Глава третья. Институт Дурмстранг.
Проснулась девушка слишком рано. Ну, точнее, как проснулась. Ее разбудила Пэнси, которая ворвалась в комнату и, не обращая внимания на Милесенту, которая верещала, что Пэнси не имеет право так врываться в ее комнату, подошла к кровати новенькой и холодной струёй воды разбудила ее. Сказать, что она удивилась, ничего не сказать. Девушка разъярённая и мокрая встала с кровати, но Паркинсон и след простыл. Милесенту явно позабавила эта ситуация, но смех ее продолжался недолго.
— Слушай меня сюда, — направляя палочку на соседку, начала девушка. — Если хоть одна живая душа узнает об этом, поверь мне, завтра утром твои дорогие родители получать коробочку с бантиком, а внутри будет лежать длинный и болтливый язычок их дорогой доченьки. Ты поняла? — Милесента испуганно смотрела на разъяренную девушка и лишь кивнула, невольно представляя, как ее мама с пошатанным здоровьем откроет коробочку и схватиться за сердце. У нее точно будет приступ.
Пока Милесента испуганно стояла у изголовья своей кровати, боясь пошевелиться, ее соседка спокойно (на сколько ей позволяла ее ярость) взяла свои и вещи и закрылась в ванной, чтобы привести себя с порядок.
Нет, Натали Малфой не была злым или жестоким человеком. В данной ситуации она явно блефовала. И очень сильно. Но Дурмстранг научил ее как правильно постоять за себя и как навести страх на своего врага. Найти его слабые места и болевые точки. В принципе, девушка на этом и сыграла. Она ещё вчера заметила колдографию на тумбочке у кровати соседки, где она была изображена с родителями. Девочка перед сном долго смотрела на улыбающихся родителей и лишь, когда заметила внимательный взгляд соседки, резко отвернулась к стенке и заснула.
На самом деле, Натали не хотела использовать то, что заметила, сегодня, но не самое доброе пробуждение ее до ужаса разозлило. Пэнси знала, что ей девушка ничего не сделает. И это была правда. Поэтому весь гнев был направлен на несчастную соседку, которая, судя по ее виду, и муху не обидит.
Одевшись в форму, девушка начала поправлять то, что не поправляется. Она никак не могла понять, как ученицы Хогвартса могут носить юбки. В Дурмстранге и у девочек, и у мальчиков форма была почти одинаковая. Она различалась лишь покроем и цветом. Поэтому Натали весь год носила штаны, спортивную майку, поверх которой была надета тёмно-серая рубашка, черная куртка и берцы. Тут девушке невольно вспомнилась благородная парадная форма. Мантия кроваво-красного цвета, поверх нее она надевали шубы из клочковатого меха, из-за которых она казалась раза в два больше. Черные брюки, а на ногах ботинки на каблуке, похожие на мужские. Она улыбнулась. Ей та форма очень шла.
И почему она согласилась уехать из Дурмстранга? Зачем? Только сейчас девочка начала осознавать, что может больше не увидеть своих друзей — сумашедших и вечно ищущих приключения на свою пятую точку. Она улыбнулась и посмотрела в зеркало. Белые волосы собраны в тугой высокий хвост, белая рубашка былая надета на массивные для девушки плечи. Ещё бы. Столько физической нагрузки, сколько было в Дурмстранге и не такое сотворит с хрупким девичьим телом. Но их в меру массивность Натали нравилась. Очень. На лице минимум макияжа. В Дурмстранге запрещали девочкам краситься, поэтому Натали и не имела толком косметики. Тушь и все. Да она и не видела смысла краситься. Зачем? Она и так считала себя довольно красивой. Поэтому лишь подкрашивала ресницы.
Накинув на плечи до ужаса неудобную мантию, девушка вышла из ванны, накинула сумку с учебниками на плечо и вышла из комнаты.
В Гостиной она не заметила ни брата, ни кого-то из его друзей, поэтому решила идти в Большой зал.
На завтраке всегда было шумно, прочем этот шум создавал красный факультет. От их стола постоянно слышался смех, перекрикивания, кто-то перекрикивались друг с другом с разных концов стола, будто нельзя было сесть изначально рядом, кто сильно жестикулировал. В общем, бедлам. В Дурмстранге бы такого не позволили. Все факультеты всегда ходила колоннами, завтрак, обед и ужин принимались по времени, в Главном зале всегда была гробовая тишина, даже шум приборов был очень тихим. Дисциплина — вот чего не хватает Хогвартсу.
Девушка направилась к своему столу — самом тихому. Заметив белобрысую макушку, она двинулась в ее сторону. Девушка решила немного пробежаться на Пэнси, поэтому вместо того, чтобы сесть рядом с ней, она приземлилась рядом с Блейзом, который явно был не против такого соседства.
— Доброе утро, подруга, — радостно улыбаясь, сказала Пэнси. Но в ответ получила лишь вежливый кивок. — Да, ладно? Ты что, обижаешься?
— Девочки, вы уже успели поссориться? Когда?
— Ну, я ее сегодня решила разбудить. Ну и разбудила, окатив водой. — после этих слов Драко засмеялся, а Блейз его поддержал.
— Оборжаться. — но эти слова только ещё больше развеселили парней. Смех их продолжался недолго. Натали сначала со злостью взглянула на брата, а потом удали его по ноге, Блейз же получил по плечу кулаком.
— Вообще-то больно, — потирая плечо сказал Блейз. А Натали лишь с наслаждением смотрела, как скривился брата, держась за место удара, и как Блейз недовольно смотрит ее. А потом она резко встала, схватила сумку и ушла в сторону подземелий на Зелья.
***
За весь день девушка не проронила ни слова. Она лишь сосредоточенно писала конспекты, отвечала на уроках, набирая баллы факультету и что постоянно строила на отдельном пергаменте. И это точно был не конспект.
Драко всеми силами пытался помириться с сестрой. Впрочем, как и все остальные. Ну кто же знал, что Натали обидится на такую глупость! Да ещё и в свой первый день в Хогвартсе.
Натали сидела в самом дальнем углу гостиной и что-то сосредоточенно писала. Вскоре, закончив третий лист, она встала с кресла и вышла из гостиной. Она направлялась в сторону совятни. Девушка ещё не очень хорошо ориентировалась в замке, поэтому несколько раз сворачивала не туда. Спустя полчаса девушка все же добралась до пункта назначения. Она задумчиво поднималась по лестнице и даже не заметила, как с кем-то столкнулась.
— Ой, извини, я тебя не заметил, — сказал высокий парень. На его голове был полный бардак. Черные волосы торчали в разные стороны, но этот шарм парню шел. На носу красовались круглые очки, за стеклами которых виднелись ярко-зеленые глаза.
— Ничего страшного, я сама виновата, — девушка улыбнулась незнакомцу.
— Ты Натали Малфой? Новенькая из Дурмстранга.
— Да
— Я Гарри Поттер, — парень протянул руку для знакомства. Такой мужской жест. Она привыкла к такому знакомству. Ещё бы. Она же 5 лет жила фактически в армии. Где одни парни и мужские правила. Одним словом, мужская община.
Девушка пожала руку и улыбнулась. Брат ей рассказывал про Поттера. Тот его раздражал и бесил. А ещё он не принял его жест дружбы — такую же протянутую руку. Девушка мысленно посмеялась иронично получилось.
— Ты прости меня, мне идти надо. Ещё письма в Дурмстранг отправить надо, — девушка взглядом указала на три конверта в ее руках и улыбнулась.
— Да, конечно. До встречи, Натали.
— До встречи, Гарри.
Она искренне не понимала, почему Драко так ненавидит Поттера. Вроде, нормальный, адекватный и воспитанный парень. Девушка пожала плечами и подошла к своему филину. Она двумя пальцами погладила его по голове и начала привязывать письма к его лапке.
— Отнеси это ребятам в Дурмстранг. Думаю, они сами разберутся с тем, какое кому. — девушка посадила филина себе на руку и подошла к окну. Питомец ухнул и улетел на Север. В Институт Дурмстранг.