Глава 9.
Общение с Гарри обычно происходило вечером, когда девушка могла со спокойной душой, а главное - в полной тишине, провести несколько свободных часов. Обычно она садилась напротив камина в своей комнате, закрывала глаза и представляла себя в уютной гриффиндорской гостиной, где так часто проводила вчера с друзьями.
Все ее сознание буквально разрывалось на две примерно одинаковые части, что непременно сказывалось на внешнем виде.
Днем она не отдыхала, потому что старалась исполнять поручения и рекомендации Драко, а ночами ждала спасительного общения с Гарри. Поэтому под глазами у волшебницы пролегли заметные синяки, щеки впали, а все лицо осунулось и будто постарело на несколько десятков лет, приобретя сероватый оттенок.
Поттер оказался поразительно молчалив в своем сознании и кроме того, что он заперт в доме Дурслей на несколько замков и лишен всех возможных средств связи и магии, Джинни, по сути, не знала ничего. Скорее это она еженочно изливала ему душу, спрашивая совета и никогда не получая его. Единственным ответом ей служили лишь изменяющиеся цвета разговора, свидетельствующие об эмоциях собеседника, которые она выучила наизусть. Но после длинного монолога рыжеволосая определенно чувствовала себя лучше.
Гарри был просто в ярости каждый раз, когда разговор хоть немного касался Малфоев и заточения Джинни. Так что почти все время их общения Поттер пребывал в скверном расположении духа. Но больше всего его выводило из себя собственное бездействие и юноша, сидя в центре полупустой комнаты, пытался хоть как то помочь подруге.
Джинни очень ясно представляла, как замученный, голодный Гарри, вечно сидящий в своей комнате, пытается хоть как-то поддержать ее и оттого еще больше дорожила этими разговорами.
"С днем рождения!" - он ворвался в сознание Джинни, заставляя все внутренности скручиваться в приятный тугой узел.
Гарри пришел ровно в полночь, когда изнеможденная девушка, уже засыпая, погрузилась в медитацию, растрачивая на это последние силы.
Она улыбнулась и заранее знала, что он увидит желтый - цвет ее счастья.
"Желаю тебе совершенствоваться в твоем волшебстве и поскорее сбежать от этих придурков, - воодушевленно начал Гарри, все больше распаляясь. - И я недавно открутил от своей кровати небольшую железяку, которой вполне можно снять решетку с окна. Так что держись. Достану палочку, свяжусь с Роном и Гермионой и обязательно тебя вытащим оттуда."
"А запрет на магию до восемнадцати?" - до рыжеволосой не до конца доходил смысл его слов. Сегодня поддерживать состояние медитации удавалось лишь огромными усилиями воли - ее измученный месяцем без сна организм начинал давать сбои.
"Сейчас это не имеет никакого значения. В Минестерстве полнейшая неразбериха, так что вряд ли кто-то обратит внимание на наши небольшие шалости,- почти беззаботно сказал Гарри, добавляя к темно-зеленому цвету упрямой решимости частички серых пятен сомнения.- Тем более, мы сможем сказать кому-нибудь из старших и этой семейке точно не поздоровиться!"
"Не надо,"- слабо сказала она и тут же провалилась в сон. Тем более, что на ее месте, отводя подозрения, работает какой-то доверенный человек Волан де Морта. Темному волшебнику ведь совсем не хотелось шумихи вокруг исчезновения Джинни.
Домовой эльф Локки появилась в комнате девушки ровно в шесть утра, как и каждый новый день.
Джинни перевернулась на другой бок и с надеждой снова закрыла глаза. Голова просто раскалывалась, каждую мышцу нестерпимо ломило. Казалось, что она отрабатывала сложные чары несколько суток подряд, а потом поднималась высоко-высоко в горы еще сколько же.
- Мисс, мисс, вставайте, мисс. К вам идет мистер Малфой, мисс,- эльф не осмеливалась ее трогать, но слова Локки возымели такое же действие, как опрокинутый на голову чан с холодной водой. Она частенько просыпалась так дома, слушая веселый гогот близнецов на лестнице. Джинни вскочила и моментально побежала в ванную.
Из зеркала на нее смотрела до невозможности усталая девушка, цветом лица напоминающая серый труп, а в мешках под глазами, казалось, можно было с легкостью запрятать целую вселенную.
"С днем рождения меня", - невесело подумала она, усмехнулась самой себе и умылась ледяной водой, потому что сонливость снова стала брать верх.
Драко, как всегда, вошел без стука. Сначала это очень злило рыжеволосую, но сейчас она уже почти привыкла и даже составила в своей голове небольшой распорядок его появлений. Но утро пятницы совсем в него не входило.
- То, что твоя многоуважаемая, - из его уст это прозвучало оскорблением, - магглолюбивая мамаша решила произвести тебя на свет именно в этот день не отменяет никаких занятий,- Малфой произнес это с поразительным пренебрежением.
Но Джинни, уже привыкшая к его манере разговора, пропустила весьма нелестное замечание о своей семье и тихо пробормотала: "Ну, кто бы сомневаося, мистер язвительное превосходство".
После этого он ушел, но девушка нашла на своей кровати небольшой букет из распустившихся недавно в саду простых цветов и записку:
"С днем рождения.
Как дела у нашей малышки с самоконтролем и медитацией? А то ходят слухи, что из этого может выйти что-то очень интересное."
Сердце Джинни пропустило удар, ноги на мгновение стати ватными, но уже через секунду кровь огромными молотками ударила в виски. В сознании крутилось только одно:
"Он что, знает о Гарри?!"
Джинни вдохнула, медленно досчитала до десяти и только после того, как воздух в леггих закончился, шумно выдохнула.
Нет, этого просто не может быть. Успокаивала она сама себя, трясущимися руками натягивая юбку и свитер.
Просто. Не. Может. Быть.
Она еще раз перечитала приложенную карточку и рукой наткнулась на что-то шершавое с другой стороны листа.
Это оказался небольшой лоскут ткани. Шерстяной, черный, похожий на ее собственную дорожную мантию, только более тонкий. Джинни непонимающе повертела его в руках, потерла об пальцы и даже выставила на свет. Но так и не смогла понять зачем он нужен. Ведь Драко Малфой ничего и никогда не делает без причины и личной выгоды. Нужно только его понять.
Девушка решила спросить об этом у самого Малфоя, тем более что сейчас как раз было время урока.
***
Драко снова несколько часов подряд своим ровным монотонным голосом что-то рассказывал, заставляя Джинни выполнять свои указания, а в остальное время стоять с тяжелой книжкой на голове. В эти моменты она не сомневалась, что юноша получает истинное наслаждение, причиняя другим страдания, видя в их глазах желание наслать самое мощное проклятие из всех когда-либо придуманных магами.
- Джинни, - он крайне редко обращался к ней по имени и тем более во время занятий, - как тебе мой подарочек?
- Красивые цветы, спасибо,- в таком положении она могла говорить только не допуская никаких эмоций, чтобы книга не оказалась на полу.
- А как же открытка? Я желал всех благ, - под его взглядом Джинни готова была расплавится. И непонятно от страха или чего-то другого...
- Если честно, то я просто не поняла к чему ты клонишь, - она как можно естесственнее, сохраняя при этом книгу в равновесии, пожала плечами.
- Не сомневаюсь, - он стал говорить чуть тише и убрал из голоса все насмешливо-пренебрежительные нотки, делая его почти искренним, - что ты догадаешься об этом сегодня же.
Все. Теперь она свободна до ужина.
***
Джинни попеременно то вновь перечитывала уже давно выученное наизусть письмо, то спешно хваталась за ткань мантии и вертела ее между пальцами, пытаясь понять таинственные намеки Драко.
В этом же должен быть смысл. Во всем должен быть смысл. Нужно просто понять.
Конечно, иногда к ней закрадывались подозрения о глупой шутке, но она старательно отгоняла от себя эти мысли.
"Чтобы понять многие вещи нужно просто обернуться," - Джинни миллион раз слышала эти слова от Гермионы, когда золотая троица попадала в передряги и волшебница должна была все распутать.
"Просто обернуться",- эхом отозвались последние слова и девушка дала волю воспоминаниям, которые обычно так старательно отталкивала от своего разума.
В конце концов Джинни прогнала все картинки прошлого и в ее голове остались только их полуночные встречи. Она, если быть совсем честной, надеялась, что именно этого и хотел от нее Малфой, хотя и не могла найти в их разговоре веских подтверждений этому.
Еще и этот лоскут ткани! Ну вот что с ним делать? Понюхать и сьесть, что ли?!
Джинни нетерпеливо поднесла ткань к лицу, цепляясь за последнюю надежду и глубоко вдохнула.
Это он! Тот самый плащ, в который драко одолжил ей в одну из встреч.
Конечно, Джинни ни за что не призналась бы этому напыщенному Малфою, что именно подтолкнуло ее к правильным умозаключениям.
На несколько мгновений ее всю охватила радостная дрожь и Джинни, не забыв захватить с собой плащ, тихо выскользнула из комнаты.
В темноте коридоров ее уверенность пошатнулась. Но отступать девушка была не намерена.
Толстые ковры заглушали ее легкие шаги, а редкие светильники обеспечивали спасительный полумрак.
Добравшись до центрального холла, потолок которого находился на уровне десятого этажа и ночью казался черным порталом в космос, Джинни поежилась и плотнее запахнула полы мантии. Осталось лишь выбрать башню, на которую следует успеть. До полуночи оставалось около двадцати минут.
После пятиминутных размышлерий девушка решила пойти туда, где уже бывала - в покои бестелесой Нарциссы Малфой. Была велика вероятность не встретить Драко именно там, но это единственный путь, в котором Джинни была уверена.
Она еще раз взглянула наверх и, оторвавшись от созерцания плотной, давящей на плечи, но какой-то завораживающей темноты юркнула в находившуюся неподалеку дверь.
В этот раз она смогла добраться без проблем - видимо миссис Малфой позволила проходу запомнить и пропустить ее.
Джинни, запыхавшить от быстрого подьема по лестнице, нетерпеливо вошла в помещение, стараясь успокоить немного дрожащие руки.
В маленьком коридоре девушке не встретилась Нарцисса, хотя девушка в тайне надеялась на подсказку женщины. Но в тоже время очень боялась, что та поднимет тревогу и тогда у рыжеволосой точно будут большие неприятности.
Она прошла в основную круглую комнату и на фоне окна увидела точеный силуэт Драко. Он стоял спиной к девушке и Джинни не решалась нарушить его уединения, поэтому тихо отступила к шкафу с травами.
- Не старайся. Ты поднималась так громко, что чуть не перебудила весь замок,- он, все еще не оборачиваясь, усмехнулся.
Джинни сделала несколько торопливых шагов к окну и замерла в нерешительности.
Она все гадала, зачем же понадобилась Малфою, но не позволяла себе закончить ни одного предположения, чтобы потом не разочароваться так сильно.
- Бери метлу, мы улетаем, - коротко проинформировал Драко и сейчас же вылетел из башни. Рыжеволосая только сейчас заметила торчащее неподалеку древко и, в одно движение взобравшись на подоконник, оказалась на улице.
Ночной июньский воздух приятной прохладой разливался по коже, остужая ее пылающие щеки. Прямо под ними располагался сад имения, а на самом горизонте виднелась полоска моря.
- Но куда мы? - Джинни спросила это тихо, но достаточно, чтобы Драко ее услышал.
- Как можно дальше отсюда.
Неужели, свобода?
- Не знаю как ты, а я не намерен оставаться в этом месте ни секундой дольше,- он развернулся в сторону моря, приготовясь лететь.
- А как же Темный лорд? - Джинни испугалась возможной расправы и все же не решилась назвать волшебника по имени. И ее голову не покидали навящевые мысли, о том, что это слишком странно, эфимерно и вполне похоже на подставу.
- Нас хватятся только утром, а там уж мы что-нибудь придумаем, - вдумчиво сказал Драко и полетел в сторону яркого диска луны.
"Мы что-нибудь придумаем... Мы," - вертелось у Джинни в голове, когда она решила довериться Малфою и полетела следом. Навстречу удивительно сверкающим звездам и большой круглой луне.
Сейчас она не хотела задумываться над будущим и просто летела, крепко схватившись за метлу, подставив лицо и волосы встречному ветру.