Insendio. Начало.

Утром в день переезда я встала рано, когда за окном только-только начинало светать. И почему я так рано решила проснуться сегодня? Наверное, нервы. Приведя себя в порядок и спустив все свои вещи в гостиную, я решила подождать остальных там. Удобно устроившись на диванчике, я открыла книгу «Все виды ядов из можжевельника», решив употребить оставшееся время с пользой, и с удовольствием погрузилась в увлекательный мир зелий. Через несколько часов, когда все члены семейства Брук собрались, мы трансгрессировали, навсегда покинув наше поместье во Франции.

Пока я приходила в себя от перемещения, домовые эльфы начали переносить вещи в особняк. Мы трансгрессировали прямо к парадному входу на территорию поместья: над нами возвышались величественные железные ворота. Их единственным украшением была буква «Б» посередине, такая же, как на родовой книге, а сквозь изящные прутья виднелся и сам особняк. Прекратив осматриваться, я заметила, что и родители, и брат уже направились к дверям и тоже шагнула на мощеную дорожку, ведущую к дому.

Теперь я могла без помех рассмотреть большой пятиэтажный особняк из белого камня. Около него и вдоль дорожки росли деревья и были разбиты ухоженные клумбы, сейчас как раз цветущие. Поднявшись по ступенькам из черного мрамора, я прошла через массивные двери и попала в просторный светлый холл. Внутри особняк казался ещё огромнее, чем снаружи! Стуча каблучками, я прошла на середину, с любопытством осматривая помещение. Холл был просто огромным, со светлыми стенами, бело-золотой плиткой на полу и лестницей, ведущей на верхние этажи. Портреты, висящие на стенах, приветливо улыбались мне, а цветы, казалось, находились везде.

Справа от входа была арка, из которой доносились голоса отца, матери и брата. Поэтому, чтобы меньше пересекаться с родственниками, я решила пройти в соседнюю. Это оказалась большая бежево-бордовая гостиная с фамильным гобеленом. Здесь находился роскошный камин, у которого стояло несколько диванчиков и кресел, а с противоположной стороны размещался рояль. Но я, не теряя времени, сразу устремилась к гобелену, ведь мне впервые в жизни удалось увидеть его вживую. Хоть это, конечно, то же самое, что я видела в книге у отца, но вот так это смотрелось куда внушительнее и интереснее. Я жадно рассматривала вышитую золотыми нитками родословную моей семьи, как будто видела её впервые. Наконец, с сожалением оторвавшись от изучения фамильной ценности, я двинулась дальше. В конце концов, теперь я здесь живу и у меня будет время запомнить каждый стежок. Вернувшись в холл, я решила подняться на второй этаж. На стенах вдоль лестницы висели портреты моих дальних родственников, которые радостно меня приветствовали.

— Рады видеть Вас, мэм. Наконец поместье вновь обрело хозяев, — вторили они друг другу.

На втором этаже располагались жилые комнаты. Я прошла вдоль дверей, осматривая вазы с цветами, статуи и картины, висящие между дверьми.

«К. Д. Б» — гласила надпись на блестящей табличке в конце коридора. Я усмехнулась и, повернув серебряную ручку, шагнула в комнату. В отличие от моей спальни в поместье во Франции, эта была больше, но цветовая гамма была та же. Тёмный деревянный пол с пушистыми молочным ковром, бежевые обои с ненавязчивым чёрным орнаментом. С левой стороны стояла кровать с балдахином цвета индиго, справа от неё — окно, завешенное темными шторами. Рядом с ним — стол из красного дерева и небольшой книжный шкаф. А справа от двери занимал место высокий чёрный гардероб и дверь в уборную. Что же, условия жизни здесь начинают проясняться. Я вышла из комнаты и продолжила своё путешествие по особняку. На третьем этаже, судя по табличкам, располагались лаборатория для зельеварения, что очень меня порадовало, кабинет отца и ещё одна комната без таблички.

Четвёртый этаж. Библиотека — огромное помещение, занимающее почти всю площадь этажа. Вдоль и поперек она заставлена книжными стеллажами, возле которых встречались письменные столы, уютные диванчики и кресла. На стенах висели картины и стояли цветы в горшках и вазонах, которых во всем особняке было в изобилии. Я ещё ни в одном месте не встречала так много цветов.

Когда мы только прибыли, я точно видела пять этажей, но сейчас, находясь на четвертом, я никак не могла найти вход на следующий. Скорее всего, его может видеть только глава рода или те, кто посвящены в это.

— Не правда ли, прекрасное место? — раздался голос матери из-за моей спины.

Ничего не ответив, я спустилась по лестнице на первый этаж и вышла из поместья. Даже смешно, что теперь это место я должна называть домом. По двору бегали эльфы, подстригая кусты и газон. Чтобы не смотреть на этих до тошноты радостных существ, я пошла по тропинке, выложенной камнями. Матушка говорила, там находится сад, вот его я и осмотрю.

Сад поразил меня. Тут не было той традиционной английской чопорности, о которой я читала, вместо этого я увидела кажущееся хаотичным нагромождение различных цветов и кустарников. Но так казалось только на первый взгляд. Присмотревшись, я отметила, что каждая группа представляет собой композицию буйства цвета и аромата. Но моё внимание привлекла живая стена. Она будто бы шептала мне, просила подойти к ней, и я послушно подчинилась.

Изгородь вдруг расступилась передо мной, пропуская меня в другую часть сада. Ступив несколько раз по тропе, я осмотрелась. Эта часть сада была каменной. Значит, живая изгородь хотела показать мне это место? Я прошла вглубь, осматривая скульптуры разных животных, и они казались такими живыми, будто вот-вот отомрут и продолжат движение. Их создавал великий скульптор. Я подошла ближе к снежному барсу, и мне даже показалось, что он дышал! Это было бы прекрасное животное, если бы не состоял из камня.

Протянув руку, я аккуратно погладила мордочку барса. В этот момент я почувствовала тепло в руке и лёгкое дыхание, коснувшееся моей ладони. Испугавшись я отскочила и увидела, как скульптура увеличилась в три раза и потянулась. Барс был большим, величиной с крупного жеребёнка, а в пасти белели два ряда острых зубов. Веки его открылись и на меня посмотрели серо-голубые, почти человеческие глаза. Кошачьи лапы довольно потянулись и выпустили длинные когти.

— Как долго я прррроспал... — зевнул котик. — Очеррредная Бррук, надо же.

Я таращилась на барса, не зная, что сказать, да и стоит ли вообще говорить с бывшей скульптурой. А тот продолжал резвиться:

— Неужели решилась взять фамильяррром достойного спутника? — чуть дразня, хрипло промурлыкал снежный барс. — Не понимаю, почему они все выбирррали то единорога, то лису. А ты молодец, что меня разбудила. Меня считают символом рода Брррук с его основания. Помню как вчера Бенджамина. Хороший был парень, подобрал меня совсем котёнком... Да не бойся ты, я не съем тебя, обещаю, — заметив мой страх, промурчал барс. — Просто основатель ваш решил меня сохранить до последующих поколений.

Я сглотнула, оцепенев от содеянного, и едва не сбежала. Как же я могла забыть, я же читала в семейной книге отца! Если магия рода считает мага достойным, то она оберегает его через фамильяра. А первый разбуженный зверь из этого сада становится фамильяром! Вот глупая! И что мне делать?! Я же даже не знаю чем или кем они питаются! Кошмар! Точно, эльф! Эльф знает, чем его кормить.

— Скажи своему эльфу, я буду свежую свинину, — словно отвечая на мои панические размышления, лениво мурлыкнул барс.

— То есть магия выбрала меня? — прошептала я, даже не заметив того, что барс читает мои мысли.

— Именно тебя, а не твоего брата, да. И да, я читаю твои мысли. Значит, считаешь, что случайно так случилось? Запомни, молодая Брррук, в мире магии не бывает случайностей. Так что я твой фамильяр по велению магии. Поэтому режь уже свой палец и капай кровью мне на нос, а я дам тебе своей крови. Это обряд соединения. И да, я предпочитаю оленину или свинину, только с кровью. Ненавижу сухое мясо, — усмехнулось животное.

Нервно осматриваясь, я уколола палец кинжалом, что принёс мне вскоре вызванный эльф, и капнула кровью на нос зверю.

— А имя у тебя имеется? — с трудом справившись с собой, спросила я.

— Если хочешь, можешь свое дать. Давай, мне интеррресно, — мурча, барс расплылся в улыбке.

— Николаус, Аларик, Джерри, Элайджа, — торопливо перечисляла все известные мне подходящие варианты.

— Элайджа пойдёт, -барс впился зубами в кусок свежего мяса.

Пока барс ел, я совершенно другими глазами осмотрела теперь уже мой сад: гарпия, пегас, книзл, гиппогриф, разнообразные виды змей и множество других животных...

— Ну что ж, идём знакомится с семьёй, — лениво мурлыкнул барс и, спрыгнув с каменного пьедестала, пошёл по направлению к проходу в изгороди.

Пока мы шли по направлению к поместью, Элайджа рассказал мне истории из своей жизни. Но все это закончилось, когда мы подошли к входу в особняк. Войдя, я услышала голоса из гостиной и прошла туда, придерживая барса за его шерсть на спине.

— Отец, mаman, -кивнула я родителям, проходя в гостиную.

— Кетрин, — улыбнулась матушка, а потом перевела взгляд на барса за моей спиной.

— Вау, Кет, ты в Англии смогла раздобыть снежного барса! — заходя в комнату воскликнул Эдвард.- Где ты была?

— В летнем саду, братец. Отец, это Элайджа, он мой... как бы фамильяр.

— Значит, это правда, — без особого энтузиазма ответил отец. -То есть магия решила, что это ты... Интересно...

— Ты везде найдёшь приключения, сестра, — улыбнулся мне брат.

— Я смогу присмотреть за вашей дочерью, — вдруг заговорил барс и поклонился отцу.

— Так он ещё и говорит! — закричал брат.

— Эдвард, успокойся, — строго сказала мать. — Катерина, мы поздравляем тебя. Молодец.