Истинная Наследница Слизерина, часть 2. Тьма

Она взмахнула рукой, и из теней возникли фигуры. Люпин с оскалом оборотня, Сириус с безумным блеском в глазах, Кингсли... все они – из моего мира, но их души были скручены злой волей Арии. Ее Орден Феникса. Ее личная гвардия тьмы. Битва началась. Но я не сражалась с ними. Я уворачивалась, парировала. Я пробивалась сквозь их строй, не сводя глаз с Арии. Она смеялась, наблюдая за этим, уверенная в своей победе.

– Слишком медленно, Алекс! Слишком гуманно! Ты не можешь их убить, да? Они же твои друзья!

– Я не убиваю. Я оглушаю.

Заклинания с оглушением летело в каждого кто пытался на меня напасть. Я могу убить это действительно так все-таки во мне много силы, но эту силу нужно контролировать так чтобы не убить никого. Мне не нужны смерти, я хочу только исходную точку нуль.

У меня засветились глаза пылающим красным цветом вокруг полыхало кольцо из синего огня окружающее меня. Я смотрела на свою сестру близнеца из-под лба на лице была ехидная улыбка. Мои жевалки подрагивали в то время, когда я сжимала челюсть. Из моих ладоней вспыхнуло синее пламя, а ноги стали отрываться от земли. Рядом стоящие ПС не могли и сделать шаг вперёд и остановить меня, ведь могли сгореть. За спиной моей сестры близнеца стояли Люциус и Северус, которых насильно удерживали ОФ, а именно близнецы Уизли Фред и Джордж.

– Хочешь поиграть? – ухмыльнулась сестра близнец. – Давай поиграем.

Теперь вокруг и близнеца появилось кольцо огня. Мы примерно сливались в огне, ведь она оранжевый, а я синий, только мой синий изредка переливался в зелёный.

– Не смей трогать мою семью! – отрывисто и яростно проговорила я.

– Сделай выбор, Алекс, – улыбнулась издевательски близнец, – Северус или Люциус. Кто войдёт ко мне в огонь и погибнет.

– Я.

Спустившись на ноги и открыв пламя, я вошла внутрь пламени моей сестры, в руках уже был клинок, который совсем недавно оказался у меня в руках после того, как Антонин и ещё несколько ПС нашли его в одной из пещеры, где обитал агрессивный чёрный дракон. Сжав клинок с силой, я подошла к близнецу и воткнула его ей в сердце, что тоже самое сделала и моя сестра, но только мне.

По всему месту начало полыхать ещё больше пламя, которое никем и никогда не могло контролироваться, что и не может быть под властью другого волшебника. Из-за рта, глаз, носа и ушей хлынула кровь, но перед тем, как войти в пламя к сестре мне пришлось продумать кое какую вещь касательно того, что, если вдруг пойдёт что-то не так, как требовалось бы и ожидать от себя самой. Вместо того, дабы вытащить из тела клинок я надавила ещё больше и прокрутила этот клинок на 360°, тем самым начиная забирать её силу.

Поглощая силу своей злой сестры клинок начинал сильно жечь мне руку, но на это я совершенно не обращала внимание и продолжала есть всю магию. Моё тело, каждая клеточка была пропитана чёрной магией и теперь в моем теле начиналась борьба за место. Вынув клинок из тела сестры мы обе рухнули на землю рядом все ещё полыхало пламя, которое не подпускало к себе никого. Тело сестры моментально почернело и испарилось, но вот моё тело искажало из себя какие-то непонятные цвета... сначала это было чёрное, но резко цвет изменился на жёлтый и только ещё мощнее стало излучать свет.

Орден Феникса точно так же после смерти близнеца стал исчезать, но в ту же секунду загорелся клинок алым цветом окутав членов Ордена своей петлёй поглощая у них всю черную магию, которая была дана их предводительницей. Это длилось не так долго, как могло показаться на первый взгляд, но поглотив всю черноту клинок стал поглощать и черноту из моего тела. Так как я и говорила раньше, то клинок полностью пропитан моей кровью и магией и разделив свою магию с ним мы стали вырабатывать луч. Пламя вокруг нас исчезло, но появился купол сразу же, когда ПС хотел двинуться в мою сторону.

Борьба в моем теле длилась достаточно долго, клинок либо уничтожиться сам, либо останется как мой личный трофей уже в реальном мире. Весь параллельный мир стал рушиться после смерти Арии. Меня всю трясло я и клинок влились в одно тело, а это значило лишь одно моя сущность в параллельном мире стала погибать и сейчас в моем настоящем мире все, кто меня поддерживал должны вытащить меня отсюда до полного разрушения параллельного. Я принимаю всю боль Арии, ее черноту через меня как проводник клинок забирал эту же черноту.

Боль была вселенской. Это была не просто физическая агония – это было растворение. Каждая клетка моего тела становилась полем битвы между светом моей собственной души и поглощенной тьмой Арии. Я чувствовала, как ее ненависть, ее боль, ее отчаяние выжигают меня изнутри, словно кислотой. Но я не сопротивлялась. Я пропускала этот поток через себя, как громоотвод, а зачарованный клинок в моей руке жадно впитывал его, превращая в инертный пепел. Он горел в моей руке, уже не обжигая, а пульсирующей в унисон с моим сердцем. Мы стали одним целым в этом акте самоуничтожения – я, клинок и умирающая тьма. Параллельный мир рушился с нарастающим грохотом. Пол подо мной трескался, обсидиановые стены рассыпались в черную пыль, а небо – вернее, его иллюзия – затягивалось свинцово-серой пеленой небытия. Купол, созданный выбросом нашей объединенной магии, трещал по швам, но все еще держался, не подпуская моих соратников. Я видела их искаженные ужасом лица за сияющей стеной. Люциус, Северус, Барти... они били в барьере, их беззвучные крики терялись в грохоте апокалипсиса. Они пытались до меня дотянуться.

«Пора...» – прошептала я себе мысленно, чувствуя, как последние клочья магии Арии покидают мое тело, поглощаемые клинком. Его свечение из багрово-синего стало ослепительно-белым, чистым, почти священным.

В реальном мире, в гостиной Малфой-мэнора, Теодор и Блейз, поддерживаемые Люциусом и Сириусом, почувствовали резкий толчок.

– Она... она закончила! – выдохнул Теодор, его глаза широко распахнулись. – Тяните! Тяните изо всех сил!

Они сомкнули круг, вкладывая в связь всю свою волю, всю свою магию. Это был последний, отчаянный рывок. В параллельном мире я почувствовала этот рывок как крюк, вонзившийся мне в грудь и резко дернувший назад. Пространство вокруг окончательно распалось, и меня вырвало из умирающей реальности в вихрь света и боли.

Я очнулась от резкого, спазматического кашля. Легкие горели, будто я наглоталась дыма. Я лежала на том же диване в гостиной Малфой-мэнора, но теперь на мне не было ни пылинки. Тело ломило так, будто меня переехал грузовик, но внутри... внутри была тишина. Та самая, звенящая, пугающая тишина, о которой я говорила. Шепот Тьмы, что сопровождал меня всю жизнь, умолк. Навсегда. Надо мной склонились лица. Драко, его глаза полные слез, но на губах – улыбка облегчения. Люциус и Северус, стоявшие рядом, – бледные, с темными кругами под глазами, но невредимые. Их цепи остались в том мире. За ними толпились все остальные – Римус, Сириус, Гарри Поттер... весь Орден Феникса заявился посмотреть на эту триумфальную победу.

– Мама! – Люция и Элио втиснулись между взрослыми и бросились ко мне, обнимая так сильно, как только могли.

Я обняла их, чувствуя, как их тепло разгоняет последние остатки внутреннего холода.

– Клинок... – хрипло прошептала я, разжимая правую ладонь. Она была пуста. Ни ожога, ни следа.

– Он исчез, – тихо сказал Северус. – Вместе с ней. Когда тебя выдернули обратно, он просто... растворился в свете.

Так ему и надо. Его работа была сделана. Потребовались недели, чтобы прийти в себя физически. Но психологически... это было сложнее. Жить без внутреннего демона оказалось непривычно. Иногда я ловила себя на том, что прислушиваюсь к тишине внутри, ожидая знакомого ядовитого шепота. Но его не было. Однажды вечером я стояла у того самого зеркала в подвале. Оно было просто зеркалом. Никаких зловещих мерцаний, никаких искаженных отражений. Только я – уставшая, но цельная. Я чувствовала за спиной присутствие. Не оборачиваясь, я знала – это Люциус и Северус.

– Она сказала, что я никогда не буду целой, – тихо проговорила я, глядя на свое отражение.

– А ты и не была, – ответил Северус его низкий, глухой голос. – Ты была полем боя. Теперь война окончена. Теперь ты просто... ты.

Люциус молча подошел и положил руку мне на плечо. В этом жесте не было ни высокомерия, ни скрытых мотивов. Только молчаливая поддержка и, возможно, прощение за ту боль, что ему пришлось пережить из-за магии, что стерла часть его прошлого. Я повернулась к ним и улыбнулась. Впервые за долгое время улыбка была не оружием, не маской, а просто улыбкой.

– Да, – согласилась я. – Теперь я просто я. И знаете, что? Мне это нравится.

Война с Тьмой была окончена. Не победой света над тьмой, а обретением целостности. И теперь, в тишине своей души, я наконец-то могла начать жить. По-настоящему.