать удивлённое «Ах», и бормотание о красоте. Раньше, он почему-то не придавал этому значения. Почему-то раньше он вообще ничему не придавал значения. Он просто был. Просто слушал матушку. Просто спорил с Люцифером. Просто ждал. Чего-то ждал.
И сейчас он ждёт. Ждёт завтрашнего дня, ждёт когда найдёт хотя бы что-то ещё от пропавших Люцифера и Всевидящего, ждёт когда матушка перестанет вертеть его жизнью, ждёт когда сможет наконец перестать ждать. Перестать думать, что всё идёт не так не сейчас, а всё шло не так ещё давно.
– Как это всё сложно... – Опираясь о ствол дерева, Аластор садится прямо на землю, поджимая к себе одну из ног, а вторую выпрямляя.
Всё действительно сложно. И очень сложно перечислить всё что относится в категорию «сложно». Звучит очень глупо и неправильно, но на деле по другому и не передаваемо.
– Я люблю Люцифера. Я хочу его найти. Но если я пойду искать Люцифера, я огорчу матушку, которую тоже люблю. Но я долгие годы шёл у неё на поводу, делая всегда то, что хочет она, и не ставя свои «хочу» превыше её желаний. Я не хочу её обидеть, но и оставаться "маменькиным сыночком " я тоже не хочу. Пойдёшь туда — угодишь в одну яму. Пойдёшь сюда — упадёшь в другую. Так куда идти, чтобы угодить всем, и при этом остаться тем, кем хочешь?..
Ответ на этот вопрос он так и не нашёл. Сколько бы не искал у себя в голове, сколько бы не думал — всё равно ничего сказать не мог.
В конце концов раздумия сами собой прекратились. Мозг просто отказался работать дальше. Мысли смешивались в кашу, слова не обретали смысла, и даже банальные движения стали сомкнутыми и недоступными.
Кем бы он не был до этого, сейчас он просто Аластор. Не принц, не демон, и даже не олень. Он Аластор. Просто Аластор, что сидит возле ручья, и жалеет себя. Называет себя эгоистом, и оказывается прав. Знает, что поступает не неправильно, и что Люциферу сейчас хуже, но ничего не может поделать.
– Я завтра пойду тебя искать, обещаю – говорит он воздуху, надеясь, что его услышат. – Я больше не буду тянуть, и больше не буду жить надеждами. Только это завтра. Пожалуйста, дай мне время до завтра. Я приду прям к тебе, только подожди немного...
* * *
›‹ .⋆⠀ᚐПишите комментарии, они очень мотивируют писать продолжение 🍃🌹
Автору на чай — 2202206875894490 (сбер)