Канун
Тгк: в гостях у ведьмы~
Две недели пролетели так, будто кто-то держал педаль газа на пределе. Каждый день после обеда девушка исчезала из дома, наспех оправдываясь бабушке чем-то вроде «пойду к подруге» или «есть дела в городе». Ён, конечно, замечала, что внучка поздно возвращается с усталым взглядом и пахнет машинным маслом, но пока молчала, ссылаясь, на работу в мастерской.
На самом деле эти дни были насыщены до предела. Каждый вечер они с Леви встречались на той самой заброшенной промзоне, где шум мотора звучал громче мыслей. Сначала было тяжело: ошибки, крики, резкие реплики парня. Но постепенно девушка начала справляться с трассой всё увереннее, и теперь чувствовала себя за рулём так, будто машина и она - единое целое.
— Время поджимает, — глухо сказал он, когда они сидели на капоте, отдыхая после очередной серии кругов. — До чемпионата меньше недели.
Рыжая оторвала взгляд от бутылки с водой, которую вертела в руках.
— Я знаю. — Она улыбнулась, но в глазах мелькнула тень волнения. — Но зато мы тренировались без передышки. Две недели! Это больше, чем у меня когда-либо было.
— Две недели — это капля в море, — скептически отрезал Аккерман. — Другие готовятся месяцами, а некоторые — с детства сидят за рулём.
— Но у меня есть ты, — дерзко бросила Унсури.
Он скосил глаза, хмыкнул.
— Считаешь, это твое преимущество?
— А разве нет? — Нэо подалась ближе. — Ты видел всё: и трассы, и людей, и победы, и... — она замялась, понимая, что лишнее слово о его прошлом может обидеть.
— И смерть, — договорил парень за неё, холодно, но без злобы.
Рыжая опустила глаза. Но вместо того чтобы отступить, сказала:
— Именно поэтому я тебе и верю. Ты знаешь, что бывает, если делать всё неправильно.
Бпюнет долго смотрел на неё, глаза серые и острые, как лезвие. Потом коротко кивнул.
— Ладно. Поехали ещё раз.
Мотор взревел. Колёса рванулись по асфальту. Девушка сжала руль так, будто от этого зависела жизнь. На этот раз трасса поддалась ей легко: резкий поворот, связка из двух виражей, потом прямая. Всё прошло почти идеально.
— Неплохо, — услышала она в наушнике, которые Леви недавно откопал где-то в своих вещах. Он стоял у края дороги, наблюдая за каждым её движением. — Но снова слишком резко сбросила газ перед третьим поворотом. Из-за этого теряешь скорость.
— Хотела сыграть на безопасном, — пробормотала она, возвращаясь.
— В гонке за безопасность наград не дают, — холодно отрезал Аккерман. — Или рискуешь, или остаёшься в хвосте.
— Ты иногда бесишь, знаешь? - вспыхнула Нэо, выскочив из машины. — Всё у тебя «не так», «слишком медленно», «слишком поздно»! Может, ты попробуешь сесть за руль, а?
Парень медленно поднял взгляд, и на секунду ей показалось, что он взорвётся. Но вместо этого он сказал тихо, почти мрачно:
— Я больше не сажусь.
Эти слова повисли между ними, как бетонная стена. Рыжая куснула губу, понимая, что опять задела больное.
— Извини, — шепнула она.
Он отвернулся, но спустя паузу произнёс:
— Поэтому и нужен кто-то вроде тебя. Твоя мать когда-то показала мне, что гонка — это больше, чем просто скорость. Сейчас у тебя шанс доказать то же самое.
Унсури смотрела на него, и сердце бешено колотилось. Его грубые слова на самом деле были поддержкой. И это значило для неё куда больше, чем любое «ты молодец».
Вечер клонился к ночи. Они снова сидели в машине, мотор уже был заглушен, но напряжение всё ещё витало в воздухе.
— Леви... — осторожно начала она, решаясь спросить. — Ты правда думаешь, что я смогу?
— Нет, — отрезал он.
— Что?! — девушка возмущённо распахнула глаза.
Он посмотрел прямо в её лицо.
— Я не думаю. Я знаю. Но если хоть раз начнёшь сомневаться в себе — тогда действительно проиграешь.
Её дыхание перехватило. Она не знала, как реагировать: то ли обидеться за резкость, то ли улыбнуться от тепла, спрятанного в его словах. В итоге просто усмехнулась и кивнула.
— Ладно. Тогда будем работать.
— Идиотка, — хмыкнул он. — Даже отдыхать не хочешь.
— Отдыхать буду потом, когда выиграю.
— Или когда врежешься в стену, — буркнул брюнет, но в уголке губ мелькнула тень усмешки.
Последние дни перед гонкой они работали до изнеможения. Девушка училась чувствовать машину каждой клеткой: когда стоит рисковать, а когда лучше сбросить. Парень же, несмотря на свои слова, следил за каждым её движением с почти болезненной сосредоточенностью.
Иногда он срывался: «Тормоз раньше!», «Не смотри на руль, смотри на дорогу!», «Ты что, оглохла?!». Иногда молчал, только губы сжимались в тонкую линию, а глаза становились тяжёлыми.
Но в моменты, когда у неё действительно получалось идеально пройти связку, Леви тихо кивал. И это кивок значил больше, чем любые похвалы.
Ночь перед чемпионатом выдалась тихой. Они сидели на капоте машины, смотрели на небо.
— Завтра всё начнётся, — пробормотала рыжая.
_ Завтра всё решится, — поправил Аккерман.
— И если я выиграю...
_ Если выиграешь, — перебил парень, — это будет только начало.
Она засмеялась.
— Ты никогда не даёшь расслабиться, да?
Он пожал плечами.
— Расслабленные гонки не выигрывают.
Унсури хотела что-то ответить, но вместо этого просто посмотрела на него. В его глазах отражались звёзды, и на миг ей показалось, что впервые за всё время он не прячет эмоции.
Эта ночь стала последним спокойным мгновением. Уже завтра Нэо должна будет выйти на трассу - не только ради себя, но и ради памяти матери. А рядом с ней будет человек, который когда-то потерял всё, но всё равно вернулся ради неё.
И, хоть он не признавался, но для него это было не меньше, чем для неё.