Осколки любви
Карина, словно окаменев, смотрела на эту сцену. Высокая девушка, небрежно запахнутая в шелковый халат, в проеме двери казалась воплощением той жизни, которой у Карины больше никогда не будет. Интимность, уют, любовь – все, что Кислов забрал с собой, убегая, теперь принадлежало другой. А затем появился он. Кислов. Живой. Здоровый. И чужой.
Сердце Карины пропустило удар, а потом забилось с такой бешеной скоростью, что, казалось, разорвется в груди. После месяцев поисков, после каждой кошмарной фантазии о том, что с ним могло случиться, она нашла его. Нашла в чужом доме, в чужой постели.
Слезы, предательски катившиеся по щекам, обжигали кожу. Она все это время жила надеждой, что он в беде, что ему нужна помощь, что он ждет ее. А он… он предал ее.
"Милый, это кто?" – голос девушки прозвучал как приговор. Карина замерла, ожидая ответа, надеясь на какое-то чудо, на объяснение, которое все изменит. Но Кислов молчал. Его глаза, когда-то полные тепла и любви, сейчас были холодными и равнодушными. Он знал, что его обман раскрыт, что его друзья все ей рассказали.
Затем он подошел к этой девушке, к той, которая заняла ее место, и произнес слова, которые вонзились в Карину, словно осколки стекла: "Это по работе."
Ложь. Даже сейчас он продолжал лгать, презирая ее чувства, презирая их прошлое. Девушка с недоверием посмотрела на Кислова, но послушно отступила, позволяя ему выйти в подъезд.
Карина отшатнулась от него, как от огня. Ей было противно его прикосновение, его близость. Она не хотела слышать его оправдания, не хотела видеть его лживое раскаяние.
Он протянул к ней руку, его голос – тихий и сломленный – прозвучал как жалкая попытка исправить непоправимое: "Карин…"
Она отступила еще дальше. "Я тебе объясню," – сказал он, пытаясь приблизиться.
Ярость, копившаяся внутри, вырвалась наружу. Карина со всей силы ударила его по лицу, вкладывая в этот удар всю свою боль, все свое разочарование, всю свою любовь, превратившуюся в ненависть. "Урод! Ненавижу тебя!" – ее крик эхом разнесся по подъезду. Она бросила свою сумку на пол и, не оглядываясь, выбежала на улицу, заливаясь слезами.
Жизнь, которую она знала, жизнь, которую они строили вместе, оборвалась в одно мгновение. Он предал ее, разбил ей сердце, украл ее будущее. Он жил себе спокойно, нашел замену, а она… она потратила месяцы, оплакивая его, надеясь на его возвращение.
Вечер окутал город своим темным покрывалом. Карина шла по улицам, растрепанная, с красными от слез глазами, не обращая внимания на прохожих. Куда ей идти? Что ей делать? Ответа не было.
Добравшись до своей квартиры, она распахнула дверь и, не разуваясь, не включая свет, прошла в свою комнату. Там, в темноте, она рухнула на кровать и закричала, закричала от боли, отчаяния, от невыносимой пустоты, которая образовалась в ее душе. Ее сердце было разбито в клочья, разлетелось на тысячи осколков, которые уже невозможно было собрать.
Неделя превратилась в две. Карина пропала. Она не отвечала на звонки, не выходила на связь. Друзья и родственники забеспокоились, но не могли ее найти. Кислов тоже искал ее, терзаясь чувством вины и осознанием того, что он натворил.
Все это время Карина существовала в полумраке, как призрак. Она кое-как ела сухомятку, большую часть времени просто лежала в постели, рыдая. Она ничего не хотела: ни есть, ни пить, ни жить.
Вдруг, однажды вечером, в ее дверь постучали. На пороге стояла Рита, ее лучшая подруга. Увидев Карину, Рита бросилась к ней, крепко обнимая. "Я так сильно переживала! Где же ты пропадала?" – шептала она, пытаясь успокоить рыдающую подругу.
Рита осталась с Кариной, накормила ее, умыла, привела в порядок. Она пообещала, что завтра придет с настольными играми, чтобы отвлечь ее, чтобы помочь ей забыть обо всем.
Рита ушла, но Карина так и не смогла уснуть. Время тянулось медленно, словно издеваясь над ней. В четыре утра она, не в силах больше оставаться в четырех стенах, вышла из квартиры и поднялась на крышу.
Свежий ночной воздух немного охладил пылающее лицо. Карина подошла к краю крыши и села, свесив ноги вниз. Город расстилался под ней, как бескрайнее море огне
й. Она хотела вдохнуть этот воздух полной грудью, почувствовать себя свободной, но боль в сердце не отпускала.
Она сидела там, на краю, между жизнью и смертью, между прошлым и будущим, между надеждой и отчаянием. Она сидела и думала, думала о Кислове, о предательстве, о потерянной любви.
И вдруг...