Меня тошнит от анекдотов.
О боже, очередное утро Тут. Мне снова придётся жить целый день в этом шумном и безумном доме: оборванец, пришедший с собеседования, его подружка манекен и прочие фантастические твари. Которые обитают определённо у меня в «квартире». Я Проснулся, было крайне тихо. Никого нет, Многоликий явно где-то. Но не в коробке. И не в «гостиной». По ощущениям что-то явно изменилось. Я прошёл в «коридор», на стене висел телефон. Как только я обратил на него внимание, он сразу затрещал. Многоликий не вышел ответить на звонок. Придется мне.
- У аппарата. Чего вам?
- ОСТАЛОСЬ.. Э, СЕМЬ ЗЕМНЫХ ДНЕЙ.
Я замер и выронил трубку. Быстро опомнился и ответил:
- Было уже, проехали. Что ещё интересного скажете из фактов про воскресенье?
- А, А-А! А, кхм... Вам говорящая лошадь не нужна?
- Нет, у нас своих полный дом.
Опять школьники развлекаются, совсем обнаглели. Почему на «кухне» свет мигает? Опять кто-то в Вечер с Медвежутью переиграл? А говорил же, что нельзя в моём доме пользоваться телефоном...
- Многоликий, какого беса ты читаешь и мигаешь светом?
- Так страницы же и с выключенным светом можно перелистывать. А, да, с Пробуждением, доброго утра.
- Утро добрым не бывает.
- Я тут читаю и чай пью с конфетами. Ты вроде не аллергик, поэтому, думаю, ты бы не отказался.
- Мы сможем это проверить только один раз. А что читаешь хоть?
- Это «Некрономикон» в новом издании. Научились делать обложки не из лапши на ушах.
- А зачем ты читаешь Некрономикон, если он не крономикон?
Многоликий посмотрел на меня очень странным взглядом. Мне пришла телеграмма, мне её выплюнула коробка «где-то». Изредка через неё в «квартиру» присылают письма и прочую макулатуру, но её слишком мало, чтобы сдать на переработку. «Ты идиот. Единорог без рога был бы лучше. Эрнест-Генри». Вот же он жук, земля ему металлом. И в этот же момент привычный паркет сменился огромной металлической пластиной с омерзительным звуком, похожим на симбиоз «Бэмса» и «Дзынь».
- Бздынь, - подсказал Говард.
Тут постучали ровно пятьдесят шесть раз. «Сороконожка-кентавр с руками и двумя муравьями», - подумал я.
- Это семь пауков, Хью. Погоди, дай проверю. - Многоликий пошёл проверять, кто стучится. Там валялись без сознания семь осьминогов. Вот бедолаги, не рассчитали, что солнце шпарит не хуже батареи зимой. Их винить не за что: не привыкли жители воды к огню. Я заметил на холодильнике доску с выписанными числами.
- Пятьдесят два, тридцать четыре, восемьдесят семь...
- Найткрафт, захлопни варежку, сейчас Сусеки придут и начнутся Сытные игры, нас съедят заживо, оставив только, видимо, череп, ведь мозга у тебя нет.
- Ты совсем страх потерял? Я убью тебя!
- Игла запаяна, утка запаяна, не достанешь.Тогда почему у тебя светятся глаза, если посветить в твоё ухо фонариком?
- Не у меня нужно спрашивать. А вообще, где Сусеки?
Я пошёл искать их. Сегодня лето 666, следовательно, они за шкафом. Где? За шкафом. Очень логично. Заглядываю, монстр в нём не настучал мне по голове, значит на работе. Сусеки стоят в кругу и показывают на друг друга.
- Вы что делаете?..
- Кто двинется, того скрести будут.
Бедные, несчастные Сусеки. Все ради какого-то шарообразного хлебобулочного изделия их постоянно скребут, хотя в Великой книге Рецептов этого пункта нет. Несмотря на то, что монстр в шкафу «номер Ъ» на работе, у нас есть шкафы «номер Ь» и «номер Там». В одном пусто, а в другом я увидел странную тень, которая смотрела на меня двумя блюдцами и тонким и омерзительным голосом спрашивала:
- По чужим шагам шагаю, а своих не оставляю! Ха-ха! Кто же я?
- Изыди, нечистая сила!
Захлопнул дверь и побрызгал последними калями святой воды. Надеюсь, эти загадки никогда не вернутся. Многоликий мне пообещал, что сам придумал одну такую, и она до сих пор ходит неразгаданной по «квартире». Он сказал мне что-то вроде «я тебя придумал, я тебя и разгадаю». Но, видимо, так и не смог. Многолицый упоминал, что она была не про то чудовище, что сидит в шкафу, а про неочевидную полу-абстрактную штуку, которую знают все, но не могут объяснить. Я пока шёл на «кухню» на что-то наступил.
- Конструктор мне в ... Носок?
Я разрушил целую цивилизацию ковриковых гномиков.
* * *
- Моя голова... Какого рожна я на полу?!
- Сдавайся, Принц! Я - король Ковра! Мы тебя связали, ты теперь пойдёшь на обед нам!
Меня связали какими-то ниточками. Я с лёгкостью сорвал их и спокойно встал. Ковриковые гномики не особо расстроились: они знали, что я почти в несколько тысяч раз больше их, и самые крепкие канаты покажутся просто пылинкой. Когда я наконец вернулся на кухню, через «окно» лежал свешенный Многоликий, который еле-еле пятками держался за подоконник. Я сразу же подбежал и стал удерживать его.
- Хью, я вот думаю. Моя Лилия выпала из окна, ведь её напугала повешенная мышь в холодильнике. Я знаю, что она скоро вернётся сюда, просто перезагрузившись. Но я, как истинный герой должен прыгнуть за ней. Вот думаю, прыгать или нет.
- Ты прыгай-прыгай, я закрою.
- Нет уж, спасибо.
Он щёлкнул. Ультразвук, и вот он уже на кухне сидит и пьёт чай. Отличный навык телепортации. Я услышал, как в «ванной» кто-то очень некультурно ругается. Я не постеснялся посмотреть, кто посмел так выражаться в Моём доме. Стояла Лилия в футболке и штанах, пытаясь заплести себе косу из буквально трёх волосинок на её деревянной голове.
«Три волосинки... Косичка получится. Сейчас... Вот же!» Одна выпала.
«Ладно-ладно, спокойно, леди... Хвост, высокий и красивый хвост...»
Осталась одна волосинка.
«С распущенными пойду!»
Я не хотел говорить об этом Эрнесту, ведь он бы упал в обморок. А из обморока не то чтобы никто не выбирался, Никто то выбрался. А вот живой - нет. Я щёлкнул, материализовался парик, похожий на шевелюру из -надцатого века. Лилия была в целом довольна, она просто прошла сквозь меня и исчезла. НПС такие странные, программируешь сначала, а всё равно картонка получается.
- Хоть бы «спасибо» сказала. Эй, я что, со стеной разговариваю?
- О, со мной уже шестьсот шестьдесят пять лет и один год никто не говорил! Представляете, когда я была лишь бетоном...
- Нет.
Я экстренно взял корзину с горохом и стал кидать его в обои.
- Найткрафт, не выйдет. Это как об стенку горох, дай-ка я. - Откуда-то взявшийся Многоликий взял свой кулак и проломил четвёртую стену. На удивление, она заткнулась.
Что б я провалился...