Под водой
Разве это не прекрасно? — Я совсем один...
Их совместное утро начинается с негромкой мелодии, которая говорит им о том, что пора вставать. Проще говоря, звенит будильник, громкость которого нарастает с каждой секундой.
Рука лениво тянется к телефону, чтобы выключить надоедливый звонок, но глаза девушка так и не открывает, продолжая лежать в тёплой постели. Всё бы ничего, но этот аромат, исходящий откуда-то извне нарушает всю идиллию, и юная особа резко подымается с кровати, безумным взглядом осматривая комнату. Она понимает одно:
Розэ ночевала не дома, а в квартире своего бывшего парня — Ким Тэхёна...
— Чёрт, чёрт, чёрт!
Пак быстро встаёт на ноги и ищет свою одежду, при этом прикрывшись одной лишь белой простыней. Она пытается восстановить события вчерашней ночи и приходит в ужас.
Неужели она переспала с Тэхёном? Снова?
Она издаёт нервный смешок и продолжает искать свои вещи, вдруг резко вспоминает, что они в гостиной, попутно взяв с пола нижнее бельё, спешит туда.
Наспех надевает штаны и кофту, заплетает волосы в пучок, ищет свою сумку и телефон на полу, в гостиной и после удачной находки поднимает голову и видит Тэхёна, который стоит в проходе с подносом в руках.
— А я приготовил тебе завтрак, но, видимо, зря... — язвит Ким, недобрым взглядом окинув Розэ. Он ставит поднос на журнальный стол, и раздается звон посуды. Тэ смотрит и не понимает: что такого плохого он сделал в этот раз, из-за чего Розэ так хочет убежать?
— Тэхён, прости меня, пожалуйста, но я... Мы не можем быть вместе, никогда не сможем... — она медленно проговаривает эти слова, виновато взглянув на Кима, положив телефон в свою сумку. Пак смотрит на ошарашенного парня и притом пытается вспомнить, что она ещё не положила в сумку. Её не гложет никакая совесть, она просто знает, что если не уйдет отсюда сейчас, не уйдет никогда.
— Это ещё почему? — он зол на неё, зол из-за того, что Розэ посеяла в его сердце надежду, а сейчас с такой лёгкостью вырывает проросшие ростки из влажной почвы. Он не понимает, что вообще происходит, к чему вся эта беготня и спешка, к чему вообще всё это?
— Потому что... — она стоит и молчит, потому что не может сказать это, не может просто так взять и разбить своё и его сердце. — Потому что я помолвлена, Тэхён...
Слова эхом проносятся в голове, стол опрокидывается на пол, и прозрачные осколки вонзаются в разгоряченную плоть. Вся жизнь пролетает прямо перед глазами, как будто оставляя его позади. Всё будто рушится прямо перед носом, а он ничего не может сделать, он слишком жалок и беспомощен, он слишком слаб, чтобы остановить всё это. Остаётся только лишь смотреть на то, как целый город уходит под землю.
Она виновато смотрит на Тэхёна, и сердце разрывается от боли на тысячу маленьких кусочков. Розэ любит его, безумно любит. Но у неё есть другой молодой человек, с которым ей комфортно, с которым она сможет почувствовать себя счастливой. А эта безумная любовь... Она всегда будет приносить им много боли и страданий как сейчас.
— Уходи... — шепчет Ким, глотая солёные слезы, которые комьями скатываются со щек.
— Прости... Я всё ещё люблю тебя.
Он чувствует, как немеет тело, как горячая кровь вытекает из глубоких ран и ссадин, Тэ громко кричит, пинает рядом стоящее кресло, а Розэ подпрыгивает от неожиданности.
— Ненавижу тебя! Ненавижу! Конченная сука!
Желчь заполняет каждую клеточку тела, а кровь внутри кипит, и её пары выходят через каждый открытый перелом. Сердце превращается в камень, все кости вылезают наружу, а кожа медленно облазает с лица и тело, оголяя всю сущность Тэхёна.
В её глазах только боль и сожаление. Розэ разрывается на части, она хочет остаться, хочет обнять Тэ и поцеловать, хочет...
Но понимает, что их отношения не спасти, что нельзя остановить их стремительное разрушение. — Всё осыпается на глазах и превращается в серый песок.
Он оседает на пол, захлебывается в бесконечных неконтролируемых рыданиях, с ненавистью в глазах смотрит на неё. Ким готов вцепиться в девушку и придушить прямо здесь и сейчас, потому что она опять оставляет его наедине с тупым одиночеством...
— Пойми, мне нужен мужчина, с которым я могу построить семью, который будет сильнее меня, а ты... Тэхён, ты слишком сентиментальный и импульсивный, а мне нужен мужественный и собранный парень...
Эти слова действуют как ножи, которые вонзили в еле бьющееся сердце.
А ему плевать, абсолютно плевать, кто нужен Розэ, она ему нужна, разве это не так важно?
— А мне нужна ты, только ты, понимаешь? Я ведь люблю тебя, а ты так поступаешь со мной. Ничтожная и жалкая...
— Да, я неправильно поступила, позвонив тебе, я должна была сдержаться, я всегда буду любить тебя, всегда, только...
И сколько же продлиться её «всегда»? Неделю? Может быть, полгода?
— Это я буду любить тебя вечно, а ты, дорогая Рози, забудешь обо мне уже завтра!
Он думал, что она никогда не уйдет, никогда, но Пак быстро сдалась, она устала переделывать характер Кима, его мягкотелую душу, из которой можно было слепить всё, что угодно! Пак просто не хотела бороться за свою любовь и решила сдаться, решила, что найдет лучше. А найдет ли? — Уже нашла!..
Она медленно садится рядом с парнем, нежно обнимает его и целует в висок, бросив короткое: «Прощай».
Дверь скрипит, замок щелкает.
Рози уходит в пустоту, а их любовь тонет под водой, оставляя на дне разбитые руины.
Он не может спасти их, — они падают. Тэхён под водой, а Рози пытается всплыть на поверхность, пытается сделать последний глоток необходимого кислорода. Но она совсем не осознает, что они давно утонули, подобно Атлантиде, утонули в своей безумной и страстной любви...
Ким глотает солёные слёзы, и задается одним вопросом:
«Но если ты любила, то почему покинула меня?»
Хотя важно ли это, когда от их любви остался лишь пепел, в котором Тэхён прожигает остаток своей обожженной души? Разве важно ли всё это, если он уже дышит под водой, набирая в лёгкие солёной морской влаги? — Нет, это абсолютно не важно. Он один, один во всем этом долбанном мире со своей безумной кроваво-алой любовью, за которую парень продал свою душу.
Разве это не прекрасно? — Я совсем один...
Он встает с пола и направляется на кухню, открывает холодильник и достает оттуда виски. Залпом выпивает половину бутылки, поморщившись.
Розэ оставила его, потому что знала, что главная его слабость — это она сама.
Тэхён под водой, он дышит запахом спирта, гнилью и солью, которая оседает на стенках сосудов. Он под водой, с открытыми глазами, он мертв, его тело качается на волнах рядом с утонувшими руинами.
Ким берёт в руки бутылку и запасается ещё одной. После этого юноша направляется в ванную, набирает полную и забирается туда с алкоголем.
Вода холодная. Настолько, что ему кажется, что сердце вот-вот остановиться, хотя оно уже давно не бьётся.
И Тэхён реально дышит под водой: он погружается в холодную жидкость и вдыхает, открывает глаза и видит всё, что с ними произошло. Видит счастье, видит боль, видит страсть, видит любовь. Он медленно умирает среди погребенных воспоминаний. Умирает до тех пор, пока в лёгких не заканчивается кислород. Тэхён тяжело дышит и погружается снова, предварительно глотнув виски.
Он под водой, его лёгкие заполняет ледяная вода, он умирает среди их утонувшей любви, медленно засыпает под гладью. Тэхён растворяется в ней, а потом вновь возвращается в реальность, наспех глотает виски и снова погружается. Вся его жизнь проносится там, — под водой...
* * *
Разве это не прекрасно? — Я совсем одна...
Наступает серый рассвет, солнечные лучи проникают в маленькую комнату, слепят прямо в глаза, заставляя немедленно от них отвернуться, при этом нехотя просыпаясь.
Он садится на край кровати и закуривает очередную сигарету. Дым витает в воздухе, медленно погружая помещение в густой серый туман.
Она подымается с постели и выхватывает тлеющую сигарету изо рта парня, делая свою первую затяжку, медленно выпускает дым, который собирается вокруг кровати.
Чонгук лишь тихо усмехается, повернувшись лицом к Джису, которая во всю покуривает его сигарету.
Перед глазами мелькает страшная картина предыдущего совместного утра. Чон мотает головой, дабы не видеть её, но лента повторяется раз за разом, раз за разом, сводя его с ума.
Одно слово, удар, кровь, слёзы и удивленный немой крик...
«В который по счёту раз ты срываешься, Чон Чонгук? В который раз ты так срываешься?»
В сотый, если не меньше...
— Доброе утро. — сладко проговаривает Су, затушив сигарету и положив окурок в пепельницу.
А в голове ужасная картина: синяк, разбитая губа и море крови, её крови.
— Чёрт, опять...
Он резко встает с кровати и бежит в ванную, чтобы остудить свой пыл, но это сильнее, чем Чон мог представить. Ярость, злость и ненависть наполняет его, и парень даже знает, на ком всё это можно выместить.
А Джису прощает раз за разом, раз за разом понимает, что это не Чонгук, это его отец живёт в нём, как бы это глупо не звучало. Он всегда избивал мать Чона, что отложилось в его памяти и сердце. Этот отпечаток преследует его всю сознательную жизнь, так что он теперь сам превращается в выродка отца, потому что его подсознание думает, что это правильно, его тело и руки так думают однозначно. Но Чонгук ничего не может с этим поделать — он срывается каждый раз. Каждый раз кулак сам летит к её лицу. А ему остается сожалеть и в опьяненном состоянии вспоминать, что же он наделал.
Это, скорее, уже болезнь. Ведь он почти ничего не помнит, и желание кому-нибудь врезать накатывает на него с такой силой, что он не может сдержаться.
Из-за этого и разрушилась их любовь. Из-за того, что Чон постоянно наносил удары по шаткой конструкции, и она падала прямо в воду и рассыпалась. Джису бы дальше терпела, но страшно, как ей, так и Гуку.
Она со страхом смотрит на удаляющуюся фигуру, и сама вспоминает всё. Всю злость Чонгука. Даже в сексе он ведет себя так: агрессивно, подавляя её всяческими способами.
Вина ли в Чоне исключительно? — Иногда Ким сама бесила его, позволяя его неконтролируемым приступам агрессии происходить всё чаще и чаще.
Его глаза наполняются злостью к отцу, к самому себе, за то, что копирует всё его паршивое поведение.
— Чонгук, что с тобой? — она тихо шепчет, дабы ещё больше не разозлить парня.
— Уходи...
— Я не хочу, я не могу оставить тебя одного...
— Я чудовище, я больной ублюдок, уходи, Джису, мать твою, уходи!
Её переполняет страх и любовь, так что Ким и не знает, что же ей делать. Она медленно вспоминает всё, и не может уйти, не может...
Пока не слышит, как Чонгук бьет кулаками бетонную стену в ванной. Ким накрывает волна страха, которая сковывает каждое движение. Она на ватных ногах передвигается по квартире, быстро одевается и, переступив порог, оседает на грязный пол, её глаза полны слёз.
Она спускается по лестнице, выходит на улицу, смотрит на окна его квартиры, потом на часы. Время приступа, должно быть, уже закончилось, Джису звонит Чонгуку.
А он сидит, взглядом прожигая одну точку, сидит и всё вспоминает: крики, слёзы, кровь и страз в её глазах. Он чистой воды монстр, монстр, который всю жизнь истязает её, нанося болезненные удары. Его сердце разрывается, а неприязнь к самому себе растет с каждой секундой всё больше и больше. Чонгук не может постоянно причинять ей боль, лучше уж они оба будут страдать, чем Ким окажется в больнице, а Чон в психиатрической клинике.
— Алло?
— Чонгук? Ты как? Я могу вернуться? — обеспокоенно спрашивает Джису.
А Чон понимает, что его любимая больше никогда не вернется: ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра. Он должен пожертвовать собой ради её счастья, нисколько ради себя, сколько ради неё должен.
— Я позвонил тете и сказал, что готов пойти на прием к психологу. Джису, ты же понимаешь, что нам опасно находиться вместе? Даже если я вылечусь, мне совесть не позволит больше к тебе прикоснуться, никогда. Я хочу, чтобы ты жила и радовалась жизни, чтобы ты больше не тратила своё время на меня. Нам нужно окончательно расстаться. Я люблю тебя, безумно люблю, но я больше не могу видеть то, как ты страдаешь. Я не могу...
— И я тебя люблю, Чонгук, но ты пойми, я не хочу терять тебя...
Звук коротких гудков, и слёзы подступают к горлу.
Да, Чонгуку необходим психолог, но почему после решения его проблемы Джису должна исчезнуть? Почему он отказывается от неё?
Ваза окончательно разбилась, распадаясь на тысячу мелких стеклянных пылинок, которые больно вонзаются в кожу, заставляя тело кровоточить. Дышать становится всё труднее и труднее. Их любовь окончательно ушла под воду, и они падают вместе с ней. Чонгук со своим фанатичным безумством, а Джису со своей самоотверженностью. Неужели всё должно было закончиться именно так?
Тихие стоны и всхлипы заполняют маленькую комнату, он вдыхает её запах, который впитали простыни. Не может больше причинять ей боль, он хочет, чтобы она была счастлива, и она будет, но не с ним...
А Джису медленно бродит по пустынным улицам, вдыхая необходимый кислород. Ядовитые металлические пары витают повсюду, их кровь кипит, образуя серый густой туман, в котором они тонут с головой, отравляют разум и сердце, которые медленно умирают.
Ким видит чистую и прозрачную реку, встает около железных перил и смотрит вниз, вспоминая последнюю сцену в мельчайших подробностях.
— Ты ублюдок!
— А ты неблагодарная сука!
Взмах тяжелой руки, и бездыханное тело падает на пол, в лужу собственной крови . Помутненное сознание и такие, как тогда казалось, лживые слова:
— Джису, прости, я не хотел...
Пол весь в вязкой жидкости, как их лица и руки. Нежные поцелуи покрывают её кожу, а боль так и не уходит, как и стойкий металлический запах крови. На губах по-прежнему ощущается приторный железный вкус. И тошнота подступает к горлу.
Она под водой, падает в тёмную реку, смывая с себя высохшую кровь. Пытается с помощью холодной воды забыть всё, что с ней произошло. Закуривает очередную сигарету, покупает бутылку дорого красного вина и пьет залпом, пьет, чтобы захлебнуться и умереть, умереть, подобно их жгучей и кроваво-алой любви.
Джису дышит под водой, глотает необходимую влагу, парит в воде, опуская камни на дно. Они тонут, она тонет, подобно Атлантиде, которая медленно погружается в толщу океана.
Они падают, они не могут спасти друг друга. Всё умирает, всё находится под водой.
Разве это не прекрасно? — Я совсем одна...
Разве это не прекрасно? — Я совсем один...
Разве это не прекрасно? — Мы совсем одни...
Тонем, посреди глубокого одиночества и неудачной любви.
Мы под водой. Мы дышим, задыхаясь солёной водой. Мы умираем, чтобы потом снова когда-нибудь воскреснуть.
Под водой все мы умираем, подобно Атлантиде.