Здесь только ты

Теодор Нотт, единственный наследник чистокровного и, без сомнения, благороднейшего рода Ноттов, шел по длинному коридору, увешанному портретами всех предыдущих Ноттов, таких же благородных и чистокровных до мозга костей. Коридор вел его в кабинет отца. Юноша передёрнул манжеты чёрной рубашки, не предчувствуя ничего близко и хорошего от цели своего пути.

Большую часть жизни, Бенджамин Нотт, просто игнорировал своего единственного наследника, и его существование в целом, оставив воспитание сына на эльфов и гувернанток. Отношения отца и сына вообще тяжело было назвать приятными. После смерти матери Тео, когда тому едва исполнилось пять лет, Бенджамин Нотт закрылся в себе и попросту стал игнорировать сына. Вмешивался в процесс воспитания он только тогда, когда его наследнику требовалось наказание, а требовалось оно частенько. Тео сложно было назвать послушным ребёнком. Поэтому в этом отношении отец всегда был очень щедрым к своему отпрыску. Впервые он вкусил все прелести Круциатуса в семь с половиной лет. С тех пор если Тео и виделся с отцом, то чаще всего для того, чтобы получить наказание за ту или иную серьёзную проделку. Но теперь, когда Тёмный Лорд вернулся, отец с проявлением отеческого участия зачастил. Достаточно было пережить пару месяцев дома, когда отца то и дело вызывали на собрания Пожирателей, которые теперь снова стали в порядке вещей. Вне собраний или каких-то вылазок по делам Лорда, отец тренировал его, и эти тренировки явно не грозили наследнику ничем хорошим.

Постучав, Теодор толкнул дверь, не дожидаясь позволения войти. Отец сидел за широким дубовым столом и, совершенно не обратил на него внимания, погруженный в собственные мысли. Тео пришлось кашлянуть, чтобы привлечь внимание к своей персоне. Мистер Нотт сморгнул, встречаясь взглядом с сыном и едва уловимо сморщился. Тео мысленно усмехнулся, он знал, что весь его вид напоминает ему о скоропостижно скончавшейся жене. Беременность и роды для неё оказались тяжёлым испытанием, а после рождения сына, она стала стремительно угасать, и прожила ещё пять лет, два года из которых была прикована к постели. Тео плохо помнил мать, но те воспоминания, которые у него сохранились, были самыми светлыми и счастливыми за все его шестнадцать лет. Дальше была лишь серость и мрак.

- Отец? Ты хотел меня видеть? - мистер Нотт кивнул, наблюдая за сыном, который так поразительно был похож на его покойную жену.

- Садись. У меня для тебя есть поручение. - Тео вскинул брови в немом вопросе, но остался стоять.

Протест был в его крови. Всё, что говорил отец, он воспринимал в штыки и делал с точностью наоборот. За этим всегда следовало наказание, но наследник благородного и древнего рода Ноттов давно не страшился физической боли. В чистокровных семья, кичившихся своей идеальной родословной жестокость в воспитании сыновей была обычным делом. С одной лишь разницей: сыновья были послушными и в таком воспитании вырастали достойными продолжателями подобных традиций. Но только не Теодор.

Мистер Нотт кивнул, понимая, что сын не выполнит даже банальную его просьбу без должной мотивации, хрустнул костяшками пальцев и, прочистив горло, спросил:

- Сколько девушек учится в Хогвартсе, не считая слизеринок? - Тео усмехнулся, скрещивая руки на груди.

- Ты решил подыскать мне новую матушку среди моих ровесниц, чтобы мне было не скучно, пока ты развлекаешься с Тёмным Лордом? - не сдержав иронии в голосе, откликнулся юноша.

- Щенок! - рыкнул отец, но от привычной демонстрации силы отказался. - Тебе скоро семнадцать и тебе нужна невеста. - Тео бы купился, не будь он Ноттом, но он слишком хорошо знал отца.

Будь он сыном Люциуса Малфоя, вопрос о помолвке стоял бы открытым, уже пару лет, и насколько знал Теодор, у Драко дела обстояли именно так, по крайней мере, пока Поттер не упёк старшего Малфоя в Азкабан своим прошлогодним интервью.

- Но дело ведь не в этом, отец? - старший Нотт едва заметно скривился.

- Я хочу, чтобы ты понаблюдал за чистокровными и полукровными ведьмами Хогвартса в этом году, исключая из этого списка студенток Слизерина. И если среди них есть девушки с неясным происхождением или выдающимися способностями в необычных частях магии, предоставил их имена.

- Зачем?

-Ты задаешь слишком много вопросов, Теодор.

- Ну, я же должен понимать, зачем мне собирать перепись населения девочек-подростков для моего отца. Согласись, это выглядит весьма странно?

- Твоя задача не задавать вопросы и анализировать причинно-следственную связь, а делать, что приказано. Ты сделаешь то, что тебе велено, если не хочешь вместо Хогвартса отправишься в подземелья Мэнора на пару месяцев. - тон отца был спокойным, но Тео знал, что ничего хорошего за ним не стоит.

- Я понял тебя, отец.

- Я рад. - Отец поднял утренний выпуск Пророка со стола, и углубился в чтение, всем видом показывая, что разговор окончен.

Теодор ещё несколько мгновений смотрел на газету, а затем развернулся и вышел из кабинета прочь.

Когда он вернулся в свою комнату, там его уже терпеливо дожидался Блейз Забини. Итальянец, развалившись на его кровати, листал учебник по травологии для шестого курса. Когда хозяин комнаты вошёл, громко хлопнув дверью, Блейз захлопнул книжку и вопросительно взглянул на друга.

- Даже не спрашивай! - отмахнулся Тео, опускаясь в кресло и прикрывая глаза.

- Ну, уж нет! - Блейз поднялся, отбрасывая учебник. - Чего он хотел?

- Блять, это даже звучит абсурдно. - Тео рассмеялся, встречаясь взглядом с другом. - Отец хочет, чтобы я предоставил ему перепись чистокровных и полукровных ведьм Хогвартса.

- Зачем? - Блейз нахмурился. - Он что решил подыскать тебе мамочку? - Тео стрельнул в друга недобрым взглядом. - Ладно, прости. Так зачем?

- Не знаю. - пожал плечами Тео. - Как ты успел заметить, он редко мне отчитывается о своих бредовых планах. Но подозреваю, что это нужно для Лорда.

- И что ты будешь делать?

- Как обычно - ничего! - Тео плюхнулся в кресло, закидывая ноги на кофейный столик и потянулся, разминая мышцы.

- Но если ты не сделаешь ничего...

- То получу парочку круциатусов на Рождество, не в первой. - беспечно пожал плечами слизеринец, прикрывая глаза. - Поднимайся, Дафна будет ждать нас к четырём. - Блейз с готовностью кивнул и тоже поднялся на ноги.

***

Кассандра Гилморсела у окна Хогвартс-экспресса, выпуская с рук чёрного кота по кличке Сэлли, который тут же мяукнул и удобно устроился на сиденье, рядом с хозяйкой. Следом в купе вошёл Невил Долгопупс, размещая свой чемодан на полке и садясь напротив девушки.

- Бабушка не хотела отпускать меня в Хогвартс в этом году. - сказал Кэсси, не остывая взгляда от стекла, за котором живая платформа 9 и ¾ провожала студентов для нового учебного года в волшебной школе.

- Почему? - Кэсси лишь пожала плечами.

- Ты же знаешь Грэмс. Она не часто мне что-то объясняет. Но тётя - Августа смогла убедить её, как я понимаю. - дверь в купе снова открылась, впуская в него Гарри Поттера, Гермиону Грейнджер, брата и сестру Уизли и Полумну Лавгуд, пятикурснику с Равенкло.

- Всем привет! - громко произнесла Грейнджер, усаживаясь рядом с Кэсси.

- Привет, геройская компания! - широко улыбнулась Гилмор в ответ. - Поттер ты всё ещё жив, это радует.

- Я рад, что это тебя забавляет, Кэсси. - мягко улыбнулся Гарри, пропуская подколку однокурсницы мимо ушей.

Все присутствующие в купе переглянулись, пряча улыбки. Почти каждый ученик с четвёртого по седьмой курс знали, что Гарри Поттер был давно и безответно влюблён в светловолосую красавицу Гриффиндора, которая своей красотой ничем не уступала Дафне Гринграсс со Слизерина.

- Как прошло лето? - обратилась Гермиона к Кэсси и Невиллу.

- Нормально. - Долгопупс, который с прошлого года сильно возмужал, расправил плечи, встречаясь взглядом с подругой, но так едва заметно качнула головой.

- Невилл всё лето изучал свойства гноя бубонтюбера. - Кэсси кивнула в сторону стоящего на столике у окна растения, похоже на кактус из чёрной слизи, но вместо иголок у него были огромные гнойные фурункулы.

- И как успехи? - поинтересовалась Гермиона, с опаской косясь на растение, которое на четвёртом курсе доставило ей массу неприятных проблем.

- Я нашёл, как минимум два новых способа, как можно избежать ожогов. - гордо заявил Долгопупс.

- И при этом, получил десятка два увечий. - хихикнула Кэсси.

Дверь в купе с грохотом открылась, являя на пороге двух слизеринцев, который меньше всего хотелось видеть до начала пира, как минимум. Теодор Нотт и Блейз Забини, оглядели всех присутствующих в купе, приметив и бубонтюбера, стоявшего у окна. Слизеринцы обменялись ухмылками.

- Что вам надо? - тут же ощетинился Рон.

- И тебе привет, Уизел. - снисходительно бросил в ответ Нотт. - Мы пришли поприветствовать надежду магической Британии, чтобы не забывать, с какой легендой мы учимся на одном курсе, да Блейзи?

- Проваливайте отсюда. - откликнулся Гарри, который вместе с Роном и Невилом, поднялся со своего места.

- Фи, Поттер, как невежливо. - сморщился Нотт. - Мы же честно хотели подружиться.

- Нотт, тебе же ясно сказали проваливать. - Кэсси понялась следом, глядя на Нотта яростным взглядом, казалось, градус температуры поднялся в купе, что даже окна чуть запотели.

- А вот и наш гордый Огонёк! Привет, Гилмор, я скучал. - Кэсси сверкнула глазами, но промолчала.

- Послушайте, я могу снять с вас баллы, если вы затеете здесь дуэль или... - начала было Гермиона, но Нотт перебил её, ухмыляясь. - Блейз, друг мой, ты слышал, мисс Грейнджер теперь староста и может снять с нас баллы! Тебе страшно?

- Очень. - хохотнул Забини.

- Но о какой дуэли речь, мисс я-знаю-все-на-свете? Мы даже палочки не достали.

- Вот и валите отсюда! Вас сюда никто не звал. - рыкнул Рональд.

- Идём, Блейз, - деланно вздохнул Нотт. - наши бравые гриффиндорцы не так уж и дружелюбны. - внезапно дверь с грохотом захлопнулась, отсекая незваных гостей от обитателей купе. Щёлкнул замок, и шторка на двери со свистом прикрыла окно, ведущее из коридора в купе.

- Придурок... - пробормотала Кэсси, возвращаясь на своё место.

Все обитатели купе снова переглянулись. Никто из них не доставал палочки и не колдовал, и, судя по удивлённым лицам слизеринцев, они тоже ничего подобного не делали.