Fairy Tail: Wayfaring

«Я удив­лен, что вы ос­та­лись со мной на этих пот­ре­пан­ных вре­менем стра­ницах и про­дела­ли та­кой боль­шой путь с 1957-ого го­да. И, что­бы не нас­ку­чить вам окон­ча­тель­но, я мед­ленно под­хо­жу к кон­цу мо­ей ужас­но ба­наль­ной ис­то­рии.
Как вы уже по­няли, я был обыч­ным че­лове­ком. Я не сни­мал­ся в ки­но, не сжи­мал в ру­ках мик­ро­фон­ную стой­ку и не был го­лосом по­коле­ния Х*, по­доб­но Кур­ту Ко­бей­ну. Мне не суж­де­но бы­ло стать по­лити­ком, и я не спо­собс­тво­вал раз­ви­тию стра­ны, не стро­ил зда­ния, не де­лал на­уч­ных от­кры­тий. Я был обыч­ным че­лове­ком, ко­торый пе­режил все то­же, что и сред­неста­тис­ти­чес­кий че­ловек мо­его вре­мени.

И ес­ли за­думать­ся... На дво­ре 2030-ый год. Я ша­гал в но­гу с ис­то­ри­ей, ви­дя ее раз­ви­тие и скач­ки. Я жил, ког­да толь­ко по­яви­лись мо­биль­ные те­лефо­ны, ог­ромные аг­ре­гаты, ко­торые не­воз­можно бы­ло по­ложить в кар­ман, а сей­час к мо­ей ру­ке прик­реплен тон­кий брас­лет с го­лог­ра­фичес­ким эк­ра­ном. Я был ре­бен­ком, ког­да лю­ди сто­яли ог­ромны­ми оче­редя­ми за чер­но-бе­лыми те­леви­зора­ми, а сей­час, в 2030-ом го­ду, мы са­дим­ся с оч­ка­ми вир­ту­аль­ной ре­аль­нос­ти и са­ми ока­зыва­ем­ся в филь­мах, ко­торые смот­рим. Кто зна­ет, воз­можно, ког­да я ум­ру, че­лове­чес­тво ос­во­ит кос­мос, и к 2100-ому го­ду на пла­нете Зем­ля уже и не ос­та­нет­ся лю­дей. Но я и не хо­чу это­го уз­на­вать. Я про­жил пот­ря­са­ющую жизнь с прив­ку­сом до­рож­ной пы­ли и аро­матом гар­де­ний, с теп­лой ру­кой лю­бимой жен­щи­ны в мо­ей ла­дони и счас­тли­выми улыб­ка­ми де­тей.

Я пом­ню пер­вые се­дые во­лосы на го­лове. Я пом­ню, как у Лю­си на­чали по­яв­лять­ся ее пер­вые мор­щинки. Вре­мя дви­галось в сво­ем нап­равле­нии, и ста­рость мед­ленно под­сту­пала к нам. На­ши де­ти рос­ли, ста­нови­лись стар­ше и взрос­лее. В один миг, ког­да Джу­до при­вел за ру­ку сму­щав­шу­юся Ас­ку и пред­ста­вил ее семье, мы по­няли, что ста­рость уже пос­ту­чалась в на­ши две­ри.

Но я и Лю­си ни о чем не со­жале­ли.

Сей­час, пе­речи­тывая ис­пи­сан­ные стра­ницы, я по­нимаю, что поч­ти на каж­дой стра­нице меж­ду бег­ло на­писан­ны­ми стро­ками мель­ка­ло сло­во «счастье», и имен­но сей­час я осоз­наю, что эта ис­то­рия – не ис­то­рия мо­ей жиз­ни или люб­ви. Нет, эта ис­то­рия о че­лове­ке, ко­торый был счас­тлив.

О че­лове­ке, ко­торый был счас­тлив ро­дить­ся в семье лет­чи­ка и мед­сес­тры с за­меча­тель­ным стар­шим бра­том. Че­ловек, ко­торый нас­лаждал­ся го­лосом Бо­ба Мар­ли, по­кури­вая трав­ку и ри­суя пи­цифик на пес­ке. Я был счас­тлив и тог­да, ког­да ока­зал­ся в Лос-Ан­дже­лесе, по­пав под его па­лящее сол­нце и от­крыв но­вую стра­нич­ку жиз­ни под наз­ва­ни­ем «Гру­зови­чок Клай­ва». Я про­жил длин­ную, на­сыщен­ную жизнь с пес­ня­ми Мер­лин Мон­ро и Эл­ви­са, с тан­ца­ми под Битлз и про­курен­ным го­лосом Гил­дар­тса, под­пе­вав­ше­го Ми­ку Джаг­ге­ру. И я счас­тлив был про­жить эту жизнь. Не смот­ря на пре­пятс­твия, вста­вав­шие у ме­ня на пу­ти. Не смот­ря на сом­не­ния, ошиб­ки и раз­би­тые меч­ты. Я был счас­тлив. Ведь в мо­ей жиз­ни всег­да бы­ли лю­ди, ко­торые под­ни­мали На­цу Драг­ни­ла с ко­лен и да­вали си­лы ид­ти впе­ред.

И сей­час я мо­гу от­ве­тить на воп­рос, по­чему я на­чал пи­сать эту ис­то­рию. Я хо­тел, что­бы лю­бой че­ловек, ко­торый взял бы этот днев­ник и от­крыл его, смог по­нять: счастье мож­но най­ти сов­сем ря­дом, в ме­лочах, ок­ру­жа­ющих нас, ко­торые на пер­вый взгляд ка­жут­ся нез­на­читель­ны­ми, в пе­чень­ях в Со­чель­ник, в пес­нях, раз­но­сящих­ся из ста­рень­ко­го ра­ди­оп­ри­ем­ни­ка, в ок­ру­жа­ющих нас лю­дях.

И я про­жил счас­тли­вую жизнь, по­тому что вов­ре­мя по­нял эту ис­ти­ну».

На­цу от­ло­жил руч­ку, мед­ленно про­ведя кон­чи­ками паль­цев по ста­рой по­жел­тевшей бу­маге. Чер­ные чер­ни­ла при­тяги­вали взгляд, и муж­чи­на не мог пе­рес­тать пе­речи­тывать на­писан­ные стро­ки.

На гу­бах за­иг­ра­ла ус­мешка. С то­ликой грус­ти и нос­таль­гии по ушед­шим дням. С осоз­на­ни­ем, что на этих ста­рых по­жел­тевших стра­ницах бы­ла рас­ска­зана его жизнь. Все семь­де­сят три го­да бы­ли за­точе­ны здесь, в днев­ни­ке, ко­торый, воз­можно, ни­ког­да ник­то не проч­тет, ко­торый мо­гут за­быть где-то меж­ду за­читан­ным до дыр то­миком «Гор­дости и пре­дубеж­де­ния» и сбор­ни­ком тра­гедий Шек­спи­ра. Его мо­гут вы­кинуть, он мо­жет ис­чезнуть со стра­ниц ис­то­рии так­же, как и ког­да-ни­будь ис­чезнет имя На­цу Драг­ни­ла из па­мяти лю­дей.

Но, нес­мотря ни на что, этот днев­ник сох­ра­нит его ис­то­рию. Сох­ра­нит и, воз­можно, ког­да-ни­будь его сын или вну­ки от­кро­ют пот­ре­пан­ный от вре­мени днев­ник и про­чита­ют ис­то­рию, прос­тую, нем­но­го ба­наль­ную, но та­кую жиз­ненную, на­пол­ненную пе­режи­вани­ями, зву­ками му­зыки и аро­матом гар­де­ний.

- На­цу, - ти­хий жен­ский го­лос отор­вал муж­чи­ну от раз­ду­мий. Он пос­мотрел в сто­рону при­от­кры­той две­ри, в ко­торую ти­хо прош­ла Лю­си с лег­кой улыб­кой на гу­бах и го­рячим ча­ем на под­но­се. Он пом­нил ее под­пе­вав­шей Кур­ту Ко­бей­ну де­вуш­кой в ши­роко­полой со­ломен­ной шля­пе, оку­тан­ной си­яни­ем за­ходя­щего сол­нца. И нес­мотря на то, что ее во­лосы дав­но по­теря­ли свой зо­лотой от­те­нок, нес­мотря на мор­щинки и це­лый ва­гон проб­лем со здо­ровь­ем, он до сих пор ви­дел ее та­кой, ка­кой она пред­ста­ла пе­ред ним ров­но за се­кун­ду до то­го, как он, прос­той па­рень, сде­лал пер­вый шаг и нак­рыл ее гу­бы по­целу­ем. – Что де­ла­ешь?

Она прош­ла к сто­лу, сев на под­ло­кот­ник крес­ла, и про­тяну­ла ему круж­ку с ча­ем. Аро­мат гар­де­ний на­пол­нил ком­на­ту, и На­цу улыб­нулся, отод­ви­нув днев­ник.

- Ни­чего, - про­шеп­тал он. - Сов­сем ни­чего.

На­цу знал, что Лю­си за­мети­ла днев­ник, но как это всег­да и бы­ло, она не ста­ла за­давать воп­ро­сы. Она зна­ла, ког­да му­жу нуж­но бы­ло по­быть на­еди­не.

- Хо­рошо, - про­гово­рила она, мяг­ко пе­реби­рая се­реб­ря­ные пря­ди на за­тыл­ке На­цу. – Зво­нил Джу­до. Спра­шивал, что мож­но по­дарить на день рож­де­ния Лиз­зи.

- И что ты от­ве­тила?

- Что ему сто­ит пе­рес­тать зво­нить мне каж­дый год, за­давая один и тот же воп­рос, - ус­мехну­лась жен­щи­на.

- Бед­ный па­рень. Он со­вер­шенно не уме­ет вы­бирать по­дар­ки.

Лю­си по­коси­лась на му­жа.

- Ин­те­рес­но, в ко­го это у не­го.

- Я не ви­новат, что те­бе не пон­ра­вилось то платье, - про­гово­рил На­цу.

- Ми­лый, оно бы­ло пять­де­сят вто­рого раз­ме­ра, и оно бы­ло кис­лотно-зе­леное. С утя­тами!

На это муж­чи­на ре­шил про­мол­чать. Лю­си улыб­ну­лась на ка­питу­ляцию му­жа, нак­ло­нилась и ос­та­вила ко­рот­кий по­целуй на ще­ке.

- За­кан­чи­вай, На­цу. Док­тор ска­зал, что те­бе нель­зя пе­ренап­ря­гать­ся.

- Хо­рошо, - про­шеп­тал муж­чи­на, нак­рыв ее ру­ку сво­ей. – Я сей­час спу­щусь.

Лю­си пе­реве­ла взгляд с за­дум­чи­вого ли­ца На­цу на ле­жав­ший на сто­ле днев­ник и, ка­жет­ся, все по­няла. Она всег­да все по­нима­ла. И ког­да он ос­тался один в ти­ши ка­бине­та, на­пол­ненно­го лишь зву­ками ве­чер­не­го Нью-Й­ор­ка, На­цу вновь от­крыл днев­ник, взяв в ру­ки руч­ку и с улыб­кой на гу­бах, лег­кой и счас­тли­вой, на­писал пос­ледние сло­ва.

«Счастье - это не эфе­мер­ные меч­ты и фан­та­зии, а про­житая без со­жале­ний жизнь».
07.07.2030 г.

The past time so familiar
Ми­нув­шие вре­мена та­кие зна­комые,
But that's why you couldn't stay
Но это при­чина, по ко­торой ты не мо­жешь ос­тать­ся.
Too many ghosts, too many haunted dreams
Слиш­ком мно­го ду­хов, слиш­ком мно­го приз­ра­ков меч­ты,
Beside you were built to find your own way...
Хо­тя те­бе пред­на­чер­та­но най­ти собс­твен­ный путь...

Примечания:
* Поколение Х - термин, применяемый к поколениям людей, родившихся в разных странах с 1965 по 1979 гг.

Я это сделяль Q_Q
Спасибо огромное, что были со мной на протяжении всего рассказа. Я была счастлива путешествовать вместе с Нацу, и мне чертовски сложно расставаться с этой историей.
Также поздравляю всех с окончанием недели НаЛю.
С любовью, Куро ♥