Ради Астории

— Драко, со мной всё в порядке. Я чувствую себя прекрасно.

Недоверчивый взгляд серых глаз заставил её смущенно отвести взгляд. Астория не была в порядке. Её выписали из Мунго только вчера вечером. Из-за слабого состояния ей пришлось пробыть там три дня. Однако Астория отрицала всё, что было связано с её здоровьем. Драко не был глуп и сразу заметил темные круги под глазами, болезненную бледность и слабость во всем теле. Доктора говорили, что проклятие станет сильнее, если родится ребенок. И оно стало. Астория держалась, не показывала слабости, но Драко знал правду. Ему было больно смотреть ей в глаза, а она понимала это и всячески старалась его приободрить, сжимая в руке его ладонь, мягко целуя и обнимая.

— Он похож на тебя.

— Во имя Мерлина, Драко! — шепотом произнесла Астория, удивленно взглянув на мужа. — С такими генами Малфоев, белыми волосами и серыми глазами, ты говоришь, что ребенок похож на меня?

— У него твой взгляд. Мягкий и добрый. Не такой, как у меня.

Астория слабо улыбнулась уголками.

— Каким бы не был твой взгляд, я его люблю, — прошептала она, прижимаясь к мужу. Тот приобнял её сильнее.

— Как мы его назовем? — тихо спросил Драко, наклонившись к сыну. Тот молчаливо и с интересом разглядывал родителей. Серовато-голубые глаза блуждали по двум фигурам.

— Твоя мама рассказала мне одну деталь о семье Блеков, — немного подумав, начала Астория. У Драко загорелись глаза от любопытства. — Она сказала, что они называли детей в честь созвездий. Нарцисса, Беллатриса, Регулус, Сириус и Драко.

Он улыбнулся.

— В честь какого созвездия назовем его? — острота его лица исчезла, когда он вновь взглянул на сына.

— В честь созвездия Скорпиона, — немного поразмыслив, ответила Астория. — Что думаешь?

— Скорпиус значит... Мне нравится.

— Добро пожаловать в нашу семью, Скорпиус...

*****

В первые пару недель сон стал роскошью. Молодые родители то и дело пытались накормить малыша или уложить его спать. Ничего особенного, но на все уходило слишком много времени. Скорпиус оказался очень чутким ребенком, и любое движение, скрип или стук мог разбудить его, после чего начинались громкие взрывы слез и криков. Накормить его было легко, но потом приходилось донести его до кровати, что было вызовом. Засыпал он только на руках родителей, и ничто не смогло успокоить его больше, чем покачивание.

Драко уже и забыл, что такое сон. Теперь для него утро начиналось в пять утра. Скорпиус спал урывками. Ему приходилось вставать каждый час, чтобы убедиться, что с сыном всё в порядке. А Астория его ещё и кормила.

Драко видел, как она теряет силы и как ей трудно. Если ему иногда удавалось поспать пару часов, то такого ей такое, к сожалению, было недоступно. Проклятие становилось всё явственнее. Астория была очень слабой, но делала вид, что всё в порядке. Улыбки, казавшиеся натянутыми, старались выглядеть быть искренными, а взгляды доброты скрывали пелену боли. Драко несколько раз заставал её оперевшейся о стену и дышащей с трудом. Ей было трудно, но счастье в её глазах, когда она смотрела на сына, придавало ей сил. Астория не хотела, чтобы Драко видел в ней больную и слабую женщину, поэтому делала всё, чтобы он не беспокоился. Однако он видел всё.

Доктора, к которым он обращался, говорили только одно - проклятие неизлечимо, и что она сама обрекла себя на скоропостижную смерть. Драко терпел. Каждый раз, приходя домой после встречи с доктором и глядя в глаза Астории, он чувствовал себя виноватым и беспомощным. Он не мог позволить себе лишних слов, но его виноватый взгляд был полон боли. Он винил себя в этом всём, хотя понимал, что это бессмысленно и не поможет ей излечиться.

Только через несколько недель Астории немного стало лучше. Она ощутила себя свободнее, но тело, словно состарилось на несколько лет. Она вернулась к тому же состоянию, что было у неё до родов, но усталость, которую она обрекла вместе со Скорпиусом, не позволяла ей быть столь же беззаботной, как и раньше...

Той ночью Драко проснулся от слабых звуков плача, доносящихся из детской кроватки. Астория настолько вымоталась, что даже ничего не услышала. Нежно взглянув на жену, Драко поднялся с кровати. Тело болело, голова раскалывалась от недосыпа, но он не мог оставить сына. Глаза Скорпиуса были закрыты, но он ворочался и издавал тихие звуки. Драко взял сына на руки. Тот замолчал и уснул.

Драко долго не выпускал сына, разглядывая его нежные черты лица, испытывая самые теплые чувства любви.

*****

— Как думаешь, ему не холодно? — спросила Астория, взглянув на Драко.

Они неспешно прогуливались по парку, укрыв спящего Скорпиуса в детской коляске. Морозы начались в ноябре неожиданно рано, и воздух был наполнен холодным, пронизывающим ветерком.

— Ты укрыла его десятком одеял, дорогая. Он чувствует себя получше нас, — усмехнулся Драко, кивая на жену, которая забыла взять с собой шарф, так как была занята сбором одеял для сына.

— Я в по... — Астория замерла, когда на её плечи лег широкий, тёплый и черный шарф Драко. Она усмехнулась. — Ну хорошо, мне было ужасно холодно.

Довольная, Астория натянула шарф плотнее и тепло улыбнулась мужу. Драко постарался скрыть лукавую ухмылку, но это ему плохо удавалось.

Прошло уже несколько месяцев с рождения Скорпиуса, и молодые родители впервые могли немного расслабиться. Ребёнок, наконец-то, спокойно спал, ел и бодрствовал, давая родителям передышку. Драко чувствовал умиротворение и отсутствие беспокойства, что позволило ему вздохнуть с облегчением.

— Что с тобой? — мягко поинтересовалась Астория, бросая на Драко понимающий и ласковый взгляд. Тот вздрогнул, осознав, что смотрел на неё неотрывно в течение нескольких минут, странно улыбаясь.

— Я безумно счастлив! — внезапно выдохнул Драко. Какой-то порыв ностальгии и безмерной радости наполнил его изнутри, словно он выпил целую кружку сливочного пива. — Ведь я женат на самой восхитительной женщине мира и у меня есть чудесная семья!

Серо-голубые глаза Астории впервые за долгое время ярко заискрились, и в них появилась нотка той самой озорной Астории Гринграсс, которую он знал и любил. Держа одной рукой коляску со Скорпиусом, другой она крепко прижалась к Драко, словно впитывая его тепло и любовь.

— Ты сделал меня самой счастливой женщиной, — прошептала она, всматриваясь в его глаза.

Драко улыбнулся и нежно поцеловал её в лоб. Они шли дальше, наслаждаясь моментом, и даже холодный ноябрьский ветер не мог остудить их счастья.

*****

Дверь открылась, и Драко, ещё сонный, но уже в сознании, вошел в детскую комнату, на нём был только черный шелковый халат.

— Что-то случилось? Он голоден? — спросил он, глядя на Асторию.

Она широко улыбалась, качая малыша на руках.

— Нет, — ответила она с радостью. — У него режутся зубы!

Глаза Драко моментально раскрылись. Сонливость испарилась, словно её и не было.

— Так рано?

— Ему уже стукнул четвертый месяц, Драко! — нежно и с пониманием проговорила Астория. Она знала, как трудно принимать тот факт, что ребёнок так быстро растёт. Драко забавно улыбнулся.

— Время быстро летит, — сказал он, скорее себе, нежели Астории. Подошел к семье и тепло их обнял.

Комната наполнилась тихим звуком воркования, когда Скорпиус, довольный вниманием родителей, тихонько посапывал на руках у матери. Драко не мог перестать смотреть на своего сына, восхищаясь каждой его маленькой чертой, каждым новым достижением. Его сердце наполнялось гордостью и любовью.

— Смотри, как он улыбается, — прошептала Астория, её глаза светились от радости. — Он так счастлив.

— Как и я, — тихо ответил Драко, мягко касаясь губами её лба. — Ты делаешь меня самым счастливым человеком на свете.

Они стояли, обнявшись, наслаждаясь этим тихим, но волнующим моментом. Время действительно летело, и каждый новый день приносил им радость и новое открытие. Жизнь была наполнена смыслом и теплом благодаря их маленькому чуду.

Скорпиус, видимо, почувствовав безопасность и любовь своих родителей, снова начал засыпать, его маленькие ручки бессильно свисали, а ротик слегка приоткрылся. Астория осторожно уложила его обратно в кроватку, прикрыв тёплым одеяльцем. Драко наблюдал за этим с нежностью, испытывая глубокое чувство удовлетворения.

*****

Реальные фразы из Проклятого Дитя:

ДРАКО: Не думал ли ты, что Маховик времени Теодора Нотта не единственный?

ГАРРИ: Что?

ДРАКО: Маховик времени, который конфисковало Министерство - это опытный образец. Сделан из недорогого металла. Он, безусловно, выполняет свою работу. Но может отправлять в прошлое всего на пять минут. Недостаток серьезный: такую штуку настоящему коллекционеру темных артефактов не продашь.

ГАРРИ: Нотт работал на тебя?

ДРАКО: Нет, на моего отца. Отцу нравилось обладать вещами, которых больше не было ни у кого. Министерские Маховики, спасибо Крокеру с его законом, всегда были для него простоваты. Он хотел отправляться в прошлое дальше, чем на часы, он хотел путешествовать на годы назад. Однако так никогда им и не воспользовался. Думаю, втайне он предпочел бы мир без Волан-де-Морта. Но да, для него был создан Маховик времени.

 ДРАКО: Наш сын, Скорпиус, родился... Это был лучший день в жизни для нас обоих, хотя здоровье Астории было значительно ослабло. Мы втроем спрятались ото всех. Я хотел сохранить ее силы... Так и появились слухи...

_________________

"ВСЕ МАХОВИКИ ВРЕМЕНИ КОНФИСКОВАНЫ!!!"

Министерство окончательно провело исследование и обнаружило у Теодора Нотта последний маховик времени. Других особых следов маховиков времени больше нет. Оставшиеся маховики были конфисованы. Гермиона Грейнджер приказала провести окончательные обыски в доме Теодора Нотта и бывшего Пожиратели Смерти - Люциуса Малфоя!

Семья Малфой снова что-то скрывает?

"Не думаю, что семейство Малфоев когда-нибудь остановится и предаст своего любимого "господина". Все это слишком подозрительно... Скоропостижный брак с Асторией Гринграсс, рождение нового наследника для династии Малфоев и снова речь зашла о маховиках! Конечно, Малфоям никогда не избежать подозрения и ненависти, но в этот раз всё зашло слишком далеко. Кто знает, действительно ли Малфои хранят маховики? Нам это не до конца известно, однако я считаю, что они что-то скрывают. А ребенок? Что если это ребенок самого Волан-де-Морта?! Что будет тогда? Малфои всегда были лучшими преспешниками Темного Лорда, и, может быть, это новый план по его воскрешению? Дитя Темного Лорда. Ребенок, который может вернуть черного колдуна..."

- Рита Скитер,

Мракоборцы посетили Малфой-Мэнор и, вопреки всем ожиданиям, маховика там не оказалось. Верны ли слухи? Что нас ожидает в ближайшем будущем?

(См. стр 7, колонка 2)

Драко Малфой со всей силой швырнул газету в камин. Горячее кофе пролилось на его ладонь, но боли от ожога он даже не ощутил, так как его внутренности кипели не хуже раскаленного напитка. Он сжал челюсти так сильно, что в какой-то миг испугался, что может сломать зубы. Костяшки его пальцев, сжатых в кулаки, побелели и, казалось, готовы были пробиться наружу, словно хотели вырваться из кожи.

Было семь утра. Астория и Скорпиус спали. Внутри Драко горел адский огонь, сметая всё на своём пути. Ему неистово хотелось придушить Люциуса Малфоя своими руками. Секунда, и он исчез в зеленом пламени камина.

Дверь в кабинет Люциуса вышибло с такой силой, что она сорвалась с петель. Люциус, как и ожидал Драко, уже был на ногах и невозмутимо поглядывал на разъяренного сына. Нарциссы рядом не было. Драко рванул к отцу и схватил его за воротник. Он был выше своего родителя и намного сильнее. От рвущейся наружу злости Драко с силой встряхнул застывшего Люциуса. Тот во все глаза смотрел на сына.

— ТВАРЬ! УБЛЮДОК!!! КАК ТЫ МОГ?! — заорал он ему в лицо. Не было понятно, испытывает ли он боль или злость. В голосе его были слышны нотки отчаяния, словно он потерял что-то очень важное, утратил доверие.

Ещё несколько месяцев назад они говорили на эту тему. Драко несколько раз предупреждал отца и просил его отказаться от затеи получить маховик. Просил его разорвать контракт. И Люциус пообещал ему, что не сделает ничего плохого.

— Это всего лишь сделка. Маховик не обнару...

ХРЯСЬ! Люциус отлетел в сторону. На его лице ярко горело красное пятно, быстро превращающееся в синяк. Драко шагнул к нему и снова поднял его на ноги, таская за воротник.

— У ТЕБЯ ЕСТЬ ЖЕНА! СЫН! ВНУК... — на последнем слове голос Драко сорвался. — ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, ВО ЧТО ТЫ НАС ВТЯНУЛ?!

Он кричал, метался и орал. Было слишком больно, чтобы говорить тихо. А ведь он знал. Заранее знал, что была заключена сделка. Знал, но ничего не предпринял. Почему?

— Я доверял тебе! Решил дать тебе шанс! Доверился! — Драко откинул отца в сторону с таким омерзением, словно каждое прикосновение к нему было противным. Растрепал белые волосы руками. — Решил, что после рождения внука, ты поймёшь на какой риск ты идёшь!

— С вами всё в порядке... — слабо промямлил Люциус. Он не реагировал на поведение сына. Ни на удар в лицо, ни на крики — ему было безразлично. Это взбесило Драко ещё сильнее.

— В ПОРЯДКЕ?! Скорпиус погряз в этих слухах теперь навсегда! Ему жить с этим, понимаешь?! Наша семья вновь под подозрением! Разве у Скорпиуса будет счастливое детство и друзья, когда все называют его "Сыном Волан-де-Морта"?

В груди у Драко защипало. Чем сильнее он хотел отгородить семью от прошлой жизни, тем сильнее она впивалась в них острыми клыками, унося вдаль и затаскивая на дно.

— Скорпиус должен жить спокойно и счастливо, в семье, где ему не грозит опасность. Своими действиями ты навлекаешь на нас ещё больше недоверия и подозрения. — Драко взглянул на отца в последний раз. — Ты для него больше не семья. Никогда не смей больше подходить к моему сыну. Никогда...

— Драко... — глаза Люциуса расширились в удивлении. В них загорелось нечто странное и безумное, как у больного человека, когда у него отняли нечто важное.

— Прощай, отец.

Драко назвал его отцом в последний раз. Связь с семьёй всегда было трудно обрывать. Драко рос в вечном страхе за свою семью и свою жизнь. Страх от того, что его могут убить. Страх за маму и отца. Вечное напряжение и подготовленность к худшему. Вставать утром ему приходилось под дикие крики мучеников, которых пытали в подвале во времена войны. А засыпал он под вонючий и тошнотворный запах крови или трупов. С пятнадцати лет. Он терпел всё с пятнадцати лет.

Скорпиусу теперь придётся терпеть с самого рождения. Его нарекли этим именем. Дитя Темного Лорда...

Драко сжал кулаки, сдерживая крики боли. Домой он вернулся подавленным, но сдержанным, словно ничего не случилось. Солнце ещё не полностью осветило улицу. Драко вышел во двор в одной тонкой рубашке и брюках. Без пальто или шарфа. Он медленно поднял волшебную палочку, сжимая её в руках, и взглянул на дом.

— Каве Инимикум, — взмах, — Облитеро! — взмах. — Оглохни. Перилло Инимикум! — лёгкое шевеление губами, — Свальвио Гексиа!

Палочка в руках Драко горела от мощи и силы заклинаний. Он держал её крепко и сосредоточенно, стиснув челюсти.

Их дом постепенно исчезал из виду. Медленно и плавно, не оставляя за собой улик, словно его и не было. Он исчез из виду, исчез со всех карт и был полностью оглушён. Для маглов и волшебников теперь на месте дома ничего не было. Лишь пара обваленных деревьев. Заклинание очищающее следы и любые действия. Заклинание, которое отпугивает каждого, кто приблизится к дому. Каминные пути закрыты и не заработают без позволения хозяина.

Драко медленно опустил палочку, глубоко дыша. Дом навсегда под защитой. Он не позволит кому-то приблизиться к его семье. Никогда...