Ария
Месяц. Целый месяц адского труда, концентрации и сокрытия правды. Клинок Красного Волшебника лежал передо мной на столе, искаженный нашими чарами. Сталь, некогда тусклая, теперь отливала зловещим багрово-синим сиянием, будто в его сердцевине билось пламя из самых глубин Преисподней. Он был холодным на ощупь, но при касании кожа покрывалась мурашками, а в ушах стоял едва слышный звон – голодный вой негативной энергии, запечатанной внутри. Связь между нами была теперь физической. Я чувствовала его пульс как легкую вибрацию в костях, а он, казалось, чувствовал мое намерение, едва я к нему прикасалась. Это было и страшно, и обнадеживающе. Команда стояла вокруг, их лица были напряжены. Они видели результат, но не до конца понимали его истинную цену.
– Он готов, – объявила я, и мой голос прозвучал хрипло от усталости. – Теперь он не просто убивает. Он разрывает саму магическую сущность.
– И что ты собираешься делать? – спросил Барти, его взгляд метался между мной и клинком. – Проткнуть ее и все?
– Нет, – я покачала головой, осторожно беря клинок в руку. Рукоять обожгла мне ладонь ледяным огнем, но я не отпустила. – Это ключ. Ключ к двери, которую она открыла. Она создала этот мир на своей боли. Я использую ее боль, чтобы его разрушить.
– Алекс, – Том подошел ближе, его глаза пристально изучали меня. – Ты что-то не договариваешь. Этот клинок... он связан с тобой. Что случится, когда ты используешь его по назначению?
Я встретилась с ним взглядом, и в его глубине я увидела не просто любопытство, а... понимание. Он, как никто другой, чувствовал цену абсолютной власти и жертвы.
– Баланс должен быть восстановлен, – уклончиво ответила я. – Энергия не исчезает, она преобразуется. Чтобы уничтожить мир, созданный ее магией, потребуется... эквивалентная жертва.
Я не стала уточнять, что этой жертвой станет наша связь с этим миром, а возможно, и часть меня самой. Они не позволили бы мне пойти, узнав это.
– Я иду одна, – повторила я, глядя на их возмущенные лица. – Она ждет меня. И она хочет, чтобы я видела, как она мучает Люциуса и Северуса. Я не дам ей этого удовольствия. Я приду не как жертва, а как буря.
– Это самоубийство! – выкрикнул Барти, его лицо исказилось от страха и гнева. – После всего, что мы прошли! После того как дети... Ты не можешь просто уйти и не вернуться!
– Я всегда возвращаюсь, – сказала я, и в моих словах была не бравада, а холодная, железная уверенность. – Но на этот раз я вернусь, чтобы положить конец этой войне. Раз и навсегда.
Как мне казалось я заявилась в Орден Феникса одна, но, когда я случайно почувствовала магию своих соратников понимала, что тут я совершенно не одна. Только самые смелые решились прийти и как-то спасти меня, но это мне не нужно. я не хочу быть спасенной это моя работать спасать людей, но никак не наоборот. После того, как я заявилась в Орден Феникса злые Сириус и Римус проводили меня в главный зал, где находилась Ария с двумя пленниками. На ее лице красовалась злобная улыбка, такая какая у меня была во время наказания Амбридж на обучении пятого курса, когда та решила выгнать Хагрида из школы, но это было в моем настоящем мире.
– Наконец-то, – ее голос был сладким ядом. – Я начала думать, что ты струсила. Пришла посмотреть, как твои «отцы» учатся служить своей настоящей дочери?
Я не ответила. Я просто сохраняла чистое спокойствие, ведь клинок находился у меня в кармане для клинка привязанный к поясу. Как же сейчас жалко выглядела Ария на моем фоне. Я великая волшебница, пережившая дважды свою смерть дочь своих родителей, внучка двух основателей школы Хогвартс Салазара Слизерина и Годрика Гриффиндора и истинная наследница Слизерина, а она всего лишь копия... злобная копия меня. Я увидела в ней себя если бы не смогла научиться контролировать силу или была бы жадной и властной, как мой дядя Волан-де-Морт.
– Посмотри на кого я стала похожа после твоего разрыва меня с моим никчемным папашей! – взревела Ария. – Я стала точной копией тебя. Я это ты.
– Ну, вообще-то я себе нравлюсь, – ответила скромно я. – У меня очень красивые глаза, волосы, фигура... внешность вообще прекрасная. Я вылитая своя мать.
У меня действительно была красивая внешность... короткие волосы, шатенка с изумрудно-зелеными глазами, как цвета факультета Слизерин, правда при гневе глаза могут меняться и в огненно-красный, а при превращении в оборотня так вообще желтые. Фигура была вообще модельная. Но Ария не знала, что у меня есть еще и звериная сущность.
Во мне находилось силы четырех древних волшебниц, их магию я в себе контролирую на высоком уровне. Сила моего отца, он все-таки был великим магом и сыном Салазара Слизерина, сила моей матери Лилиан дочери Годрика Гриффиндора, моя сила которую на протяжении всей моей жизни была во мне все это я контролировала и выпускала только тогда, когда мне было это необходимо.
– Посмотрим за кем будет последнее слово.
– Знаешь, что самое забавное? – Ария встала с трона и медленно пошла ко мне. – Они до сих пор верят в тебя. Старый дурак Снейп шепчет заклинания, пытаясь ослабить мои оковы. А этот... – она презрительно ткнула ногой в сторону Люциуса, – ...все еще смотрит на меня с каким-то глупым сожалением. Они не понимают, что ты принесла им в жертву. Так давай покажем им, сестрица. Покажем, на что на самом деле способна настоящая Мракс.